На грани контроля

      Глава 1.              Я вышел из своих личных комнат на улицу и вдохнул холодный утренний воздух, который моментально привёл меня в чувство. Большинство жителей военной базы ещё спали – только-только начинало светать, вокруг царила приятная, умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь шагами дежурных на посту. Впереди выстроились массивные бетонные здания с ровными рядами окон и строгими фасадами. Этот вид немного навевал тоску. Военная техника угрюмо стояла вдоль дорог, напоминая о постоянной готовности к возможной опасности.       Сегодня для меня был важный и решающий день. Сегодня объявляют о назначении нового командующего. По всем знамениям, это должен быть я. Я столько лет шёл к этому – через боль, усталость, бессонные ночи. Вложил все силы, чтобы стать лучшим, и теперь настало время пожинать плоды своего труда. Я сделал всё возможное, чтобы заслужить этот пост и доказать семье, что сам чего-то стою.       Нервничать я начал ещё вчера вечером, и, пытаясь сейчас успокоить себя, привычно начал ерошить волосы. Это одна из тех плохих привычек, которые проявляются, когда я нервничаю – каждый раз после этого у меня на голове жуткий беспорядок. Я сделал глубокий вдох и выдох. Все-таки прохладный воздух помогал прийти в себя и собраться с мыслями.       Я должен занять эту должность. Родители ждут от меня вечером хороших новостей. Даже не хочу думать о том, что они скажут, если что-то пойдет не по плану. С самого детства я старался оправдывать их надежды и доказать им, что я чего-то стою. Родители мне много чего в жизни дали и много чем помогли, но они забыли, что я не их проект, который должен окупить средства вложенные в него, а их сын.       Но несмотря на всю нервозность, уверенность в том, что я заслужил это место, оставалась непоколебимой.       – Сегодня всё изменится, – едва слышно проговорил я в пустоту, наблюдая, как сослуживцы ещё сонно и неторопливо выползают из казарм для утреннего построения.       Нужно идти приводить себя в порядок, скоро у нас построение, где и сделают объявление.       Я стоял в строю, выстроенном на плацу перед казармами. Раннее утро окрасило небо в бледно-розовые тона, но холод всё ещё держался, заставляя солдат плотнее кутаться в форму, неуловимо ежиться от каждого дуновения прохладного ветерка. Впереди, на возвышении, уже стояло начальство, готовые объявить новости. Внутри всё сжималось от волнения – я был уверен, что вот-вот объявят меня новым командиром.       В этот момент к мне обратился рядом стоящий Алексей, он бета и мой друг, уже года 8 мы знакомы из которых 3 вместе служим. Мы знакомы еще со времен университета, а потом старались поддерживать общение и вот 3 года назад я позвал его в армию, перспектив много, зарплата тоже достойная.       – Эй, Макс, я слышал, что какой-то новый командующий прибыл. Не из наших будет. Его, говорят, специально к нам пригласили, еще и упрашивали долго. Вроде как его уже назначили, а нас просто перед фактом сейчас поставят. Что-то знаешь об этом? – Алексей прошептал это не сводя взгляд с начальства, пытаясь не привлекать к нам лишнего внимания. Слышалось в его словах некое переживание за меня. Он тоже был уверен, что назначат меня.       Я попытался не выдать своего смятения, хотя чувство тревоги становилось всё сильнее.       – Нет, я только знаю, что сегодня будут объявлять нового командующего. Я ожидал, что им буду я ну или кто-то из своих хотя бы, – я пытался звучать сдержанно и отрешенно, но внутри всё кипело.       Алексей задумчиво посмотрел в сторону.       – Может, это просто слухи. Я знаю, как это бывает. Но если это правда, будет досадно. Ты ведь столько сил вложил в свою карьеру.       Я отрешенно кивнул, так как был погружён в размышления. Кто этот новый командующий, откуда он, и почему его назначили так неожиданно?       Внезапно, из-за угла главного здания появился высокий мужчина, сопровождаемый несколькими офицерам. Его рост и внушительная комплекция сразу привлекли внимание всех солдат. Я заметил, как вокруг начали перешёптываться солдаты, но они быстро смолкли, когда незнакомец начал идти в нашу сторону.       