And then came a spider

Кто-то - Клэр - вскрикивает наверху, и Дин на диване резко просыпается, его рука тянется к пистолету, которого не оказывается на месте. — Что такое? — хочет сказать Дин, но выходит, даже для него, довольно невнятно. — Схожу проверю, — отвечает Кас, с явным удовольствием наблюдая, как Дин борется с накинутым на него пледом, которое он, мерзавец, набросил на него по какой-то причине. — Заткнись, Кас, — Дин хмурится, брыкаясь в пледе до тех пор, пока болезненно и с громким хлопком не ударяется коленями о деревянное покрытие. Дин воздерживается от страдальческих вздохов и, вцепившись пальцами в диван, поднимается на ноги. Он переводит взгляд на потолок, однако если бы случилось что-то действительно плохое, Кас бы уже позвал его. Даже если Дин понятия не имеет, что могло заставить Клэр так вскрикнуть. С ворчанием он хватает свою кружку с уже остывшим кофе и перемещается к кухонному столу, за которым учится Джек: наушники включены, карандаш постукивает по домашнему заданию по математике, от которого Дин планирует держаться подальше. Он помогает Джеку с английским, но это всё, в чём он хорош. Большинство научных познаний в его голове являются вымыслом и быстро отошли на второй план, уступив место пятидесяти забавным фактам о ругару и прочих, на кого ему приходилось охотиться. Кас иногда помогает с науками, чаще всего с математикой, и всегда приятно наблюдать, с каким интересом он подходит к делу. Говорит, используя свои руки и всё остальное, и начинает строчить объяснения с диаграммами на всём, что оказывается поблизости. Но и у Джека были неплохие способности к учёбе. Дин маячит ему, обращая на себя внимание, и Джек скалится, снимая наушники. К разочарованию Дина, музыка, которую он сейчас может слышать, больше схожа с той, что слушает Кас или Сэм. — Как успехи? — спрашивает он, облокотившись на столешницу. — Думаю, что начинаю понимать, — сообщает Джек, возвращая взгляд к домашней работе. — Это логарифмы, — его губы причудливо приподнимаются, и Дин делает глоток своего холодного кофе с улыбкой. — Это хорошо. А ты... — он замолкает, прислушавшись к происходящему наверху. — ...ни за что на свете, Кас, не моё окно! — Но это было бы... — Не-а. Убирайся. Раздаётся хлопок двери, и Дин может слышать скрип половиц, пока Кас спускается вниз. — Это ещё что значит? — бормочет он. Джек пожимает плечами. — Я больше не всеведущ, помнишь? Это здорово - удивляться, даже если раньше я мог не делать этого. — И то верно, — Дин заламывает бровь, когда Кас входит в кухню. — Все хорошо? Кастиэль выглядел слегка изумлённым и сбитым с толку: — Да, Клэр нашла впечатляюще большого паука в своей комнате. Дин прыскает со смеху, возводя глаза к потолку. — И всё это из-за паука? Каждую неделю-вторую мы видим дерьмо и похуже. — Она их очень боится, — серьезно говорит им Джек, когда Кас пожимает плечами, — у нее есть некоторые методы по убийству пауков, например утопить их в святой воде, застрелить, заколоть или даже сжечь. Кас хмурится от имени всех паукообразных. О, так он использовал это против нее. Дин сам не большой фанат, но за несколько десятков лет, вламываясь в пыльные здания, они стали одним из государственных рисков, с которым он просто свыкся. Пауки могли быть в углах некоторых из мотелей, захваченных их охотой, и время от времени Сэм, каким бы чудаком ни был, спокойно смахивал одного с сумки, напоминая Дину об их существовании. — Я говорил ей, что они не причинят вреда, но не думаю, что она мне поверила, — продолжает Джек. — Ну, если только она их не напугает. А некоторые из них живут тут, — он вдруг вздыхает. — Мне жаль паука. Несправедливо, что люди ненавидят их, даже до того, как они что-то сделают. — Они отложат яйца у тебя в мозгу, — предлагает Дин, и уже знакомое чувство вины вгрызается в него. Джек поднимает брови: — Это правда? — Да, — серьёзно говорит Дин. — Нет, — тут же поправляет его Кас, рассеянно глядя на свои ладони. — Люди могут быть иррациональны, говоря о своих страхах. Дин закатывает глаза. — Вы двое закончили? — он делает ещё один большой глоток кофе. — Кстати, что ты с ним сделал? Кас наклоняет голову и, чёрт возьми, Дину знаком этот взгляд. Ладони Каса рассоединяются и паук оказывается на столе. — Какого ты... Ты притащил его сюда? — Дин поперхнулся, не отводя взгляд от тёмно-коричневого паука, ползущего по поверхности стола. — Я подумал, что Джек захочет познакомиться с ним, — Кас вдруг поднимает паука, поднося ближе к Джеку, а Дин вскрикивает, чуть не свалившись со стула. — Воу, нет, Кас! Синие глаза с прищуром смотрят на него. — Ты тоже боишься. — Нет. Мы просто не лучшие подружки, — отвечает Дин, сжимая кулаки, когда Джек охотно принимает паука, рассматривая со всех сторон. Чёрт возьми. Ощущая фантомный зуд на коже, Дин задумывается над тем, на сколько ещё его хватит. Раньше