Ради науки

В ту ночь, когда они оказались одни в спальне, Сириус сидел на кровати, облокотившись на спинку и скрестив ноги, глядя на друга с озорной улыбкой. Джеймс стоял у окна, стараясь казаться абсолютно спокойным, но его руки предательски дрожали, а щеки горели. — Да ладно тебе, — тоном, почти умоляющим, продолжил Сириус. — Ничего такого случиться не должно. Просто немного поучимся, а? — Ты вообще слышишь, что говоришь? — Джеймс фыркнул, стараясь скрыть смущение за очередной ухмылкой, но вместо этого выглядел только растерянным. — Это… это как-то странно, понимаешь? Что за идея в твоей голове родилась? — Странно? — переспросил Сириус, склоняя голову набок. Его черные волосы упали на глаза, и он откинул их с таким нарочитым спокойствием, что Джеймс лишь сильнее напрягся. — По-моему, совершенно нормально. Мы же друзья. Кто ещё должен учить тебя таким вещам, как не лучший друг? — Ну, может, кто-то ещё... может, вообще не нужно никому, — пробормотал Джеймс, отвернувшись и чувствуя, как его лицо полыхает от смущения. Но стоило только подумать, как Сириус легко и непринуждённо говорит об этом, как его внутреннее сопротивление ослабевало. Сириус прищурился, явно замечая, как тот колеблется, и усмехнулся: — О, не будь ты таким пугливым. Это всего лишь эксперимент! Ты же всегда говорил, что готов на что угодно. — Я имел в виду, ну… рискованные трюки на метле или шутки над слизеринцами, — пробормотал Джеймс, по-прежнему отказываясь повернуться к нему. — А не вот это. — Но разве это не такой же риск? А ты, как я знаю, всегда обожал риск, — не сдавался Сириус, протягивая к нему руку, словно призывая подойти ближе. — Если честно, мне даже немного странно, что ты не хочешь попробовать. Джеймс закатил глаза, чувствуя, как его сопротивление тает, а в груди поднимается нервная энергия. Часть его сознания ясно понимала, что он не выйдет победителем из этого разговора, но что-то в выражении лица Сириуса подталкивало его согласиться. — Ну... раз уж ты не отстанешь, — пробормотал Джеймс, всё еще фыркая, но уже не так уверенно. Сириус довольно ухмыльнулся и наклонился вперёд, облокотившись локтями на колени. Вид у него был словно у победителя, и это, конечно, раздражало Джеймса, хотя почему-то заставляло сердце биться быстрее. — Вот, видишь? Это же не так страшно, — сказал Сириус, делая вид, будто успокаивает, но в глазах все ещё искрилась хитринка. — Я тебя совсем не заставляю, просто предлагаю… ради науки, так сказать. — Ради науки? — Джеймс недоверчиво хмыкнул и вскинул бровь. — Ты серьезно? Это вот твоя «наука», да? Что ты там ещё собираешься изучать? Сириус рассмеялся, опустив взгляд, а потом поднял на него глаза, словно изучая что-то особенно любопытное. — Знаешь, — начал он, не скрывая насмешки, — на самом деле я считаю, что тебе полезно было бы немного раскрепоститься. Ты вроде такой смелый, такой бесстрашный, но когда дело касается… ну, скажем так, вот таких «экспериментов», сразу начинаешь колебаться. Джеймс нахмурился, чувствуя, как у него в груди закипает смесь раздражения и странного, доселе не испытанного любопытства. Он скрестил руки на груди, бросая на Сириуса предостерегающий взгляд. — Ладно, раз уж ты так уверен, — сказал он, пытаясь казаться спокойным, — тогда объясни, зачем тебе вообще всё это нужно? Сириус вздохнул, чуть прикрыв глаза, словно от чего-то утомился. — Джейми, давай честно: иногда людям полезно попробовать что-то новое, чтобы понять, что им на самом деле нужно. А мы с тобой всё время тратим на шутки, розыгрыши, даже на опасные проделки… Так почему бы не добавить к этому небольшую, скажем так, проверку дружбы? Я хочу, чтобы ты попробовал довериться. Эти слова застали Джеймса врасплох. Доверие? Это уже звучало серьёзнее, чем просто безобидная шалость. Он опустил руки и на мгновение задумался, всё ещё ощущая странное напряжение, исходящее от Сириуса. — Ты хочешь, чтобы я доверился, — повторил он медленно. — Но почему именно таким образом? Сириус мягко пожал плечами, словно это было очевидно. — Потому что ты доверяешь мне больше, чем кому-либо ещё. Разве нет? Джеймс замер, чувствуя, как его щеки опять заливает краска. Все эти слова про доверие — они казались… правильными, но при этом в них было что-то, чего Джеймс не до конца понимал. Он