Едва он начал приближаться к строю, я сразу почувствовал его запах – тёплый, насыщенный аромат дуба и табака, который будто пробрался в каждую клеточку моего тела. Этот запах заставил меня на мгновение задержать дыхание. Он был не просто сильным – он буквально давил на меня, заставляя внутренне напрячься. Будучи тоже альфой, и не менее доминантным, было неприятно ощущать на себе такое и хотелось ответить на такую явною провокацию со стороны чужака, однако пришлось сдержаться. Леша же лишь вопросительно на меня посмотрел. Я же никак на это не отреагировал.       Я не мог оторвать взгляда от этого человека. Высокий, с суровым выражением лица, он выглядел так, словно каждое его движение было отточено годами службы. Несколько шрамов на его лице говорили о многом. В его глазах читалась уверенность и сила, что-то дикое, но притягательное. Было понятно, что этот человек привык добиваться своего любой ценой.       Я даже немного позавидовал ему, физические данные у меня были слегка скромнее, я был явно меньше его комплекцией и сантиметров на 20 ниже. Альфа был красив в своей суровости и непоколебимости: черные волосы, яркие зеленые глаза, прямой нос и острые скулы, закаленное боями и тренировками тело, – сложно такое не признать, думаю, не один я так про него подумал. И это при том, что здесь собраны лучшие из лучших альф и бет. Хотя мне грех жаловаться на свои данные, ну кроме того, что моё телосложение на его фоне выглядит куда стройнее, я блондин, черты лица у меня немного мягче, но от того не менее привлекательные, а вот цвет глаз у нас прямо-таки идентичен, но мои все же лучше. Однозначно.       Незнакомец, который вполне может оказаться нашим новым командующим, подошел ближе, и его запах стал только более интенсивным. Это был тот самый аромат, который нельзя проигнорировать. Я видел, как другие солдаты альфы немного подались назад, будто его присутствие само по себе требовало подчинения, а беты остались в основном безучастны к тому, что происходит. В такие моменты начинаешь завидовать бетам, которые едва чувствуют феромоны альф и омег и то только целенаправленно принюхавшись.       Альфа остановился перед строем и окинул нас взглядом, будто оценивая каждого.       – Позвольте представиться, я – полковник Черны̀х, Черны̀х Владлен Сергеевич, ваш новый командующий. Меня пригласили для обучения и командования вашим подразделением. Отныне я буду отвечать за всё, что происходит здесь.       Мне кажется, фамилия ему явно подходит, учитывая все вышеописанное и сказанное.       – Я не терплю лени, слабости и неповиновения. Здесь будут соблюдаться строгие правила, и я ожидаю, что каждый из вас будет выполнять свои обязанности на высшем уровне.       Неужели правда? Как так? Это меня ведь должны были представить как нового командующего... Пришлось изо всех сил держать лицо и не дать эмоциям отразиться на моем лице.       Ладно с этим назначение, но к этой неприятной теме придется вернуться, разговор с родителями никуда не делся..., я чувствовал, как внутри меня нарастает раздражение. Этот человек пришёл и сразу начал диктовать свои правила и устанавливать свои порядки, не давая никому шанса хоть на минимальное обсуждение.       Полковник Черны̀х продолжил, его взгляд остановился прямо на мне, как будто он уже знал, что его место должен был занять я. Неприятно, однако.       – Здесь есть те, кто надеялся занять моё место. Я уважаю амбиции, но хочу, чтобы все поняли – я здесь не для того, чтобы уступать или обсуждать. Я здесь, чтобы командовать. Кто не согласен, может сразу выйти вперёд.       Я сжал кулаки, но остался на месте. Внутри меня бурлило недовольство, но я не мог позволить себе проявить слабость, пришлось терпеть.       После построения Командующий приказал офицерскому составу следовать за ним в командный центр для краткого брифинга. Я шёл позади, чувствуя, как его густой аромат окутывает меня, проникая в лёгкие. Неужели его не учили, что это не прилично вот так беспардонно распускать свои феромоны?! Это ощущение только усиливало моё напряжение, сдерживать вырывающийся рык становилось сложнее. Войдя в командный центр, полковник уверенно занял место у стола, разложил на нём документы и отчёты, словно здесь он был хозяином уже много лет.       – И так начнем. Здесь мы будем работать по-новому. Мне не нравятся некоторые из текущих процедур, и я намерен их изменить, – произнёс он холодно и властно, словно не оставляя места для обсуждения.       Он поднял взгляд и снова зафиксировал его на мне. Видимо я таки не смог удержать свои феромоны и привлек его внимание. Ну и пусть не только мне же мучаться от давления, исходящего от него. Мой аромат, обычно спокойный и свежий, сейчас приобрел некую агрессивную ноту, учитывая мое эмоциональное потрясение и общую нервозность и раздражение. казалось, не особо впечатлил его. После небольшой заминки полковник обратился ко мне:       – Капитан Литвинов, Вам предстоит пересмотреть весь график тренировок солдат и усилить нагрузку. С нынешними показателями мы не можем позволить себе расслабляться, – сказал он с лёгкой усмешкой, явно бросая вызов.       Я чувствовал, как мои пальцы сжимаются в кулаки под столом. Всё, что я так долго выстраивал, теперь находилось под угрозой разрушения. Я решил ответить, стараясь сохранить голос спокойным, но уверенным.       – Текущий график был одобрен ещё предыдущим командованием. Мы достигли высоких результатов, и я не уверен, что такие внезапные изменения пойдут нам на пользу, – проговорил я сдержанно, но в голосе прозвучала едва уловимая нотка протеста.       Новый командующий не отводил от меня взгляда, его глаза блестели холодной решимостью. Казалось, что его запах стал ещё более насыщенным, почти ощутимым на вкус.       – Я здесь, чтобы делать то, что считаю нужным. Если Вам не нравится мой подход, это Ваше право. Но пока командующий я, здесь будут выполняться мои приказы. Необходимые документы и новый план тренировок Вы сможете получить в конце собрания. Это понятно? – произнёс он твёрдо, с явной уверенностью в своей правоте.       Моё сердце бешено заколотилось, но я знал, что не могу отступать.       – Так точно, товарищ полковник, – выдавил я, сдерживая внутренний гнев и чувство беспомощности.       Альфа коротко кивнул и снова опустил взгляд на документы.       – Хорошо. На этом всё. Все свободны и могут приступать к своим обязанностям, – сказал он, будто окончательно ставя точку в разговоре.       Когда полковник Черны̀х отдал последние приказы и завершил собрание, я почувствовал, как на плечи наваливается невыносимая тяжесть. Всё это время я держался, сосредотачивался на происходящем, но теперь, когда всё немного улеглось, передо мной встала другая, куда более болезненная мысль – как я сообщу родителям, что не получил должность?       Вчера вечером, перед сном, я получил сообщение от матери: «Мы с отцом ждём твоего звонка после объявления. Уверены, что ты справишься». Эти слова не выходят у меня из головы. Они всегда верили в меня, всегда ждали, что я буду первым, лучшим. В нашей семье нет места для поражений. С детства мне вбивали, что я должен быть лучшим – в учебе, в спорте, в жизни. А теперь, когда я впервые не оправдал их ожидания, эта мысль разъедает меня изнутри.       Я прекрасно понимаю, что звонок домой неизбежен. Они будут ждать от меня хороших новостей, уверенности в голосе, плана на будущее. Но как я объясню, что всё, к чему я так долго стремился, не принесло желаемого результата? Я представляю, как отец – строгий и требовательный альфа – сначала промолчит, а потом холодно спросит: «Где ты ошибся? Ты должен был подготовиться лучше». Слово «поражение» для него всегда было синонимом слабости.       А ещё хуже думать о том, как отреагирует мама. Она всегда старалась быть поддержкой, но я знаю, как сильно её ранят мои неудачи. В её голосе наверняка будет слышно разочарование, когда она спросит: «Может быть, ты переоценил свои силы?». Эта мысль бьёт прямо в сердце. Мама всегда ожидала от меня больше, чем от кого-либо другого, и я не хочу снова видеть в её глазах этот разочарованный взгляд.       Я чувствую, как раздражение постепенно перерастает в отчаяние. Сначала я был просто зол и разочарован из-за того, что меня обошли с назначением, но теперь к этому добавляется чувство вины и страх перед неизбежным разговором. Я готовлюсь к этому разговору, прокручиваю в голове каждое слово, но понимаю, что это будет настоящим испытанием.       Я глубоко вздыхаю, ощущая, как внутри меня всё больше нарастает это чувство бессилия и подавленности.       