Честный

      Тишину коттеджного посёлка, который находился в пригороде Осаки, лишь изредка нарушал шум проезжающих машин да стрёкот насекомых. Какаши стоял в тени вековых клёнов, что росли в огромном саду старого коттеджа, построенного в европейском стиле. Он поправил маску, скрывающую половину лица и покрепче затянул на голове бандану. Но оно было бесполезно, непослушные светлые волосы всё равно топорщились в разные стороны. Какаши Хатаке, в обычной жизни — студент университета, подрабатывающий аниматором на детских праздниках. Богатые родители любили устраивать пышные дни рождения для своих отпрысков, на которых они он был кем угодно, лишь бы маленький клиент оставался довольным. Дэдпул, человек-паук, просто мишка или ковбой — ему было без разницы, кем быть. Ведь здесь он собирал нужную информацию о своих будущих жертвах, в дома которых проникал под покровом ночи. Да, Какаши был домушником, но не просто так. Жизнь и её несправедливость угнетала молодого человека. Почему одним доставалось всё, а другие лишены элементарных радостей жизни? Именно эта несправедливость толкнула его на кривую дорожку. Но помогать он готов был не всем подряд, а детям, лишённым родительской любви. Хотелось скрасить и как-то, хоть малость, улучшить условия прибывания их в приютах и детских домах. Да, ему не очень нравилось то, что он делает, но совесть при этом мучила редко, и спал он довольно хорошо.               Какаши ещё раз проверил все завязки, застёжки на своём тактическом костюме тёмно-серого цвета. Благодаря нему в этой ночной темноте, при свете едва зарождающегося месяца, он практически был незаметен. «Прям как ниндзя!» — подумалось Какаши, и он про себя усмехнулся. А почему бы и нет?! Пусть он будет сегодня именно ниндзя, воин-шпион.       Вчера на очередном детском празднике в огромном доме местного барыги он уловил своим острым слухом информацию, что некий одинокий антиквар, Сарутоби, уезжает на лечение, и его прелестный домик остаётся пустовать. «Антиквар, говорите! Да ещё и одинокий. К тому же, богатый! Это как раз наш клиент!» — Хатаке тогда улыбнулся под маской ростовой куклы медведя и продолжил дальше развлекать детвору. Из разговора дамочек он понял, что дед этот развелся со своей женой достаточно давно, своему сыну никак не помогал и, в целом, с семьей не общался. Это всё поведала молодая соседка старика Сарутоби, которой он, пока его не будет, поручил чуть приглядывать за домиком. Также предупредив, что всё-таки сигнализация стоит, но стоит ли ей доверять? Нет, не стоит!       — И вот что ты думаешь, Ино?! Этот дряхлый пень говорит заходить к нему каждый день на участок. Ну я, конечно, пару раз зайду для приличия, но оно мне надо?       — Конечно, не твоя это забота, — согласилась с подругой блондинка и отпила шампанское из бокала. Да, эти две подруги были просто кладезем информации и сплетен. Хатаке то и дело отвлекался на их сплетни о соседях, кто что купил, а главное, кто куда собирался уезжать из посёлка на курорты и отпуска в то или иное время. Всего запомнить Какаши не смог, но нужную информацию про старика и вот ещё пару домов взял на заметку.       Хатаке шёл чуть пригнувшись, быстрым шагом. Ботинки из мягкой кожи практически не создавали лишнего шума, а Какаши буквально вошёл в свою роль ниндзя. Передвигаясь тенью, он дошёл до двери, что вела из сада на задний двор, а оттуда он уже собирался зайти в дом антиквара. Вытащив нужные отмычки, парой движений ловких рук он отпер дверь, и она поддалась с мягким щелчком. Под маской губы Какаши растянулись в самодовольной улыбке. Но на это всё надеяться было очень смешно. Уже в маленьком холе его ждала другая дверь, и вот она как раз была под охранной сигнализацией. Какаши вытащил из рюкзака планшет и пару проводов, один конец которых подсоединил к планшету, а другой аккуратно, через клемму, к нужному проводу небольшой панели с экраном, на котором приветственно высветились зелёные цифры. Система сигнализации ждала нужную комбинацию, чтобы снять полностью дом с охраны. Какаши, не долго думая, набрал нужные команды с планшета и цифры понеслись в подборе пин кода для входа. На самом деле система, на взгляда парня, была достаточно простой и уже морально устаревшей. «И как этот старый пень мог оставить свои антикварные штучки под такой лоховской охраной. Смешно просто!» — Хатаке дивился и параллельно вводил нужные цифры, что теперь светились у него в планшете. Пару действий, и сигнализация отключена. Какаши прищурил глаза от удовольствия. Ну не гений ли он, чёрт возьми. Вот реально, гений! Толкнул дверь за ручку, она мягко щёлкнула и, пожалуй, это был один из самых приятных звуков в жизни Какаши.       Воздух в доме обдал его каким-то специфическим музейным ароматом. Незря антиквар живёт. И ещё чем-то неуловимым, что Какаши сразу не смог распознать. Он неспеша, не создавая лишнего шума, прошёл по коридору. Фонариком пользоваться не хотелось, это бы привлекло внимание, а вот если завернуть шторы и включить свет, то как будто хозяин дома. Так он и решил. Быстро прошёлся по коридору и закрыл окна плотными портьерами.       — Замечательно! — щёлкнув выключателем, он огляделся. В коридоре на стенах висели многочисленные картины, на подставках стояли вазы. Всё это было достаточно крупным и заметным сразу, если утащить. Да и как он потащит? Нет, ему нужны ювелирные украшения, возможно, какие-нибудь мелкие вещи. Он ступал ботинками по мягким коврам коридора, по пути открывая двери и проверяя помещения. Наконец убедившись, что на первом этаже ничего интересного для него нет, он приступил ко второму. Как правильно он думал, там располагались спальни и кабинет. И вот, наконец, удача ему улыбнулась — он нашел личный кабинет старика. Помещение было небольшое, но с кучей шкафчиков, и тут обязательно должны быть секреты. Он готов был спорить на любые деньги. что где-то скрыт сейф, ну а там — ценности. Руки в перчатках из тонкой кожи обследовали один за другим шкафчики, пока, наконец, он не наткнулся на интересный шкаф-бар с подозрительной замочной скважиной в задней стенке. Какаши вытащил бутылки дорогого алкоголя. В голове пронеслась мысль захватить парочку. Ростовщик, кому он сливал краденные вещи, будет не против такого презента. Но об этом он подумает потом. Хатаке, ни о чём не задумываясь, вновь достал отмычки и стал было колдовать над скрытым замком, как неожиданно непонятно откуда брызнул едкий дым. В нос, даже через плотную маску, попал неприятный запах, а глаза зажгло. Он понял сразу — перцовая ловушка с какой-то примесью, и всё бы ничего, но именно в этот момент сработала ещё одна сигнализация. А он-то наивный, думал, что всё отключил. «Какаши, ты идиот, идиот!!! Надо же было так расслабится!». Сердце заколотилось от мгновения, за которое накатила на него паника и страх. По спине прокатились градом капли пота. Внутри похолодело. В рюкзаке был антидот к перцовке. Но он не успевает, на пульт уже поступил сигнал и группа быстрого реагирования наверняка выдвинулась на происшествие. Ему бы добраться до пульта сигнализации скорее и отключить её. Он быстро взял эмоции под контроль. Выдохнул. Нашёл в кармане нужный спрей и обработал глаза. А в голове уже созрел новый план.