бросил на Сириуса подозрительный взгляд, словно проверяя, шутит ли тот. Но Сириус был серьезен, даже слишком. — Ну, хорошо, — пробормотал Джеймс, уже не зная, как выкрутиться. — Но если это, как ты говоришь, просто проверка… Тогда… как это вообще делается? Сириус ухмыльнулся, но на этот раз в его взгляде было что-то мягкое, и Джеймсу показалось, что это успокаивает, пусть и на долю секунды. — Просто следуй за мной, ничего сложного, — сказал он с таким спокойствием, будто всё это было самым обычным делом. Он медленно придвинулся ближе, поднимая руку, чтобы коснуться плеча Джеймса. Джеймс почувствовал, как его сердце забилось ещё быстрее, и, почти не осознавая своих действий, подался навстречу. Сириус склонился ближе, их лица были совсем рядом, и Джеймс увидел в глазах друга отблески огня, отражающегося от камина. Всё было тихо, почти безмолвно, как будто время вокруг них замерло. Но когда Сириус чуть наклонил голову и закрыл глаза, Джеймс вдруг ощутил, как его охватывает паника. Он отшатнулся в последний момент, едва сдерживая нервный смешок. — Ой! Прости, это… что-то не так! — вырвалось у него. Он сделал шаг назад, прижимая руку к губам, как будто от этого могло стать легче. — Это... глупо, понимаешь? Сириус замер, на секунду потерянно моргнув, и Джеймс подумал, что сейчас он его окончательно разозлит. Но, к его удивлению, Сириус рассмеялся — негромко, но искренне. — Ну, кто бы сомневался! — сказал он, улыбаясь с какой-то лёгкой, почти нежной насмешкой. — Видимо, тебе всё-таки нужно немного времени, а? Джеймс смущённо пожал плечами, всё ещё чувствуя, как горят его уши. Он был рад, что Сириус не сердится, но его гордость всё ещё немного пострадала. — Ладно, — пробормотал Джеймс, теребя край своей рубашки. — Может, ты прав. Просто... это всё так странно. Сириус улыбнулся, наблюдая за Джеймсом с какой-то почти братской заботой, но в его глазах всё ещё горела лукавая искорка. — Эй, расслабься, — сказал он, поднимая руки в жесте успокоения. — Я ведь не собираюсь тебя подгонять. Мы просто попробовали. Это как в квиддиче — сначала падаешь, пока не научишься держаться на метле, верно? Джеймс вздохнул, качая головой и всё ещё чувствуя себя неловко. Сравнение с квиддичем было забавным, но всё равно не помогало избавиться от напряжения. — Это ведь не квиддич, — тихо пробормотал он, опуская взгляд, но затем всё же взглянул на Сириуса с укором. — Это, как минимум, немного… не то, к чему я привык. Сириус улыбнулся шире, словно это признание было для него чем-то особенно ценным. — Я знаю, — ответил он мягко. — Но, видишь ли, иногда самое лучшее случается именно тогда, когда мы позволяем себе сделать что-то непривычное. Джеймс переварил эти слова, немного растерянный, но при этом с чувством лёгкого облегчения, что Сириус не давил на него. Это было странное ощущение — с одной стороны, он всё ещё не понимал, зачем ему вообще это нужно, а с другой… не мог отрицать, что это волнующее напряжение немного нравилось ему. — Ладно, — сказал он наконец, чуть более уверенно. — Так что теперь? Ты, кажется, уже все свои «научные» доводы привёл. Сириус засмеялся, качая головой. — Ну, значит, для начала можно просто сесть и спокойно поговорить, — сказал он, похлопывая по кровати рядом с собой. — Давай, только разговор. Никаких экспериментов. Джеймс усмехнулся и осторожно сел рядом, но всё ещё настороженно, словно ожидая очередного подвоха. — Ты действительно хочешь просто поговорить? — спросил он с ноткой сомнения, зная, что Сириус редко бывает таким серьезным. — Да, — ответил Сириус, на этот раз без тени шутки. — Иногда мне просто хочется, чтобы мы с тобой… ну, просто были честными. Без всей этой крутости. Джеймс удивлённо взглянул на него. Было что-то в тоне Сириуса, что показалось ему неожиданным, и он почувствовал, как все его напряжение медленно растворяется. Джеймс сел на кровать рядом с Сириусом, уже чувствуя, что затеял что-то странное. Но вместо серьёзного взгляда Сириус вдруг состроил такое смешное, театрально-напыщенное лицо, что Джеймс не смог удержаться от смеха. — Ну что, Поттер, — Сириус покосился на него, изображая тон профессора Слагхорна. — Готовы к нашему важному, сугубо научному эксперименту? — О, конечно, профессор Блэк, — подыграл ему Джеймс, поправляя очки и