Когда я вышел из командного центра, чувствуя, как напряжение медленно отпускает моё тело, мысли о предстоящем разговоре с родителями всё ещё не давали покоя. Внутри меня бушевал целый ураган эмоций – гнев, разочарование, страх перед их реакцией. Я медленно шёл по базе, стараясь взять себя в руки.       Вокруг всё продолжало жить своей привычной жизнью: солдаты занимались утренними делами, кто-то торопился на тренировку, кто-то обсуждал последние новости. Но я чувствовал себя будто вне этого мира. Каждый шаг давался с трудом, словно меня тянуло вниз осознание, что не удалось оправдать ожидания.       Мне нужно было найти укромное место, чтобы немного успокоиться и подготовиться к тому звонку. Я повернул за угол здания и остановился у старой тренировочной площадки, которая в этот ранний час была пуста. Окна моего кабинета как раз выхолили туда. Оглядевшись по сторонам, я прислонился спиной к холодной бетонной стене и закрыл глаза, пытаясь привести мысли в порядок.       Но вместо спокойствия, мне в голову снова начали лезть воспоминания. Как я годами шёл к этой цели, как ночами готовился, изучал каждый возможный сценарий. И вот теперь всё это пошло прахом. Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри снова начинает закипать раздражение.       Словно в подтверждение моих мыслей, я представил себе разговор с отцом. Его холодный голос, требовательный тон, который не оставляет места для сомнений. И мать, которая попытается смягчить удар, но в итоге лишь добавит масла в огонь своими вопросами. В этот момент я понял, что просто не могу позволить себе проиграть. Этот разговор должен быть чётким и уверенным, даже если внутри всё кричит от несправедливости.       Я открыл глаза, решительно выпрямился и посмотрел на серое утреннее небо. Больше не было времени на сожаления. Я должен был держаться. Для себя. Для своей карьеры. Для того, чтобы доказать, что я способен справиться с любыми трудностями, даже такими неожиданными, как появление нового командующего.       Немного успокоившись, я оттолкнулся от стены и зашел в задание. По пути в кабинет я поздоровался со всеми коллегами, кого еще не видел с момента утреннего построения и собрания.       В кабинете, как и всегда, было светло и уютно: большое окно, которое давало много света, массивный темный дубовый стол, мое любимое кресло. Рядом стоял шкаф с книгами, которые я любил время от времени перечитывать, а на нескольких полочках еще пылились всякие грамоты и награды за службу.       Ах, как же хорошо, сейчас еще тихо, сотрудники и солдаты не гомонят за окном, за дверью в коридоре тоже пока тихо. Сейчас эта тишина была как нельзя кстати. Можно перевести немного дух. Я сел в кресло и откинулся на спинку, закрыл глаза в попытке унять вновь нарастающее волнение. Нужно позвонить родителям.       Сделав глубокий вдох, я вытащил телефон и начал набирать номер родителей. Внутри всё ещё бурлило, но я знал, что должен быть решительным. Этот разговор станет первым шагом на пути к новому этапу в моей жизни, где не будет места слабости.       Я набрал номер и прижал телефон к уху, стараясь не выдать волнения. Несколько гудков, и вот я уже слышу знакомый голос матери. Она всегда отвечает первой, её мягкий, но немного тревожный голос моментально напомнил мне о детстве.       – Макс, привет, как дела? – её голос звучал тепло, но я уже знал, что за этим последует.       – Привет, мама, – ответил я, стараясь сохранять спокойствие. – Всё нормально, просто хотел поговорить.       – Конечно-конечно, сынок, как всё прошло, что там с назначением? Тебя можно поздравить? – она не могла скрыть волнения и ожидания в своём голосе.       На мгновение я закрыл глаза, собираясь с мыслями.       – Нет, – коротко ответил я, чувствуя, как внутри меня что-то ломается. – Назначили другого человека. Полковника Черны̀х. Он сегодня только прибыл на базу.       В трубке повисла тишина. Я представил себе, как мать смотрит на отца, и они оба в замешательстве. Это была не та новость, которую они ожидали услышать.       – Как так? – наконец произнесла она, её голос дрогнул. – Ты же столько сил вложил в это, Макс. Как такое могло случиться?       