Лето, латте, любовь

— Двойной американо, — Чжун Ли смотрит, как кассир без лишних слов пробивает ему кофе и выводит оплату на терминале. Парень работает здесь всего два месяца, но уже успел запомнить, что «господин Ли» никогда не берёт добавок и не пробует другие виды. «Это наш самый давний постоянник, так что запомни его лицо и ничего не предлагай. У него уже много лет один и тот же заказ, если он заходит, можешь сразу пробивать и начинать готовить» — эту фразу слышит каждый новый сотрудник от владелицы кофейни и сначала не понимает, почему, а потом изо дня в день, ровно в 13:00 вне зависимости от погоды наблюдает высокого интеллигентного мужчину в дверях. И каждый раз он заказывает двойной американо без сахара на вынос, после чего берёт стаканчик, кивает бариста и желает хорошего дня, скрываясь за дверьми. Казалось, что он работает без отпусков, ведь вне зависимости от времени года каждый день, включая выходные, появлялся на пороге. Иногда на час раньше, иногда на час позже, но чаще всего именно в 13:00. На вопросительный взгляд владелица лишь улыбалась и говорила: «обеденное время». И была полностью права. Чжун Ли мог спокойно пропускать приёмы пищи, но без обеденного кофе оставлять себя просто не смел. В жизни итак куча проблем, включая семестровую документацию, должников студентов и новые требования министерства образования, а вкус американо помогал хоть как-то сгладить углы и придать бодрости после утренних пар. Ещё когда он учился в этом институте ему все говорили, что будет тяжело, но только начав преподавать он осознал, НАСКОЛЬКО. Конечно, одна зазноба всю учёбу твердила ему, что «вот пойдёшь работать, а там такие, как я — что делать будешь?», однако он лишь закатывал глаза и не придавал этому значения. Уже много позже понял — очень зря. — Тебе стоит задуматься о понижении потребления кофеина, — Эи за соседним столом поправила бумаги и пристально уставилась на Чжун Ли, читающего очередную студенческую работу. Рядом стояла кружка с кофе — третья за этот вечер. — Если я не проверю эти журналы сегодня, то не успею сдать их до конца недели, — коротко ответил мужчина, поправляя очки. — Если ты сейчас не пойдёшь домой, то опять просидишь до 12 и тебя охранник будет выгонять. Тем более, что сегодня понедельник, до конца недели ещё куча времени, — вздыхает Эи в ответ и наблюдает отсутствие реакции на свои слова. С тех пор, как она пришла сюда заместо Макото, она из раза в раз видела одну и ту же картину: Чжун Ли старательно находил всё новые и новые поводы, чтобы бывать дома как можно реже. Причины такого поведения выяснить не удалось, однако было ясно одно — началось это уже после того, как они вместе закончили университет. Откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза Эи вспомнила их большую и дружную компанию. Пусть в ней, по большей части, сияла именно Макото, однако и Эи удавалось получать тепло и поддержку. Яркая, как пламя, Мавуика, мудрая и спокойная Руккхадевата, скрывающая своё настоящее имя Фокалорс, переведённая из Снежной белокурая красавица, которую они все дружно называли Царица, серьёзный и собранный Чжун Ли, а также вечно ошивающийся возле него с гитарой Венти… Это были чудесные времена, когда у каждого из них были огромные мечты и амбиции. Казалось, они могут покорить весь мир, стоит приложить лишь немного усилий! Однако, время рассудило по-другому. Фокалорс вернулась в Фонтейн и, спустя пару месяцев, пропала без предупреждений. Только Фурина, её двоюродная сестра, продолжила поддерживать с ними связь. Руккхадевата умерла в родах, оставив после себя лишь маленькую Нахиду. В своё время сёстрам пришлось попотеть, чтобы Макото могла взять над ней опеку, ведь родной отец после смерти жены совсем сошёл с ума и за ребёнком не ухаживал. Мавуика и Царица тоже вернулись в родные страны, где сумели устроится в государственные органы. Мавуика куда-то в правоохранительные, Царица в администрацию — они вечно говорят, что