Оттенки

Здравствуй, Бог!  Посмотри, как она страдает.  Умирает и тает,  и всё на твоих глазах.  Скоро личность поместится в урну под штампом «прах»,  И сей факт будет долго меня приводить в депрессию. Здравствуй, Бог.  Кто–то в мире огромном устроил сейчас репрессии, кто–то весел и пьян,  кто–то курит кальян, а она умирает сегодня от сотни ран.  А её не спасут врачи,  и ты не спасёшь. Ты, Удача, пошла бы навстречу, но не идешь.  И она выдыхает последнюю часть души.  Слышишь? Тихо. Прерывисто. Будто уйти спешит. Ей никто ничего не должен.  Ни капли слез. Здравствуй, Бог... Я пишу тебе, чтобы озвучить немой вопрос. Он не мой — он её.  Но задать ей уже никак. Да и ты не ответишь, однако... подай мне знак. Почему получается так, что она мертва?  Почему от того разрывается голова?  Почему, скажи мне на милость, я — не она? И какого черта вообще на дворе весна?  И какого черта на улице яркий свет?! Был бы снег и дождь, поняла бы,  но это — нет. А погода — сволочь.  Она будто бы поёт! Будто рада, что кто–то сегодня вот–вот умрёт... Здравствуй, Бог! Излечи её... Воскреси! А иначе какой был смысл во всех «еси»?  Это просто жестоко сказать, мол, кто умер — есть. Это просто жестоко. Жестокость рождает месть.  ...А она из лучших на свете былых людей.  И она любила тебя... Всем сердцем. Душою всей.  За себя не прошу. Раз ты есть, то и будь везде! Я пишу тебе, Бог. Прочитай... Но я в бан–листе.  [15.04.15]