Отпуск

“Тайные желания”

      Воздух содрогается от протяжных стонов. Когти впиваются в синюю мятую простынь, чёрные костяшки аж сереют от напряжения. После вскрика по крепкому телу растекается приятная усталость. Предвестница довольно мычит, жмурится. С отдышкой девушка падает рядом на постель. О Архонты, у неё уже нет сил. Сколько дней это продолжается? Сосчитать не получилось: пустая голова никак не хотела начать работать. Раздражённо вздыхая, Фурина переворачивается на спину. Глаза цвета водной глади сами по себе закрываются. Новоиспечённая соседка начала ворочаться.       Вдруг её хватают за щёки и нагло поворачивают, блондинка в ответ пискнула. Женщина напротив проходилась взглядом по её лицу и телу. Да твою мать, ну только закончили! Фурина начала дёргаться, схватилась за чёрную руку. Эффекта это не произвело. Да и взгляд оказался совсем не похотливый, а скорее любопытный, изучающий. Так без внимания не осталась ни одна родинка. Создавалось ощущение, что за эти несколько дней она не успела наглядеться на бывшего Архонта. Пальцы разжимаются и отпускают светлое личико:       — Не понимаю.       Щёки после острых ногтей саднили, девушка принялась их растирать:       — Что тебе не понятно?       — Ну вот как тебе можно было хер приделать?— женщина улеглась на живот, положив голову себе на скрещенные руки, и продолжала гулять взглядом по девушке.— Такую ересь даже Доктор не вытворял, хоть его эксперименты и не знают рамок.       Странно, что Арлекино это смутило лишь спустя 4 дня, проведённых вместе с "Богиней". Девушка улыбнулась, фыркнула, ведь сама задавалась этим вопросом сколько себя помнит.       — Фокалорс была ещё той юмористкой.       Недолго повисла тишина. Женщина выпрямилась, размяла спину, откинулась на спинку кровати. Каждая размышляла о чём-то своём. Но уверенно можно заявить одно— их мысли связанны с последними событиями.       — И.. у тебя, получается, скоро течка закончится?— начинает неуверенно Фурина.       — Она уже сегодня закончится,— подпирая висок рукой, отвечает предвестница,— можешь не переживать, я тебя больше не трону. Куда ты убрала мои вещи?       — Ты уходить собираешься?— на бледное лицо кидают удивленный взгляд.       Женщина отворачивается, опускает ноги на пол, попутно рыская по кровати рукой в поисках халата.       — Но.. постой!— девушка кидается к ней, удерживая за тёмное запястье.       — Что ты творишь?— Слуга раздражённо оборачивается.       — К-как ты можешь просто взять и уйти?! Ты забыла сколько раз мы сцеплялись?       Женщина хмыкает, не может сдержать улыбку:       — И какое это имеет значение?       — Да в смысле?! Ты ведь забеременеешь, если уже не беременна!— говорила эти слова девушка с большим возмущением.       Арлекино опять хмыкает, ей даже становится интересно, что же она скажет дальше? Решает продолжить тему:       — А тебе какое дело?       Кажется, девушку это взбесило ещё больше. От возмущения у неё перехватило дух, да так, что она и слова сказать не могла. Арлекино не хочет ждать. Ей в этом доме больше делать нечего. Она надевает халат, встаёт с кровати, но не успевает сделать шаг— её обнимают со спины и настойчиво тянут назад:       — П-пожалуйста, Арлекино..— нос уткнулся между лопаток,— просто.. просто выслушай меня!       Какая глупость. Но, к удивлению Слуги, девичья хватка оказывается достаточно сильной, что она не смогла расцепить её с одной попытки. А Фурина вела дальше:       — Я всегда хотела семью.. я всегда надеялась завести родного ребёнка,— голос предательски дрогнул,— но ты же видишь меня, кому нужна такая альфа?!       Справедливо. Такое хрупкое создание в принципе не подходило под описание этого вторичного пола. Совсем неразвитая мускулатура, высокий писклявый голос, низенький рост, миловидное личико, смазливый характер.. Фокалорс скорее была не юмористкой, а садисткой.       Девушка не останавливалась:       — Ещё и этот ёбаный сценарий, из-за которого я 500 лет и мучалась. Там не написано, чтобы Архонт в один прекрасный день встретила свою омегу, они бы поженились, завели детей и жили б долго и счастливо.. нет же, блять, это было бы слишком скучно!— за спиной послышались всхлипы.— Но это же, сука, не значит, что я не могу этого хотеть! А никто не понимал! Поэтому ни с кем семьи я не построила. Но сейчас есть ты, Арлекино!       Руки расцепили хватку и начали нежно-нежно гладить живот:       — И раз уже всё случилось, и раз я уже уверенна, что ты будешь носить моего ребёнка.. я не могу вас потерять.— завершает свою тираду "Архонт".       Какие же чудеса только не случаются в Тейвате. Любопытно.       — И что ты предлагаешь мне?— женщина вопросительно вскидывает бровь.       — Останься у меня! Я выделю тебе комнату, сделаю всё, что захочешь. Я тебе клянусь, ты ни в чём не будешь нуждаться, только позволь мне исполнить свою мечту.       Арлекино начала взвешивать только что поступившие предложение. О ребёнке она и сама способна позаботиться. Но получить до конца отпуска бесплатное жильё— уж очень заманчиво. Это сейчас самый доступный вариант.       — И ты считаешь, что сможешь обеспечивать семью?       — Конечно!       — Даю тебе 2 недели.— поворачиваясь к собеседнице, выдвигает свои условия предвестница.       — 2 недели на что?       — На то, чтобы убедить меня в серьезности своих намерений.

