— Нечто поистене рискованное и нежное.

***

Вообще, на студии эти двое не проявляли ничего более, чем дружбу друг к другу. Так как со стороны возникнет много вопросов, а может, даже и отвращение, если они перейдут эту границу. Так что, временно начинаем скрывать почти всë, в чëм им, кстати, везёт.

***

Ваня — добродушный по себе человек, от него прям веет теплом, так что, ко всей команде он относится хорошо, как и они к нему. Рома — весьма непредсказуемая личность, иногда его некоторые действия зависят от настроения, что совсем не имеет значения, с кем он проводит общение. Да, в этом может и везёт, но съёмки, помощь с закупками, с монтажом и прочим — занимает кучу времени, что никак уже изменить нельзя. И приходится рисковать, в прямом смысле этого слова, ведь неверное движение или слово и всë, считай, можно караул кричать. Чего, кстати, опасается больше всего именно Жульдиков, ибо ему такая известность об отношениях не будет к месту. Но, Коваленко настаивает на ином и поэтому каждую такую выходку они продумывают почти до мелочей, сравнивая всевозможные точки зрения.

***

День. Похоже, вторник ещё. Где-то пол двенадцатого, скоро перерыв будет, поэтому, все уже в предвкушении. Почти никто не работает, ну или занимается незначительными вещами. Но вот у светло-рыжего сейчас ответственное задание — заснять материал для блога, так как именно он сейчас ответственный за них. — Ну что ж, у нас на часах почти двенадцать, это самая ленивая пора у нас. Вот, посмотрите. — и Ромарио по очереди наводил на кого-то камеру, проводил допрос и отпускал. В целом, никто, как уже говорилось, ничего не делал. А если кто и попадался на глаза, то обязательно говорил: «Ну вот, сейчас чуть-чуть отдыха, и снова за работу». Повеселее было с Русланом и Максимом, так как в своëм небольшом «интервью» они подкололи друга друга, по всей видимости, начиная новый спор до конца дня, так как завтра уже новый придумают. — А тут у нас сидит самый продуктивный человек. — это с таким сарказмом человек в очках указал на Андрея, который до этого дремал и его только что вывели из дрëмы. — Ага. — ещё сонно ответил Мандзюк, через время встряхиваясь. Причём, встряхнулся создатель канала — встряхнулась и камера телефона, да и само устройство в целом. Но тут виною был вовсе не блогер, и не «Дюшес», а некто другой. — Вань, вот что ты тут лежишь, ну? — спросил Роман, переводя камеру ниже. Жульдиков лежал, или сидел, или сидя лежал, не в этом суть, факт в том, что русый парень крепко вцепился в бок Коваленко, вложив свою макушку на его грудь, ниже зоны сердца. — Я устал. — отозвался юноша в своей излюбленной клетчатой рубашке, утыкаясь лбом в чужую грудную клетку. По его голосу было слышно, что он там улыбается, может, даже посмеивается. — Ром, тебе Ваня не мешает? Нормально всë? — сначала серьёзно, но затем с чëткой улыбкой уточнил Андрей. — Нормально всë. Лежит себе, меня греет. Как хорошо иметь под боком бесплатную грелку. — в шутливой манере отзывался рыжий, ну, правда не такой уже и рыжий, скорее блондин, похлопывая по спине своего лучшего друга, который прижался ближе, из-за этого приподнимаясь выше. — вот, так вот всë у нас и получается. — с этими словами запись кусочка блога завершилась. Иван принял более удобное положение, прижался вплотную и прикрыл глаза. Слушая ровное сердцебиение, русого юношу стало клонить в царство Морфея. Рука, которая до этого поглаживала бок, стала замедляется. Но лежать в таком положении оказалось крайне неудобно, и Жульдиков переложил свою голову на плечо Коваленко. — Не вздумай там спать. Но Ваня ничего на это не ответил, единственное что, поднимая свою кудрявую голову, умиротворённо при этом улыбаясь.

