Ах, эта свадьба, свадьба, свадьба пела и плясала...

Малфой внутренне улыбнулся. Если задуматься – есть очень много того, что Рональд, мать его, Уизли не знает о своей нареченной… Драко машинально повернулся, взглянув на бледную, напряженную невесту. На лице, казалось, остались только огромные глаза. Да что ты, милая, неужели думаешь, что я подставлю тебя на твоей свадьбе? Драко подтащил руку с артефактом и ведущим поближе и самым сексуальным тоном проговорил: - Гермиона фантастически изобретательна… - пауза, томный вздох, - в составлении дополнительных соглашений к трудовым контрактам! Облегченный выдох невесты утонул в застольном хохоте. Улыбнулся даже Гарри, только Рон с высоты своего помоста сверлил Малфоя очень неласковым взглядом. Гермиона осторожно положила ему руку на рукав, что-то негромко проговорила, наверно, успокаивала. Чувствуя, как рот наполняется горькой слюной, Драко отвернулся, опуская ресницы. Он прослушал, что сказал Джордж, но Перси Уизли, едва не получив артефактом по носу, восхищенно заявил: - Гермиона знает наизусть все восемнадцать исключений Голпаготта-Бромпа! А «Метафизика трансфигураций» у нее, наверно, вообще настольная книга, - меланхолично подумал Драко. Как у одних родителей мог получиться зануда и чистюля Персиваль и это вечно жующее недоразумение? Знает ли этот рыжий потомок тролля в принципе о существовании такой книги? Пэнси права: интересно, о чем они разговаривают, когда не влипают в различные передряги? Что может быть общего у умненькой, начитанной, амбициозной ведьмы и простого, как сикль, приказчика магазина волшебных игрушек для детей, недалеко ушедших в умственном развитии от младших Уизли? Блевательные батончики, забастовочные завтраки и прочая дрянь. Неужели Гермиона готова с этим смириться? Драко вспомнил, как на 5 курсе она отчитывала Фреда и Джорджа, испытывающих свои приколы на первокурсниках, как горели от негодования ее глаза, какой пленительный румянец возмущения заливал ее щеки… Малфой любил наблюдать за Гермионой в гневе: от этого зрелища сердце начинало биться быстрее и сладко тяжелело в паху. Тут ведущий дошел наконец до национального героя. Драко прищурился: ну, что же такое знает шрамоголовый, чего не знает жених? Гарри, помолчав, твердо глянул в глаза другу: - Она плакала тогда, когда ты ушел из палатки. Не заставляй ее больше плакать… Неуместную тишину прервал ведущий, весело предложивший за это выпить. Девчонки с конкурсом справились хуже, ну, не считая Лавгуд, которая, потребовав микрофон (так вот как назывался этот артефакт с вздутым навершием!), вперилась куда-то в третью проекцию седьмого уровня двадцать пятого слоя тонкого мира, похлопала ресницами и заявила: - Ой, а у Рона сейчас такие энергичные… мозгошмыги. Сиреневенькие, в темно-бордовую крапинку… Пэнси же, надменно улыбнувшись, сообщила: - В Хогвартском рейтинге завидных чистокровных холостяков Рональд занимал восемнадцатое место. И выразительно, зараза, уставилась на Малфоя, всем своим видом показывая, кто в этом дурацком рейтинге был все время на первом месте. Только что рукой с помолвочным кольцом перед носом у невесты не покрутила, язва чистокровная. - Ну что ж, а сейчас, когда мы узнали некоторые детали биографии жениха и невесты, - снова перехватил инициативу ведущий, - пришло время наконец нарисовать их портреты! Я думаю, лучшие друзья (Пэнси поперхнулась шампанским) наших молодоженов смогут сделать это даже с закрытыми глазами! По сигналу ведущего на подставках появились два больших листа белой бумаги. Пока он озвучивал правила (орден Рональда должен нарисовать портрет жениха, а отряд Гермионы - портрет невесты, при этом глаза «художникам» завяжут, а руки спутают, каждому выдадут маркер, который следует взять в рот…), Драко пожалел, что с ними нет Тео. Нотт обожал подобные штуки, даже в самые темные дни умудряясь расшевелить их змеиный факультет. Особенно, если с завязанными глазами надо было нарисовать