он принимал интенсивный душ после возни в сильно опутанных паутиной домах. Та охота на вендиго? научила Дина тому, что чем выше ты забираешься, тем, каким-то образом, большие пауки там прячутся. — Он такой милый, — заявляет Джек, и Дин встревожен его фамильярностью с чёртовой букашкой, упорно пытаясь погасить в себе этот старый охотничий инстинкт ликвидировать источник страха. — Дин, хочешь подержать его? Это своего рода расплата, карма или что-то отсюда же. — Спасибо, приятель, он, эм, полностью твой. Джек улыбается пауку, совершенно равнодушный к его блядски странным глазам и дурацким лапкам. — Знаешь, — как ни в чем ни бывало говорит его грёбаный муж-предатель, оперевшись о стул, — Джек, паук может быть твоим домашним питомцем. Он невинно моргает под взглядом Дина, и до того, как Джек успевает использовать дурацкий щенячий взгляд, которому его научил Сэм, Дин поднимает руку. — Количество лап, которое может быть у зверюшки это четыре, Кас. Четыре. Ни шесть, ни восемь, ни какое другое число. Кас дико позабавлен этим, представление разваливается на части. — А если я хотел завести птицу? — Меньше, чем четыре тоже приемлемо, — вносит поправку Дин. — Но, серьёзно, Кас. Я уже терплю пчел на заднем дворе, — и какой кошмар они устроили, когда он косил газон, летали повсюду, как будто хотели кого-то ужалить. — Больше никаких животных, из-за которых придётся вызывать дезинсектора. Улыбка Каса становится шире, и Дин судорожно придумывает иной способ избавиться от паука. — И если ты хочешь, чтобы Клэр жила здесь, — быстро добавляет он, — то никаких пауков. На это бывший ангел поднимает руки вверх, но Дин-то знает, что он будет искать способ обойти это. — Я отнесу его в сад, — объявляет Джек, и Дин воздерживается от предложения вместо этого развести костер и отнести его туда. — Может он остаться там? — Да, — говорит Кас, и Джек, блять, воркует над пауком, локтем открывая дверь на веранду. Дин вздыхает: — Ни слова больше. Кас прыскает, обходя стол и тянясь поцеловать его. Дин ещё не успокоился, поэтому Касу достаётся лишь уголок его губ. — Я защищу тебя от пауков, Дин. — Я, блять, тебя ненавижу, — Дин закатывает глаза, когда Кас смеется, низко и раскатисто, в следующий поцелуй. — Тебе повезло, что я присматриваю за тобой, пока ты спишь. Ты знал, что среднестатистический человек съедает восемь пауков во сне... До того, как Кас успевает сказать что-либо ещё, из-за чего Дин бы пересмотрел их брак, в кухню спускается Клэр и, игнорируя язвительную ухмылку Дина, достаёт воду из холодильника. — Барби-байкерша, ты серьёзно? — спрашивает Дин, толкнув её локтем. — После всего того - паук? — Заткнись, — редкий румянец расцветает на лице Клэр. — Не шучу, я сожгу твои волосы. — Ты так громко кричала, что даже мертвый бы проснулся. — Дин их тоже боится, — говорит Кас, потому что для него больше нет ничего священнее. — Неправда, — выплёвывает Дин, отпихивая от себе руки Каса, и Клэр закатывает глаза. — Ты его даже не видел, — спорит она, обхватывая себя руками. — Он был крупным и наверняка одним из тех чёртовых коричневых отшельников. Дин внутренне содрогается. Одного он видел однажды у Бобби, прячущегося за старой коробкой. С тех пор он позволяет Сэму шутить над его ростом, чтобы тот сам доставал пыльные старые коробки. — Помилуй, — вот что он решает ответить Клэр, — он был малюсенький и очаровательный, и Джек думает над тем, чтобы оставить его как питомца. Клэр побледнела, будто они только что объявили о ее сожительстве с пауком или что-то в этом роде. — Он мёртв для меня, — заявляет она, на что Дин смеётся. — Знаешь, экспозиционная терапия может помочь. Я так свыкся с тем, что росло у Сэма на лице... В тот момент что-то легкое, как пёрышко, быстро пробежало по шее Дина, и он вскрикивает, отступая к плите, инстинкты побуждают его шлёпнуть коричневого отшельника. — Нитка, — говорит Кас, держа в руках оторвавшееся волокно, и Дин бросает на него сердитый взгляд. — Ты специально это сделал. — Дин, — глаза Каса расширяются. — Кас, я не поведусь на это. — И кто теперь боится? — бормочет Клэр. — Расслабься, старик, это же просто паук. — Джек, — выпаливает Дин, когда тот возвращается, — чего так долго? — затем, с большей опаской. — Где твой друг? Клэр тоже напрягается, а губы Каса поддрагивают от прилагаемых им усилий сдержать смех. — Привет, Клэр! Джеффри просит прощения за то, что напугал тебя. — Супер, — сдаётся Клэр, когда и Кас, и Джек одаривают её многозначительным взглядом. — Я оставил его возле помидоров, — обьясняет Джек, и Дин кивает, но всё равно спускает рукава. — Но есть и другие хорошие новости: я нашёл множество таких же пауков в сарае. Очень трудно отговорить Клэр от переезда в мотель и убедить хотя бы задуматься остаться здесь, а Дин оповещает Каса, что тот теперь спит на диване за то, как он смеялся над ними.