***

Зима. Сейчас, после закупки материалов, проходил процесс утомительно-нудного ожидания такси. Почему они ждут такси, когда у некоторых из команды есть своя машина? Те, у кого машина есть — заняты. Да и что, подумаешь, немного подождать. Подумаешь, битые двадцать минут. — Холодно! А я ещё так легко оделся.! — в уже который раз говорил Андрей, переступая с ноги на ногу, дабы хоть как-то согреться — Я вот кофе хочу. — более мечтательно сказал Роман — Со мной никто не пойдёт? — Я бы пошëл, но нас наверное потеряют эти двое блудных странника. — Мандзюк имел ввиду Максима, который всë ещё ходил по строй-магазину в поисках самых необходимых для него деталей, и Ивана, который вообще ушёл чëрт пойми куда, но обещал вернуться. — Не повезло, но тебе взять что-нибудь? — осматривая друга, поинтересовался Коваленко, ища глазами по близости кофейню. — Возьми эспрессо. — без долгих раздумий отозвался основатель канала, даже, кажется, не думая. — Ладно, тем двоим так и передай, что ходить меньше будут. После этих слов светло-рыжий парень пошëл в ту близкую кофейню, которая на вид не внушала особого доверия. Возвратился «добытчик кофе» с двумя стаканчиками: в одном — экспрессо, в другом — латте. Конечно, Роман не был фанатом столь сливочно-сладкого напитка, но иногда можно и побаловать себя, а потом снова не пить его два месяца. Уже подходя к самому главному страдальцу, становиться заметно ещё и появление Гальченко, которого было бы трудно не заметить. Жульдиков тоже был рядом, просто стоял, иногда покачиваясь. — А нам кофе, нельзя что ли? — с недовольной физиономией спросил Максим, смотря на жадное поглощение напитка, который за считанные секунды оказался в руках Андрея. — А вот нечего было находиться на другом конце улицы. — Коваленко сам тоже принялся пробовать свой кофе. — Ой, не. — Дюха аж в лице изменился от вкуса, отдавая наполовину полный стаканчик Максуте. — это даже на кофе не похоже. Я не знаю, противнее не пробовал. — Да нет, в принципе, нормально. — видимо, Максу даже понравилось. — А мне, про меня забыли, да? — дал о себе знать Ваня. Без лишних слов блондин дал испробовать своë чудо-сладкое питьë низкому парню, который вдруг резко оказался под боком. Иван осмотрел стаканчик со всех сторон, находя то местечко, на котором остался мокрый след губ предыдущего дегустатора и старался пить именно под этим ракурсом. — Хотя, нет, херня полная. Где это грëбанное такси, замëрз я весь. — приговорил и Гальченко, отдавая напиток его хозяину. — Ага, ты ещё не знаешь, сколько я тут стою. — создатель канала с недовольством посмотрел на друга, почти отчитывая, ведь он большую часть времени провëл в помещении в своих поисках, а не стоя на улице. Тут Андрей перевëл взгляд на тех двоих — Ром, ты чего так на Ваню смотришь, будто хочешь устроить с ним драку за этот кофе? — Драку я пока не хочу устроить, ибо я не знаю, сколько он выпил. — в шутливой манере ответил Рома, посмеиваясь для вида. Хотя, дело было вообще даже и не в кофе. Этот жест поняли именно эти двое, но никак не Андрей с Максимом. — Ой, да забирай ты свой кофе, в котором переборщили со сливками раза в два. — Иван наконец-то отдал стаканчик владельцу, заворачивая часть лица в шарф. — Почти всë выпил ведь. — Но Коваленко тоже последовал действиям парня — начиная искушать вкус с того же места. Как и говорилось, Мандзюк и Гальченко не поняли, что тут такого и стали с особым нетерпением ждать этой дурацкой машины, ибо, у них на студии многие пьют из одной «чашки», так что, нет ничего необычного. Правда, можно было бы и догадаться по Ваниной улыбке, которая выглядывает из-за шерстяного шарфа. Для них двоих это был как поцелуй, который, к счастью, понимают только они. Но эта нежность в глазах даëт такой эффект, как будто они сейчас коснулись губ друг друга в живую, а не через картонный переносчик. — Ещё, будешь? — Да. — Ваня снова взял и отпил с того места, снова ощущая тот привкус чужих губ. Нежно посмеиваясь, одаривая друг друга самой невинной улыбкой, эти двое явно согрелись.