им повезло, хотя все прекрасно знают, как они старались во время обучения. Эи сначала попала в инадзумские спецслужбы, а потом, по просьбе Макото, переехала в Ли Юэ, где стала преподавать. Сама же Макото вышла замуж и совсем перестала работать, став домохозяйкой и воспитывая Нахиду. Как бы Эи не пыталась вывести сестру на чистую воду, у неё не получалось — она была искренне счастлива заниматься домом и ребёнком, не забывая при этом поддерживать всех друзей в их начинаниях. Венти сначала планировал остаться в Ли Юэ и начать здесь музыкальную карьеру, однако после выпускного как-то резко изменил своё мнение. Быстро собрав вещи и даже не попрощавшись, он уже через день вернулся в Мондштадт, где, по его рассказам, теперь работает дирижёром в джазовом оркестре. Чжун Ли же после выпуска сразу стал преподавать в их альма-матер на кафедре Истории и Искусств, которую они все в шутку называют «ии». В общем чате он особо ничего не писал, на страницах в социальных сетях ничего не выкладывал — вся компания думала, что он что-то скрывает. Став его коллегой, Эи поняла: ему просто нечего было рассказывать. Он из раза в раз загружал себя с головой работой, даже в заслуженный отпуск он уходил с таким лицом, будто его увольняли, а не отправляли отдыхать. Узнав об этом, Макото множество раз пыталась надоумить его съездить к кому-нибудь или просто отправиться посмотреть мир, однако из раза в раз он увиливал и продолжал жить от звонка до звонка. Какое-то время Эи даже не пыталась его переубедить, ведь ей казалось, что Чжун Ли счастлив — он сам выбрал себе такую судьбу и всегда говорил, что доволен ей. Однако однажды придя на работу раньше обычного она сумела разок застать его яростно рвущим все эти бумажки, которыми он себя обложил, и бурчащего себе под нос что-то вроде «ненавижу, как же я это всё ненавижу, я не могу больше так жить, не могу!!!» В тот день она осталась незамеченной и сделала вид, что ничего не знает, а Чжун Ли так и не поделился с ней своим состоянием. Обратившись к Макото за инструкцией к человеческому поведению, она услышала: — Я уже давно заметила, что он хочет другую жизнь, но почему-то продолжает себя мучить. Я не знаю, почему он так жесток к себе, но всё, что мы можем сделать, это попытаться мягко направить его к изменениям. А там зависит только от него самого, останется он в этой ненавистной стабильности или, наконец, решит менять всё и быть счастливым. С тех пор Эи из раза в раз пыталась ему помочь, но всё тщетно. Она уходила домой, а он оставался в кабинете один на один с собой, документами и кружкой кофе. В былые деньки он бы уже давно ушёл, потому что главный бедокур компании обязательно бы позвонил и попросил забрать его из бара, однако всё давно уже изменилось… Стоп. Глаза Эи распахнулись, и она опёрлась о стол. Нахмурив брови она что-то обдумывала не больше минуты, а после нарушила молчание вопросом: — Слушай, а когда ты в последний раз общался с Венти? — Не знаю. Единственное, что я помню, что это было очень давно, — не отрываясь от бумаг честно ответил Чжун Ли. — Вы были так дружны в студенческие годы, он от тебя буквально не отлипал. Что-то случилось? — Ты никогда не задавала столько вопросов, — наконец-то поднял на неё взгляд Чжун Ли. Поза, глаза, манера ответа — ВСЁ говорило о том, что он не хочет поднимать эту тему. В голове Эи прозвучало «Бинго!», Мавуика обожала так восклицать, когда догадывалась до чего-то. Ещё немного посидев, Эи встала, взяла свой пиджак, накинула сумку на плечо и подошла к мужчине, который уже успел вернутся к документам. — Я не умею давать советы и плохо выражаю свои эмоции и чувства, но я полностью согласна с тем, что в подобных ситуациях говорит Макото: «Один разговор может как помирить, так и поссорить, но если он будет искренним, то сможет разрешить любые недопонимания и вернуть всё на круги своя». Ты сильный и умный человек, поэтому я искренне не понимаю, почему ты до сих пор прячешься за этими бумажками