Занимательное ботоводство

      — Если не нравится, зачем ходишь? — спросил Оулле беззлобно тем вечером. — Мне не нравится, я не хожу.       Речь шла про собрание жильцов, откуда только что вернулась Лина Тамм рассерженная донельзя. Учитывая черты лица, злиться ей было противопоказано категорически, особенно на людях — окружающих мог обуять длительный гомерический хохот. Картина и вправду выходила презабавная: низкая, полноватая девушка, смешно притоптывающая ножкой и нелепо пыхтящая при дыхании.       Но они были вдвоём, а Оулле принадлежал к числу тех людей, которые бы не стали смеяться над другими, даже под угрозой смерти. Его мир в целом был проще. Взять те же собрания: «не нравится — не ходи» — это, конечно, отличный подход, но Лине хотелось жить в чистом подъезде, в доме, где правильно выбрасывается мусор, а на клумбах под окнами каждое лето высажены цветы. Для этого всего, как ни странно, требовалось ходить на собрания жильцов.       Проблема состояла даже не в том, что никто ни за что не хотел отвечать — так было во все времена. И даже бесконечные споры на что и сколько сдавать денег злобы не вызывали. Её вызвали внешне напоминающие комплименты, фразочки вида:       — Лина, ты в прошлом году так здорово высадила цветы!       — Лина, твой подъезд самый чистый!       — Лина, кажется, в нашей управляющей компании слушают только тебя одну из нас всех!       — Лина, ты так здорово охомутала этих мусоровозчикеов!       Комплиментами это всё являлось лишь по форме. На самом же деле это было неприкрытой лестью с одной лишь целью — переложить на неё все обязанности, какие только были. И каждая попытка Лины Тамм хоть немного распределить обязанности в рамках дома вызывала реакцию схожую с тем, будто она к рабству принуждала.       — Ничего не хотят делать! Вообще! — пожаловалась она. — Они пользуются моей добротой!       — Я тебе помогаю, — отметил Оулле, что было чистой правдой, но к делу отношения не имело.       — Мне должны помогать они все! — решительно заявила Лина. — Хм. Вот не буду ничего делать! Пускай сами звонят, собирают, копают, носят…       — Будешь, — с небольшим укором отметил Оулле. — Покипишь и будешь. И они это знают.       — Да, — нехотя признала Лина. — Буду.       — Я могу поговорить…       Это было сродни угрозе. Нет, Оулле не принуждал кого-либо, не кричал и не махал кулаками. Однако даже его предельно спокойные разговоры многими воспринимались не иначе как насилие. С соответствующими последствиями.       — Не надо! — решительно замахала руками Лина. — Я сама, а то будет как в прошлый раз.       — Между прочим, ей выписали штраф за ложный вызов полиции, — напомнил Оулле.       — Угу, а тебя два часа продержали в участке. Нет уж! — Лина, уже поостыв, повторила решительнее прежнего: — Я сама. Буду собирать деньги и поговорю со всеми один на один.       — Они тебя не услышат.       — Услышат. — Подумав, она добавила задумчиво: — Хм-м-м. Но, может быть, не с первого раза…                     ***              Спасшись, Калита и Эланна не спешили уходить от врат Карак-Долла. Их никто не преследовал — некому было в пустой-то дворфийской твердыне заниматься такими глупостями. Но и палящий пронзительный белый свет не думал меркнуть. Даже посреди дня, пускай и не очень ясного и солнечного, было прекрасно видно, как он ярким лучом бьёт из дыры.       Такое светопредставление не могли не заметить, особенно когда опустится ночь. Это было чревато. И совсем не по причине, что кто-нибудь мог умереть. Умереть — лучший исход. Но вот если эта штука начнёт захватывать новые области… Конечно, маловероятно, что данное явление, чем бы оно там ни было на самом деле, распространялось подобно инфекции. С другой стороны, дворфы, прежде чем самоубиться, «украсили» свой город специальными светильниками, похоже, даже не подозревая об опасности.       Поэтому девушки, сразу как отдышались и пришли в себя, переварив только что случившееся, прежде всего вернули на место ту дверь, что сорвали с петель, стремясь поскорее выбраться наружу. На всякий случай ещё и прикрыли её еловыми ветками. Остальное они трогать не стали. Да и не то чтобы у них имелась какая-то возможность хотя бы в теории как-то замаскировать стометровые ворота подземного города. Хотя ничто внутри не указывало на то, что там кто-то бывал с момента гибели дворфов.       — Однажды мы вернёмся сюда и очистим это место! — одухотворённо заверила Эланна, по всей видимости, обращаясь к горному воздуху.       — «Очистим»? — уточнила Калита, на которую это заявление если и произвело впечатление, то самое что ни на есть негативное. — Та штуковина это же самое слово использовала! Друг друга чистить будете? Типа на скорость?       — Это зло, и его необходимо уничтожить! — Когда вампирша покрутила пальцем у виска, друид уточнила: — Полагаю, что это не тот Свет, которому служат паладины! Это белое пламя — знак повелителя демонов Зарегоса!       Если на Калиту сказанное и произвело какое-то впечатление, то она тщательнейшим образом это скрыла за гримасой пренебрежительного снисхождения:       — Пока мы знаем только то, что сама себя эта штука называла светом, а процесс коллективного дворфопомешательства — очищением. Остальное твои фантазии.       — Это не фантазии! — стояла на своём друид. — А история этого мира!       — А-а-а, — протянула вампирша и не думая сбавлять обороты. — Как ты там любишь говорить: «Так написано в древних друидских манускриптах», да?       — Я никогда так не говорю! — вспыхнула Эланна. — И не тебе, отродью, указывать на выбранный мною путь!       Не то чтобы этот спор имел хоть какой-то смысл. Спорящие явно не имели ни малейших шансов поколебать чужую уверенность в собственной и ничьей больше правоте. Просто накопившимся эмоциям требовался выход, и они нашли его в форме такого вот скандальчика.       — А кому? Медведю, зайчику, может, землеройке? — Калита многозначительно поиграла бровями. — Кто там ещё участвует в ваших так называемых «ритуалах»?        На секунду друид едва не поддалась переполнявшему её гневу и практически решилась на драку, но затем взяла себя в руки, зажмурилась, сосчитала до пяти и сказала:       — Тебе не удастся вывести меня из себя. Найди что-то другое, на чём ты будешь срывать своё недовольство и демонстрировать скверный характер!       Вампирша разочарованно зашипела, целиком и полностью демонстрируя правильность умозаключения насчёт провокации. Развернувшись, она решительно направилась прочь от твердыни. Что было особенно приятно — абсолютно молча.              ***              В прошлом территории к северо-востоку от Дракенгарда и реки Синей назывались «долина Келлес» — по ландшафту и названию крупнейшего города. Если бы не погодная специфика Вечнозелёной долины, они были бы похожи как две сестрицы. Не близняшки, конечно, но схожего имелось больше, чем различий. Одинаково запертые между морем и горами, с большим количеством глухих лесов, озёр и ручейков. Разве что в долине Келлеса не было болот, зато имелась равнинная местность. Ну и кроме того, эту территорию куда лучше освоили игроки — однозначный признак того, что никаких гостей из мира Фей там не было и в помине.       Правили здесь так называемые Заречные бароны, общим числом семь штук. Плюс один граф, тоже Зареченский. Почему-то термин «Синие бароны» или «граф Синий» эти персонажи крайне не любили и избегали всеми силами. И это всё, чем они запомнились истории.       Непосредственно город Келлес по полному праву носил свой титул, не являясь ни перестроенной крепостью, ни разросшейся деревушкой. Это был важный логистический узел, одна из самых восточных точек на карте мира «Хроник», принадлежавших игрокам. Восточнее располагался только небольшой порт и сооружения приграничья. Дальше находились территории, населенные монстрами.       Как это ни странно, но последнее обстоятельство также придавало Келлесу значимости. Если кому-то приходило в голову попытать счастья и наведаться в земли на востоке, то эта долина являлась одним из самых оптимальных вариантов для маршрута путешествия. Плыть на корабле по Озеру было дорого и откровенно небезопасно. Большинство тропок, расположенных к югу, являлись именно что тропками, в горах ли, пустынях, джунглях или иной весьма неприятной для путешествий местности. Расположенные же к северу от Озера равнины Неди представляли из себя бескрайние тундровые степи, населенные в массе своей кентаврами. Пересекать их земли было опасно не просто высочайшим риском умереть, а умереть уставшим после долгой погони.       Поэтому Келлес пользовался умеренной, но стабильной популярностью у путешественников, исследователей, охотников за редкими монстрами и прочих психов, решивших посетить земли монстров. Классический плохой вариант, альтернативы которого были ещё хуже.       Разумеется, всё это оставалось актуальным до вторжения орды монстров, получившей наименование, как и все прочие подобные, по букве греческого алфавита, а именно «Лямбда». Имелось и другое название — орда Келиандра. Но ввиду низкой популярности данной войны, знали о нём немногие — в основном из числа паладинов Чистоты.       Ныне же долина Келесса стала просто «территорией». Как и все земли, захваченные монстрами, безымянной и пустой. И пройти через неё можно было лишь в составе крупной армии, и ещё далеко не факт, что это мероприятие завершилось бы успешно.       Город Келлес был разрушен до основания. Причём за считанные дни. Осады как таковой не было — сказалась внезапность удара. Во многом это оказалось к лучшему и позволило спастись многим игрокам из окрестностей. Монстры хоть и заполонили долину, но сосредоточились на разграблении Келлеса, что позволило несчастным вроде Лексенда переправиться на безопасный берег Синей.       Учитывая, что Калита и Эланна, покинув твердыню, находились на солидном возвышении, все окрестности должны были быть перед ними как на ладони. Однако продолжавшаяся и только набиравшая силу метель, вкупе с прочей непогодой, скрыла пейзаж белой пеленой. Вблизи гор это ощущалось, как это ни удивительно, в меньшей степени, к тому же здесь располагался небольшой еловый лесок, стоявший стеной на пути ветра и снега, но вот по мере спуска видимость неуклонно падала.       На самом деле, это было только к лучшему. Пейзажи пейзажами, но требовалось оставаться незамеченными, чему метель способствовала исключительно положительно, снижая не только видимость, но так же слышимость. Полезность такой «маскировки» стала понятна очень даже быстро.       Девушки не успели пройти и пары километров по старой дворфийской дороге, ныне заваленной лесным мусором и следами обвалов, как наткнулись то ли на патруль, то ли на праздношатающихся гоблинов. В отличие от сородичей Листика, эти были чуть крупнее, отличались более темным, практически коричневым цветом кожи, а также одеждой. Все они без исключения оказались облачены в почти одинаковые чёрные хламиды, словно пропитанные каким-то горючим маслом. Будто этого мало для нарушения пожарной безопасности, гоблины вдобавок обвязалась с ног до головы всяческой горючей дрянью. Впрочем, порывистый ветер, снег и внезапность нападения не оставили им шансов на самоподжог.       Помимо всего прочего, эта стычка несла в себе одно довольно неожиданное открытие, сделанное Калитой:       — Они под чьим-то контролем, — заметила она, разглядывая мутные глаза убитого гоблина.       — Ты не могла бы положить его голову… к остальному, — попросила Эланна. — Мне тошно.       — Ой, какие мы нежные! — приторным тоном заявила вампирша, отбрасывая голову, словно это был мячик.       — Просто узнать, одержимы ли они и кем, можно и без этих театральных сцен, — самоуверенно заявила друид.       Посыпав как приправой наиболее целое тело, она неожиданно низким, гортанным голосом, достойным какого-нибудь исполнителя в жанре «трэш-метал», скомандовала:       — ВСТАНЬ!       — А ещё узнать, одержимы ли они, можно и без гроулинга, — ехидно отметила Калита.       Тело гоблина тем временем, судорожно подергиваясь и покачиваясь, поднялось. Голова, впрочем, осталась безвольно висеть, как у мёртвой курицы.       — ГОВОРИ, КОМУ ТЫ СЛУЖИШЬ!       — Кели-а-андр Ве-ечны-ый, — неественно растягивая слова, ответило нечто, доносящееся из недр гоблина.       — КТО ОН?       — Пове-е-ели-и-ите-е-ль.       — Что он из себя представляет? — подсказала правильный вопрос вампирша тихо.       — Н-е-е зн-а-аю…       Тело безжизненно рухнуло. Эланна уже собиралась оживлять следующего гоблина, но Калита остановила её:       — Не нужно. Этот кориандр или как его там — лич.       — Точно? — подозрительно прищурившись, уточнила друид.       — Я недавно провела некоторое время, общаясь с другим личом, — напомнила вампирша с налётом гордости на лице. — Если у имени есть вторая часть, и она намекает на бессмертие — это лич или что-то похожее по смыслу. Телепаты среди них тоже не редкость.       — Зачем гоблинам служить личу?       — Так они и не служат. — Калита пожала плечами. — Они им зомбированы или что-то такое.       — Хм, — призадумалась Эланна. — Но как же орки, напавшие на Гадюкино? Они терпеть не могут живых мертвецов!       — Ну с ними-то как раз всё ясно — посильнее нежити будут. А у гоблинов поди часть их хитрости остаётся даже под ментальным контролем.        