***

      Ирука начал служил в полиции одного из районов города Осака префектуры Осака совсем недавно. Молодой сотрудник полиции был на хорошем счету у руководства, но это не мешало нагружать парня дополнительными дежурствами и отправлять на пустяковые проверки. Вот и сейчас он сел на мотоцикл, чтобы отправиться на адрес, где сработала сигнализация. По словам его напарников, Изумо и Котецу, по этому адресу жил вредный одинокий старикан Сарутоби. Он постоянно по делу, а чаще без дела, гонял и проверял бдительность полицейских.       — О, Ирука, сгоняй один. Опять у старика маразм обострился. Всё его ограбить хочет кто-то, — отмахнулся Изумо, попивая холодный кофе и продолжал пялиться в экран телевизора, где шла игра в бейсбол. Котецу же и вовсе не обращал внимания на сигнал пульта. Ирука нехотя взял шлем и ключи. Проверил на всякий случай оружие и поспешил на стоянку. «Старикан-не старикан, а так халатно относиться нельзя. Вдруг реально ограбление.».       Умино быстро доехал на байке до указанного адреса и прошёл на территорию дома. На удивление, было видно, что свет в доме горит практически везде, а сигнализация уже не орёт, но чтобы себя успокоить, Ирука нажал звонок. Не прошло и пары десятков секунд, как дверь ср щелчком открылась. В дверном проёме показался приличного вида высокий стройный молодой мужчина. Симпатичный блондин был явно только из душа, с чуть румяным лицом. Он смущённо улыбался и вытирал мокрые волосы, с кончиков которых капала вода.       — А могу ли я видеть Сарутоби-сана? — прежде, чем это сказать, Ирука прокашлялся. Молодой мужчина посмотрел ему прямо в глаза и приветливо улыбнулся. Умино опустил глаза. Из-под халата, видимо, накинутого на голое тело, выглядывали две стройные ноги. Вообще, этот парень, что встретил его, был невероятно красивым и улыбчивым. Он таких никогда не видел. Особенно волосы, пепельный блондин, и эти серые глаза. А какой красивый нос, таких в Японии не бывало. И губы… чувственные губы, совсем не как у него, а такие, нежно розового цвета, идеальной формы. «Это иностранец, не больше, не меньше», — пронеслась мысль в голове офицера Умино. Ирука ещё какое-то время как зачарованный стоял перед божеством во плоти. Ему казалось, что прошла целая вечность, а парень не отвечает, потому как не понял его. Полицейский в голове уже перебирал, какие знает слова на английском, чтобы задать правильно вопрос.       — Вы про дядюшку, господин полицейский?! Так он, скорее всего, спит. Может, я чем могу быть полезен вам? — Ирука сглотнул. Голос этого молодого мужчины поставил в окончательный ступор Ируку. Он завораживал бархатными нотками и едва уловимо чувствовался акцент.       — У вас… У вас… вас… у… то есть, я приехал… — под пристальным взглядом этой ожившей статуи божества Ирука пытался сформулировать и собрать в кучу мысли, но то, что случилось дальше, совсем выбило его из колеи. Парень откинул полотенце и облокотился на проем входной двери. Он скрестил руки так, что полы халата чуть приоткрылись, и стала видна часть широкой груди от шеи, к которой стекали капельки воды с мокрых волос. От этого вида в горле молодого полицейского пересохло, запершило, а жар начал медленно подниматься и заливать лицо краской смущения. Ирука был чуть ниже, чем парень. Глаза его падали ровно на область ключиц, что широким разлетом уходили под одежду, но эта ямочка, где скопилась влага… Полицейский сглотнул. Умино проклял сотню раз свою гейскую натуру. Но он никогда в жизни не видел человека красивее этого улыбчивого парня. — Сигнализация… — негромко проговорил он, отворачивая взгляд от ключиц и белоснежной кожи и переводя на лицо молодого человека.       — Что сигнализация? С ней всё в порядке, — с бархатом в голосе проговорил незнакомец с такой уверенностью, что не оставляла и капли сомнения. — Но, если хотите, конечно проходите и проверьте, — он приглашающе сдвинулся с пути, освобождая проход для офицера полиции. Блондин обворожительно улыбнулся, обнажив ряд ровных белых зубов, так что сердце в груди Ируки начало пропускать удары один за другим, рваным ритмом. «Офицер Умино, успокойтесь, чего вы там себе нафантазировали сейчас!». А надумал Ирука многое, после того как он войдёт за дверь этого коттеджа, и что бы он сделал с этим… фантазия сменяла одну за другой картинки перед глазами Ируки.       — Нет… Что вы, раз в порядке, то наверное, я пойду. И доброй ночи… — Ирука попятился назад, окончательно заливаясь краской. Парень ещё какое-то время провожал взглядом офицера Умино и, пожав плечами, закрыл перед полицейским двери.

