Веточка омелы

      Канун Нового года в этому году выдался бесснежным, но, на удивление, холодным. Под такими рвущими деревья порывами холодного ветра хотелось прятаться в тёплые места, шарфы, поглубже запрятав нос. Холод пробирался под тёплые куртки, свитера, холодил саму сущность, душу.       Брай чуть ли не бегом залетела в прихожую, закрывая за собой дверь так быстро, будто за ней гналась армия зомби, желающих съесть её мозги. После такого мороза на улице хотелось снять с себя всё: куртку, свитер, белье, кожу — и оставшееся сварить в кипятке, будто по-другому согреться уже не оставалось шансов.       — Ой, ты уже вернулась! - звонкий голосок встречает её возле порога. Клео, вся румяная и светлая, металась по дому в предновогодней суете. Для неё этот праздник никогда не проходил спокойно. Каждый год обязательно что-то придумает.       — Холодно там? - Клео забирает пакеты и охает, касаясь чужих рук.       — Да ты ледяная вся! А я говорила, что этот клетчатый шарф не греет совсем! Без перчаток ещё пошла! - и без того громкая Клео стала ещё громче, ещё и смешно хмурит брови. У неё появляется милая складка между бровей и Брай касается её холодной рукой, пытаясь расправить.       — Не хмурься — морщины появятся раньше времени, - хмыкает Брай и всё же избавляется от промерзшей одежды, оставляя ту на вешалке.       — Да ты... Брай, нельзя так относится к своему организму. То голодовки, то тренировки до изнеможения, то вот это! - Брай направляется в свою комнату, глубоко вздыхая на всю эту лекцию.       Клео, не осознавая, идёт вслед за ней, распинаясь о том, что ведь так нельзя. Она действительно переживает за здоровье подруги. Старается не навязываться со своим ненужным мнением, пытается не давать непрошеных советов, но не всегда справляется. Уже выяснила, что заботиться о Брай можно только тихо. Подкормить — молча предложить что-то с руки, мол, попробуй. Согреть — принести чаю и подарить какой-нибудь тёплый свитер. Поддержать — молча сесть рядом или завести разговор ни о чем.       Брай проходит в комнату. Останавливается у двери, не пропуская внутрь Клео, ловит с ней зрительный контакт. Улыбается, показывает язык и закрывает дверь прямо к той перед носом.       — Эй, я вообще-то не договорила! - фыркает та, недовольно топнув ножкой. Осматривает пакеты в руках, отвлекается, уходит на кухню. Ставит пакеты на стол и включает чайник, ведь Брай всё равно надо отогреть. Начинает разбирать покупки. Всё, за чем Клео отправила подругу в магазин — это игрушки и украшения. Совсем забыла поручить их парням, пришлось изворачиваться. Да и нужны они были быстрее, чем продукты для новогоднего стола.       Когда Брай спускалась на кухню, Клео уже обвешалась шуршащими дождиками и проверяла исправность гирлянд. Брай аж остановилась у входа, облокотившись на косяк двери, больно милой выглядела эта картина, нарушать эту идиллию не хотелось.       — Работают? - Клео поворачивается на голос и улыбается.       — Да, все исправные и очень красивые, спасибо ещё раз, Брай! - ей лишь кивают в ответ. — Я тут чай тебе сделала, сядь, выпей, хоть согреешься.       Под настойчивый взглядом Брай сдаётся и садится за стол. В тёплом доме ей стало уже намного теплее, но изнутри будто ещё морозило. Отказываться не было смысла. Холодные руки прилипли к горячей чашке, а взгляд — к Клео. Она бегала из комнаты в комнату, что-то даже говорила, что-то напевала. Останавливалась, застывала на пару секунд, вспоминала, за чем приходила, забирала и снова убегала. Будто её только-только завели на ключик и она, будто игрушечная, бегала и бегала. Эта ассоциация вызывала у Брай мягкую улыбку, спрятанную за кружкой.       — Брай, поможешь? - девушка стояла в гостиной, рядом с ней стул, а в руках какое-то украшение.       — Да, конечно, что такое? - чай остался на столе, а вот Брай уже рядом с подругой.       — Подстрахуй меня, пожалуйста, а то я сама боюсь, равновесие не удержу, - Брай кивает, опуская руки на стул.       