В глазах вампирши чувствовалась полная уверенность в выстроенной ею теории. Однако в этот момент друид в очередной раз многозначительно хмыкнула.       — Хм.       — Что ещё? — недовольно, уже предчувствуя, что сейчас от догадки и мокрого места не останется, спросила Калита.       — В момент допроса он, — друид указала изящным пальчиком на гоблина, — уже не был под ментальным контролем. Да и на момент смерти тоже — иначе бы я просто не смогла его оживить. Врать он также не мог.       Теперь уже хмыкать и чесать затылок настал черед вампирше. Из гордости не желая отказываться от своей идеи, она заявила:       — Уверена, мы просто чего-то не понимаем! И вообще, с каких пор такие как ты практикуют некромантию?!       Эланна, постаравшись игнорировать то, с какими интонациями было произнесено «такие как ты», уклончиво ответила:       — Это обычный «Разговор с мертвым». Меня ему один старший друид научил.       — Всё ещё не понимаю, какое это отношение имеет к природе, — продолжила сыпать намёками Калита.       — Очень полезное заклинание для её защиты!       — А-а-а, в том смысле, что сначала жестоко убить, а затем оживить и помучать разговорами? — Вампирша осклабилась, демонстрируя весь свой ночной кошмар стоматолога. — Очень изощренная пытка получается. Особенно, если её проводишь ты.              ***              По мере спуска в долину Келлес обнажилась ещё одна проблема. На этот раз концептуальная, касающаяся всего мероприятия в целом, а не отдельных его аспектов. «Отправиться на разведку» звучало крайне занимательно и многообещающе, но слишком уж абстрактно.       На вопросы вроде «Что там происходит?», «Сколько там врагов?» и, конечно же, извечное «Что делать?», можно было ответить не выходя из штаба, прямо на месте оперируя лишь общими фразами. Причём общеизвестными и совершенно верными.       Именно поэтому, оказавшись на другом берегу Синей, девушки, ловко уклоняясь от встреченных патрулей в метели, брели «куда-то» и абсолютно не знали, что им, собственно, дальше делать. Идеи-то были, но, разумеется, диаметрально противоположные.       — Надо понять, почему они все служат личу! — заявила Эланна категорично.       — Надо искать этого Келиандра. Как минимум посмотреть на него, — не согласилась Калита во время короткого привала с целью пропустить мимо особо крупную группу монстров. — Потом уже можно заниматься всякой ерундой вроде допросов.       Конечно же, под всякой ерундой она понимала план друида, что та легчайшее и без всяких уточнений считала и в долгу не осталась:       — Ты вроде недавно провела достаточно времени в компании лича. Так понравилось, что хочется повторить?       Говоря это, Эланна улыбалась настолько пронзительно и обворожительно, что, проходи монстры чуть ближе, точно бы увидели отблески, даже сквозь метель. Калита же просто поморщилась, так, будто ей намеренно светили фонариком в глаза.       По итогу решили действовать ни так ни сяк. Лича ещё требовалось отыскать. План же просто слоняться в метели в надежде наткнуться на его логово или него самого звучал чрезмерно оптимистично, учитывая размеры долины.       С выяснением обстоятельств происходящего ситуация обстояла аналогичным образом. Допрашивать рядовой состав можно было лишь с целью получения удовольствия от процесса. Тогда как хоть какую-то информацию знали лишь высокопоставленные монстры, которых опять же требовалось разыскать. После чего довести до состояния пригодности к допросу.       Местом назначения выбрали Келлес — не то чтобы имелся какой-то выбор. Даже будучи разрушенным и разграбленным до основания, город не мог не оставаться важной узловой точкой. Этаким центром всей долины. Просто из-за своего расположения и того факта, что именно через него проходила единственная дорога.       Идти приходилось буквально «по приборам», то есть компасу, но учитывая всё нарастающее количетсво всякой монстрятины вокруг, преимущества перевешивали любые недостатки. Однако периодически наблюдалось в повсеместном белом мареве и нечто крайне странное: разноцветные вспышки примерно в одном и том же направлении. Ассоциация напрашивалась очевидная, и её озвучила Эланна:       — Хм. Фейерверки?!       — День города в Келлесе? — усмехнулась Калита, прикинув координаты вспышек.       — Может, кому-то нужна помощь? — предположила друид, но без какой-либо уверенности на этот счёт.       — Кому?! — взвилась вампирша. — Кому вообще в голову придёт так звать на помощь ЗДЕСЬ?       Эланна не стала лезть в бутылку и настаивать на своей идее. Так или иначе, но теперь шли девушки именно на вспышки. Благо, их было хорошо видно, даже несмотря на метель.       По мере приближения стало ясно, что это и вправду не взрывы чего-то в небе, а некие лучи. Правда, что могло являться их источником, оставалось большим вопросом: источник определённо располагался на неприличной для любой постройки высоте. Тогда как никаких трехкилометровых башен по пути сюда не наблюдалось от слова «совсем».       Вдруг Эланна что-то ощутила. Воздух как будто вздрогнул, замер на мгновение и закружился сильнее прежнего. Могло создаться обманчивое впечатление, что метель набирала обороты, но это было совсем не так. Друид, поклоняющаяся небу, очень хорошо знала по личному опыту, что происходило. Кто-то только что применил довольно мощную магию по изменению погоды.       — Они знают! — в страхе озираясь, сказала она. — Знают, что мы здесь, и потому разгоняют тучи! Метель заканчивается!       Причины для паники были и весьма серьезные. Девушкам до Келлеса оставалось ещё несколько километров, но вокруг уже было столько монстров, что без метели вопрос их обнаружения был вопросом нескольких минут. В лучшем случае.       — Тихо! — едва удержавшись от того, чтобы залепить пощёчину, шикнула Калита. — Может, ты своим третьим глазом видишь какое-то укрытие?       Эланна в ответ не столько покачала головой, сколько задрожала всем телом. Метель тем временем начала стихать, что уже было заметно и без всякого друидского чутья или опыта. Благодаря этому удалось увидеть рядом руины некой постройки.       Некогда эта была лесопилка, что стало довольно неожиданным открытием — девушки находились на совершенно открытой местности без каких-либо намёков на лес. Буквально посреди поля. Но имелись темы для размышлений и поактуальней. Например, как бы спрятаться там, где нет ни единой целой стены, не говоря уже про потолок. Ответ лежал на поверхности — никак.       