“Токсикоз”

      Неделя прошла в хлопотах. Арлекино пришлось покупать заново, всё сгоревшее в пожаре. Уже несколько раз заходила в филиал банка северной столицы: никак не могла уложиться в предполагаемый бюджет. Но вот вчера была куплена последняя баночка с кремом, после которой пунктов в списке больше не числилось. Довольная проделанной работой, предвестница возвращается в своё временное место жительства. Остаться у Фурины было действительно самым оптимальным решением, хотя и череватым своими последствиями. Девчонка давила ей на мозги— через чур назойливая, через чур внимательная, чересчур разговорчивая, благо очень трусливая— одного злобного клокотание достаточно, чтобы её как ветром сдуло. Справедливости ради, она тоже внесла свою лепту в обустройство их совместного быта— когда заканчивалась работа в театре, заходила в магазин и тащила домой столько еды, сколько могла на себе унести. Хоть и было там слишком много сладкого, хоть и не всё подходило предвестнице по вкусу— всяко лучше, чем вечером тащиться в местную забегаловку.       Сейчас дом ещё пуст. Женщина устало раздевается и плетётся на кухню. Среди пирожных и овощей на полке затесалась вчерашняя утиная ножка— это и будет её ужином. Достаёт вилку из шкафчика, цепкий взгляд замечает на ней аленькое желтоватое пятнышко. Видно, Фурина не взяла её замечание к сведению. Ладно, завтра устроит ей урок хозяйственности, сегодня уже нет настроения. Поев, убирает со стола и направляется в свою комнату.       Девушка дала ей право поселиться в любой комнате, которая ей только приглянется. Арлекино выбрала дальнюю на втором этаже. Ни один постельный комплект, который ей предложили не пришёлся ей по душе, поэтому было принято решение купить постельное бельё самостоятельно: темно-бордовое покрывало гармонировало с светлыми обоями комнаты, к которым очень подходили наволочки цвета слоновой кости. Женщина с удовольствием зарылась в одеяло, наконец-то расслабившись. Можно и вздремнуть полчасика.       Арлекино поднимает тяжёлые веки. Взгляд медленно ползёт к часам на прикроватной тумбе. Без 15 три. Вот поспала, так поспала. Переворачивается на спину. Что-то ей не хорошо. Не стоило портить себе режим: то, что она в отпуске, не значит полную отмену дисциплины. Живот крутит и мутит. Есть вчерашнее мясо тоже было не лучшей идеей. Ну ничего, нужно просто заснуть, само пройдёт. Снова закрывает тёмные глаза, хоть и чувствует, что сон сбит окончательно. Она ворочается в постели. Живот болит ещё сильнее. Чувствует, что курица явно просится наружу. Бранясь, поднимается с кровати и медленно плетётся к лестнице: ванная на 1 этаже. С каждой ступенькой идти всё труднее, лучше ей никак не становится. Из последних сил, по стенке, доползает до ванной комнаты, едва сдерживая рвотные позывы. Падает перед унитазом, всё тело вздрагивает от спазмов. Отплёвывается и цепляется когтистыми пальцами за раковину, опираясь на неё, встаёт. Умывшись, поднимает взгляд на забрызганное зеркало: бледная, как труп. И какой Бездны только что произошло? Проблема явно не в утке. Разболевшаяся голова туго соображает, но одна, и, к сожалению, правильная мысль к ней всё же приходит:       — Блять..— шумно выдыхает Слуга.— токсикоз.       В этот раз, от собственной правоты её самолюбие не тешилось: 3 дня она провалялась на постели, не в состоянии даже выйти из дома. Сил едва хватало дойти до ванной и обратно вскарабкаться на второй этаж. Пусть сдохнет в муках тот, кто спроектировал единственный санузел на всё здание. Организм отвергал любую пищу, даже ту, что не успела в него поступить: лёгкий запах чего-то жареного вызывал несдержимую тошноту.       Ещё и её сожительница никак не хотела оставлять её в покое. Перетащила кофейный столик из другого конца комнаты почти впритык к кровати, по несколько раз на дню таскала с кухни всякую дрянь: бульоны, овощи, печенья. И хуже того, не уходила, если на её глазах женщина что-то не проглотит. Насильно накормить она её, конечно, не могла, если бы и попыталась— долго б не сняла гипс, но девушка взяла её измором: сидела на краю кровати и жалобно так капала ей на мозги:"ну, съешь хоть кусочек..". Терпение предвестницы, подорванное болезненным состоянием, такую пытку долго не выдерживало. С криком и руганью, но предложенные перекусы всё же съедались. Так сегодня Фурина пристала к ней с новым требованием:       — Это ведь не нормально, что ты четвёртый день ничего не ешь! Арлекино, тебя нужно показать врачу.       Арлекино данное предложение проигнорировала. Она по дому еле ходит, какая к чёрту больница.       Слава Архонтам, выходные закончились, и её раздражитель наконец-то уйдёт восвояси. После хлопка входной двери предвестница Фатуи с облегчением выдохнула. Покрутившись, провалилась в беспокойный сон. Приоткрыв глаза, предвестница снова зажмурилась от головной боли. Недовольно бурча, перевернулась на другой бок. Перед уходом Фурина учтиво оставила ей кувшин с водой. Мелочь, а приятно. Кинув взгляд красных крестов на часы, поняла, что не проспала и часа, а лежать без дела уже надоело. Женщина садится в кровати и тут же жалеет о своём решении: голова чуть ли не треснула от неожиданной вспышки боли, за которой закономерно последовала тошнота. Было принято сиеминутное решение лечь обратно. М-да, её досуг просто пестрит своим разнообразием. "Архонт" совсем не скоро вернётся, может опять попытаться уснуть? Раздумьям над целесообразностью данного решения помешал дверной скрип, донёссшийся откуда-то снизу. Через пару секунд раздались шаги по лестнице, за ними предупреждающий стук, и вот в комнате уже стоит блондинка с каким-то мужчиной:       — Вот, осматривайте.       Женщина раздражённо улыбнулась, приподнимаясь на локтях:       — Здравствуйте..       Настырная девчонка. Значит, если Арлекино не пошла к врачу, то врач прийдёт к Арлекино.       — Нет-нет, лежите.— присаживаясь на край кровати, опрятно одетый мужчина возвращает её в лежачее положение.— На что Вы жалуетесь?       — Сильная тошнота последние 3 дня.       — Что Вы недавно ели? Может Вы употребляли непривычную пищу?— продолжает собирать анамнез врач.       — Нет,— мотает головой предвестница,— при беременности это нормальное состояние.       — Какой у Вас срок?       — 2 неделя.       Мужчина кивает, ставит на колени сумку и начинает там копошиться:       — Вы ещё не вставали на учёт?       — Уже,— раздражённо кидает женщина.       Он достаёт баночку и внимательно изучает состав на этикетке:       — И как давно наблюдались?— кладёт обратно в сумку и достаёт стеклянный пузырёк.       Женщина раздражённо скалится:       — Вы из женской консультации?       — Нет.       — Тогда не Вашего ума дело.       Кто он такой, чтобы тут ей допросы устраивать? Она и сама знает, что ей нужно делать. Мужчина неловко поправляет очки, гладит переносицу:       — Вот это Вам подойдёт,— доктор ставит на столик пузырёк.— Это лекарство не навредит и снимет приступы тошноты. Принимать строго перед едой, 3 раза в день.       — Благодарю Вас, доктор!— всё это время молчавшая девушка, наконец-то подошла к кровати.       — Ну что Вы, это мой долг,— мужчина кивает, поднимаясь с кровати.