***

      — Не, ну ты прикинь, Хидан! Это надо было видеть. Он такой милый стоял у двери, мялся, стеснялся, а сам глазами буквально пожирал меня, — Какаши отпил из банки пиво и взял протянутую трубку кальяна. — Но я был буквально в шаге от провала.       — Идиот ты, Какаши, прекращай уже со своими крестовыми походами по домам. Поймают тебя рано или поздно. — Парень, что сидел рядом с ним и составлял компанию в этот вечер, был в одних шортах на голое тело. Его не особо заботило то, что у него гости. Хотя нет, он сам тут гость, вот уже второй год, но ему нравилось. Старикан не доёбывается, трахает его стабильно, кормит-одевает, иногда даже деньги даёт, но это когда настроение у него хорошее, а оно было весьма и весьма редко. Ровно столько раз, сколько было у Хидана плохое, то есть, практически никогда!       — Ладно бы ещё кэш тратил на себя, так он их в детский дом отвозит. Такой наивный идиот! — он хохотнул, выпуская струйку дыма. — Государство их обеспечивает, а твои бабосики, что ты таким опасным способом добыл, успешно сливает руководство на свои нужды! — он привык угорать над альтруистичными идеями Какаши и всё ждал, чем закончатся эти бессмысленные походы. — Но что там полицейский этот, давай! Рассказывай! И да, чё тебя остановило от того, чтобы затащить его в дом и дать ему? Я думаю, он был бы не против. Больно уж вкусно ты его описываешь, самому захотелось с таким потрахаться, — Хидан посмотрел на выражение лица Какаши. — Да не буду я встречи с ним искать. Не ссы, Хатаке, — сам Какаши уже узнал, где работает офицер Ирука Умино, кто он и откуда. Плохо только график работы не вывешивают. Да, этот молоденький полицейский — очень занятный экземпляр. Как вспомнит Хатаке, так подкатывает в штанах. Да к тому же прибавим, что ему несколько раз снились до неприличия реалистичные сны о том, как бравый офицер Умино арестовывает, сковывает наручниками и наказывает несколько раз Какаши за его правонарушения. И он готов нарушать закон снова и снова, лишь бы это не останавливалось. От этих снов он просыпался с крепким стояком под одеялом и сладкой истомой внизу живота, но явиться ему на глаза так и не хватило решимости. От воспоминаний о полицейском в форме и с мотоциклетным шлемом в крепких руках, и тех узких форменных брюках, что обтягивают крепкие ноги и красивый зад, который он мог прекрасно рассмотреть когда тот уходил, становилось разом жарко. А под кожаной курткой воображение Хатаке дорисовало широкие крепкие плечи и спину тренированного человека. «Чёрт возьми, Какаши, у тебя появился очередной фетиш на форму!» — эта мысль не отпускала и не давала жить спокойно. А тот румянец смущения на смуглом лице, м-м-м, он такой вкусный… Определённо, этот молодой парень застенчив. От всех этих воспоминаний на лице Какаши расплылась глуповатая улыбочка.       — Эй, Хатаке, хватит идиота влюбленного изображать! — Хидан помахал рукой перед лицом Какаши и пощёлкал перед глазами. — Вернись уже! Ты слышал, о чём я тебе говорил?       — Нет…       — Я говорил, что если ты знаешь адрес, почему бы тебе самому не наведаться к этому парню?       — И что? Что я скажу! Привет, ты помнишь, я обнёс дом старого пердуна, а ты приезжал на сигнал охранки? Так вот, дом я таки обнес малость и осталось одно; мне хочется с тобой потрахаться, а то меня не отпускают мысли о тебе. Вот прям каждое утро просыпаюсь с мыслями, и подкатывает. Вы прекрасны, я чертовски прекрасен, что вас останавливает, трахни меня офицер?! — Хатаке покачал головой на простоту этого идиота Мацураси. — А он сначала трахнет, а потом в этих же наручниках голым в камеру отправит. Не, так не прокатит, мне на воле неплохо. — Он отпил пиво из банки и выхватил трубку кальяна у изрядно уже пьяного Хидана. Их тишину прервал звук открывающейся двери.       — О, кошелек, пришёл! — негромко проговорил Хидан. Улыбаясь, он посмотрел на мужчину, вошедшего в квартиру.       — Я всё слышу, малолетний еблан!       — Папик, не ругайся, лучше пивка мне дай банку.       — Подними свой зад и сам возьми!       Какузу, ослабляя галстук, подошёл к дивану, где расположились парни. Казалось, его лицо никогда не выражало эмоций. «Интересно, когда он ебёт Хидана, у него такой же покерфейс? А когда кончает?» — эта мысль шальной пулей ворвалась в бурное воображение Какаши. Мужчина скинул на кресло пиджак и закатал рукава идеально белой рубашки, открывая накачанные сильные предплечья. Хатаке, затаив дыхание, стал дальше смотреть, как мужчина снимает жилет от костюма тройки. Он доподлинно не знал, кем работает и чем занимается любовник Хидана. Известно было, что он состоит в какой-то крупной группировке и находится там далеко не на низшей ступени иерархии. Характерных татуировок не было, значит, он скорее всего не якудза, но это не мешало Какаши уважать его не меньше, чем он того достоин. А Хатаке уважал этого взрослого мужчину за его спокойный рассудительный нрав и ту внутреннюю силу, какую он излучал. Да, выдержки в нём было хоть отбавляй, поскольку выдержать и жить с таким, как Хидан, это как показатель уже. Кто знал Мацураси, тот понимал.       — Какаши, ты ко мне по делу или так, на пиво заскочил? — ещё одна черта Какузу нравилась Хатаке в нём — основательность. Не привык мужик тянуть кота за яйца и сразу задавал вопросы. В лоб. Без подготовки и хождений вокруг да около. С тихим шипением открыл свою банку пива и пристально посмотрел на Какаши, ожидая ответа. Недолго думая, тот порылся в большой спортивной сумке и вытащил оттуда пару длинных свёртков, больше похожих на чехлы, и небольшой чёрный мешочек. Какузу с интересом посмотрел на вещи и без приглашения сам взял их в руки. Быстро избавившись от ткани, на приглушённый свет комнаты показалась золотистая цуба, богато украшенная перламутром, а следом — чёрные лаковые деревянные ножны.       — Дружочек, света дай, — он, не глядя на Хидана, едва слышно отдал распоряжение. Его внимание теперь было полностью отдано старинной катане. Комнату залил яркий свет. С видом знатока Какузу стал крутить в руках клинок, не освобождая пока от ножен. — И очки мне принеси, шустрее, — по заинтересованному выражению лица своего мужчины и напряжению в голосе Хидан понял, что сейчас шутки будут лишними, и как можно быстрее отправился выполнять распоряжения. Цука изящного клинка была выполнена из слоновой кости и перевита плетёными лентами из чёрного шёлка. Казалось, Какузу перестал дышать, когда медленно, совершенно неспеша, начал обнажать лезвие из ножен. Блики светодиодных лампочек играли на полированном лезвии. Ярким росчерком металла всполыхнуло лезвие катаны, будто молния. Обнажив наполовину, Какузу резким движением избавил клинок от ножен. Воздух разрезал звон стали. — Хороша девочка, очень хороша! — пробормотал себе под нос мужчина. — Да ещё и в идеальном состоянии. Просто отлично. — Он продолжал рассматривать лезвие клинка. Перекладывая из руки в руку, чувствуя полный баланс отличной катаны. — Хатаке, пара к нему есть?       — А, да Какузу-сан, есть, — Хатаке не замешкавшись, протянул из сумки второй свёрток, поменьше. Мужчина ликующе улыбнулся. Такого хорошего настроения и таких эмоций даже Хидан не видел.       — Бля… ты хоть раз бы мне так улыбнулся, самодовольный ублюдок! Неужели я отсасываю тебе так хуево, что мне сложно улыбнутся с таким восторгом. Это всего лишь сабли, ножи-клинки, это просто оружие…       — Идиот, заткнись! — Какузу перебил и осадил парня. — Это коллекционные катана и вакидзаси. Скорее всего, кого-то из императорских офицеров, и довольно старые, судя по клейму мастера, прошлый век, — с видом знатока он продолжал рассматривать уже вакидзаси. — Какаши, где взял не спрашиваю, не моё дело. Но… но сколько хочешь за них? — он внимательно посмотрел на Хатаке поверх очков в прямоугольной золотой оправе, спущенных на кончик носа. Какаши, перед тем, как пошёл к ростовщику, кому скидывал всё честно сворованное, приценился в интернете по стоимости вещей. Пусть Какузу-сан платил мало, но он точно знал, что тот не сольёт его полиции. А тут неожиданно у антиквара удалось такой куш сорвать.       — Двести пятьдесят тысяч, — он сделал паузу и сглотнул скупую слюну, смочить в пересохшем горле, — долларов. — Какузу улыбнулся и покивал головой. Ещё раз покрутил катану перед собой, так и не ответив на цену Хатаке.       — Что ты там ещё припёр? — он кивнул на небольшой черный мешочек, что лежал рядом с тряпьём в которое были замотаны клинки. Какаши протянул небольшой мешочек. Какузу взял и покрутил в руках, недолго думая, высыпал аккуратно на низкий столик содержимое. Оно было весьма занятным. Табакерка для курительных смесей, тоже прекрасной искусной работы. К ней в комплект прилагалась кисера. Мужчина взял в руки, оценивающе покрутил предметы. — Хм… Занятно, очень занятно. Хатаке, пятьдесят тысяч за всё, и не цента больше, наличкой и сейчас…       — Сто двадцать тысяч наличными и сейчас, — резко перебил Какаши.       — Да ты, смотрю, храброй воды хапнул малец. Восемьдесят и торг окончен. Вещи приметные, но, не спорю, ценные, такой улов редкость. — Он взял со стола сигареты и закурил от протянутой зажигалки. Прищурившись, протянул руку для заключения сделки.       — Только из уважения к вам, Какузу-сан, девяносто, и по рукам! — Хатаке протянул руку для пожатия в свою очередь.       — Хорошо, ёкай раздери твой зад, по рукам, Какаши. Будь по-твоему! И то это всё из-за того, что я знаю, куда эти деньги пойдут. Что ни цента из них ты на себя не потратишь. — Какузу уже теплее улыбнулся и пожал руку парня. — Эй, приживала, тащи задницу на кухню. Будешь ли ты кормить своего мужчину сегодня? Давай, подсуетись, сучка, эту сделку надо обмыть! — он со всей силы хлопнул по заду Хидана, подгоняя того на кухню, а сам отправился в кабинет за кэшем.

***

      Ируке которую неделю не давал покоя тот случай с сигнализацией в доме антиквара. Ведь всё-таки это оказалось ограбление. То, что сделал Ирука… ему показалось, он предал сам себя, дав неполные показания против того парня, что открыл ему дверь. На благо камер видеонаблюдения у этого скупердяя старика не оказалось. Он дал описание как мог, в общих чертах. Сославшись на позднее время и убедительность вора, сказал, что не запомнил особых примет. Хотя этот парень был сам целиком как одна особая примета. Белая ворона в стае серых и чёрных. Но как не удивительно, Ируку мучило осознание безысходности и того, что он, скорее всего, больше никогда не увидит этого человека, а хотелось бы. «Бля, Умино, ты идиот, тебе показалось, что он флиртует. Ему просто надо было от тебя избавиться, а ты напридумывал!». А ведь фантазия молодого полицейского очень намного продвинулась вперёд в отношениях с этим вором. Вот реально, воришка! Украл бессовестно мысли и сердце и, скорее всего, безответно. Как бы это печально не было, но Ирука понимал, что это всего лишь мечты. Так, в мечтах и фантазиях, он засыпал который день и которую неделю!       Утро выходного дня Ирука встретил в приподнятом настроении. Он собрался ехать в детский дом, из которого совсем недавно сам выпустился. Помочь своим сенсеям и воспитателям на празднике. Ну и пообщаться с ребятами. Открыв небольшой встроенный шкаф, он встал перед выбором, в чём идти. А выбор был не так уж и велик. В рядок висели четыре комплекта форменной одежды и пара повседневных джинсов. Недолго думая, Ирука схватил светлые джинсы и снял с полки любимую яркую жёлтую футболку. Как же давно он не ходил в гражданской, а не форменной одежде. Натянув на себя штаны и футболку, Ирука для себя отметил, что тренировки не прошли даром и пора бы обзавестись новыми шмотками. Штаны оказались туговаты а стрейчевая футболка обтянула и красиво выделила налившиеся буграми мышцы Ируки. Покрутившись перед зеркалом, он, конечно, был приятно удивлён отражением и решил, что будет с капитаном Гаем ещё больше тренироваться. Забрав длинные волосы в высокий пучок, он схватил солнечные очки и вышел на улицу, решив по пути ещё зайти куда-нибудь позавтракать. Готовить совсем не хотелось.