***

Вечер. Трое друзей договорились заснять материал для видео на «Дюшес Games». Всë отлично: Андрей, Максим и Роман смогли найти время для игры. Игра была интересной, и в некоторой степени страшная, да ещё и вдобавок надо найти других участников. То есть, победитель может остаться только один, что, кстати, не так уж и плохо. Процесс игры был занимательным. Единственному, кому не везло, так это Максуте, хотя, ему часто удача не улыбается. — Ну что, попробуем на другой карте? — спросил Коваленко, потягиваясь. — Конечно. А кстати, в комментариях люди спрашивали: «Будет ли ещё кто-нибудь из команды играть с нами игры?» — озвучил вопрос Гальченко. — Ну, мы уже задумывались об этом, уже есть кандидаты. Руслан, например. — произнëс создатель канала, дожидаясь загрузки новой катки. — Ну, это, собственно, пока что всë. — Роман заметил, что их игра уже загрузилась. Парни принялись играть вновь. На этом уровне сложность повысилась, стало ощутимо трудно проходить. Пацаны то и дело говорили, что это невозможно, натягивать «одеяло» на себя. Хоть игра и набирала обороты, но по видео казалось, что главные лица в кадре совсем ещё ничего не сделали, максимум поорали со скримеров. — Ну что, как игра вам? — по завершению катки спросил Мандзюк, выглядя взъерошенным от время провождения. — Вот если бы в эту игру играли на челлендже: «Кто последний уснёт?», я бы дня три не спал. — выразил свои эмоции Гальченко, откидываясь на спинку стула. — Да, так-то прикольная игрушка. — отозвался Коваленко, хрустя пальцами. — Вот и отлично. — тут Андрей стал говорить прощальную речь, по типу: «Подписывайтесь на канал, ставьте лайк.» — Ромарио, поясни за свою руку. — вдруг перебил его Максим, старательно вглядываясь в запись видеозаписи. — Да так, под боком у меня Вано сидит. — Да бля, вот ты жук! — оторвался от своих речей создатель канала. — Так вот почему ты выигрывал. — поддержал тему Дюхи Гальченко. — Он просто сидел, честно. — оправдался блондин, отпуская Жульдикова, который, кстати, не попадал в кадр. — Ага, сидели там вдвоëм. — на виду Максим хоть и показал свою шутливую манеру, но внутри он недоумевал. — Честно! Я ему мешал лишь! — послышался приглушëнный голос Ивана. — Поверили, ага. — Мандзюк тоже был не в том настроении, но он никому не говорил, что иногда в ракурс попадало колено русоволосого, от этого он и с само начала знал. — Да честно. После выпуска видео всë ещё были вопросы и разборки, но компромисс найти удалось. Но после этого, Ваня никогда более не был вместе с Ромой, ну, или не был замечен. Ему и этого хватило, что в криповые моменты его бедро сжимали так, что аж болело.