нахмурив брови. — Думаю, мне для этого понадобится отличная подготовка и мощная сила духа. — Да уж, силу духа у тебя, наверное, и правда придётся поискать, — фыркнул Сириус. — Знаешь, ты сейчас так дрожишь, как будто собираешься у девчонки под юбку заглянуть в первый раз. Джеймс тут же отвесил ему подзатыльник, но Сириус только засмеялся громче. — Очень смешно, Блэк! — отозвался он, стараясь не выдавать смущения. — Ты бы сам-то попробовал, если такой смелый! — А чего мне пробовать? Я, между прочим, в этом деле профи! — Сириус гордо поправил волосы, изобразив самодовольную улыбку. — Хочешь уроки, можешь записаться в очередь. — Ой, да ладно, я хоть не строю из себя ловеласа, — Джеймс закатил глаза, но тоже уже был готов подыгрывать. — Ты только и делаешь, что хвастаешься, а на деле, небось, вообще ни одной девушки не поцеловал нормально. Сириус надулся, как будто его только что смертельно оскорбили, и сделал вид, что обиженно отворачивается. — Поттер, ты, должно быть, забыл, с кем говоришь, — сказал он, изображая глубокую обиду. — Я — Сириус Блэк, разрушитель девичьих сердец! — Ого, страшно-то как, — фыркнул Джеймс, хватаясь за сердце и притворяясь испуганным. — И что же ты сделаешь, о великий разрушитель? Сириус прищурился, глядя на него с лукавым огоньком в глазах. — Ну, может, возьму да поцелую тебя, чтобы ты увидел, как это делается по-настоящему. Или что, ты струсишь? Джеймс ухмыльнулся, стараясь выглядеть непоколебимым, хотя внутри всё кипело. — Да, конечно, мечтай, Блэк, — отозвался он, едва сдерживая смешок. — Я-то, может, и не профи, как ты, но, поверь, умею целовать так, что и тебе мало не покажется. Сириус вздёрнул брови, глядя на него с явным вызовом. — О-о, да ты меня совсем не знаешь, Поттер! Думаешь, справишься? Да я тебя мигом уложу на лопатки своим… — он замолчал, подыскивая нужное слово и одновременно пытаясь подавить смех. —…Мастерством. Джеймс засмеялся, но не отступал, чуть наклонившись вперёд и показывая, что готов поддаться этому нелепому спору. — Ну, если хочешь испытать это на себе, ради бога. Только потом не жалуйся, когда поймешь, что был жалким дилетантом рядом со мной. Сириус громко захохотал и хлопнул Джеймса по плечу. — Придурок! Ну ладно, раз ты так уверен… Давай проведем эксперимент прямо сейчас. И кто проиграет — тот будет полировать все метлы на следующей тренировке. Джеймс прищурился, изображая крайнюю уверенность. — Отлично! Готовь свои чистящие тряпки, Блэк, потому что тебе придется блестеть на всей поляне для квиддича. Я тебе такое «мастерство» покажу, что у тебя просто слов не останется. Сириус снова хохотнул, но на секунду замер, пристально глядя на Джеймса, словно проверяя, действительно ли тот решится. Джеймс, не собираясь отступать, тоже не отводил взгляд. — Ну что, Поттер, ты сам напросился, — сказал Сириус, придвигаясь чуть ближе. — Посмотрим, кто из нас после этого эксперимента останется на ногах. Они оба замерли, каждый с ухмылкой, полные решимости и готовые показать, кто из них лучший — но в следующий миг разразились таким смехом, что никакого эксперимента, конечно, так и не получилось. Смех постепенно утих, и они оба, чуть отдышавшись, замерли. Джеймс всё ещё улыбался, но в глубине глаз читался лёгкий вызов. Сириус бросил на него взгляд, полный того самого духа соперничества, который обычно мелькал у них в глазах на поле для квиддича. — Ладно, Поттер, раз уж мы дошли до этого, — сказал Сириус, слегка наклоняясь ближе и бросая на него насмешливый взгляд. — Давай закончим начатое. И будь готов проиграть. — Сомневаюсь, что это я тут проиграю, Блэк, — ответил Джеймс, тоже подаваясь вперёд. Их лица оказались так близко, что Джеймс почувствовал дыхание Сириуса на своей коже. Он думал, что всё будет просто, что они посмеются, как обычно, и разойдутся, но вдруг их взгляды встретились, и вся эта шуточная бравада словно растаяла. Сириус прищурился, поддразнивая его едва заметной улыбкой, и Джеймс, уже не задумываясь, наклонился ближе, их губы практически соприкоснулись. Сириус не отступил, и, едва заметно поддавшись вперёд, всё-таки коснулся губ Джеймса. Поцелуй был быстрым и немного неловким — оба не были готовы, что это произойдёт на самом деле. Джеймс сначала растерялся, но через секунду ответил, теперь уже забыв