“Притирка”

      Мерзкая настойка всё же помогла— через пару дней Арлекино наконец-то ощутила голод, а совсем скоро и избавилась от усталости. Девушка было обрадовалась, но появилась другая напасть— гормоны. Фурина читала, что при беременности омеги становятся очень чувствительными, вспыльчивыми, требуют больше внимания и заботы.       Либо автор никогда не контактировал с беременными, либо 4 предвестница— сбой природы: ну никак она не подходила под это описание! Женщина стала ещё раздражительней и острее на язык, чем была. Только и норовила кинуть девушке до обиды колкую фразу, которую только могла сообразить. То Фурина не так вещи раскладывает, то посуду плохо моет, то в собственном доме возымела наглость присесть отдохнуть на кресло, с которого её в ту же минуту согнали. В общем, создавалось ощущение, что Слуга со скуки просто решила выжить девушку из её же дома. Да и сосуществовать на одних квадратных метрах с бывшим наёмником оказалось непростой задачей: женщина обладала особенностью передвигаться, не издав ни единого шороха. Она так девушку до сердечного приступа доведёт! Омега таилась в самых укромных углах комнат и давала о себе знать в самый неожиданный момент. Но с недавних пор девушка начала подмечать одно— Арлекино всегда где-то рядом: то вытягивается на её любимом диване, когда "Архонт" возвращается после репетиций, то резко хочет посидеть на кухне, хотя обыкновения ужинать вместе она не имеет, то ей что-то срочно понадобиться, как только блондинка захлопнет дверь в свою комнату.И даже если Слугу возле себя она не видит, девушка всё никак не может избавиться от ощущения, что за ней пристально наблюдает пара ярко красных искорок. Фурине кажется, что такие случайности не случайны.       Но сегодня, как будто, таких совпадений ещё не было. Когда "Богиня" вернулась домой, женщина увлеклась изучением её небольшой библиотеки и особо не обратила на неё внимания. Может, это и к лучшему. Она быстро шагает по узкому коридору. Вот сейчас она должна зайти в кабинет, защёлкнуть дверь и погрузиться в сценарий.                   Дубовая дверь отворяется, девушка делает шаг, тянет ручку, чтобы закрыть. Не получается— дёргает сильнее. Дверь обо что-то упёрлась. Ну что ж это такое? Оборачивается, дабы посмотреть, в чём проблема:       — Блять!       — Выражения подбирай,— злостно рявкает Арлекино.       Её ступня зажата между дверью и косяком.       — И-извини, ты меня до чёртиков перепугала,— нервно выдыхая, пискнула девушка.      — Ты что-то хотела?       — Хотела увидеть, как же ты ребёнка-то содержать собираешься. Пока, кроме болтовни, никаких результатов не наблюдается.— женщина, не дожидаясь приглашения, уже с интересом бродила по комнатке, в которой до этого не успела побывать.       Девушку это не задеть не могло:       — Что значит как? Я на работу каждый день хожу, если ты не заметила. И, между прочим, в отпуска за свой счёт я не ухожу.— на последних словах синеглазая ехидно оскалила зубы.       А вот это было зря. Арлекино разворачивается к ней, ногтём аккуратно приподнимает за подбородок, чтобы синие глаза встретились с яростно пылающими крестами. Такого призрения во взгляде Фурина давно не видела:       — Если бы твои кривляния перед толпой дураков приносили действительно хорошие деньги, ты бы давно слезла с шеи Верховного Судьи.       Девушка на пару секунд остолбенела. Она открыла рот, дабы возразить, но не смогла из себя выдавить и слова. Довольная собой предвестница скрестила руки на груди и отправилась дальше осматривать помещение. Ей самой как-то стыдно, что по сей день Нёвилетт выделяет ей из госбюджета деньги. Фурина сглатывает подступивший к горлу ком:       — Это всего лишь благодарность за спасение Фонтейна! Я сама в состоянии обеспечить себя и семью!       — Да ты что?— закатывая глаза, вздохнула женщина.— Раз так, давай посмотрю на твою работу.       Она подходит к небольшому кожаному дивану, придвинутому вплотную к стене. Он располагается паралельно рабочему столу "Архонта". Слуга улеглась во всю длину дивана, оперевшись локтём на подлокотник. Девушка раздражённо фыркнула, резко отодвинула кресло на колёсиках, уселась. Принялась кпошиться в бумажках, ища свежий сценарий.       По привычке принялась в слух его читать. А предвестница впилась взглядом в спинку кресла перед собой. У Фурины на затылке волосы дыбом встали от этого острого ощущения чужого присутствия. Из-за излишнего волнения всё шло на перекосяк: она сбивалась, путала ударения, не могла подобрать интонацию. Так дело не пойдёт.       Девушка разворачивается к соседке. Та вопросительно поднимает бровь:       — Не получается?       — Не получается потому что мне неудобно,— бурчит девушка, подходя к дивану, присаживается на край.— Я всегда репетировала одна..       — Мг, понимаю,— кивнула предвестница, ставя ноги на пол,— это было последние, что мне нужно было увидеть.       Предвестница порывается встать, но её берёт за плечи девушка:       — Не совсем понимаю, о чём ты?       — У нас был уговор: 2 недели, чтобы убедить меня остаться с тобой. Ты не оправдала моих ожиданий.       — Стой, нет-нет! 2 недели это слишком мало!— девушка хватается за неё.       — Для меня этого достаточно.— женщина снова хочет встать.       — Арлекино, подожди! Мы ведь ничего не решили! Давай хотя бы нормально поговорим!— девушка обвивает шею Слуги, прижимает её к себе.— Я исправлюсь, Арлекино, честно, просто скажи, чем я тебя расстроила..       Слуга такому ответу не рада. Раздражённо рычит, впивается длинными ногтями в девичьи бока, пытается отодвинуться. Но тут вдруг она что-то чувствует. Запах Фурины. Уже знакомый, но всё так же манящий к себе. Нет, это не возбуждение, а скорее напротив. Он действует на неё расслабляюще. Она не может удержаться, чтобы не прижаться к чужой шее. Ногти ослабляют хватку, и руки медленно скользят по спине, остановившись на пояснице, чтобы прижать к себе. Трётся щекой, желая окунутся в успокаивающий аромат. Так вот, почему её так тянуло к девушке в последнее время. Она не замечает, как на плечо упали пару солёных капель.       — Арлекино?— опомнившись, блондинка взволновано обращается к "уходящей" предвестнице.       В ответ вопросительно мычат.       — Всё хорошо?       — Мг,— продолжая тереться о шею, бурчит четвёртая,— мне хорошо.       Эти слова для "Архонта", как бальзам на душу, её лицо озарила нежная улыбка. Она медленно откинулась на диван, утянув Слугу за собой. Сопротивления не последовало.       — Тебе со мной хорошо, правда?— всё так же улыбаясь, девушка мягко гладила лежащую по спине, другой рукой вытирая собственные щёки.       Женщина спокойно улеглась на груди, даже прикрыла глаза от нахлынувшего умиротворения. А ведь ей действительно сейчас очень хорошо. Почему-то, лёжа на Фурине, ощущая на себе её феромоны, вслушиваясь в чужое сердцебиение, чувствуя её нежные касания, женщина испытывала непередаваемое наслаждение. Именно этого ей и хотелось.       — Арлекино,— уже уверенным спокойным голосом начинает "Богиня",— а скажи, ты веришь в судьбу?       — Глупости.— помотала головой предвестница.       — А в истинные пары?       — Ещё большая глупость.       Девушка, зарываясь лицом в светлые волосы, ласково шепчет:       — А я верю.