***

      Какаши припарковал свой старый седан около детского дома, которому часто анонимно помогал. Зная нужды обездоленных детей не понаслышке, студент старался делать так, чтобы средства доходили до адресата. Покупал необходимые аппараты для больных детей, игрушки, одежду, книги, технику. Чисто наличкой он никогда не помогал, всегда опасался, что его обманут. Ведь в чём-то был прав Хидан, мир не без подлых людей. Он усмехнулся, сам недалеко от этих подлых ушёл. Сегодня их пригласили на праздник, который устраивали в честь юбилея приюта для детей сирот. Он с ребятами из команды аниматоров агентства в благотворительных целях вызвались помочь устроить праздник малышам. Приехали пораньше, подготовили площадку, где должны проводить квесты и, возможно, инсценировать пару небольших сценок, опять же, конечно, с привлечением ребят. Ему очень нравилась возня с детьми и их искренняя радость, не наигранная благодарность и открытость миру.       К одиннадцати часам было уже всё готово. Весь праздник или концерт был рассчитан на три часа, не больше. Далее их ждали на другом объекте. Какаши натянул на себя костюм человека-паука, посмотрел, как нелепо он смотрится на его тощей высокой, чуть сутулой фигуре. Сам Хатаке в силу своего образа жизни не спешил обзаводится дополнительной мышечной массой или весом, неудобно в форточки и окна пролазить будет. Его и так всё устраивает. Но вот на сухой фигуре костюм человека паука смотрелся достаточно нелепо, хотя, в целом, пофиг, главное, что лицо скрыто и не светит всем подряд.       Праздник шёл полным ходом, когда на горизонте взгляда Хатаке появился Он. Да…это был именно он. Какаши не нужно было долго думать, когда на площадку пришёл и затмил само солнце, офицер Ирука Умино собственной персоной, но сейчас без формы. Хотя это его нисколько не портило, а, наверное, даже открыло с какой-то другой стороны, совершенно обычной, человеческой. Парень открыто улыбался и был настолько расслаблен и счастлив в этой атмосфере. На нём вис мальчонка блондин с яркими голубыми глазами, а рядом, за руку с ним, шёл второй мальчик, бледный, с болезненным видом, показывая что ему всё неинтересно и вообще, отстаньте. Нахохлившись, как маленький воронёнок, он то и дело выдергивал руку из руки Ируки. Но парня это не обижало нисколько, он лишь протягивал свою широкую ладонь и снова брал мальчика за руку и вёл. А вёл Ирука ребят по направлению именно к нему, Какаши.       — Господин человек-паук, — Ирука белозубо улыбнулся, — можно я вас сфотографирую вот с этими замечательными ребятами? — Какаши уставился и не мог оторвать взгляд от офицера Умино. Ему бы стоило что-то ответить, но он лишь по глупому кивнул головой и встал колом. Ирука, весь его образ, был таким… вкусным, что голодный до секса Какаши понял — готов сорваться прямо сейчас и обожраться, так обожраться, чтоб потом на секс этот самый не смотреть во веки веков, но именно с этим парнем. Да, он ему нужен, срочно нужен. В голове всплыли картинки недавних фантазий, как его арестовывает офицер Умино и ведёт показывать личную койку, где он, Хатаке, будет принимать наказание. И вот он стоит рядом. Его тело… оно оказалось лучше, чем мог себе представить Какаши, в этой ярко-желтой футболке, что приятно контрастировала со смуглой кожей. Бледно-голубые джинсы обтягивали красивый зад. Широкие плечи и спина… руки… руки… Хатаке не мог оторвать взгляд от рук Ируки, крепких, сильных, натруженных в долгих тренировках в зале, увитых венами и слегка поблескивающих от мелких волосинок. Какаши нервно сглотнул.       Пока Ирука делал фотографии, Какаши отчётливо осознавал, что в штанах его изрядно потяжелело. «Блять!» — Хатаке выругался, потому как опомнился, что на нём сейчас предательски обтягивающий костюм супергероя. «Хорош человек-паук со стояком в штанах!». Хотелось скорее испариться с площадки.       — Извините, парни! — он потрепал по волосам маленького блондинчика и, развернувшись, поспешил скрыться. Им выделили помещение, где они переодевались. Туда он и направился. В любом случае, праздник подходил к концу, и можно было уходить. Он спешил как можно скорее скрыть последствия своих мыслишек. Как только Какаши вошёл в помещение, он стянул с головы маску карнавального костюма. Сердце билось в груди бешенным галопом.       — Да, что с тобой Хатаке?! — едва слышно он сам себе задавал вопросы, хотя и понимал, что ответ ясен без слов. Какаши скрыл лицо в ладонях и стёк по двери прямо на пол. Улыбка этого полицейского стояла перед ним. — А вдруг он даже не гей? — он произнёс это вслух, и ответ сам себе давать ну никак не хотел. Наконец, успокоившись и взяв свои взбунтовавшиеся мысли и чувства под контроль, он выпив залпом половину бутылки воды и начал в спешке переодеваться. В голове он накидал план. Это реально было опасно — появляться на глаза Умино. Чёрт знает, а вдруг он его сдаст? Какаши переодевался в повседневную одежду, всё раздумывая, как подойти лучше, как познакомиться. «А может, если он начнёт задавать вопросы, прикинуться дураком и сказать, что он перепутал его с кем-то? Ага, с кем-то перепутал, в Японии прям на каждом углу такие приметные «бледные вороны!». Хатаке выругался.       Он знает, где Ирука живёт, где работает. Явно второе место для знакомства не подходит, тогда дом… Какаши уже шёл мимо кабинета, как из двери услышал уже знакомый такой приятный баритон молодого человека.       — И какой срок дают врачи? — в голове Ируки чувствовалось едва уловимое беспокойство, но и при этом решимость.       — Ирука-кун, я всё понимаю, но зачем тебе все эти беспокойства? Это чужие для тебя дети! — женский голос говорил с материнским теплом. — Ты сам только недавно встал на ноги, отучился и работаешь. О семье задумайся, а мы уж сами решим эту проблему!       — Нет, Цунадэ-сама не могу я так, они ж и есть моя семья. Это пока не могу оформить опеку над ребятами, но я их заберу… обязательно…       — Своих родишь!       — Перестаньте! — он почти прикрикнул на женщину. — Извините, Цунадэ-сама.       — Хорошо… хорошо, не горячись. Саске нужна операция. Замена хрусталика, оба глаза. Врачи ему дают при лучшем прогнозе ещё год, потом — полная слепота. Можно не ждать у моря погоды, что что-то изменится, это врождённое. Есть частные клиники, за деньги сделают хоть через неделю при хорошем стечении обстоятельств и анализах. Но есть ли эти деньги у тебя, мальчик мой? Сумма не маленькая. — Какаши услышал тихий стук карандаша по бумаге. — Вот, сумма конечно подъемная, но тебе сложно будет.       — Так это мне сложно будет, Цунадэ-сама. Только мне. — Следом Какаши услышал скрип отодвинувшегося стула и шум шагов. Он скорее поспешил скрыться за углом. Эта новая информация дала пищу для размышления. У Хатаке появился новый актуальный план!

