100 Days Challenge

Я увидела на другом берегу реки девушку, в точности похожую на меня. Это была не я. Она посмотрела мне в глаза, а потом отвернулась и заговорила с подошедшими людьми — моей матерью, кузинами, подругами. Берег заскользил у меня под ногами, и я оказалась под водой. Я проснулась. Мать гладила меня по голове и звала завтракать. За завтраком мне не хотелось есть. Я бессмыслено ломала вилкой омлет, а потом сказала с мольбой: — Я не хочу на гипноз. Это буду уже не я. — Тебе станет лучше. Последние полгода мы только этого и желаем. Надо попробовать, — ответила мать, и мне осталось лишь кивнуть. Прошли долгие шесть часов, пришло время обеда. Мы зашли в кафе недалеко от клиники. Я чувствовала себя странно после гипноза: непрерывно думала о том, что случилось полгода назад, и ничего не чувствовала. Я ничего не забыла, но была спокойна так, словно это случилось не со мной. Я решила заказать свой любимый кофе, который не пила с того самого дня. Мать напряглась, но доверилась мне; я с улыбкой сообщила официанту заказ. Ожидая, я поняла, как скучала по нему. Я обожала вкус, но с того дня он меня ужасал, и любовь к нему сгорала в этом ужасе. Но вот мне подали чашку. Я медленно отпила. Сладкая горечь расцвела у меня на языке; я вспомнила, как пила его в тот день — и ничего не почувствовала. Никакой боли. Только любимый с юности вкус. Я поставила чашку и закрыла лицо руками. Я чувствовала себя собой — той, кто пил этот кофе без страха. Той, кто стоял на берегу реки в окружении близких, пока призрак пережитого, глазами которого я видела мир, уходил под воду. Призрак забрал у настоящей меня всё, оставил меня выцветшей копией, но вот я отвоевала у него первую свою вещь — свой любимый кофе. Я отвоюю у него всё до конца. Меня охватила праведная злоба пополам с восторгом, и я зарыдала в ладони, зная, что мать впервые улыбается, наблюдая мои слёзы.