“Гон”

      Два последних дня Фурина ударилась в работу: уходит в театр на час раньше, задерживается там до поздна, по своему возвращению сразу отправляется спать. Арлекино приятно удивлена такими переменами. Не смотря на выгоду, которую они получат от такого трудоголизма, предвестницу тревожит его неизвестная природа. Почему "Архонт" так серьёзно взялась за работу? Почему она взялась за неё только сейчас? Почему она буквально избегает Слугу? Да, именно избегает. Сегодня выходной, который, по предположению женщины, Фурина бы провела в её компании. Но вот странность— девушка закрылась у себя в комнате и носа оттуда не показывает. Просто удивительно, с учётом того, что ранее любую удобную минуту Фурина предпочитала делить с ней.       Отжавшись в последний раз, женщина шумно выдыхает. Физические упражнения здорово помогают разгрузить голову, но, жаль, не помогают находить ответы. Захватив сменную одежду, предвестница направляется в душ. Кинув грязную футболку в корзину для стирки, предвестница, взбодрённая холодной водой, выходит из ванной комнаты.       Бродя по дому, она ловит себя на мысли, что от отсутствия девушки ей как-то не по себе. До этого наполненный весёлой суматохой дом, сейчас встречает новую жительницу звенящей тишиной, отбивающейся от молчаливых стен. Странно это всё.       Арлекино роется в шкафчике туалетного столика. Да где же эта баночка?! Неужели девчонка опять её утащила? Пускай она ещё хоть раз тронет что-то из её вещей— Арлекино ей руки отобъёт! У самой горы всякой всячины, что в одном столе всё не уместить, а всё равно лезет в её косметичку. Арлекино раздражённо рычит, отстраняясь от стола, и с грохотом захлопывает шкафчик. С этими мыслями Слуга направляется в ванную проверить свою догадку. Внимательно изучая всевозможные баночки, тюбики и бутылочки, она, наконец-то, находит свою. Чёрная ладонь тянется за косметикой и в спешке случайно роняет стоящий на краю тюбик. Тот упал прямо в корзину. Женщина достала его, вернула на прежнее место, собиралась уходить.. но, постойте, что-то не так. Она наклоняется к корзине: там нет её одежды. Все вещи есть, а её футболки для тренировок нет. И куда она могла подеваться?       За эти три дня в этом доме случилось слишком много совпадений, чтобы быть просто совпадениями. Слуга ступает по коридору. По мере приближения к комнате "Богини", её шаги всё тише, а за пару метров до пункта назначения вовсе начинает красться. Женщина прижимается вплотную к двери, прислонившись к ней ухом. Изнутри доносится какая-то возня: звуки непонятного происхождения смешались с тихим девичьим шёпотом. Да ещё и этот подозрительно сильны запах.. у Арлекино есть предположение, но его нужно проверить. Опускается на корточки, ровняется лицом с замочной скважиной. Из узкой щели тянется густой, тяжёлый, настоящий запах Фурины. Сейчас корица в нём сильно перебивает мяту, оседая в лёгких. Уже осознавая свою правоту, предвестница нервно сглатывает, всё равно вглядывается в скважину. Всё ровно так, как она и думала: блондинка полулёжа на кровати, держа у носа пропитанную омежьими феромонами футболку, яростно себе наяривает. А неразборчивый шёпот— сдавленные стоны. Вывод один: у бедняжки гон. Сейчас перед 4 предвестницей стоит тяжёлый выбор: вмешаться или оставить в покое? В игру уже вступают феромоны: женщина только что заметила, что наблюдая за "Архонтом", начала дышать чаще прежнего и нервно потирать бёдра. Ладно, будем судить по справедливости, девчонка воспользовалась ею во время течки, конечно, по собственному согласию предвестницы. Так и предвестница сейчас спросит разрешения. Фурина просто не сможет отказаться от такой помощи.       Женщина выпрямляется и для приличия два раза стучит в дверь. Испуганное "ой!" и лихорадочный шорох простыней заставляют её едва заметно улыбнуться. Хочет поиграть в недотрогу, значит будут играть в недотрогу.       — Входи!— сипло раздаётся из-за двери.       Арлекино переступает порог комнаты, закрывает дверь. Весь воздух в помещении, кажется, вытеснили феромоны альфы. Сквозь шторы едва проникают солнечные лучи, от чего в спальне стоит полумрак. А сама хозяйка, вжавшись в кровать, убирала рукой с румяных щёк прилипшие пряди, накрывшись одеялом чуть ли не до плеч. Она действительно считает, что предвестница ничего не заподозрит?       — Что-то случилось, Арлекино?— пытаясь обуздать дрожащий голос, начала девушка.       — Вот зашла проверить, чем ты тут занимаешь,— проговаривая это, Слуга медленно подходила к кровати.       Взволнованные глазки метались по комнате, не в состоянии сфокусироваться на приближающейся тени:       — Д-да ничем.. Знаешь, в "Эпиклезе" была такая суматоха, такая суматоха! Этот мудак режиссёр из меня все соки высосал..— тут, кинув короткий взгляд на собеседницу, девушка поняла, что предвестница уже совсем рядом.— Стой! Нет, не подходи близко!       Она ещё сильнее вжимается в кровать, а щёки вновь наливаются краской.       — Это ещё почему?— театрально вскидывает бровь четвёртая.— Ты какая-то странная в последнее время, может заболела?       Арлекино хочет дотронуться до светлого лба тыльной стороной ладони, но девушка вжимает голову в плечи и отворачивается:       — Не трогай! Я-я.. Арлекино, я всё объясню.. потом!       Какая забавная. Почему она всё ещё продолжает этот спектакль одного актёра? Женщина продолжает ей подыгрывать. Наклоняется к кровати, замечая, как "Архонт" закусывает губу, нервно сглатывая, пряча взгляд. Арлекино перебарывает желание власно схватить девчонку за щёки и открыть своему взору это похотливое личико. Вместо этого тянется рукой за подушку, откуда достаёт тёмную ткань:       — И что же это? Да это же моя футболка. Как она здесь оказалась?— наигранно удивляется Слуга, уже не сдерживая издёвку в голосе. "Богиня" взволновано мнёт рукой простынь, что-то неразборчиво мыча. С Арлекино хватит:       — Долго ещё будешь меня за дуру держать?       — Что?— пискнули в ответ.       Длинные когти впиваются в ткань постельного белья и резко отбрасывают его. Под одеялом Фурина отчаянно пыталась скрыть стояк, придерживая член правой рукой. Усаживаясь на краю изголовья кровати, начинает женщина:       — И что всё это значит?       — Арлекино, ёбаный в рот, у меня гон! Тебе же сейчас вредно этим заниматься..— быстро начинает оправдываться девушка.       — Ты недооцениваешь мои возможности,— не может не вставить свои 5 копеек предвестница.       — ..и я не хочу тебе навредить,— заканчивает "Архонт".       — А теперь ты переоцениваешь свои,— скалит зубы четвёртая, скручивая футболку в жгут.       Фурина таким заявлением несказанно возмущена:       — Да ты что? Забыла, как плакала подо мной месяц назад?!       — Да нет,— седлая девичьи бёдра и ощущая поясницей дёргающийся орган, пожимает плечами женщина,— даже готова это повторить.       В синих глазах загорелась искра новой волны возбуждения. Руки уже сами собой оглаживали чужую талию, пока девчонка уже успела мысленно раздеть её до гола. Руки перемещаются на щёки, пока девушка в предвкушении закусывает пухлые губы, встретившись взглядом с пылающими крестами:       — Дорогая, ты не представляешь, на что ты напрашиваешся.       Эти внеземные глаза, которые приковывали внимание Фурины с самой их первой встречи. Кажется где-то в их глубине спрятан проход в саму Бездну. Вечно устрашающие противников, даже сейчас они мерцают недобрым блеском, предупреждая об опасности. Неспроста:       — Только плакать будешь ты.       Арлекино действовала молниеносно: левой рукой перехватила тонкие запястья, прижала их к быльцу кровати и перевязала заранее скрученной одеждой. Блондинка пару раз дёрнулась— бесполезно.       Арлекино слезла с девушки, уселась с краю, возле её головы:       — А теперь ты расскажешь, кого же представляла во время этого непотребства.       — Да ты, блять, издеваешься?— Фурина недовольно шипит.— Если пришла помогать, значит помогай!       Хоть девушка и пытается, скалясь и хмурясь, показать своё превосходство, её откровенно пассивное положение делает эти попытки просто смехотворными. Она даже не в состоянии дотянуться до источника манящего запаха, как бы сильно не выкручивала связанные руки. Арлекино самодовольно хмыкает, растирает собственную шею ладонью, собирая феромоны. После подносит её к лицу Фурины, заставляю ту вытянуть шею. Два глубоких вдоха и из девушки вырывается звонкое рявконие— славно известный рык альфы, подобный звериному рёву. Хотя, в случае "Богини", тяфканью домашней собачки. Арлекино едва сдерживает смешок. Вот это альфа, так альфа! Хоть в глубине души находит этот контраст очаровательным. А девушка и дальше тянется к руке, тихо рыча себе под нос. Предвестница решает не отказывать в милости и дарит той долгожданное прикосновение. Блондинка трётся щекой, вдыхает остатки аромата, удивительно нежно целует. В это время член с новой силой начинает сочиться предэякулянтом, от чего девушка вымученно стонет и откидывает голову назад:       — Арлекино.. да возьми ж ты его, ёп твою!       — А ты не боишься?— пересаживается ближе к бёдрам женщина.       Острый, как лезвие, ноготь начинает медленно ползти по стволу:       — Ты же догадываешься, что ногти не просто украшение?— она не пропускает ни одну венку, едвали не вскрывает их, надавливая на тонкую кожу.— Однажды на миссии я ими пробила сонную артерию неосторожному охраннику.       Предвестница и дальше медленно выводит узоры на разгорячившейся плоти. Взгляд алых крестов следует за плавными движениями:       — И ты всё ещё хочешь моих прикосновений?— зрачки-кресты поднимаются на лицо "собеседницы".       Фурина почти до крови закусила губу, возбуждение плещет через край, аж выступая бусинками-слезинками на синих глазах, пока её грудь лихорадочно вздымается от тяжёлых вдохов. Облизнув губы, восклицает:       — Сука, да! Просто сделай это!       И как женщина может ей отказать? Горячая рука нежно гладит скользкую головку. В ту же секунду со стороны изголовья доносится громкий стон, а бёдра рефлекторно толкаются в ладонь. От малейшей искры вспыхивает, как спичка. Арлекино не останавливается, ловя чутким слухом каждый вдох, каждый стон, каждый рык, которые распаляют её собственный жар. Фурина требовательно скулит, уже не в состоянии связывать звуки в слова. В ответ движения ускоряют, проходясь до середины и обратно. Женщина сглатывает, пытаясь игнорировать напряжение внизу. Оргазм не заставил себя долго ждать: девушка излилась в чужую руку, выстонав имя предвестницы.       На ватных ногах она подходит к тумбочке. На ней стояла широкая прямоугольная рамка с великолепным рисунком "Эпиклеза", за которой в спешке была спрятана пачка салфеток. Не может стоять, присаживается на край кровати, вытирая ладонь. А за спиной всё так же скулят:       — Арлекино, ещё..       Женщина оборачивается. Действительно, для полной разрядки этого оказалось мало. А Фурина не замолкает:       — Арлекино, я хочу тебя..— потеряв контрольно, ведёт дальше,— я хочу в тебя..       В целом, Арлекино два раза повторять не надо, она сама уже не в состоянии держаться. Стянув с себя мешающую одежду, Слуга перебирается на чужие бёдра. Мягко поглаживает талию, игриво цепляясь когтями за бока. Потом задирает футболку ещё выше, оставляя девушку с голым торсом. Чёрная ладонь бысстыдно скользит повсюду. Женщина наклоняется к девушке, вдыхает уже полюбившийся ей запах альфы. Трётся о горячее тело, лижет и кусает всё, до чего только в состоянии дотянуться. Уже отстраняется, но ловит туманный взгляд, в котором явно читается просьба. Они уже зашли слишком далеко, чтобы отказать ей в такой мелочи. Чуть помедлив, всё же накрывает чужие губы своими. Фурина сминает их, просится внутрь.       Едва Слуга приоткрыла рот, девичий язык уже внаглую проталкивается в него. Арлекино подаётся ещё ближе, её ладонь оказывается на светлом затылке, сжав волосы в кулак. Девушка настойчиво тянет инициативу на себя, ещё сильнее углубляя поцелуй. Но Арлекино оттягивает её от себя, на последок прикусив шею. Терпение иссякло окончательно: выпрямляется, придерживая пальцами всё такой же каменно твёрдый ствол, опускается. Головка раздвигает влажные складки, с усилием проникает внутрь. Обе рычат одновременно: Фурина от долгожданного соития, а Арлекино от тянущей боли. Женщина корит себя, что предварительно не размялась, но желание побеждает над рациональностью, и она опускается ещё ниже.       Немного времени, чтобы привыкнуть, после начинает медленно двигаться. Благо смазки достаточно, и плоть без труда скользит по стенкам. Фурина довольно мычит, не сводя глаз с партнёрши. Создаётся ощущение, что во мраке комнаты они светятся синими огоньками. Наверное, Арлекино просто кажется. По мере ускорения мычание сменяется на громкие, развязные стоны. Девушка восторженно выкрикивает:       — Арле- Ах! Мхг! Да!       