Остался лишь Хошино Аквамарин, мой интровертный братец!

      Хошино Руби — восходящая звезда мира шоу-бизнеса, та, что несёт радость в этот мир, та, что любит свою айдол-карьеру, та, которая отчаянно влюблена в своего Доктора.             Блондинка не считала себя лгуньей. Она относилась ко всем фанатам с искренними намерениями, стараясь своей улыбкой и словами о любви осчастливить их, чтобы пасмурные дни казались ярче, ведь отчасти она могла их понять. Но из всей разношёрстной толпы она могла выделить лишь одного, кому бы хотела посвящать все песни о любви, кому хотелось бы улыбаться ещё ярче, с кем она бы хотела прожить бок о бок свою жизнь.             Амемия Горо.             Даже если ей сотрут память, Руби с уверенностью промурлыкает два дорогих имени: Горо и Ай. Те, что давали ей надежду на лучшее, пока она была под именем Тэнододзи Сарина, бедной девочкой, обречённой не прожить даже до двадцати. Девочкой, которая давно потеряла надежду на лучшее, девочкой, которую бросили собственные родители, девочкой, что скрывалась за маской оптимизма, стараясь скорее себя убедить в том что все отлично, девочкой, которая не смогла стать айдолом.             Оглядываясь на прошлое, младшая Хошино испытывает лишь горькое послевкусие и предательские слёзы, которые тут же стекают по её румяным щекам. Ей жалко не себя, а ту девочку без надежды на лучшее. В груди томится печаль о мысли, а умерший любимый доводит до ручки, размывая её изначальные цели. В голове крутится лишь одна мысль:             Заставить страдать человека, который отобрал жизни у лучиков её солнца.             Айдол никогда не считала себя эгоистичной, но с каждым новым шагом в это болото мести она и не заметила, как начала причинять боль многим. Ей было совестно, иной раз мерзко от самой себя, ей было тяжело. Но она не могла не завершить это дело.             А миражам из её снов приходилось лишь с тоской наблюдать за солнечным ребёнком, который всё глубже и глубже погружался в океан грязи и жажды крови.             Руби действительно старалась быть сильной, старалась искренне улыбаться, но за этой улыбкой скрывались уже отнюдь не радужные мысли. Блондинка игнорировала своих подруг, попросту забыв, что она — простой подросток, забыв о своей цели, которая затерялась в кромешной тьме, забыв о том, что не стоит оглядываться на прошлую семью, которой она приносила лишь одни беды.             В один из дней она поняла, что отнюдь не чиста. Она не иначе как вестник Смерти, который несёт хаос для близких. Родная мать, Ай, Горо... Первую она мучила своим заболеванием, двух других она потеряла навсегда. Ай же навязывала своё эгоистичное желание почувствовать забытое материнскую любовь. От этого осознания подступал ком тошноты к горлу, пока в голове крутилось:             Жалкая, мерзкая, эгоистичная. Да на кой чёрт тебе дали второй шанс, если ты только усугубляешь жизнь своим близким. Ничтожество, которое даже не достойно жить на этом свете, да наслаждаться им, пока другие страдают или вовсе гниют под землёй.                   Младшая Хошино забыла свою мечту, самолично закопала её и сожгла пустив после этого пепел по ветру, оставив лишь одно желание: Отомстить.             Казалось, её никто не сможет вытащить из вакуума самообвинения, но её брат... Нет, точнее:             –Доктор, это вы?             Слова произносятся на одном дыхании, пока сердце трепещет, разнося по телу фантомный холод, заставляя лишь застыть и в оцепенении смотреть на своего близнеца, человека, которого она перестала считать семьёй лишь из-за одной ошибки, человека, которого она решила вычеркнуть, забыв о всех счастливых минутах, человека, который заботился о ней.             Руби смотрит на Акву как на фантома, казалось, сквозь него, стараясь уцепиться взглядом за знакомые черты лица. Но видит лишь аквамариновые глаза, идентичные её блондинистым волосам, и взгляд, наполненный горечью сожалений.             –Я...–непривычная заминка для старшего из близнецов, сейчас он даже не знал, что сказать. Смешно, учитывая, что блондин был хорошо подвязан на язык.–искал этот брелок.       Младшая непроизвольно сжимает брелок, не ощущая боли, которую оставляют углы пластика на которым изображен любимым айдол.             Вакуум лопается слишком громко, оставляя намёк о своём существовании лишь звоном в ушах.             Руби стоит в оцепенении, в голове лишь пустота. Ни сожалений, ни мыслей о Ай, ни мыслей о прошлой семье, ни желания покарать того ублюдка. Всё становится неважным, пока внутри всё замирает, словно Земля сама остановилась. Взгляд ловит знакомые черты, как иногда называла Сарина, чтобы подшутить над любимым человеком, "дурацкие очки", чёрные, словно смоль, волосы, голос, по которому она скучала, и, конечно же, нежную улыбку, обнажающую белоснежный ряд зубов:             «Значит, ты хранила его для меня. Сарина?»—в руках знакомый брелок, который выскальзывает из расслабленной ладони с глухим стуком, ударяясь об пол. Руби же без раздумий бросается в желанные объятия, пока слёзы текут ручьём.             Внутри проносится волна облегчения, пока руки стискивают в объятиях старшего. Становится всё равно на всех и вся, абсолютно. Айдол не хочет сейчас думать, она хочет лишь осознать, что это не один из её глупых, но таких сладостных снов.             Амемия Горо жив.      

