Плененная душами.

      Никогда не отвлекайся, сосредоточься на своих целях и желаниях. Убийство времени, самый большой грех для людей. Или же убийство людей для продолжения времени? Звук колокольчиков где-то там, в глубине мерцающей души что хочет вырваться из горящей груди, после горячего кофе. — Черт… Эти газеты скоро будут просто выпускать для растопки печи. Что за жуть.       Выпуская грубый дым из легких, сигаретный пепел пролетлся по кухонному столу, с раздражением оставляя след на деревянной поверхности. Сухие губы вновь окутали фильтр некатиновой зависимости, легкие снова заполняются горечью, от чего начинают ныть. Газета падает на стол от грубого движения руки, смешивая свои листы с пеплом от сигарет. — Бабка… Отдала свою пенсию своим спиногрызам, а теперь ходит, и зарабатывает копейки на компанию. Жалкая попрошайка…       Дождь за окном бил по стеклу маленькими, но острыми каплями, от чего шум стоял весьма неприятный. Сигарета выжила свое, и уже размазанная в пепельнице спрашивала себя: «Почему я так мало прожила?», а возле нее лежит еще около пяти таких же трубочек. Когда ты воспламеняешься, так же быстро и сгораешь. — Время без пяти два, вставать в шесть. Жизнь кажеться каторгой.       Тяжелый вздох последнего дыма растворился в воздухе. Мужчина устало прикрыл глаза облокотившись об стол и накрывая волосы длинными пальцами, слегка сжал сальные локоны.       Атмосфера заставляла утопать в этом омуте серой квартиры. Жизнь казалась песком, что неспеша проходила сквозь пальцы не давая возможности ухватится за песчинки потерянного времени. Долгое повествование для разнообразной жизни, что произошла через… Один… Два… Удар по железной двери пробился звоном в ушных перепонках. Неожиданность пробудила страх в груди, заставляя поднять голову в сторону темного коридора. — Черт, кому в голову пришло так издеваться. — мужчина проревел сквозь зубы, тем временем облизав сухие губы от тревожного момента.       Стук не прекращал бить по голове, будто человек не знает как правильно пользоваться звонком, или же рукой, а сплошняком бил кувалдой, а может будь что тяжелее. — Да иду я! — хрип в голосе чуть рассеялся, стал более звонким, что б чужой мог услышать его, — Что-то наглость, вы время выдели? Прошу, перестаньте ломать мне дверь!       Шаг, второй, ускорялись ноги в темпе что б открыть эту дурацкую щеколду. Раздражение и гнев от этого мира перевернулся на более пылающей ощущения. Сигарета задымилась. — Блять…       Можно было заметить как петли чуть сошли со своего места. Вот вот дверь сорвется и пластом рухнет прям на него. Тут даже слова не успели собраться в единое предложение как и ноги, не успели дойти. Дверь на полу, в подъезде сплошная тьма. Шум от упавшей двери будто растворился в том мраке засорясь на уровне порога. В этой тени, виднелся силуэт, высокий, широкоплечий, будто шкаф поставили прям перед дверью его квартиры. Рост хоть был более приблизительный к мужчине, то телосложение уступало той самой тени. — Ты… Что ты… Ты заплатишь! Что те себе позволяешь?! Время два часа ночи! Ты хоть думаешь своей головой?! — острый крик перешёл грань порога, ярость вылетела по тому же пути, руки цеплялись за ткань одежды сжимая в кулаки.       Но стоило тому использовать пик своей силы, чужая рука не сильно, но точно, попадает ровно в область печени заставляя хозяина согнуться в острой боли. Уже после с колена по груди, словно током, отправляет первым рейсом обратно в квартиру в стену коридора. — Кх… Что ты… Зачем ты это делаешь? — чуть прохрепел тот сжимая свое тело в надежде остановить жгучую боль, но тень лишь молча шагнула на встречу пропуская за собой весь холод что накопился с улицы, — Ты поплатишься.       Как бы жалко это не выглядело, хозяин всегда защитит свое, хотя защищать по сути было и нечего. Будь то камень, ребенок бы тоже защищал его от плохих мальчишек. Песчинки времени все быстрее проходили сквозь пальцы, сигарета уже вот-вот потухнет. От неряшливых телодвижений, мужчине вновь прилетает, только уже на много сильнее, и удар был по голове. Карие глаза растворялись в этой тени преступника, постепенно превращаясь в свою собственную тень. Сыгрета закончилась, теперь нужно ее потушить.