Оттенки

А время не останавливалось, как бы я не просил. Сбивало с пути и радовалось, что мне не хватало сил подняться. Я отдышался бы, если бы был умнее. Оно не давало и шанса мне найти свою панацею. А я всё искал между строк и книг, в заезженных городах… И если опять забредал в тупик, то знал, что вернусь туда. Таблетки, что продавали мне, я запивал алкоголем.  И сколько б не значилось в их цене — они не лишали боли. В табачном дыму долго я плутал, всегда выходя на свет, Но вместо полей находил обвал с табличкой «дороги нет», и я возвращался в проклятый мир, что я ненавидел так.  Я перетирал свою жизнь до дыр, я вновь покупал табак, но он не скрывал моего вранья, в котором я славно жил. Меня не спасали мои друзья — я заживо долго гнил. И время не останавливалось, и я забывал людей. Улыбкой моей оскаливался весь ужас моих идей: «За каждый мой день, зря прожитый, что я проводил, кутя, я воплочу невозможное — я просто убью себя». Себе выбирал оружие, забыв, сколько было лет. Душевно больной, простуженный, заметил я силуэт... Она была небожителем, а звали её Мари, как ангел в своей обители, как духа святые три. Открыла моё дыхание второе в который раз. И понял я, что незнание — проказа из всех проказ. И понял я, что в тебе одной обитель свою нашёл. Пожалуй, Мари, для меня открой: что плохо, что хорошо? И жизнь твоя жизнью кажется, вживляя желанье жить, но я не могу отважиться себя попросить любить. О том, что хотел откланяться, жалею с веревкой на шее, но время не остановится... Мари,  будь  моей  панацеей.  [11.10.15]