и оправданиями. Венти всегда ценил твою прямолинейность и искренность, поэтому, чтобы между вами не произошло, я уверена, что разговор всё решит. Надеюсь, что завтра ты наконец-то вновь будешь выглядеть, как мой старый друг, а не как его имитация, — закончив свою речь Эи вышла из кабинета. Стоило двери захлопнуться, как Чжун Ли откинул бумаги на край стола, снял очки и потёр лицо ладонями, шумно выдыхая. — Если бы всё было так просто, — пробурчал он себе под нос, беря в руку кружку и отпивая кофе. Раньше Эи просто вопросительно смотрела на него и пыталась мягко повлиять на его поведение, как и Макото. Про себя он в такие моменты думал «такие разные, но чувствуется, что близняшки не только по внешности». Однако теперь она нашла корень проблемы и пошла в наступление, это была особенность её характера. Из груди вырвался ещё один тяжёлый вздох от мысли, что теперь-то она от него точно не отстанет, пока не услышит, что «приказ выполнен». Эти замашки, к сожалению, из неё уже никак не вытащить — до полковника дослужилась, всё-таки. Мысли в голове вновь стали скакать и путаться, поэтому Чжун Ли поспешил вновь взять в руки журнал. Да, он его уже проверил раз сто и точно знал, что там всё в порядке, однако нужно было занять себя хоть чем-то. Да, он давно уже мог поговорить с Венти обо всём, но… Но. На самом деле, никакого «но» и в помине не было, Чжун Ли просто искренне боялся поднимать эту тему. Раньше он мог открыто и прямо спросить Венти о чём угодно, однако данная ситуация как будто выходила за рамки чего-то обычного. Ведь речь бы пошла не о погоде, еде или отвратительной успеваемости «ветренного», а о тех чувствах, что вспыхнули между ними. Осознав, что зарыться от этих мыслей в цифры и буквы не получится, Чжун Ли раздражённо рыкнул, схватил сумку с ноутбуком и, закрыв кабинет, быстрым шагом отправился на улицу. Он помнил, как впервые увидел его: первый курс, первая пара и он, врывающийся в кабинет словно маленький ураган. Весь взмыленный, с гнездом на голове вместо причёски, громко извиняется и несёт что-то про бабушек, дороги, пробки и собак, гнавших его целый район. Вся группа вместе с преподавателем тогда громко рассмеялись, а он плюхнулся рядом с Чжун Ли и, широко улыбнувшись, спросил: — Что я успел пропустить? — он Чжун Ли сразу не понравился. Решив игнорировать внезапного соседа, хотел вернуться к своей тетради, однако почувствовал шевеление рядом: — О, он только представиться успел, нормально. Я думал, что пропустил гораздо больше. Меня Венти зовут, кстати! А тебя как? — Неприлично заглядывать в чужую тетрадь, — строго отчеканил Чжун Ли, закрывая её и отодвигая подальше от соседа. — Приятно познакомится, «неприлично заглядывать в чужую тетрадь»! Надеюсь, мы поладим! — тихо рассмеялся Венти, на что Чжун Ли лишь закатил глаза. Потом Ветерок (такое прозвище он получил от одногруппников спустя полгода) вечно ошивался рядом, несмешно шутил, списывал домашку, а напившись в баре обязательно звонил, чтобы Чжун Ли его забрал. И, честно говоря, Чжун Ли даже сам не заметил, в какой момент прикипел к этому недоразумению и стал воспринимать все эти «неудобства», как часть рутины. Зато момент, когда он влюбился, он осознал очень чётко. В очередной раз наблюдая его утреннее опоздание он невольно вздохнул, а когда Венти упал на своё место произнёс: — Если бы ты не потратил деньги на кофе, то смог бы заказать такси и успеть на пару, — его недовольный взгляд вперился в фирменный стаканчик любимой кофейни Венти, находящейся недалеко от универа. — Конечно. Но тогда я бы всю её просто проспал, а ты бы не получил это! — довольно произнёс ветерок, ставя перед Чжун Ли такой же стакан. Недоверчиво глянув на соседа, он отхлебнул и его лицо удивлённо вытянулось. — Я долго уговаривал бариста сделать тебе этот капучино. Да, он вышел из меню ещё два месяца назад, но моё нытьё оказалось сильнее, — тихо рассмеялся Венти, наблюдая такую реакцию. — Тебе не стоило… — Стоило. Для