Только сейчас Брай рассмотрела в руках Клео веточку омелы, красиво украшенную лентами и колоколчиком. Мило.       — А ты знала, что под омелой принято целоваться? - Клео забралась к потолку и крепила веточку. — Встала парочка под омелу и всё, обязаны поцеловаться.       — А, да, слышала что-то такое, - Брай едва уловила слова подруги, так как отвела от неё взгляд. Дело было в том, что бедра Клео были уже слишком близко к лицу, так что, чтобы не смущаться и не смущать подругу — было принято решение просто отвести взгляд.       — Мило, скажи?       — Согласна, - кивает Брай и поднимает на ту взгляд. Клео через мгновение спрыгивает на пол и довольно улыбается, смотря на веточку, закрепленную над потолком.       — Будет забавно, парней под омелу загнать. Можно даже пранк снять, - Клео тихо смеётся и переводит взгляд на Брай. Недолго молчит.       Клео мнется, что-то бубнит себе под нос, осматривает собственные ноги, руки, ещё раз поднимает взгляд на омелу. А после делает шаг к девушке, тянет руки к чужому воротнику и тянется к чужим губам. Оставляет на тех быстрый, громкий, влажный поцелуй и почти отскакивает в противоположную сторону.       — Прости, прости, я, черт, я не хотела! Точнее, нет, я хотела, просто не так... Черт, я даже не спросила, - Клео тараторит извинения, опуская взгляд в пальцы, которые хаотично переплетались. — Прости, Брай, прости, традиция ведь такая, я совсем не хотела делать это так резко!       Брай внимательно слушает девушку, не отводя от неё взгляда. Смотрит, так внимательно, так пристально, будто в её глазах читала что-то крайне интересное. Только вот Клео прятала глазки, опуская из куда-то вниз.       — Только из-за традиции? - Брай, не доставая рук из карманов, шагнула к Клео.       — Что? - Клео, в свою очередь, заметив движение в её сторону, наоборот отходила дальше.       — Ты поцеловала меня только из-за традиции? - заметив попытки Клео отдалиться, Брай лишь усмехнулась, не спеша загоняя ту в ловушку. Ведь совсем недалеко стоял диван и Клео шагала прямо к нему.       — Я... Ну, ведь традиция есть такая, так что да... То есть нет, конечно, но... Ик! - Клео запуталась в своих мыслях, чувствах и ногах. Мягко падает на диван, а Брай тут же нависает сверху, рукой замыкая ловушку возле головы Клео, а коленом — около ног той.       — Так да или нет, Клео? - шёпот Брай опаляет нежные девичьи губы и щеки вспыхивают жаром.       — Нет, - шёпотом отвечает Клео, не моргая, засмотревшись в глаза напротив, пока светлая кожа наливалась кровью. — Не только из-за традиции.       Брай улыбается и довольно кивает. Свободная рука касается чужого бедра, взгляд опускается туда же. Пальцы мягко-мягко проходят по коже, вызывая мурашки и тихий вздох. Клео подносит руки ко рту, затыкая, чтобы не послышалось лишних звуков.       — Чего это ты застеснялась? - мягко шепчет Брай, пока пальцы её скользят выше по бедру.       — Брай, что ты... - стоило Клео ненадолго убрать руки от лица, как её губы накрывают, утягивая в мокрый, звучный, интимный и чертовски горячий поцелуй. Клео растворяется в нем, чувствуя как колени начинают мелко трястись, а в животе горячо тянет.       — Я поцеловала тебя не из-за традиции, а потому что хочу, Клео, - совсем хриплый шёпот прямо над ухом, девушка откидывается на спинку дивана. — Хочу тебя.       Клео рвано вздыхает и выгибается, чуть раздвигая ноги. Колено Брай переместилось между мягких ног, надавливая. Вторая рука скользнула на талию, чуть потянув вверх, а губы вновь скользнули по губам. И вновь влажно, громко и горячо. Клео тянется руками к чужой шее, чуть царапает недлинными ногтями. Вслепую, наугад Клео тянется под футболку Брайаны и запускает руки. Нагло, бесцеремонно, но так необходимо. Брай шумно вытягивает воздух и прячет лицо в шее. В отметку за холодные руки на горячей груди Брай кусает чувствительную шею и втягивает кожу, оставляя яркий след. Клео роняет первый стон.       — Месть? - Клео улыбается, сжимая пальцы на нежной груди, вслушивается в рваное дыхание.       — Месть, малышка, - улыбается Брай и тут же ловит чужие руки в крепкую хватку.       Клео падает на диван, её руки прижаты к мягкой поверхности, а сверху возвышается гордая и разгоряченная Брай, чья футболка из-за всех махинаций задерлась и оголяла грудь и твёрдые от ощущений и холодка соски.       — Ты прекрасна, - шепчет Клео в самые губы и вновь поцелуй. Её руки отпускают, ведь Брай слишком хочется тоже забраться под домашнюю футболку Клео и коснуться груди.       Поцелуй разрывается резко и пальцы также резко задирают футболку. Брай облизывается, будто перед самой вкуснейшей трапезой. Что ж, возможно, Клео была наивкуснейшим десертом.       Язык накрывает чувствительную горошинку, а вторую грудь накрывают горячая рука. Брай сжимает, оттягивает, крутит, играет. Клео впивается пальцами в волосы той, путая их, испортив даже подобие укладки. Оттягивает волосы, выгибается, притягивает к себе ближе, будто не понимая, хочет она отстранится или ближе прижать чужое лицо к своей груди. Хотелось прижать так близко, чтобы раствориться или растворить девушку в себе.       — Мягкая, нежная, моя, - шепчет Брай и спускается поцелуями ниже. Её пальцы уже стягивают чужие шорты вниз. Клео лишь шустро откинула их куда-то в сторону, сейчас это не имело значения. Всё, что имело сейчас значение, так это Брай, её язык и её пальцы. Мир не имел такого значения, как одна лишь девушка перед Клео.       Брай останавливается ненадолго, задержав внимание на маленьком сердечке светлых волос на лобке. Её губы тронула мягкая улыбка, от которой Клео тут же вспыхнула и попыталась прикрыться. Но руки перехватили раньше, чем она успела.       — Мило, - подмечает Брай и оставляет мягкий поцелуй в том самом сердечке. Клео скулит и прикусывает губу, чувствуя себя самой страшной извращенкой.       — Ты ведь не возражаешь, если мои поцелуи только с верхними твоими губами не ограничатся? - Брай шутит, а Клео не сразу понимает шутку. Но когда до неё доходит смысл, то даже уши вспыхивают от смущения, а сама она что-то нецензурно выражает под нос.       — Думаю, это значит, что не возражаешь, - и вот девушка опускается ниже, проводя языком по половым губам размашисто, на пробу. Клео подкидывает на месте, она вытягивается струной и протяжно стонет.       Язык заходит в игривый танец, пока руки крепко держат бедра, не давая свести ноги вместе. Брай, кажется, утопает в этом процессе, а Клео в чувствах. Теряет голову и самообладание, стонет, скулит, двигает бёдрами, запускает руку в волосы, а другой ласкает свою грудь.       Пока Клео, закатывая глаза, наслаждалась нежными, но горячими поцелуями внизу, Брай опускает одну свою руку в собственные шорты. Её ресницы мелко дрожат, когда она чувствует, насколько влажно внизу. И всё из-за таких сладких стонов там, наверху. Всё это из-за такой сладкой и вкусной Клео.       Брай входит в себя пальцем, чуть двигаясь, а губами втягивает клитор, играя с ним языком, изнуряя Клео, заставляя скулить на одной ноте и двигать бёдрами. Хватило лишь резкой смены ритма и Клео выгибается, касаясь макушкой дивана, а её мягкие бедра сжимают голову Брай, заглушая для той такой протяжный и измученный стон чистейшего наслаждения.       Брай двигает внутри себя быстрее, ломает ритм и прикусывает чужое бедро, которые сейчас чуть ли не гиперчувствительно, но кончает вслед.       Поднимает взгляд на Клео, мягко улыбается. Та вяло лежала, прикрыв глаза и старательно пыталась отдышаться. Хватило нескольких секунд и её манят пальцем. Брай послушно приближается, думая, что ей что-то скажут, но вместо этого её утягивают в поцелуй.       — Но я ведь только что тебе... А ты меня целуешь? - Брай удивлённо смотрит на разгоряченную девушку под собой.       — Ага. Потому что я хочу этого, а не потому что традиция, - та шумно выдыхает и вновь прикрывает глаза. Они обе улыбаются, а сердце в унисон бьются чуть быстрее положенного. Но в этом нет ничего страшного.