про соревнование и всё остальное. Когда их губы встретились, это было совсем не так, как Джеймс себе представлял. В его голове был целый сценарий, как он мастерски укротит этот момент, но на деле всё получилось… немного странно. Поцелуй был мягким, но неловким, как если бы они оба пытались понять, что с этим делать. Сначала Джеймс вообще не знал, куда деть руки — они зависли в воздухе, а потом, в панике, он просто положил одну руку на плечо Сириуса, а другую попытался аккуратно положить ему на шею. Вроде бы нормально, но почему-то всё равно ощущалось как-то неуклюже, словно он занимался этим в первый раз. Сириус тоже не был лучше. Его губы на мгновение не знали, куда направиться, и его дыхание как-то неровно колебалось, что заставило Джеймса почувствовать, что они оба не в своей тарелке. Он почувствовал, как Сириус слабо прижал его, будто и сам не был уверен, как правильно это делать, и его губы немного сбились. Смех Сириуса — глухой и тихий — как будто проникал в поцелуй, и Джеймс, хоть и чувствовал, что должен был отступить, не мог удержаться от улыбки. Этот момент оказался таким… странным и одновременно забавным, что не могли удержаться от лёгкой нервозности. Джеймс всё-таки чуть отстранился, не переставая улыбаться, и засмеялся, совершенно не понимая, что только что произошло. Его сердце всё ещё колотилось, как будто они были в самом центре какого-то безумного приключения. — Ну что, Блэк? — проговорил он, немного покраснев. — Ты серьёзно говоришь, что это было мастерство? Сириус отстранился, всё ещё улыбаясь и не пытаясь скрывать свою неловкость. Он поправил волосы и с лёгким фальшивым достоинством посмотрел на Джеймса. — Ты сам сказал, что не разберёшься с этим без меня, Поттер. — Он сделал театральную паузу. — А теперь, боюсь, тебе придётся признать, что я всё-таки более опытный. Джеймс снова засмеялся, и на этот раз в его смехе было больше облегчения, чем всего остального. Смех всё ещё звенел в воздухе, но как только они оба немного успокоились, напряжение вернулось. Джеймс почувствовал, как его щеки снова пылают, и это странное чувство, что они только что сделали что-то неожиданное, не отпускало его. Сириус, однако, не спешил отступать. Его взгляд стал чуть более серьёзным, и, заметив это, Джеймс немного напрягся. Он вдруг осознал, что в том, что они только что сделали, было нечто большее, чем просто шутка. В глазах Сириуса мелькала та же искорка, что всегда была, когда они спорили или соревновались, но теперь она была немного иной — более решительной. — Что, опять сдерживаешься, Поттер? — шутливо спросил Сириус, но его голос звучал теперь как-то более мягко. Он приподнял бровь, словно бросая вызов, но в этом вызове было что-то… интимное. Джеймс кивнул, не решаясь что-то сказать. Он не знал, что делать с этим новым напряжением между ними. В его груди всё ещё стучало сердце, но теперь это чувство было не таким лёгким и игривым, как прежде. Он почувствовал, как Сириус снова немного наклоняется вперёд, и в этот момент что-то внутри Джеймса сдвинулось. Не давая себе времени на раздумья, он внезапно подался навстречу, а их губы встретились снова. Этот поцелуй был медленнее, как будто они оба пытались понять, как сделать это правильно. Он был нежным и немного более уверенным, чем первый, слабо ощущалась детская неловкость, но она больше не разрушала момента. Джеймс ощутил, как Сириус с лёгкостью провёл пальцами по его шее, а его губы как-то естественно сместились в поисках того, что должно было быть правильным. Джеймс, всецело поглощённый этим чувством, начал двигаться в такт, чувствуя, как его тело расслабляется, как напряжение исчезает. И когда они отстранились, оба слегка тяжело дыша, в воздухе оставался какой-то необычный, но приятный аромат — не слишком сладкий, а скорее острый и живой. Сириус, сидя почти вплотную, казался немного задумчивым, но глаза его блескали, и в них снова можно было прочесть лёгкое, почти недоумённое удивление. — Ну, что скажешь? — спросил он, чуть хриплым голосом. — Это было лучше, чем в первый раз, да? Джеймс едва сдерживал усмешку, снова ощущая, как смущение возвращается. — Ну, если ты не считаешь это «провалом», — ответил он, пытаясь не выдать, как сильно его удивил этот поцелуй. — Тогда да, это было… не так уж и плохо.