Надпись на торте

Наташа в стотысячный раз за последние сорок минут взглянула на часы и недовольно поморщилась: – Ну, и где он? Стив виновато пожал плечами: – Давно уже должен быть. – Он прижал телефон к уху и в очередной раз заскрежетал зубами на стандартное «абонент вне зоны действия сети». – Куда его понесло… – Я не пойму, у вас любовь или где? – Наташа развела руками. – Как ты можешь быть не в курсе?   – Знаешь, он не обязан мне докладывать. Придёт и расскажет, где был. Не пойму только, почему именно сегодня. – Тони, твоя Пятница может помочь? – спросил Сокол. Старк отхлебнул из бокала, обмакнул кусочек крабового мяса в соус, отправил в рот и нехотя отозвался: – Она не занимается доставкой. – Какой доставкой? Я про поиск на местности. Распознавание лиц, все дела. – А мне и так норм. По-моему, у нас есть всё, что надо, – Старк кивнул на целую батарею бутылок элитного алкоголя и стол, накрытый всевозможными деликатесами из нового нью-йоркского ресторана. – Кроме виновника торжества, ­– напомнил Стив. – Как будто мы без него  не можем выпить, – фыркнул Тони. – Можем, но он нам нужен. – Ты хотел сказать, он нужен тебе. – Не только Роджерсу, – вклинилась Наташа. – Тони, ну давай.   Старк мрачно глянул на кайфоломщицу, огорчённо вздохнул, откинулся на спинку кресла и спросил: – Пятница, найди Барнса. – Пожалуйста, уточните запрос. – У неё что, нет фото и видео Барнса в базе данных? – Что-то найдётся, но улицы Нью-Йорка – ещё тот муравейник. Лучше сузить ей круг поиска. – Тогда давай по приметам. Хотя бы будем знать, долго ли ждать его. – Ладно, – Тони закинул ногу на ногу и снова отхлебнул из бокала. – Пятница, найди киллера с промытыми мозгами. – Тони! – возмутилась Наташа. – Что? Не нравится – сама запрашивай. – Пятница, найди парня с железной рукой. – Запрос выполнен. Сто пятьдесят шесть вариантов. Смотреть будете? Наташа вопросительно уставилась на Тони, тот только плечами пожал, мол, разбирайтесь сами. – Стив, давай ты. – Я? – А кто из нас опишет его лучше? Роджерс почему-то покраснел, с минуту кусал губу, затем выдал: – Пятница, найди самого лучшего в мире парня. Наташа изобразила фейспалм. – Пожалуйста, уточните запрос, – отозвалась виртуальная помощница. – Найди Баки Барнса. – Запрос выполнен. Триста шестьдесят пять тысяч двести семнадцать вариантов. Фото, видео, архивные данные. – Стив! Соберись! – Ладно… Пятница, найди сержанта Джеймса Барнса… с металлической рукой. – Запрос выполнен. Восемьдесят шесть тысяч семьсот сорок два результата. – Господи, Роджерс… – Наташа закатила глаза. – Так, сейчас… – Стив нервно потёр виски. – О! Придумал. На этот раз получилось, и секунды три спустя Пятница объявила: – Следует сюда на мотоцикле, находится в пяти минутах езды от дома. – Аллилуйя! – заулыбался Старк и отсалютовал Стиву бокалом. – Странновато, зато точно. Стив вдруг развернулся, подошёл вплотную к столу и стал хмуро разглядывать торт в центре. Наташа приподняла бровь: – Что-то не так? – Именно. – Не собираешься ли ты… – Собираюсь, – Стив закатал рукава, схватил лопатку для торта и стал осторожно снимать надпись "Happy Birthday". – Это слишком заурядно. – Да брось, Роджерс, не успеешь. – Я должен, – Стив бросил быстрый взгляд на кондитерский шприц, наполненный шоколадным кремом. Пять минут спустя замок щёлкнул, распахнулась дверь, и вошёл Баки – припорошенный пылью, руки в следах машинного масла, хмурый, настороженный: – О, сколько народу. Всем привет. Что-нибудь случилось? – Угу, – кивнул Тони. – Ты родился, – улыбнулась Наташа. – В смысле? – В прямом, Бак, – Стив сгрёб его в охапку. – С днём рожденья! Ты что, забыл? – Погоди… сегодня? Точно, – Барнс наконец усмехнулся. – Дожил. Все помнят, кроме меня.

---

Ближе к часу ночи народ разошёлся по домам, и Стив с Баки отправились принимать душ. Плотно прижавшись торсом к груди Стива  под тёплыми струями, Баки смахнул с его лица капли и спросил: – Надпись на торте ты придумал? – Ты по почерку догадался? – Скорее по формулировке. На столе рядом с опустевшей тортовницей медленно угасал экран телефона Стива. На нём было фото, сделанное перед началом именинного фуршета: все улыбаются, дружно занося нож над тортом, на котором едва уместилось:

"Сержант Джеймс Барнс, единственная любовь Стива Роджерса".