В этот момент к разговору присоединился отец. Я услышал его решительный голос, лишённый всякого тепла:       – Макс, что произошло? Почему назначили не тебя?       Я чувствовал, как в груди нарастает глухое раздражение. Всё это время я знал, что им придётся объясняться, но было бы легче, если бы в их голосах звучала хоть капля поддержки.       – Я не знаю, отец, – ответил я, стараясь не сорваться. – Видимо, они решили, что Черны̀х лучше подходит на эту должность.       – Лучше подходит? – в его голосе прозвучала нотка сарказма. – Ты понимаешь, что это огромный удар по твоей карьере? Что ты теперь собираешься делать?       Эти слова ударили меня сильнее, чем я ожидал. Конечно, я знал, что это проблема, но слышать это от отца было вдвойне болезненно.       – Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы доказать свою ценность, – ответил я, стараясь говорить уверенно. – Это ещё не конец.       – Ты лучше бы сразу продумал, как исправить ситуацию, – холодно ответил отец. – Наша семья всегда добивалась успеха, и ты не должен быть исключением.       Мать попыталась вмешаться, её голос звучал мягче:       – Макс, мы знаем, что ты стараешься. Просто нам трудно понять, почему так произошло. Мы уверены, что ты найдёшь выход.       – Спасибо, мама, – выдавил я, понимая, что этот разговор нужно завершать. – Мне нужно идти. Мне предстоит много работы сегодня.       – Хорошо, сынок, – тихо ответила она. – Мы надеемся, что ты справишься.       Разговор завершился, но я остался сидеть, просто смотря в экран телефона, чувствуя, как внутри меня нарастает ярость. Всё, что я услышал, – это разочарование. Никакой поддержки, никакого понимания. Только требования и ожидания, которые я пока не смог оправдать.       Я снова убрал телефон в карман, стиснув зубы от злости. Этот разговор только добавил масла в огонь. Теперь я чувствовал, что не имею права на ошибку. Я обязан доказать, что заслуживаю большего. И я сделаю всё, чтобы показать это, даже если придётся идти напролом.       Внутри меня всё кипело, но внешне я оставался спокоен. Это был мой бой, и я собирался выиграть его, чего бы это ни стоило.       После того как разговор с родителями окончился, я ещё долго сидел, собираясь с мыслями. Сердце билось как бешеное, и отголоски разочарования всё ещё глухо отдавались в груди. Но у меня не было времени на то, чтобы жалеть себя.       Я подошёл к окну и посмотрел на плац, где солдаты выполняли свои утренние упражнения. Всё продолжалось как обычно, несмотря на то, что моя жизнь только что сделала резкий поворот. Полковник Черны̀х был прав – у меня нет времени на раздумья. Если я хочу доказать, что достоин большего, нужно действовать прямо сейчас.       Я вдохнул полной грудью, стараясь избавиться от остатков злости, которая всё ещё тлела внутри. Подняв взгляд, я решил, что больше не позволю себе сдаваться или показывать слабость. Этот человек, Черны̀х, может быть новым командующим, но я не собираюсь уходить в тень. У меня есть все шансы вернуть своё место и доказать, что я лучше. Но для этого нужно начинать работать по-новому, с ещё большей решимостью и рвением.       Первым шагом был пересмотр тренировок, как он и приказал. Если я покажу себя в этом деле, это будет моим ответом на его вызов. Это только начало, и я собираюсь показать, на что способен.       Выдохнув, я решительно вновь направился к своему столу, чтобы начать работу. В голове уже складывался план, и я был уверен, что с этого момента все мои действия будут направлены на то, чтобы изменить ситуацию.       На базе царила тишина, иногда нарушаемая возней солдат на площадке, но я знал, что внутри этой тишины скрывается вызов, и я принял его. Всё, что меня окружало, всё, что казалось мне неизменным, теперь должно было подчиниться новому порядку – моему порядку.       Это была новая игра, и я намеревался сыграть её до конца. С этого дня всё действительно изменится, но не так, как все думали. Я сделаю всё, чтобы вернуть своё, и даже больше.       Решительность наполнила меня новой энергией, и я начал работать над планом, который должен был доказать всем, что я не просто достоин этого места, но что никто другой не сможет выполнить свою задачу лучше, чем я.       Так началась моя новая битва, и я был готов к любым испытаниям, которые встанут на моём пути.