***На любителя***

— Андрюха, ты там уснул что ли? — Максим встал из-за стола и направился к Андрею, который сейчас сидел на корточках возле несильно открытой двери. — Не смей шуметь… Не каждый день такое увидишь. — Мандзюк сам сказал это шёпотом, но с такой интонацией, которая носит название: «Если ты сейчас не послушаешь меня, то тебе капец, а простыми словами — пиздец.» — А что там? — тем же шёпотом уточнил Гальченко, вставая за спиной, вытягиваясь. Найдя объект внимания, до Максима сразу всё дошло. В дверном проёме другой комнаты этого офиса стоял Ваня, причём опираясь на дверной косяк. Так как дверь была открыта полностью, можно ещё заметить Романа, развалившегося на диване. Ладно, факт того, что прям такого навала работы нет, спасает Коваленко от разборок на тему того, почему тот бездельничает. Кажется, как будто блондин не замечает, залипая в телефон, что, кстати, будет верным предположением. Какая же у него там интересная работа, что он больше не на что не обращает внимания! Жульдикову это было как бы на руку, что им сейчас никто не интересуется. Но несмотря на это, он продолжал вертеться возле дверного проëма, хотя, может быть, он продумывал свой план действий. Да и кто знает, что он вообще хочет от этой сложившейся ситуации? — Ну скоро он...— у Гальченко затекли ноги, он не мог спокойно простоять. — Это же Ваня — он пока соберётся, пока решиться. — у Андрея ноги затекли не меньше, так как он сидел на корточках, но старался не двигаться лишний раз. — Слушай, а ведь как-то странно будет, что вдруг в офисе так тихо стало. — Да не, там Никитос работает, отсюда слышу звук его клавиш ноутбука. Рома также лежал на диване, лишь в этот раз повернувшись на спину. Приняв более удобное положение, это очень важная работа продолжается, которая известна лишь одному Роману. Иван продолжал стоять у этой чëртовой двери. Если присмотреться, по его ногам видно, что он нервничает. На момент кажется, что он стал подходить ближе, но потом же также тихо вернулся назад. Но последний раз покрутившись вокруг да около, русый юноша решает действовать. Жульдиков неспешно подошёл к дивану, к счастью, он обладает такой способностью бесшумно передвигаться. Постояв над душой Коваленко, Ваня присмотрелся к его позе, к его настрою и прислушался к его дыханию. Одна рука ложиться на спинку, другая на самый край сиденья, дабы не коснуться самого главного объекта. Иван своë колено ставит ближе к краю, не касаясь тела Ромы, другой ногой чуть касаясь пола. В такой позиции парень останавливается, пристально смотря за реакцией. Конечно, из другой комнаты не видно никаких изменений в таких точных и мелких деталях, как в лицах, но по физиономии Вано сразу стало бы понятно, как он напрягся. Посидев так ещё какое-то время, Жульдиков в том же настороженном настрое продолжил. По его «жертве» становится видно, что ещё пара минут неуверенности, и рухнет не только план, но и всë желание. Создатель канала «Детали кадра» и вторую ногу приставил на диван, напротив первой. Между его ногами находились бëдра Коваленко. Руки оставались на своих же позициях. Как только блондин поднял голову, русый опустился ниже, корпус отводя вниз и одну руку сгибая в локте. Ромарио, как только увидел, сначала испугался, да и после первичной реакции пребывал в состоянии шока. Ваня оставался в этом положении, нависая, но создавая минимальное расстояние. Ещё немного такой напряжённой атмосферы и Жульдиков аккуратно прислонил губы к чужим. — Еба. — тихо пронеслось от Максима, прежде чем тот потерял равновесие и свалился сверху на Дюху. Тот недовольно пробурчал, но старался не отводить взгляд от картины. После того кроткого поцелуя, Рома снова тянулся за нежными губами Вани, но тот отстранился и улёгся рядом, положив голову на бок. Коваленко тяжело вздохнул, приобнял русого парня.