*****

      Хошино Руби любит своего старшего брата-близнеца Хошино Аквамарина, в котором она видела всё оставшееся время лишь Горо. Но во время тура она осознаёт, что Кана и Аква чувствуют друг к другу что-то, хоть никто не мог бы это заметить лишь один раз взглянув на эту парочку, но блондинка могла различить ту переменчивость настроения парня, да и подруги.             Ей больно? Да, определённо. Она рада за старшего Хошино? Конечно, но честно говоря, сама ещё не определилась, что испытывает по этому поводу. Ревнует? Отнюдь. Как минимум потому, что это глупо, как максимум потому, что Аква её не любит, а она в нём видит лишь горячо любимого Доктора. Сейчас они не Сарина и Горо, сейчас они брат и сестра. Младшая хочет, чтобы её брат был счастлив. Даже если ей сейчас больно, она примет эту боль ради его счастья. Блондинка знает, что это ненадолго, временно, но честно говоря, она не знает, сколько займёт это исцеление. Но она будет терпеливо ждать, когда сможет, глядя на эту парочку, искренне улыбнуться и в будущем понянчить своих племянников, рассказывая о том, каким оболтусом был Аква, пока Лоли-сенпай была той ещё врединой, которая заставляла всех её фанатов плакать.             Не сильно мил будешь, да и сейчас ей пришло осознание:             Остался лишь Хошино Аквамарин, её интровертный братец!             Но в памяти и по сей день всплывает тепло чужих губ и первый поцелуй что был украден её близнецом (хоть и для съёмок), тело будет сковывать эйфория пока та по ночам будет проводить пальчиками по чуть розоватым губам, пока щеки будут гореть словно их специально кто-то опаляет невидимом огнем, только в своих снах та будет видеть отнюдь не внешность Хошино старшего, исключительно Горо. Амемия Горо, произнося его имя она всегда чувствовало сладковато пленетельный вкус, который работал лучшего любого алкоголя или наркотика. Доктор её наркотик, человек который в неё верил и не покидал до последнего, человек который обещал её поддерживать в начинания айдол карьеры и конечно же человек которому она навсегда отдала сердце.             Ведь Горо та любила и постарается отпустить, а вот Аквамарин её старший казалось бы безэмоциональный братец останется, только та будет любить его никак Амемию. Как родного человека, с которым та связана кровью и является её семьей, хотя вспоминая те порывы гнева в его сторону, становится до скрипа в зубах стыдно. За брошенные бездумно слова:«Мы даже не семья, просто случайные связанные судьбой люди». Хоть та и уверена что Аква ей это простил, все равно стыд поселился под кожей, внедрился прямо в мясо давая о себе знать когда блондинка погружалась в мысли, жгучой болью и проклинанием своего языка. Горо бы точно в ней разочаровался... Разочаровался ведь?... Что-ж, все забудется и трепет сердца, да чужой вкус губ которого она жаждала получить вновь и вновь, бурление крови лишь от одного заботливого касания и все время всплывающий фантом во внешности Хошино старшего.             Время все расставит по местам, остаётся лишь ожидать когда сердце перестанет трепетать лишь при одном взгляде на «Доктора».