***

      День для Ируки оказался очень долгим. После праздника в приюте, под свою ответственность, он забрал парней с собой на прогулку. Это не позволялось, но директор Сенджу всё понимала и, взяв все риски на себя, отпустила ребят погулять с Умино по Осаке. День был замечательный, они прошлись практически по всем автоматам в парке развлечений, посетили кучу аттракционов, наелись сладостей и конечно, по привычке, завершили свой день плотным ужином в рамённой. Ирука посматривал на Саске и видел, что несмотря на плохое зрение, он ни в какую не хотел уступать Наруто. Если сначала высокомерно отнекивался и не хотел играть, то позже втянулся. Ирука не знал, насколько вреден или полезен такого вида досуг для Саске, но лишать парня веселья не хотел. Его и так было мало в жизни ребенка. После, передав детей из в руки Цунадэ-сама, он поспешил домой. Завтра на работу, и надо было приготовить форму. На пути домой его мысли полностью были заняты тем разговором, что состоялся днём в кабинете управляющей. Сумма, конечно, реально большая, это будет почти его полугодовая зарплата плюс премии за дополнительные смены, а если взять кредит, то, наверное, за год он управится, если ещё и ужмётся и будет экономить. Но помимо операции, Ирука осознавал это, нужна реабилитация, и она, скорее всего, тоже влетит в копейку. Ну и сама идея о том, чтобы взять опекунство над парнями, тоже отходила пока в сторону. Ему нужен был новый дом, новая квартира с комнатой для ребят. Так ему никто их не отдаст. Но и эта проблема решаема. Была другая, более сложная и совершенно невыполнимая. Неженатому парню скорее всего откажут в опеке над детьми, пусть даже это и почти подростки. Да, были прецеденты, но их мало, и там родственные связи. Эти мысли вгоняли в уныние молодого человека, и чем больше он об этом думал, тем более портилось настроение Ируки. За день он устал. День был жаркий и непростой. Хотелось скорее в душ и в кровать. Он почти на автомате зашёл в дом, с глухим звоном кинул ключи на тумбу и включил небольшой ночник в прихожей. Скинул кроссовки, не нагибаясь, на ходу стягивая футболку и распуская волосы из пучка. С особым удовольствием он расстегнул верхнюю пуговицу тугих джинсов. Залез в холодильник за банкой холодного лимонада. Он это делал всё на автомате, не замечая, что в кресле, которое чаще заменяло филиал шкафа, сидел человек. Ирука дёрнулся в испуге при виде знакомого незнакомца.       — Привет, — голос парня, что поздоровался, был спокоен и доброжелателен. Он улыбался одними уголками рта. Ирука потянулся, чтобы добавить света. — Не включай верхний свет, и так нормально.       — Не нормально, — негромко уверено отрезал Умино. Он не собирался слушать непрошенного гостя и щёлкнул выключателем. Яркий свет в первый момент ослепил. Парень блондин прищурился и шире улыбнулся. Он поднялся с кресла, собираясь подойти ближе. Ирука же попятился назад. Ситуация была очень странная, и он не понимал, чего ждать от вора. А именно им он и был, этот блондин. В голове Ируки моментом всплыли события того дня, когда он приехал на сигнал охраны. Потом сердце всколыхнули воспоминания о тех стыдных снах, что снились много раз и центральной фигурой которых был именно этот обворожительный мерзавец. Волнение и смущение вновь накатывали на Ируку. А теперь он в ещё более неловкой ситуации, стоит перед ним с голым торсом.       — Да не волнуйся ты так, расслабься. Меня зовут Какаши. Какаши Хатаке. — Блондин протянул руку Ируке. Тот затупил, ненадолго посмотрел на неё, а потом взглянул на улыбчивое лицо нового знакомца. — Ну, давай же, — недолго думая, этот наглец сам взял руку Ируки и пожал. Рука Какаши на удивление оказалось с гладкой кожей и приятная прохладной, на контрасте с горячими ладонями Ируки.       — Что тебе надо? — Ирука посмотрел на сжимавшую его смуглую ладонь бледную руку Какаши. — То есть, зачем вы тут, господин вор? — Какаши рассмеялся.       — Да не вор я, просто Какаши Хатаке, студент, — он отошёл и по хозяйски стал ходить по комнате Ируки, рассматривая на полках многочисленные книги, статуэтки из аниме, далее была медальница с разнообразными медалями и несколько кубков на полке. Пара фотографий в рамках. Всё было аккуратно расставлено. На предметах не замечалось видимой пыли. В целом Хатаке заметил, что комната была в опрятном состоянии. Он улыбнулся снова повернувшись к Ируке лицом. — Ну, так скажем, не совсем вор, личной выгоды из своих действий я не извлекаю. Но перейдем к делу. Я совершенно случайно днём узнал информацию. Мальчику, Саске Учиха, нужна операция на глаза. — Он посмотрел в карие глаза молодого полицейского. Тот до сих пор, казалось, не осознавал или не хотел осознавать происходящее, или был шокирован от наглости вора, вторгшегося в его квартиру. — Деньги. Тебе нужны деньги, и я готов их дать.       — Мне не нужны деньги вора…       — Ой да ладно, начинается! — Хатаке отмахнулся. — Мне не нужны деньги, — он передразнил Ируку. — Деньги вора ему не нужны. Это деньги такого же вора. Понимаешь, вор украл у вора. Минус на минус по итогу дают плюс, офицер Умино. Тот дед тоже так же, не совсем хорошим способом добыл эти предметы искусства. Я ж не дурак, воровать у честного народа. Он же, в свою очередь, не очень вас тревожит, потому что сам заявить о многом не может. Скорее всего, вещи, которые я забрал, изначально не его. Так что не парься, офицер. — Какаши спокойно говорил, глядя с лукавым блеском в глаза Ируки. — Не парься давай. Я тоже бы потратил их на детей, в детский дом или какой-нибудь приют. Может быть, кому из малообеспеченных помог…       — Это ты?       — Что «я»?       Ирука слышал об участившихся случаях, когда его приюту кто-то анонимно помогал вещами, аппаратурой, лекарствами, средствами гигиены.       — Неважно, я или не я. Сейчас речь не о том, я хочу парню твоему помочь, — Какаши облокотился спиной о стену. Разговор не клеился как-то. Он не понимал, как свернуть в сторону, которая его интересует, хотя видел интерес и лихорадочный румянец на смуглом лице Ируки. Какаши по достоинству оценил сейчас его торс без одежды, широкую спину, явные рельеф и кубики пресса, а также дорожку тёмных волос, что маняще от пупка ручейком уходила под резинку трусов. Пауза в их диалоге затянулась и повисла неловкая тишина. Ирука не выгонял, но при этом не пытался задержать вора, что неявно, но признался при нём в содеянном.       Хатаке отошёл от стены к креслу, в котором сидел, пока ждал Умино. Практически не создавая лишнего шума, он поднял чёрный рюкзак, недолго покопавшись в нём, вытащил толстые пачки денег.       — Держи, тут хватит не только на операцию, но и на реабилитацию. О ней-то ты наверное и не подумал? — Какаши положил деньги на рабочий стол.       — Я не могу их взять, сам как-нибудь выкручусь… — проговорил Ирука негромко, стараясь не смотреть на Какаши.       — Ма-а-а, офицер Умино, не думал, что вы такой упрямец. — Какаши расслабленно, совершенно не стесняясь, вёл себя у офицера так, словно был дома у себя. — Ну хорошо, я сделаю по-другому. Сам оплачу операцию Учиха Саске, так ведь зовут мальчика? Мне не сложно сделать это анонимно. Вообще не понимаю, зачем я сюда припёрся. Как идиот ещё упрашиваю деньги взять, которые так нужны.       — В самом деле, зачем вы пришли сюда? — этот вопрос очень взволновал Ируку. Вопросов к этому загадочному посетителю не уменьшалось, а лишь прибавлялось с каждой минутой.              — А может, потому, что вы мне понравились, офицер Ирука Умино, и я хотел сделать этим вам приятное, добиться расположения и познакомится поближе…? — Хатаке с каждым словом приближался к Ируке, который в удивлении вскинул глаза на Какаши.       — Поближе познакомится…? — Ирука в голос рассмеялся. Его смех оказался для Какаши настолько же прекрасен, как и сам молодой офицер полиции.       — Что смешного? — он проговорил это с напускной обидой в голосе.       — Нет, ничего. Дав мне денег? Познакомиться, дав денег, чтобы я оплатил лечение ребенку? То есть, вы хотите меня купить, Какаши? Очень интересно, — просмеявшись, Ирука уже по-другому посмотрел на Какаши, как будто включившись в игру только завязывающегося между ними флирта. Ирука сам с собой не спорил, он отдавал себе отчёт, что этот молодой мужчина ему очень нравится, тогда ещё понравился своей нездешней красотой и таинственностью. Он улыбнулся, покачав головой. Собрался уж снова надеть футболку.       — Нет… — как-то даже чересчур громко проговорил Какаши, потянувшись рукой к футболке. — Не надо.       — Что не надо? — Ирука смутился. — Дайте я оденусь.       — Ирука, вы мне нравитесь. Разве это непонятно, что люди делают необдуманные, противоречащие здравому смыслу поступки, когда ослеплены чувствами? Вот вы сейчас можете, офицер Умино, делать со мной, что хотите. Сдать своим коллегам, например. Хотя это бесполезно, улик против меня у вас нет. Так же можете ударить меня, оттолкнуть, если вам неприятно, и вышвырнуть из дома. Но я пришел затем, зачем пришёл, а именно — увидеть вас и сказать это. — Ирука был ошеломлён пылкой речью Какаши. Он не мог сделать ровно ничего из того, что предложил Какаши. Просто не мог. А парень всё приближался к нему, пока не оказался на таком расстоянии, что его взъерошенные светлые волосы щекотали лоб Ируки. Он в изумлении смотрел на красивое лицо вора, что занимал его мысли и пробуждал желания последние дни. Вблизи его лицо было ещё красивее, и сейчас Ирука увидел незаметный издали бледный шрам, который рассекал тонкой полосой щёку, чуть заходя на лоб. Ирука поднял руку и, едва касаясь, провёл по тонкому шраму Какаши. На фоне бледного лица его смуглые руки выглядели очень тёмными. Какаши улыбнулся. Взял тянувшуюся руку Умино в свою, приложил к щеке и потёрся о неё. Ирука затаил дыхание, наблюдал и не мог оторваться, ведь сейчас происходило именно то, о чём он столько фантазировал. Хатаке сейчас выглядел словно бездомный кот, которого приютили, и ему так не хватало ласки тёплой хозяйской руки.       — Что вы делаете, Какаши…       — То, чего ты и я сейчас хотим в одинаковой степени. Ирука, ну не обманывайся, я всё тогда ещё понял. И хватить «вы». — Ирука, не отрывая взгляда, наблюдал за действиями Какаши, а он потирался о ладонь. Другой рукой опёрся на стену возле головы Ируки. — Отпусти себя уже, хватит думать, делай, что ты хочешь сделать, — эти слова Какаши проговорил, а скорее даже интимно прошептал, склонясь над лицом Умино. И он не собирался и дальше сдерживать себя. Больше Умино ничего не останавливало. Ему дали явное согласие. Сказать, целовался ли когда-либо с кем-то Ирука так сладко, значило не сказать ничего. От лёгких касаний губами до глубокого поцелуя, когда Хатаке позволил проникнуть языку Ируки в свой рот не прошло и пяти секунд. Целовались так, что воздуха не хватало, прерываясь на пару секунд для вздоха, в затем вновь и вновь тонули в омуте сжигающей обоих страсти. Руки Умино утонули в светлых волосах Какаши, наощупь они оказались такими шелковистыми и упругими…       — Да, офицер, накажите меня… — томный выдох в губы разорвал тишину.       — Ты сейчас договоришься, Хатаке, что ходить сможешь максимум до туалета, и то по стеночке! — Ирука сам от себя не ожидал таких дерзких слов. В перерыве между поцелуями они избавлялись от мешавшей им одежды. Ирука не заметил, как сон становится явью, ему не хотелось думать ни о чём постороннем. Вот он, тот красивый парень, сейчас перед ним и хочет его, судя по крепко стоящему члену, что, налившийся покачивается. Ирука, осыпая дорожками поцелуев всё, что попадалось, опустился перед Хатаке на колени и разом полностью заглотил член. Попутно вырвав неприлично громкий стон из Хатаке.       — Потише, Ирука! Да ты просто мастер в минете. — Какаши запустил руки в волосы, рассыпавшиеся по широкой смуглой спине, зафиксировал голову и стал медленно совершать фрикции в податливый рот Умино. Было сладко-больно-приятно и умопомрачительно от этой тёплой влажной глотки. С громким стоном Какаши резко дёрнулся и кончил в рот Ируки. Недолго думая, тот поднялся с колен и поцеловал Хатаке. На губах Умино оставался липкий след страсти, что оставил Какаши. Улыбнувшись в поцелуй, Хатаке почувствовал, как пальцы широкой ладони Ируки легли на ягодицы. Чуть сжимая их, Ирука потирался стоящим членом о внутреннюю поверхность бедра своего партнера, пачкая обильно выступившей естественной смазкой.       — С этим надо что-то делать, — одним взглядом Умино показал на свой торчком стоящий член.       — А ты в курсе, Ирука, что чем меньше кусты, тем выше дерево? — Хатаке провёл ладонью от яичек по стволу члена. Паховая зона Ируки с обильной порослью явно не знала бритвы. Ничуть не смущённый озорным комментарием, он толкнулся в руку Хатаке, не отрывая взгляда от смеющихся глаз напротив. — Но величие твоего ствола не затмят даже кусты. Гондоны есть? — продолжил Какаши деловым тоном. Ирука потянулся к ящику тумбы рабочего стола, в которой приветливо блеснули фольгой означенные гондоны и баночка смазки.       — Повернись, — командные нотки, что появились в голосе Ируки, ещё больше возбудили Какаши. Да, именно так он и хотел. В голове пронеслась мысль, чтобы Ирука одел свою форму и фуражку, но он отложил эту идею на потом. Он услышал щелчок крышки бутылочки от смазки и буквально сразу, без особой подготовки почувствовал, как горячие пальцы Ируки проникли в проход. Умино понял свою ошибку со спешкой и уже более нежно и методично стал растягивать Какаши, добавляя при надобности смазки. Попеременно одним и двумя пальцами. Как только почувствовал, что Хатаке расслабился, он стал проникать глубже, поглаживая уплотнение простаты, в очередной раз вызвав у Какаши стон мучительного наслаждения. Второй рукой Умино поглаживал член Хатаке, не на минуту не оставляя без ласки.       — А ты внимательный любовник, офицер Умино, я в тебе не ошибся. За этой оболочкой, полной невинной скромности, скрывается тот ещё развратник. — Какаши усмехнулся и снова застонал, когда Ирука нажал на уплотнение простаты.       Ирука убрал пальцы из зада Хатаке. Какаши жалобно хныкнул, почувствовав образовавшуюся пустоту, которую срочно требовалось заполнить чем-то побольше, чем два пальца, пусть и столь умелые.       — Наклонись, — негромко попросил Ирука, и Хатаке послушно облокотился на стол. Умино раскатал по члену защиту. Прижался и потёрся крупной головкой о поджавшиеся колечко входа. Не откладывая больше, одним плавным движением он полностью вошел в Какаши. Вместе с хныкающим выдохом, его толчок, казалось, выбил из лёгких весь воздух. Замерев, Ирука прижался грудью к спине Какаши, обхватив его при этом за талию. Он уткнулся в затылок парня, вдыхая сладковатый парфюм. Чуть прикусил, вырвав из Какаши ещё один стон, и стал медленно, аккуратно двигаться внутри. Оттягивая пик удовольствия. Поглаживая сухие бока стройного парня, он выбрал нужный угол, чтобы попадать ровно по уплотнению заветной точки удовольствия.       — Умино, да ты… Ты… хм… издеваешься! — Какаши не хватало, не хватало ритма-темпа. Нужно вот-вот, чуть быстрее, чтобы снова кончить, и Ирука это понимал. Но собирался как можно дольше мучить этого прохвоста. Сам напросился. Пусть получит сполна. — Быстрее же! Давай, Ирука… — Какаши пытался сам подмахивать, чтобы увеличить темп и ускорить пик наслаждения. Но крепкие руки Умино останавливали, твердо зафиксировав на месте, показывая, кто тут правит, а кто должен слушаться. Снова укусив за шею Какаши, он мазнул языком по отметке и оставил поверх более нежный поцелуй. Наконец Умино надоело мучить воришку. Он поставил одну ногу на стул, стоявший рядом, чуть отклонившись, полюбовался открывшимся видом. Взявшись за талию Какаши покрепче, но резкими быстрыми толчками довёл Какаши до оргазма. Волны приятными спазмами прошлись по члену Ируки, что находился внутри Хатаке. Ещё пара глубоких толчков, и он с одним глухим стоном кончил следом. Тяжело дыша, они рухнули, кто лицом на стол, а кто на кресло рядом.       — В душ? — немного отдышавшись, негромко спросил Ирука.       — Можно не пойдем. Утром, — сонно ответил Хатаке. Ирука посмотрел на свою небольшую кровать. Поругал себя за то, что отказался купить чуть больше, когда предлагали в магазине. Ведь как знали, а вот он чего-то не подумал. Ещё девушка продавец так смущенно пыталась объяснить, зачем… А он, святая простота, не догнал. Ну и чёрт с ним, так поместятся, наверное? Пока он сидел в раздумьях, Хатаке уже с наглостью, которая, походу, была у него в достатке, и нисколько не смущала, улёгся на кровати у стенки. Ирука поднялся, взял плед и лёг на бок рядом. По-другому не получалось. «Странно всё это!» — последнее, что пронеслось в голове у Ируки перед тем, как он буквально провалился в сон.       Утро яркими лучами светило сквозь жалюзи. На удивление, Ирука проснулся по привычке чуть раньше будильника. И, опять же, на удивление, он даже выспался. Рядом уже никто не спал.       — Вот чёрт, так и знал, что так и будет…! — Ирука уже приготовился ругаться, когда на столе, где так и лежали вчерашние пачки американской валюты, заметил обрывок какой-то мятой бумажки с иероглифами, которые понять можно было, только после тщательной расшифровки.       «Не ругайся. Я взял запасной ключ, он висел в прихожей. Вскрывать твой замок конечно не сложно, но не очень удобно. Ниже мой номер. Напишешь, что на ужин. И да, придёшь — не переодевайся и возьми наручники. До встречи!».