портрет Маккошки. Правда, рисовали все-таки обычно руками, но иногда получалось такое непотребство, что из гостиной участники выползали, не в силах разогнуться от смеха. Собственно, непотребство получилось и в этот раз. Под чутким руководством национального героя Лонгботтом феерично промахнулся мимо ватмана, в течение пяти минут пытался нащупать его в пространстве, подбадриваемый криками «левее», «еще левее», «твою мать, Невилл, ты вообще знаешь, где лево?», наконец нашел и стал рисовать с другой стороны. К этому моменту хохотал уже даже Драко. Кстати, Малфой считал, что свою часть работы выполнил безупречно. Глаз на портрете было два, оба даже с ресницами. Ну а что невеста основательно косоглазила – кому были интересны такие мелочи, особенно, если присмотреться к губам, нарисованным Джорджем. Губы были! Правда, прихотливая фантазия художника вкупе с основательно нарушенной координацией (Джордж успел набраться раньше всех, поскольку на все попытки его притормозить шипел похлеще Нагайны: «Не лезьте! Я сегодня за двоих пью! За себя и за того парня! Будем, Фред!» - и уверенно чокался с пустотой), - привели к тому, что губы располагались как раз посреди лба, но стараниями начинающего маэстро выписаны были очень любовно – и ни один раз. В общем, когда хрюкающие и икающие от смеха гости вновь расползлись по своим местам вокруг длинного стола, даже Пэнси соблаговолила признать, что осталась не зря и теперь точно не уйдет, пока не узнает, чем этот бедлам закончится. Дождавшись, пока все рассядутся, Эндрю начал издалека: - Одна маглорожденная принцесса очень долго не могла выйти замуж по той причине, что всем претендентам ставила одно условие: один раз в год на три дня она будет уходить из дома, не объясняя, куда и зачем. Желающих было много, но услышав условие, все отказывались. Наконец нашелся смельчак, который согласился и женился на принцессе, - ведущий сделал драматическую паузу и обвел глазами присутствующих. Что-что, а внимание держать он умел! Убедившись, что все поедают его глазами, Эндрю неторопливо продолжил: - Прошел год, второй, молодожены жили замечательно! Но на третий муж не вытерпел и решил проследить, куда же уходит его супруга. Рано утром она встала и пошла в лес, ударилась о землю и превратилась в змею, обвилась вокруг дерева и начала шипеть. Так выпьем же за тех жен, которые шипят раз в год, да и то не дома! Гости дружно грянули хохотом, а Малфой, искоса посмотрев в сторону главного стола, отчетливо понял, что Гермионе тост не понравился, а вот Уизли – пришелся по душе. Дав гостям минут пятнадцать на пребывание за столом (и провозгласив за это время еще два тоста в том же духе), неугомонный Эндрю объявил танцы. Драко напрягся, ожидая очередной подставы – и не ошибся! - Поскольку свадьба у нас не простая, а волшебная, пусть пару каждому выберет магия! Мы заранее разместили все танцевальные карточки дам в этом волшебном кувшине, и сейчас невеста хорошенько их перемешает и высыплет на стол. Карточки разлетятся по кавалерам, и каждый обязан будет пригласить на танец ту даму, чье имя будет значиться на доставшейся ему карточке. Отказы не принимаются! Итак, миссис Уизли, прошу! Гермиона смутилась, но, вскинув голову, громко поправила: - Миссис Грейнджер-Уизли, пожалуйста, я решила взять двойную фамилию! Драко закусил губу, следя за тонкими пальцами Гермионы, встряхивающими кувшин. Гостей – он мельком оглянулся – было чуть меньше сотни, танцующих пар должно сложиться около 20-25. Шанс на то, что магия приведет к нему в пару Гермиону, был… Малфой попробовал посчитать вероятность – и тут ему снова под ребро прилетел острый локоть Пэнси: «Не пялься!» Драко обреченно закрыл глаза. Все верно, что он может ей сказать… Особенно после того, что уже сказал… Но он все же помедлил, прежде чем развернуть карточку, порхнувшую ему на колени… Ну что, для поддержания интереса - следующая угадайка? Ваши версии, с кем все-таки будет танцевать Драко?