Другой весьма актуальной темой оставалась затихающая метель. Ей вовсе не требовалось полностью исчезать. Видимость уже возросла почти до десятка метров, что позволило в общих чертах видеть повсеместную суету вокруг. Целые полчища смутно различимых силуэтов деловито сновали вокруг лесопилки, пока ещё не замечая посторонних.       — Нежить, — сообщила Эланна.       — Знаю, крови нет, — приглядываясь, буркнула Калита. — Что это там?!       Вдали, по мере того как стихия слабела и затихала, проступали очертанией некой монументальной, концептуально напоминающей пирамиду постройки. Архитектура казалась посторонней в этих краях, да и серые каменные глыбы выглядели так, будто их уложили совсем недавно. Орнамент же в виде черепов и вовсе не оставлял никаких сомнений в принадлежности сооружения.       — Зиккурат, — сглотнув, сказала вампирша. — Похоже, нам туда.       — Нет ли у нас других вариантов? — прямо на ходу, даже не замедляясь, попыталась подискутировать друид. — У меня дурное предчувствие. От этой пирамиды веет злом…       — А что, насчёт того чтобы остаться здесь и попасться монстрам у тебя предчувствие дофига хорошее, что ли?! — Где-то тут до Калиты дошло, что вышесказанное всего-лишь отыгрыш. — И как там с предчувствиями насчёт траты времени на всякую ерунду?       — Предчувствую, что если ты будешь тратить время на всякую ерунду, например, на то, чтобы открывать рот, то это плохо закончится, — мгновенно нашлась Эланна. — Не сочти за угрозу — это предостережение.       Разборки пришлось отложить. Помимо того чтобы добежать, требовалось ещё как-то попасть внутрь зиккурата. Для начала отыскать вход. К счастью, он просто располагался с противоположной от руин стороны, а не был как-то хитро скрыт за загадками. К тому же путь внутрь вообще никто не охранял, а дверей не было и в помине.       Всё бы прошло идеально гладко, если бы друид на последнем участке маршрута не споткнулась практически на ровном месте. При детальном изучении местности среди неглубокого снега нашёлся пень, который словно бы обглодали со всех сторон крайне голодные бобры.       — Нет времени на твои эти штучки! — помогая подняться, поторопила вампирша, заметив нездоровый интерес. — Потом будем думать о несчастных белочках!       — Хм, — бегло глянув на пенёк ещё раз, хмыкнула Эланна и поспешила в зиккурат.       По итогу успели добежать по самой кромки. Ещё полминуты — и их бы точно заметили. Замечать было кому. Уже изнутри стало видно, как метель оконочательно утихла и что же именно поджидало девушек снаружи, вокруг, повсюду. Там не слишком осмысленно носились полчища нежити, и даже будь её в десять раз меньше — укрыться в чистом поле не вышло бы при всём желании. Окрестности представляли из себя с редкими вкраплениями руин слегка припорошенное снегом поле, раскинувшееся на много километров.       — Здесь были леса, — прошептала друид, осторожно выглядывая наружу. — Их просто… сожрали.       — Да-да, очень жалко, — фыркнула вампирша. — Пойдём внутрь. Мало ли, кто тут шляется.       По каким-то причинам нежить держалась поодаль от зиккурата. Однако тут имела место быть банальная статистика: учитывая количество наблюдателей, даже на расстоянии очередное выглядывание могло кончиться плохо.       — Как ты можешь быть такой равнодушной? — с претензией поинтересовалась Эланна, но от входа и вправду отошла.       — Переживать надо о том, что есть сейчас. Леса уже нет — всё. — Калита поводила пальцами по воздуху, изображая дым. — Значит и переживать не о чем.       — Очень хочется верить, что к друзьям и близким ты не столь безразлична, — бросила Эланна мрачно. — Но не получается.       — Зато смешивать игру и людей в неё играющих у тебя очень даже получается.       Эланна, глядя ей прямо глаза, довольно долго думала над ответом. Не потому что тот был таким уж заковыристым. Пришлось подбирать слова так, чтобы продолжать отыгрывать своего персонажа и одновременно с тем выразиться понятно. В конце концов она сказала:       — В этом мире у всех ярко проявляются их порой скрытые качества. Посмотри хотя бы на своих друзей: добрый и искренний Фалайз, рассудительная Фиона, верный Тукан, созидательный Оулле, находчивый Горчер. — Она выдержала паузу. — Никто из них не притворяется кем-то, кем он не является. Наоборот, все они раскрылись здесь, расцвели. Боюсь, что ты тоже не притворяешься, как мне казалось. И это очень печально.       Калита не выдержала. Резким движением она схватила Эллану за горло и с силой вжала в стену. Та не сопротивляясь. Хотя держали её крепко, признаков удушения и даже испытываемых неудобств она не демонстрировала.       — Да откуда тебе вообще знать, какая я?!       — Сужу по тому, что вижу, — спокойно ответила друид.       На мгновение она обратилась хорьком, выскользнула из захвата, после чего вновь приняла человеческий облик. Всё так же невозмутимо Эланна попросила:       — Не делай так больше. Я не только в птиц умею превращаться.       Кожа её на мгновение стала подобна дереву. Конкретную породу установить было сложно из-за мимолётности трансформации, но понятно было, что осина в ассортименте присутствовала.        — Если ты не перестанешь капать мне на мозги… — Вампирша продемонстрировала свой богатый набор зубов.       — Если я перестану, — перебила друид, — то потеряю веру и в тебя, и в себя саму.       — Какая же ты… — Калита закатила глаза, — странная.       — От странной слышу.              ***              Зиккурат внутри на поверку оказался предельно прямолинейной постройкой. Единственный коридор, который вёл к лестнице, ведущей почти на самую вершину постройки. Там обнаружилось, вероятно, единственное помещение во всей пирамиде. Всё было очень тесным: узкие стены, низкие потолки. Ни сантиметра лишнего пространства там, где оно не требовалось. Разумеется, за исключением пыли и паутины, убранство отсутствовало.       Предназначение зиккурата сводилось к банальному ретранслятору. Разумеется, ни о каких приборах в привычном понимании речи не шло. В том самом единственном помещении нашёлся массивный матово-чёрный кристалл, оплетенный целой паутиной рунных кругов, слегка светящихся в темноте. Кристалл тихо гудел и мерно вращался, зависнув без видимой опоры прямо в воздухе.       Рядом находился не иначе как оператор. Разумеется, это был некромант — щуплый, бородатый мужичок в тёмной хламиде. Допросить его живым не вышло. Как только он заметил девушек, то с истошным воплем, словно перед ним предстал его ночной кошмар, бросился бить тревогу, за что был мгновенно убит. После чего подвергся допросу.       — Только умоляю, не спрашивай, кому он служит. И давай без гроулинга…       Друид приняла во внимание лишь первую половину просьбы:       — ЧТО ЭТО ЗА МЕСТО?       — Пе-ере-е-еда-аю-ю при-и-ика-а-з-ы-ы.       — Можно было и не ререзать ему горло, — отметила Эланна, слушая особенности «речи» допрашиваемого.       — Он противно верещал! — кисло заметила Калита. — Продолжай допрос.       — ПОЧЕМУ СТОЛЬ РАЗНЫЕ СУЩЕСТВА СЛУЖАТ ЛИЧУ?       — До-о-го-о-ово-о-о-ори-ли-ись.       Эланна хотела было перейти к следующему вопросу, но заметила, что мертвец ещё не закончил отвечать на предыдущий.       — При-и-ибы-ы-ы-ы-ыл ве-е-естни-и-ик. Ска-а-аза-ал и-идти-и-и на-а за-а-апа-ад. Же-е-ечь, у-у-уби-и-ва-а-ать. До-ого-во-ори-лись и-и-идти вме-е-ест-е.       — Не спрашивай, что за он, спроси лучше, кто о нём точно знает, — подсказала шёпотом Калита.       — КТО ЗНАЕТ БОЛЬШЕ О ВЕСТНИКЕ?       — То-о-ольк-о-о по-ове-е-е-ли-и-ите-ель го-о-ово-о-ри-ил с ве-стником…       — Удобно, — кратко оценила вампирша, имея в виду отнюдь не разговоры с мертвыми. — И никого зомбировать не надо.       — Хм.       Калита тем временем заинтересовалась магическим кристаллом, явно размышляя в том направлении, как бы до него добраться и воспользоваться, оставшись при этом целой и невредимой. Руны, окружавшие «прибор» несколькими кольцами, явно далеко не все были необходимы непосредственно для работы с ним.       — Я бы не стала к нему подходить, — предостерегла Эланна. — Это выглядит как ловушка.       — Тогда это не может быть ею. Ловушка не должна выглядеть как ловушка!       — Может, тот, кто её делал, понимал это, и потому нарочно сделал её выглядящий как очевидная ловушка?! — стояла на своём друид.       — А может, он был слишком глуп, чтобы как-то маскировать свои ловушки! — упрямилась вампирша.        Некоторое время девушки буравили друг друга взглядом, не желая сдаваться. Наконец осторожность взяла верх, и Калита уступила:       — Ладно. Пошли проверим вон тот люк.       Никакого намёка на лестницу поблизости не наблюдалось, но это их не остановило. Люк вёл на самую крышу постройки, где даже нашлась специальная площадка, предназначенная под наблюдателя. Правда, не похоже, что тут кто-либо когда-то бывал. Скорее это было типовым элементом конструкции.       Вид открывался совсем не как с горной вершины — всё же зиккурат был едва ли двадцать метров в высоту. Но этого и не требовалось, чтобы составить картину происходящего, после чего прийти в полное, беспросветное уныние.       Вокруг, насколько позволял обзор, не затрудненный более погодой, раскинулась лишённая природы, чёрная с белыми пятнами снега пустошь. Глядя на это всё, становилось понятно, почему знающие игроки описывали орды монстров как нечто подобное потоку лавы — уничтожающее абсолютно всё на своём пути. Это не было преувеличением.       Страшная правда про орды монстров состояла в том, что всё, что про них рассказывали, было истиной. Вокруг зиккурата, от самых гор и до побережья, признаки жизни крупнее микробов и бактерий отсутствовали как таковые. Разумеется, за исключением вездесущих монстров, которые сожрали, обглодали и затоптали всё, что смогли, до последнего деревца. Их самих было какое-то просто невероятное количество, особенно ближе к единственному оставшемуся источнику пропитания — морю. Всё побережье долины Келлес представляло из себя один большой военный лагерь. Сотни, а может, и тысячи квадратных километров палаток, шатров, шалашей, нор и ещё много чего.       Другим местом сосредоточения был берег Синей, но его было видно куда хуже — там ещё осталась полоска леса глубиной в пару километров. Не то чтобы её не могли сожрать как остальное. Скорее чувствовался в этом банальный расчёт — маскировка лишней никогда не бывала. Если бы не эта лесная полоса, с башен Дракенгарда вся долина просматривалась бы почти насквозь. В частности было бы видно новое русло реки, заблаговременно вырытое монстрами. Это вряд ли полностью спасло бы от разгула водной стихии, но точно должно было уменьшить пагубные последствия разлива реки.       Окрестности Келлеса тоже не пустовали, хотя там орудовала в массе своей нежить, разбиравшая каменные постройки. Вдали, далеко на севере располагался гигантских размеров карьер, из которого всё та же нежить непрерывно тащила массивные прямоугольные глыбы. Именно ими постепенно перегораживали нынешнее русло Синей.       То тут, то там виднелись другие зиккураты, расположенные равномерной сеткой по всей долине. И конечно, в прояснившемся небе нельзя было не заметить главный гвоздь программы — источник тех самых цветных лучей. Над долиной, на высоте нескольких километров завис здоровенный некрополь, выполненный в том же характерном стиле, что и зиккураты, только несоизмеримо больших размеров. Целый летающий город, наверняка полный мертвецов. У его плоского квадратного основания было закреплено странного вида устройство, поблескивающее на солнце латунью, напоминающее чем-то смесь телескопа и часов.       Оно находилось в постоянном движении, меняя на ходу линзы и выстреливая в разные части долины разноцветными лучами света. Их предназначение оставалось загадкой ровно до тех пор, пока один из таких не ударил в зиккурат, в котором находились девушки. Вреда он не причинил, но в голове у обеих раздался скрипучий, властный голос:       — В долине посторонние. Двое игроков. Вампир и слуга природы. Найдите их и убейте. Действуйте смешанными группами.       Команда не предназначалась кому-то конкретному. Через специальное окошко луч падал на кристалл. Тот мгновенно засветился таким же цветом. Следом за этим действия нежити, всё ещё снующей вокруг зиккурата, резко стали в разы более осмысленными и теперь куда сильнее напоминали прочёсывание местности, а не просто мельтешение по ней. Причём прочёсывание было крайне доскональным даже по меркам ботов — буквально вплоть до каждого сантиметра.       — Возможно… если сбить некрополь, то нам… удастся победить? — слова давались Эланне не без труда — она и сама не верила в то, что говорила.       Калита присмотрелась вдаль, а затем, никак это не комментируя, пожала плечами и сказала безразлично:       — Наверное. Нам пора возвращаться.       Она собиралась спуститься вниз, но друид с решительным видом преградила ей путь:       — Ты что-то видела? Что?!       Вампирша сначала смерила её долгим взглядом, а затем очень нехотя махнула рукой, указывая, куда смотреть. Там находились странного вида кратеры — будто с большой высоты падало что-то очень массивное и квадратное.       — Его уже сбивали! — догадалась Эланна с ужасом на лице.       — Три или четыре раза, насколько я вижу, — подтвердила холодно Калита. — Паладины постарались — кто же ещё. — Она вновь направилась к люку. — Пошли, надо вернуться и рассказать остальным.       — Мы не можем вернуться с такими новостями! — категорично заявила друид, не давая ей проходу. — Это же кошмар, это означает… это означает, что у нас нет шансов! Мы не можем так поступить!       — Мы должны! — бросила в гневе вампирша. — Включи наконец голову! Посмотри — другие уже пытались, и ничего у них не вышло. У нас есть ещё время собрать вещички и…       — Должен быть выход! — стояла на своём Эланна.       — Он и так есть, дура! — Калита резким движением рассекла рукой воздух, указывая направление. — Через Каменец или Нокс, да даже по морю! Это — наш единственный выход.       — Не бывает непобедимых мобов! — осталась непоколебима друид. — Вспомни Стража поляны!       — Оглянись вокруг — ты где-то видишь квесты? Какое-то дофига скрытное партизанское движение?! Мы посреди выженного, вытоптанного грёбанного ничего! И скоро Вечнозелёная долина станет такой же. И мы станем, если будем размазывать сопли.       Доводы друида, к вящему удивлению вампирши, касались не каких-то абстрактных вещей и понятий. Нет, они оказались вполне приземлёнными и очень даже трезвыми:       — Мы не можем бежать. Не сейчас. Да и остальные… они все будут против.       — Уступят, — повторила Калита, но без прежней уверенности. — Если нормально им всё объяснить.       Она говорила это и с каждым словом сама понимала, что будет совершенно иначе. Непременно влезет Фалайз с полной оптимизма речью. Заупрямится Тукан. Фиона быстро подсчитает убытки и придёт к выводу, что у них нет денег бежать, а значит надо сражаться. Даже Оулле, скорее, выскажется в духе «надо попробовать». Эланна пришла к точно таким же выводам:       — Это не сработает. Нас не услышат, потому что посылали сюда за надеждой, и мы должны её принести! Иначе, если отступим, просто впустую потратим своё время и силы, а любые наши доводы «против» будут проигнорированы. И вся эта прогулка приведет лишь к тому, что я окончательно удостоверюсь в том, какая ты стерва!       — Ну хорошо, — Калита поддалась уговорам, пускай и не до конца. — И что ты предлагаешь? Дальше слоняться тут? Ради чего и куда? Думаешь, тут где-то лежит оружие внезапной победы?       Друид затравленно огляделась, ища подсказки в безрадостной пустоши вокруг. Она и сама хорошо понимала, что прочёсывать долину — бессмысленная трата времени. Вдруг её взгляд поднялся вверх и остановился на некрополисе.       — Мы осмотримся там, — ткнула пальцем она.       — Да ты совсем… — вампирша аж дышать забыла, пытаясь осмыслить подлинную глубину безумия этой затеи. — Мы же сдохнем там! Это грёбанный Накс!       — Если мы найдём как всех спасти — это будет не зря.       — А если не найдём? Если этого нет, что тогда?       — Так не бывает! — категорично заявила друид. Она принялась трансформироваться в птицу, бросив напоследок: — Если тебе так хочется сохранить снаряжение — можешь возвращаться. Только прошу: не забудь всем в деталях рассказать, что тут случилось.       Проследив за ней взглядом, Калита мельком оглянулась в ту сторону, где находился Дракенгард. Затем она прошлась туда-сюда и, притопнув ножкой, крикнула:       — Дура, без меня ты же точно оттуда не выберешься!!!              ***              Попасть в некрополь было проще всего. То, сколько раз его уже «сбивали», ясно демонстрировало, что это ни у кого не вызывало особых проблем. Но вот когда окажешься внутри этих летающих катакомб, сразу становился актуальным следующий вопрос — что искать и куда вообще идти?       Паладинам в этом смысле было значительно проще. Им требовалось найти что-то, вероятно, некий артефакт или магический прибор, позволяющий сооружению летать. Такой всегда, без исключений, находился в самом центре, представляя из себя массивный объект, который бы не вышло спрятать или пропустить при всём желании. Келиандр Вечный и не прятал. От посадочной площадки туда вёл едва ли не прямой подсвеченный коридор. Не хватало только мигающего указателя «милые гости, вам сюда, ждём». В комплекте шли ловушки в ассортименте и целая куча бдительной охраны. Что, впрочем, паладинов Чистоты не останавливало.       Девушкам же требовалось найти нечто совершенно иное. Что именно они и сами не знали, но подозревали, что как раз секрет победы над собой лич будет прятать чуть тщательнее, чем «никак».       Сам некрополь пребывал в ужасающем состоянии. В прямом смысле слова: падения с большой высоты не лучшим образом сказались на целости каменной кладки. Сооружение после такого выглядело не столько грозным, сколько жалким. Трещины были повсюду. Некрополь просто неподвижно висел на большой высоте, однако даже так медленно разваливался. И это несмотря на то, что всё здесь, начиная от камней и заканчивая пылью и паутиной, было пропитано магией.       Однако была в этом положительная сторона: из-за многочисленных и повсеместных дыр вопрос как попасть внутрь теперь состоял лишь в способности подниматься на такую большую высоту. Всё же почти три километра — это много даже по птичьим меркам. И уж тем более по меркам летучей мыши.       — Ты никому об этом не расскажешь! — заявила Калита категорично сразу же после приземления.       Путь сюда она провела в когтях в довольно нелепой позе будучи схваченной за шкирку, словно котёнок. Очень уродливый, без единой шерстинки, но зато с кожаными крыльями котёнок. Этакое воплощение Депрессии с большой буквы. Эланна решительно покачала головой:       — Даже не подумаю. Но если тебя это утешит, то я скажу, что ты так рвалась, что согласилась и на такое унижение!       В качестве места приземления они выбрали, как выяснилось, очень оригинальное место — темницу. К счастью, пустующую и по той же причине открытую. Впрочем, дверь находилась в настолько плачевном состоянии, что сдержать кого-либо могла, лишь уповая на хорошие манеры визитёров.       — Нам, наверное, стоит поискать филактерию? — предложила неуверенно друид, выглядывая и убеждаясь, что тюрьма, может, и не пустовала, но здешние обитатели просто слонялись без дела, ни о чём не подозревая.        — Впустую потратим время, — не согласилась беззлобно вампирша. — Во-первых, её, скорее всего, здесь нет даже в помине. Во-вторых, как правило, это очень трудноуничтожимая штуковина. Как то самое Кольцо. Есть у нас время искать нужный вулкан и пару хоббитов-самоубийц?       — Нет, — согласилась Эланна. — Но что нам тогда искать?       — Нам не надо побеждать кориандра, — глядя вниз на долину и размышляя, сказала Калита. — Нам надо лишить его армии.       — Та штука внизу, через которую идут команды, она выглядит посторонней, — подумав, сообщила друид. — Её не должно быть здесь.       