Комната мгновенно превратилась в адскую печь, по другому нельзя было описать жар, который в ней стоял. Женщина на секунду останавливается, срывает с себя футболку, и, оставшись в одном лишь бюстгальтере, возобновляет темп. Уже сама срывается на крик, вращает бёдрами, толкается глубже и жёстче. Тёмные глаза закатываются от удовольствия. От избытка смазки каждый удар бёдер сопровождает мокрым, звонким звуком. Развратные шлепки в перемешку с протяжными стонами заполняют помещение.       Кульминация близко, обе это чувствуют. Первой с дистанции сходит Фурина. Вздрогнув всем телом и издав последний и самый громкий стон, она обмякает на постели. Арлекино подгадала момент и избежала сцепки. Дальше оставалось короткими быстрыми толчками довести до оргазма и себя. До дрожи сжала простыни в куклах. После такого в них точно останутся дырки. Дрожит, прерывисто дышит, опираясь на руки.       Фурина поднимается, перекладывает руки женщины себе на плечи. Мутные глаза смотрят перед собой. Тут взгляд сфокусировался на быльце кровати. На деревянной перекладине висит растянутый узел. Она, что выскользнула? Охкает от внезапной боли в районе ключиц. Девушка, прижав её к себе, впилась зубами в нежную кожу. Разжав челюсти, начинает нежно зализывать место укуса.       Сжав в смертельной хватке мягкие щёки, Слуга грубо отстраняет её. Пальцы свободной руки проходятся по саднящему месту: на них осталась пара алых капелек. Пометила.       Арлекино резко прижимает её к изголовью кровати, нависает, приставив к глазу точёный ноготь— ещё несколько сантиметров и она насадит на него глазное яблоко. Яростно шипит:       — Кто дал тебе право такое творить?       Руки обплетают схватившую кисть, ласково поглаживая внешнюю сторону ладони. Мозг, размазанный по черепушке после оргазм, ещё не собрался в кучу и нагло игнорировал эту острую ситуацию:       — Я-я-я,— самодовольно тянет "Богиня".       — С какого чёрта?— рычат в ответ.       — Потому что я тебя люблю,— блаженно улыбаясь, минуя взглядом направленное на неё остриё, девушка мягко, с непередаваемой нежностью смотрела в горящие кресты напротив.       Арлекино сидит в своей комнате за туалетным столиком, рассматривает в зеркале своё "клеймо". Несколько маленьких ранок уже вскрылись тёмной коркой. Разве когда любят, то обязательно метят? Ну не девушка, а просто ужас! Любит она. Никто Арлекино метить не может! Но, с другой стороны, метка не глубокая— быстро сойдёт, поставленна низко— легко спрятать, ароматических желёз не задевает. Она проводит по шершавым коркам пальцем. Ладно, она простит "Архонту" такую оплошность. Но только в этот раз!

“Омега-собственница”

      Ранее солнце неспеша поднималось над идеально ровной гладью морских вод и в очередной раз дарило столице прогресса свои яркие лучи. По старой привычке Арлекино, после зарядки, встречала новый день с газетой в руках. Фурина уже лениво бродила по дому— она вовсе не ранняя пташка, но руководство театра это мало волнует. Только сейчас она дошла до гостиной:       — Доброе утро.       — По тебе так и не скажешь.— шутя подмечает Слуга, отложив не очень интересное чтиво.       Блондинка бубнит неразборчивые ругательства в ответ, подходя ближе. Один рывок цепких рук и, не успев даже испугано ойкнуть, девушка уже сидела у четвёртой на коленях.       — Арле, нахера так пугать!       — Адреналин бодрит,— стискивая хватку на чужой талии, заявляет женщина.       Она аккуратно кладёт точёный подбородок на светлую макушку. Тонкие аристократичные пальцы "Архонта" тянутся в щеке, в ответ на этот жест Арлекино, что удивительно, ластится. Девушка шепчет ей что-то нежно, всё так же ласково поглаживая щеку. Слуга не разобрала с первого раза, медленно опускает голову, укладывается на плече. Глубоко вдыхает.. и от неожиданности фыркает, резко отрываясь от утренних нежностей:       — Что это за дрянь?— потирая раздражённый нос, рявкает она.       Девушка, удивлённая такой реакцией женщины, была уже готова начать возмущаться, но к ней быстро пришло понимание:       — Это просто мой парфюм,— неловко потирая затылок, начинает,— ты же знаешь, мне тоже нужно маскироваться.       Точно. Тот самый запах пузырина. Только в раз десять концентрированей, да и ещё с четкими химозными примесями.       — И зачем наносить его так рано?— Арлекино недовольно коситься на "Богиню".       — Тебе легко говорить, ты на таблетках сидела,— бурчит девушка.— Без них очень тяжело запах скрыть.       — Мг, и потом можно спокойно с омегами тереться, никто ничего не заподозрит.— язвят в ответ.       — Арле, это к чему?       — К тому,— прижимаясь сильнее, бурчит Арлекино.— Сначала вокруг тебя твои "сотрудницы" вертятся, я сомневаюсь, что по сей день никто ничего не заметил..       — Дорогая..— хочет начать Фурина, но её перебивают.       — А потом вечером из-за твоего шлейфа на тебя все альфы пялятся.— говоря это, женщина трётся щекой о чужую шею, пытаясь перекрыть запах маскировки своим.— По тебе вообще нельзя сказать, что ты занята.       Девушка тяжело вздыхает, думая, что ответить на такое заявление. Жгучее чувство заставляет женщину озлобленно взрыкивать, а после, не услышав никакого ответа, прикусить. В ответ слышится ойканье, а после тихое хихиканье:       — Ну и что, пометила?       Женщина отстраняется, хоть и укусила она не слабо, на коже остались лишь мелкие следы. В лучшем случае появится маленький синячок. Далеко не похоже на то, что украшает её собственные ключицы. Раздражённо фыркает. А девушка ухмыляется, оборачивается к ней:       — Арле, чья ж вина, что метить могут только альфы?— она гордо демонстрирует немного выступающий из ровного ряда зубов совсем небольшие клыки.       — А вот и неправда.— кидает предвестница, запустив руки под лёгкую кофточку.       — Ай!— вскрикивает девушка, вздрогнув.       Арлекино самодовольно урчит, прикладывает тёплые ладони к животу, смягчая боль.       — Арлекино, это что, блять, было?!— возмущается девушка, задрав футболку, убирает с себя чёрные руки.       На весь живот красуются 10 тонких ало-красных царапин. Сзади чувствует контрастно нежное касание губ к шее:       — Зато теперь всем будет сразу понятно, что у тебя кто-то есть.

