Стук копыт о землю

      Денис наконец здесь, среди десятка других лошадей, включая эту шоколадную мордашку Мари, с пятном белым по середине, которой так гордится Кашин. Он опять шагает по бетонному полу, стукает сапогами, крутит в руке амуницию головную для лошади, цокает под нос радостно. И он подходит к концу самого последнего стойла, где стоит эта белоснежная, такая ласковая и в то же время опасная размерами кобыла. Его любимая Вайс, с пятнышком на плече и чуть ассиметричный левым ушком. С красиво распущенной гривой, цвета молочного, запаха родного. Кобыла стучать копытом начинает от предвкушения касаний, что тут же получает. Денис гладит щёку её, а та голову опускает ниже для удобства. Любят.       – Привет, – опять этот голос, что вечно из неоткуда является. Лицо это веснушчатое и такое счастливое при виде Дениса. А сам парень улыбается поцелую в щёку. Чуть смущается, когда его хрупко за талию придерживают ладонью массивной. Кашин смотрит своими глазами глубокими, молчит долго, любуется этим красивым личиком перед ним. Так странно оттого, что спустя два с лишним года соперничества и вражды колкой, он может смотреть сколько влезет, целовать без ограничений, любоваться лицу без очков, зная, как парень выглядит дома, в этих округлых формой очках. – Прокатимся по полю?       – Да, давай, – улыбается, как влюблённый до ужаса дурак, вспоминая, что таковым и является. Даня на последок чмокает в лоб и уходит на несколько денников назад, к своей Мари.       Денис отворяет увесистую дверь стойла нужного, защёлкивает и лыбится оттого, как кобыла голову задирает к верху, понимая, что придётся амуницию надевать. Коломиец легонько перехватывает за шею, опускает к себе, все ремни надевает, как нужно, слушая недовольство лошади. А та хоть и не любит застёгивание седла на своём теле, всё равно позволяет. Знает, как потом её хвалить за прекрасный голоп будут, как поощрять за красивую походку рысью лакомством начнут. А ещё больше этой неугомонной нравится с Мари на пару бежать, перегонять иногда без команд, на что мелкие шлепки получая под ухом за проказничество.       Коломиец уже рядом с конюшней с тумбы специальной в стремя встаёт, ногу через седло перекидывает, поводья правильно берёт в ладони. Движется шагом аккуратно, ждёт Кашина, что мучается с неудобной посадкой новых сапог. Всё таки намучавшийся парень на кобыле своей в таком же темпе движет, в глаза Денису смотрит влюблённо. Они по тропе широкой сначала шагают легко, не говорят совсем, лишь стук восьми копыт о землю слушают. Приятно набирать скорость, не договариваясь об этом, прижимать чутка грудь к лошади, чувствовать ветер в лицо.       Закатное солнце и пыль от копыт, что скачут по вытоптанной дороге к ближайшей деревушке. Грива белоснежная развивается на ветру, улыбка от топота рядом, от этой шоколадной морды Мари, что головой мотает, от мошек назойливых отбиваясь. Даня же время от времени на рядом скачущих глядит мельком, и не на лошадь гордую и такую грациозную, нет. На Дениса, тот лыбится, понимая, что смотрят на него, смотрят влюблённо и больше без того огня соперничества. Теперь только искра любви, нежности и заботы.       Как же Денис вспоминает то утро после дня соревнований, когда приходилось лошадью управлять умело, спину держать, не тянуть сильно поводья на себя, животное под собой слушать, ведь не любит Вайс рысью ходить, а надо. И как же приятно было, когда на следующее утро ему разминали спину, давили на лопатки в самых нужных местах, шею массировали сильными руками. Следом парень в благодарность кофе любимый заварил с молоком, три ложки сахара добавил, как Кашин любит.       А сейчас они табличку с названием деревни проехали, темп снизили и завернули к магазину маленькому. Спустились, кобыл за поводья к столбу фонарному привязали, опять глядя друг на друга по-дурацки. Мелкий и такой уже родной магазин, в который Денис каждую такую выгулку заходит, то с продавщицей пожилой болтает, то сахар у неё кусочков десять выпросит, в карман спрячет, кобылку покормит следом. И сейчас так же, только с Даней. Теперь сахара дают по-больше, прямо горстью. Женщина приятно с Кашиным здоровается, удивляется, что он заявился через столь долгий промежуток, всё же Денис тут чаще бывает.       А на улице ветер несильный, почти зашедшее солнце, означающее необходимость отправляться обратно. Сегодня не получится заскочить к бабе Наташе, та яблок всегда свежих срывает для лошади, про самочувствие спрашивает как мама. Но они ещё обязательно заскочат, ведь времени много. Никто его не отберёт.