***

— Ну что. Что у нас происходит за кадром, когда нет работы? — Роман снимал материал для блога, да и, может просто на память, вдруг что-нибудь будет. — мы откровенно говоря маемся фигнëй. — Это не фигня, это серьёзный спор! — с одно конца настольного футбола крикнул Максим. — Вы до трëх побед играете ведь, да? — В ответ Руслан получил резкий кивок от Андрея — ну, в таком случае, кому-то из вас скоро очень крупно не повезёт. — Вот так вот. — Коваленко посмотрел вокруг и заметил только Никиту, остальные же были где-то в другом месте, изредка проходя мимо, заглядывая внутрь. — Да как.?! — послышался голос Андрея, который первый раз за этот сеанс проиграл. — Да! Хоть не в сухую. Закончив снимать этот бой, блондин опустил камеру вниз. Да, эти бои у них бывают часто, но заснять удавалось не всегда. Всë-таки, так подумав, каждый отличается от предыдущего. — Съёмка, да? — Под боком показалась кудрявая голова Жульдикова. — Уже нет. — отозвался оператор, вздрагивая при внезапном появлении. — Игра начинает набирать обороты. — заявил судья. Игра может и становиться интереснее, но за процессом следят лишь игроки, судья ориентируется на крики на каждой стороне. За недолгое время, счёт сравнялся, и напряжение повисло в воздухе. Можно сказать решающие минуты, тоже стоит запечатлеть. — У нас наблюдается решающий гол, как я понимаю. — процедил блондин, наводя камеру на двух соперников. Это подзадорило обе стороны, каждый хотел одержать победу в этом напряжённом бое. В кадр попадали: Руслан, Максим, Андрей, это чëртава настольная игра, и немножко лицо Ивана. Кстати, об Иване. Ваня стоял устало, даже не понимая, зачем тот стоит. Замечая телефон в руках Коваленко, пришлось отдалиться подальше, дабы посмотреть, что попадает в объектив. Но, как оказалось, на данный момент, съемка была приостановлена, дабы экономить место на телефоне, да и «мяч» улетел за пределы зоны игры, поэтому, раунд начали сначала. Жульдиков воспользовался моментом, и со своей замкнутостью посмотрел на товарища рядом. Взгляд пал на его щеку, привлекая к себе ближе. Прикрыв глаза, с умиротворение на лице Иван стал медленно двигаться ближе. Всë-таки, какими не были бы обстоятельства, но симпатия к растягиванию момента остаётся неизмененна. Совсем погрузившись в момент, Ваня свëл губы ближе, совсем немного, создавая невинный жест, но при этом, это никак не изменялось, казалось, что ничего и не случилось с выражением лица, притягиваясь ближе. Да, если кому-то это покажется слишком палевным, то точно не для русого, который придумал такую тактику. Но ждать просто не снимая завершение этого боя — будет считаться как преступление! И вот, все присутствующие в твёрдом настрое, внимательно наблюдая за картиной. Мандзюк и Гальченко играли не на шутку, стараясь вывести другого из этого нокаута. — И вот, решающие минуты. — решил озвучить блондин, случайно дёргая рукой, из-за чего в кадре мелькает Вано. — Эй, Вань, ты спишь, да? — А. Да не, задумался. — отстранился Жульдиков, стараясь в своей манере улыбнуться. — И да! — послышался громкий вскрик...Андрея! Да, в его голосе было прям слышно, что он безумно доволен собой. — Да это мяч никакой вообще. — старался хоть как-то оправдаться Максим, правда, его было плохо слышно из-за аплодисментов. После утихшего мероприятия и в самый разгар небольшого наказания за проигрыш, Коваленко наконец обратил внимание на всë это время стоящего под боком парня. — Ну что, мечтатель. — начал Роман, лукаво улыбаясь. — Да не, не начинай. — Я понял так-то, что ты там хотел. Осуществляй. — Блогер подтолкнул к себе ближе Ваню. — только это, не так медленно, ладно? — Это не по-моей натуре. — но Жульдиков понимал, что стоит это хоть как-нибудь преподнести. Быстренько встав на цепочки, он дотянулся до щеки и коснулся её губами. — На память. — внезапно озорством Ромарио сфотографировал их, стараясь поймать ракурс, на котором видно главного заводилу этой авантюры. Иван ничего на это не ответил, даже, отвернулся. Нет, он не должен обидеться, но он явно не так ярко принимает эти запечатления любви на фотоплёнку...