Звучало странно, но было понятно, что она имела в виду. Нежить, даже самая продвинутая, такими устройствами не пользовалась. В этом плане их методы были куда прямолинейнее. Те же зиккураты были нужны вовсе не для передачи отдельных команд, а для прямого контроля в радиусе действия.       — Вот с неё и начнём, — согласилась Калита. — Заодно узнаем, как это устройство пережило столько падений.       Учитывая, что до этого посетители некрополя либо сразу отправлялись в самый его центр, либо на вершину, где находился лич, то охранялись они не в пример лучше нижнего яруса. Строго говоря, его вообще не охраняли. Сюда случайно забредали, и то не надолго. Повреждения от падений здесь, по понятным причинам, оказались наиболее заметными и сильными. Если ты не умел летать или хотя бы прыгать на десятки метров и не являлся суицидальным дворфом — делать здесь тебе было категорически нечего.       Хоть какая-то охрана, быстро испытавшая на себе все прелести полёта, нашлась только непосредственно в пункте управления диковинного устройства. Эта рубка, напоминающая таковую у корабля, разительно отличалась от всего, что девушки видели ранее. Причём не в долине, но и вообще в игре.       Начать хотя бы с того, что центр рубки занимала гигантская колба с запертым внутри очень злым на вид грозовым облаком — джинном или схожим по сути существом. Этакий источник питания и искусственный интеллект одновременно — управление осуществлялось совершенно автономно. Другим примечательным моментом являлись многочисленные руны, буквально оттиснутые на каждом болтике и остальном. Именно благодаря им рубка пережила столько падений. Наконец, присутствовали многочисленные рычаги, тумблеры, кнопки и вентили, намекающие, что есть и ручной режим. И это всё наводило на одну простую мысль:       — Это сделали игроки! — взирая на пункт управления с открытым ртом, констатировала Эланна.       Соглашаясь с этим выводом, Калита осторожно, стараясь ничего не касаться, обошла помещение. Вдруг что-то щёлкнуло, рубка затряслась, и раздался сильный гул. Тревога оказалась ложной: это устройство пришло в действие, передавая очередной сигнал на землю.       — Кому могло прийти в голову помогать монстрам?! — изумилась друид.       — Фрайку. — Вампирша указала на клеймо изготовителя на одной из панелей управления.       Знак этот некогда служил гербом для всех, кто желал отстоять мир. А затем стал символом тех, кто этот мир твёрдо вознамерился уничтожить. Причём настолько твёрдо, что уже даже не скрывались — иначе бы не ставили где не попадя свои знаки.       — Но его же забанили!       — Его самого — да. Как и многих его фанатиков, — рассказала Калита. — Но часть из них вполне успешно пережила это несчастье, сославшись на то, что они не при делах. Очевидно, что от своих планов поднасрать всем и каждому в этой игре тоже отказались не все.       — Хм… Тот вестник! Это они… он… это…       Друид, пылая гневом, выступила вперёд, сжимая кулачки. Она, будучи тесно связанной с Рахетией, как и все игроки оттуда, ненавидела Фрайка слепой ненавистью. Он здорово их всех подставил в недавнем прошлом, а затем просто бросил на растерзание в заведомо проигранной войне. Итогом стала гражданская война и все последующие события. И, конечно, волна ненависти со стороны игрового сообщества.       — Мы должны уничтожить это место, и тогда…       — И что тогда? — перебила Калита с раздражением. — Его восстанавливали несколько раз, восстановят ещё. Нет, надо воспользоваться им! — Она подошла к панели управления, приглядываясь и примеряясь. — Понять, как передать наш собственный сигнал. Пускай они все там внизу передерутся.       — Гоблины и орки… — начала напоминать Эланна, но ей не дали договорить.       — Но нежить-то слушается беспрекословно! Мы сами это видели! Этого хватит! Бойня будет страшная! Силы хотя бы на время сравняются.       Друид подошла и мягко положила руку вампирше на плечо. Убедившись, что Калита отвлеклась от своей идеи и внимательно слушала, Эланна предельно спокойно сказала:       — Прости, что рушу твои мечты, но это не сработает. Ты правильно сказала: паладины уже были здесь не один и не два раза. Вряд ли они не поняли и не разобрались, что это за устройство, зачем оно личу и как им можно воспользоваться.       — И у них ничего не вышло, — закончила за неё вампирша, понуро опуская голову.       Поняв, что в кабине им больше нечего делать, постаравшись скрыть следы своего присутствия здесь, девушки покинули её и вернулись к осмотру остального некрополя. Смотреть тут было на что: диковинные лаборатории, где текла по трубам слизь; битком набитые хранилища опасных артефактов; библиотеки, которые внутри больше чем снаружи; целое кладбище на случай внезапного визита гостей; склад грязи; оружейные на целую армию; искусственные оранжереи. Наверняка увидев это во время первого визита сюда, паладины сильно впечатлились. Явившись во второй и глядя на частично уцелевшие диковины, тоже много кто мог бы впечатлиться.       К моменту появления здесь Калиты и Эланны чего-то, что могло впечатлить хотя бы в теории, не осталось категорически. Разве что кроме паутины, оказавшейся удивительно устойчивой к падениям. Все остальное, что было крупнее кирпича, превратилось в труху. Да и половина кирпичей тоже в неё превратилась. Концептуально некрополь Келиандра больше всего напоминал бутылку с корабликом, которую долго трясли, и только потом обнаружили, что содержимое не спешило самостоятельно собираться в миниатюрный парусник.       Разумеется, уцелели многие обитатели некрополя. Лич собрал тут целую супергеройскую команду из нежити. Однако вряд ли победа над всадником без головы или гигантским месивом из костей сулила смертью Келиандру и победой над его ордой.       Самого лича девушки видели один раз — издали и мельком. Этого вполне хватило для получения острых впечатлений и обоюдного согласия больше Келиандра не искать.       Побродив так с час и качественно умаявшись сражаться со стражей, девушки вернулись к относительно безопасному участку в самом низу у основания некрополя. По факту это был участок стены, просто висящий в воздухе в отрыве от всего, особенно гравитации. И потому абсолютно безопасный.       Время было уже поздним или, вернее, ранним — Калита и Эланна качественно так засиделись в игре до поздней ночи, которая где-то там снаружи уже плавно перетекала в утро. Устроившись поудобнее, девушки, глядя на выжженную пустошь внизу, освещаемую алыми росчерками заходящего солнца, принялись думать. И думы их были безрадостными.       — Похоже мы и вправду обречены, — признала друид устало. — Хм. Если послушать твоего совета и включить голову: профессиональные борцы с монстрами за несколько месяцев уже перепробовали все варианты. Всё тут осмотрели и облазили. Убили всех по нескольку раз. И всё это было зря.       Вампирша кисло на неё посмотрела, но ничего не сказала и даже лицо постаралась сделать безразличным. Победа в этом споре лишь немного отдавала сладостью — всё остальное занимала горечь.       — Если даже ты отчаялась, то, наверное, дела наши и вправду плохи.       Калита тоскливо вздохнула и сменила тему, глядя не вниз, а на небо, казавшееся отсюда таким близким, что рукой дотянуться можно было. Тёмно-синее, с алыми отблесками, оно напоминало океан куда сильнее, нежели Озеро внизу.       — Знаешь, почему я так нетерпима к тебе? Потому что такие оптимисты, как ты или Фалайз, вечно оказываетесь правы. А пессимисты вроде меня… — она невесело усмехнулась, — только проигрывают, раз за разом. Даже когда всё складывается к лучшему, я всего лишь оказываюсь на правильной стороне и не более того. Моей заслуги в этом как будто бы нет. Словно я — пиявка, присосавшаяся к пяткам успеха. Вечная неудачница.       — Я не считаю тебя неудачницей, — не согласилась Эланна. — У твоего имени богатая история, и оно известно даже в Рахетии!       — Не благодаря, а вопреки, — буркнула вампирша, играясь алой прядью с лучиком солнца. — Я вечно за кем-то плетусь. Мисато, Гонгрик, теперь вот Фиона. Но если бы кто-то из них прислушивался к моему мнению — никакой славы не было бы и в помине. Действуй кто-то из них по-моему — непременно бы проиграли.       — Хм. Но ты же сама открыла способ стать личом! Тебе никто не помогал! Вообще!       — Да, сама. Только вот если бы Фиона прислушалась ко мне, — Калита махнула рукой вдаль, — мы бы ушли отсюда. Вернулись обратно в Амбваланг. В этом-то и проблема, понимаешь? Это не моя заслуга! Просто Фионе хватает чести не заявлять о таком в открытую, но она имеет полное право претендовать на лавры. А я? Нет! Потому что хотела уйти. Не верила, не считала и так далее. И это самое бесячее.       Эланна не нашлась, что тут сказать. Да и разговор прервал знакомый гул — устройство снова пришло в движение, что-то кому-то передавая на землю. Луч в этот раз оказался пронзительно белым.       — Знакомый цвет, — отметила друид мимоходом, когда шум поутих, просто для того чтобы разговор не прекращался.       Калита без интереса повернула голову, уставившись на луч пустым взглядом. Затем посмотрела на собеседницу и ещё раз на уже гаснущий луч. Глаза вампирши расширились. Внутри неё одномоментно столько всего пришло в движение, столько мыслей завертелось, что она попросту не смогла оставаться неподвижной и, рискуя свалиться, подхватилась на ноги и принялась расхаживать.       — Хм. Ты что-то придумала? — поинтересовалась Эланна осторожно.       Этот вопрос послужил своеобразным спусковым крючком. Калита подскочила к ней и спросила. Причём с таким видом и таким тоном, словно, если друид не станет отвечать быстро и чётко, то её ждёт крайне мучительная смерть.       — Ты говорила про белое пламя демонов, так?       — Да-а-а…       — Там, внизу, мы видели демонов?! В составе орды?       — Хм, к-кажется, нет, но лучше будет п-проверить, — запинаясь, растерянно сказала Эланна.       Растерянность эта была вызвана отнюдь не вопросами и даже не тоном, которым их задавали. Просто она тоже уже начала понимать только что родившуюся и ещё не оформившуюся идею. Задумку, осуществив которую, у них появлялся хотя бы призрачный шанс победить.              ***              — По моим оценкам монстры закончат возводить насыпи номер два и три завтра-послезавтра. Один и четыре будут готовы в течение недели. О состоянии прочих судить не могу, но полагаю, что сроки их возведения кардинальным образом не отличаются.       Закончив доклад, Горац фон Вольт — немолодой эльф с длинными молочно белыми волосами — сделал шаг назад, словно опасаясь вспышки гнева. В каком-то смысле они с Магистром сейчас были очень похожи. Только вот болезненная усталость у Гораца была частью его образа. Этакий замученный творец, который смотрит на рельсы в метро.       Беспокойство архитектора не было беспричинным. Чем ближе становился час «Х», тем в большее уныние вперемешку с бессильной злобой, выплескиваемой на близлежащих, охватывали измученного Магистра. Так было и в этот раз:       — Мы не готовы. Столько всего нужно сделать, столько пополнить и укрепить. Нам нужно ещё время…       Здесь он был всецело прав. Чтобы остановить угрозу, подобную той, что надвигалась на них, требовалось очень много либо времени, либо сил. У паладинов же Чистоты не было ни того, ни другого.       Конечно, к ним прибывали подкрепления. Порой даже весьма солидные: в Озерграде наконец поняли, насколько серьезно обстояли дела. Только вот было поздно. Та помощь, которая требовалась паладинам два месяца назад с целью защиты ещё Келлеса, собиралась прибыть не ранее чем через один месяц. То есть тогда, когда сил потребуется ещё больше, ведь придётся защищать уже даже не могучий Дракенгард, а жалкие Нокс и Каменец.       — Нам нужно время, — повторил Магистр чуть громче. — Отправьте отряд — пускай ещё раз собьют некрополь!       — Это не поможет, — сообщила Матаракша участливо. — Даже если они смогут туда добраться. Каждый раз Келиандр восстанавливался всё быстрее. В этот раз у него уйдут считанные часы и столько же на починку устройства.       — Я говорила, что стоило бы приберечь это на случай битвы, — подала голос Кара.       — Не говорите мне, чего не надо делать, — потребовал Магистр яростно. — Лучше скажите, что надо сделать!       Повисла тишина, впрочем, ненадолго — высказаться вновь решилась нежить:       — Ника привела в Нокс гигантскую армию. С ней стоит связаться.       — Мы не станем связываться ни с ней, ни с её так называемой армией, — эти слова предводитель паладинов выплюнул, словно страшнейшие оскорбления.       — Ещё есть Кси-Кса и её оружие. Я смогу убедить её…       — Её вариант — хуже любого поражения! — вмешалась Матаракша и напомнила. — Взрыв такой силы уничтожит половину Озёрной федерации как минимум. Озеро просто испарится! Вместо того чтобы защитить, мы погубим весь запад!       — Мы не станем связываться с Кси-Ксой, — поддержал её Магистр, охваченный неожиданной решимостью. — Если мы обречены проиграть. Проиграем хотя бы с достоинством.       Кара, не скрываясь, фыркнула. Это можно было бы принять за пренебрежение, и все присутствующие именно так и подумали. Но на самом деле нежить просто не сдержала охватившего её восторга. Всё складывалось именно так, как она и хотела. Самым наилучшим образом.       «Фрайк будет хохотать от восторга».