“Зайка”

      Лезвие пронзает избитую плоть. Тёплые алые брызги пачкают бледное лицо. Преступник измучено стонет, проживая последние секунды в агонии, наблюдая за медленно вытекающей из собственного тела кровью. Лужица под ногами постепенно подползает к чужим сапогам. Стеклянный взгляд теперь уже намертво пригвоздился к маске Фатуи. А кто из них двоих больший преступник именно сейчас?       — Солнышко, я так соскучилась..— девушка устало опускается на диван и тянется к Слуге.       Женщина великодушно позволяет ей улечься на своей груди:       — В театре было так скучно сегодня?       — Нет, я всегда по тебе скучаю,— погладив большим пальцем острые костяшки, тычется в шею.       Тёмные глаза наблюдают. Дети должны быть сильнее. Дом Очага обязан их подготовить к дальнейшей службе. Подростки тренируют удары на деревянных куклах. И вот один мальчишка что было силы вмазал болванке. Та закрутилась, завертелась и одно из брёвен пришлось невнимательному сорванцу по лицу, а нижнее— аккурат по боку. После этого занятия медкорпус будет переполнен разбитыми в кровь носами, выбитыми зубами, сломаными челюстями и ушиблеными рёбрами. Неучи. Лишь самые выносливые, расчётливые и ловкие отделались лёгкими синяками. А что их ждёт в будущем? Могильная плита, любезно заготовленная дорогим "Отцом".       — Котик, хочешь кушать?— блондинка слегка наваливается на сидящую со спины, нежно коснувшись губами щеки.— Я тебе стейк уже положила.       Женщина перебирает бумаги, оценивает фронт оставшейся работы. За время её отсутствия в “Доме” скопилось огромное количество дел.       — Зайка, давай, остынет же!— её настойчиво тянут из-за стола.       И повадилась же "Архонт" всяким зверьём её называть. И нежная такая всегда, и в лоб на прощание целует, и после работы в ресторан за её любимой едой забегает, да и вообще.. Будем честны— Арлекино убивала людей, если не своими, так чужими руками. Кровь с её рук никогда не высыхала и не высохнет. Но непосредственная часть самого Гидро Архонта зовёт её "зайка". Да, зайка.. это имечко пришлось девушке по душе и теперь только так она её и зовёт. И где же эта хвалёная фонтейновская справедливость?

“Приёмыши”

      "Архонт" заметила: Арлекино в последнее время ведёт себя по-другому. Предвестница стала молчаливой, часто её можно было застать в полюбившемся кресле, погружённую в раздумья. Не то, чтобы такое поведение было Слуге совсем не свойственно, даже, скорее, было для неё обыденным. Но ведь всё начало налаживаться.. почему она опять её игнорирует? Фурина набралась храбрости задать этот вопрос сегодня утром после завтрака, но вот закон подлости— Арлекино после трапезы поднялась к себе и больше не покидала пределы комнаты. Девушка несколько раз бродила вдоль по коридору, мимо тёмной двери. Нет, не нужно вмешиваться, будет хуже.       И так блондинка лежит на диване в гостиной, перебирая бумаги. Смена обстановки должна была помочь сконцентрироваться на работе, но что-то толку от этого мало. Все её мысли, как ни крути, лежат под дубовой дверью комнаты омеги. Может, пока Арлекино занята, стоит пойти купить ей цветов? Хотя она не может быть уверенна, что женщине такой презент придётся по душе.. Или купить пару билетов в театр? Но какое представление выбрать, чтобы Слуга осталась довольна? А может, сходить в её любимый ресторан и забранировать столик на вечер? Да, эта идея ей кажется самой удачной. Но, возможно, следует.. Пока Фурина размышляла, из коридора раздался скрип. "Богиня" насторожилась. Наверное, ей показалось. Шаг. Тихий, едва уловимый, но вполне реальный. Следующий.       — Ёп твою мать..— слетает с побледневших от страха губ.       Взломщик проходит дальше по коридору. Слишком мало времени на размышления, нужно реагировать. Но, как бы Фурина не старалась, скованные мышцы не хотели подчиняться. Девушка вжалась в мягкую мебель и вслушивалась в зловеще приближающиеся шаги. Кажется, грабителей больше одного. Нет, нужно что-то делать!       На ватных ногах "Богиня" проходит к комоду, хватает стоящий возле него торшер. Явно услышав возню, кто-то быстро шагает к гостиной. Девушка делает отчаянный рывок и с криком замахивается на непрошеного гостя. Одним движением её руку перехватывают, вырывают из дрожащих пальцев лампу. После мощная хватка сковывает её шею, с грохотом припечатывая к стене напротив.       — Где она?!— кричат ей прямо в лицо.— Где ты её держишь?!       Приоткрыв зажмуреные глаза, "Архонт", наконец-то, встречается с посягателями на её имущество: уже знакомая ей троица. Рука старшего брата хладнокровно сжималась на её тонкой шее, а младшие обступили их со всех сторон, не давая даже надежды на побег.       — Кого "её"?!— испугано пищит в ответ блондинка.       — Не надо строить из себя дурочку, Фурина,— скалится фокусник,— ты знаешь, кого мы ищем.       Синие глаза лихорадочно носились из угла в угол.       — Не хочешь говорить?— Лини хмурится сильнее прежнего.— Ничего, ничего.. я тебя сейчас разговорю.       С правой стороны слышится звук клинка, извлекабщегося из ножен.       Многофункциональная ассистентка всегда придёт на помощь.       — Фремине, Линнет, обыщите весь дом!— отдаётся приказ, когда холодное лезвие оказывается в свободной руке.       Фурина готова сорваться на отчаянный вопль, но не успела девушка даже пискнуть, коридор разразил леденящий душу голос:       — Это что ещё такое?       На лестнице стоит Арлекино, скрестив руки на груди. Но подождите, на ней ни цепей, ни наручников, одежда вполне домашняя— так в заложниках не держат. Как такое может быть? Взгляд детей синхронно поднимается на хмурое лицо. Зрачки-кресты вспыхнули недоброй искрой. "Отец" очень недовольна.       — Я ещё раз повторяю,— спускаясь, рычит Слуга,— это что за поведение? Оружие выпадает из дрожащей руки и с лезгом ударяется о паркет. Кисть на чужой шее сама собой разжимается.       — "Отец"..— Лини, как и остальные, замер, боясь даже шелохнуться.— В-Вы в порядке..?       — Представляешь, Лини, в порядке, а вы совсем от рук отбились.— поравнявшись с юношей, начинает отчитывать его Слуга,— Это что такое?— указательным пальцем она показывает на открытую на распашку дверь.— А это что такое?!— дальше коготь смещается на всё ещё дрожащую у стены девушку.       Все трое молчат, смиренно опустив головы.       — Лини, ты мне объяснишь, что это за безобразие?— горящие от злости глаза сверлили его взглядом.       — Мы Вас спасали.— почти шепотом отвечают.       — От чего?!— Арлекино на грани, кажется, она готова наброситься на паренька.— И в глаза мне смотри.       — Мы думали, Вас тут насильно держат.— парень просьбу не исполнил.       Чёрная ладонь хватает того и силой заставляет выполнить приказ:       — Чётче говори!       — У Вас отпуск в марте закончился, а сейчас, на секунду, июль!— теперь настала его очередь злиться.— Вы пропали без вести на четыре месяца! В Снежной Вас нет, в Фонтейне Вас нет. Нас дети каждый раз спрашивают: "Где "Отец"?", нет "Отца"! Испарилась!       Такая дерзость даже изумила предвестницу. Она опешала на какое-то время, но, собравшись, чуть сильнее сжала пальцы:       — Помни с кем говоришь, на тон тише.— после откидывает Лини в сторону, сама направляясь к двери.— Помощнички нашлись, только распоясались здесь без меня! Объяснений хотите? Марш на кухню.       Женщина осмотрела дверь: взломана филигранно— царапины можно принять за следы от родного ключа. Повод для маленькой гордости. Закрывая дверь, Арлекино только и остаётся, что молиться о том, чтобы их "семейные разборки" никто не подслушал с улицы.       Женщина оборачивается. "Богиня" всё ещё здесь. Сейчас она не выглядит настолько напуганной, но бесцветные дорожки всё равно блестят на пухлых щеках. Слуге на душе стало уныло, злость сменилась волнением. Она подходит к девушке, тянет когтистую ладонь к щеке, хочет успокоить:       — Фурина..       Но её руку перехватывают, отстраняют и дрожащим голосом фыркают:       — Научи, наконец, своих пиздюков манерам!— выпалив замечание, девушка стремительно скрывается из виду, скользнув вверх по лестнице.       Арлекино вздыхает, устало опираясь виском о стену. С девушкой нужно поговорить, но нужнее всего сейчас объясниться перед детьми.       Переступая порожек, Арлекино окидывает кухню взглядом, "пиздюки" покорно сидят за столом: Лини нервно дёргает ногой, Фремине беспокойно натирает свой и так уже блестящий шлем, только одна Линнет остаётся привычно сдержанной. Это будет тяжёлый разговор.       — Может, вы хотите чаю?— оперевшись о спинку стула, пытается разбавить атмосферу Слуга.       — Нет, спасибо.— один за всех вещает старший.       — Может, вы голодны?       — Никак нет, "Отец".— сквозь зубы цедит иллюзионист, кажется, он опять вскипает. Арлекино шумно выдыхает, отодвигает стул, усаживается:       — Хоть своим поступком вы и доказали мне, что дух сплочённости и заботы, который я так старательно создавала все эти годы, приносит свои плоды и даже после выпуска продолжает жить моих воспитанниках,— из далека начинает Арлекино,— но разбой устраивать было совсем не обязательным. Как вы вообще узнали, что я тут?       Фремине и Линнет отвели взгляд в сторону, а Лини, цокнув каблуком, выпрямляется и отвечает на вопрос:       — На следующий день после пожара в гостинице, мы опросили людей и выяснили, что Вы ушли вместе с бывшим Гидро Архонтом,— на этих словах предвестница заметно напряглась.       — И?— скрестив руки на груди, она хмурится.       — И когда в тот день Фурина открыла нам дверь, мы действительно увидели Вас в её доме,— по его лицу скользнула ухмылка, мгновенно исчезнув.       Глаза Арлекино невольно расширяются. Взгляд опускается с лица парня на стол: она вспоминает, какой могла предстать перед взором детей. Ни один из вариантов ей не нравится. О Архонты, дети действительно видели её в таком похабном виде? Не сдержавшись, бранится себе под нос.       А фокусник ведёт дальше:       — Но это было 4 месяца назад! Какой смысл Вам дальше здесь оставаться?       — На это есть свои причины.— масирую висок, раздражённо отмахивается женщина.       — Интересно! С каких это пор Вам стала полезна компания аферистки с 500-летним стажем?       — С тех пор, как мы ждём ребёнка.— рявкают в ответ.       После этих слов вся троица уставилась на неё широко распахнутыми глазами. Выражение лица фокусника с раздражённого сменилось на крайне шокированое. Фремине сильнее прижал к себе шлем, как в детстве делал с любимой игрушкой. Кошачьи ушки девушки прижались к голове. Так повисла тишина. Через какое-то время шок на их лицах начал постепенно сменяться страхом и волнением. Это был едва заметный переход, но Слуга его уловила. Трое активно переглядывались, будто ведя немые переговоры. Взгляд фокусника заметался по столу и комнате, но собрав волю в кулак, он начал:       — "Отец", умоляю, простите нас, пожалуйста,— парень сложил руки в соответствующем жесте,— если бы мы только знали об этом, то и пальцем Вашу..— тут он запнулся,— избранницу не тронули бы. Это очень неожиданная новость для нас, мы несомненно рады,— парень снова замялся, ему было ну уж очень неловко и страшно.— Мы обязательно навестим мисс Фурину и загладим свою вину. Вы не проверяли, как она себя чувствует после всего? Ей же в таком положении совсем нервничать нельзя..       Вот и проблема, которой Арлекино боялась больше всего. Глубоко вздохнув, она собирается с мыслями и опровергает последнее предложение:       — Это мне в таком положении нервничать нельзя.       Вторая волна шока накрыла детей ещё похлеще предыдущей. С права слышится тихое:       — Оху- Ай!       Лини что силы наступил на чужой сапог, напомнив сестре о приличиях.       — Я сегодняшним утром села писать вам письмо. Хотела пригласить сюда, объясниться, познакомить с Фуриной.. но вы меня опередили.