меня ты близкий человек, Чжун Ли, а для близких мне ничего не жалко! — сердце пропустило удар, а Венти как ни в чём не бывало сделал глоток из своего стакана. — Либо ты втягиваешь меня с собой в это жуткое преступление, ведь в аудитории запрещено пить кофе, — кое-как взяв себя в себя в шутку произнёс Чжун Ли. — Возможно, только самую малость, — хихикнул Венти, поддерживая шутку. С того дня мир Чжун Ли перевернулся вверх дном. Казалось, что весь город резко переименовался, и теперь на глаза попадались только «автобус до общежития Венти», «любимый кофе Венти», «любимый парк Венти», «кафе, в которое Венти всегда тащит на обед»… Чжун Ли с радостью бы поверил, что он сошёл с ума, ведь когда он закрывал глаза, видел лишь лучезарную улыбку ветерка и слышал его смех. Руккхадевата на его переживания лишь мило улыбалась и советовала рассказать о своих чувствах, однако он никогда не был мастером слова, да и просто подойти и сказать «я тебя люблю» казалось бредом. Первая любовь сильно сказывалась на его мозгах и характере. Если с виду он оставался всё таким же рассудительным, то, когда дело касалось Венти он резко тупел и не мог набраться смелости быть честным. Мямлил только, что всё в порядке и «приболел», вот и ведёт себя странно. Смелость появилась только за пару дней до вручения и выпускного. Венти, как обычно, потащил его гулять, ведь: «На улице такая хорошая погода! Экзамены сданы, диплом сдан, самое время наслаждаться жизнью!» Выйдя на набережную, они остановились около кромки воды и Венти прикрыл глаза, наслаждаясь бризом. Невольно залюбовавшись, Чжун Ли не сразу понял, в какой момент Венти повернул лицо на него и стал смотреть в ответ. В глазах напротив читался немой вопрос, а Чжун Ли, не до конца понимая, что творит, выпалил: — Я тебя люблю, — осознав, ЧТО он только что сказал, он запаниковал, а внезапный смех со стороны Венти заставил его нервничать ещё сильнее, пока он не услышал: — Я знаю. Всё думал, когда ты наконец расскажешь, — не веря происходящему он вопросительно посмотрел на Венти. Тот же, вместо ответа, подошёл и обнял Чжун Ли. — К твоему сведению, я флиртую с тобой со второго курса. Мне несложно было заметить, как на четвёртом твоё поведение резко изменилось, — услышав это Чжун Ли расслабился и обнял Венти в ответ. — А ещё мне пару месяцев назад Рукха рассказала. Чжун Ли было попытался рвануть с места и достать телефон, но Венти упёрся ногами в песок и, смеясь, дополнил: — Я догадался раньше, чем она мне рассказала. Не злись на неё, она просто переживала, что ты так и не соберёшься, а я по незнанию тебе сердце разобью. Она просто заботилась о тебе, не кипятись! — Только потому, что ты попросил, — фыркнул Чжун Ли и снова вернулся к объятиям. На выпускной они пошли вместе, много танцевали, смеялись, а на следующее утро Венти внезапно перестал брать трубку и отвечать на сообщения. Потом оказалось, что он уехал и Чжун Ли его больше не видел. Прогоняя в голове эти воспоминания из раза в раз Чжун Ли никак не мог понять, что он сделал не так?! В итоге он остановился на версии, что так и не попросил Венти стать его парнем и это его обидело, поэтому он решил таким образом порвать с ним. Порвать отношения, которые даже не успели начаться… Да уж, Чжун Ли поставил рекорд, который предпочёл бы никогда не ставить. Писать Венти не хотелось, ведь он чувствовал вину за то, что по своей глупости сделал ему больно, однако мысли о первой любви с годами так и не проходили. Чжун Ли всё ждал, когда же ветерок наконец-то покинет его сердце и голову, однако это никак не происходило. В конце концов, чтобы не страдать и не гонять в голове ненужные мысли, он просто зарылся в работу. Ведь лучше думать о ведомостях, журналах, методичках и лекциях, чем о пустой квартире, где всё ещё остались его мелкие подарочки после тех пяти лет общения. На следующее утро Чжун Ли проснулся необычайно разбитым. Уснуть не получалось аж до 4 утра, поэтому проснулся он в 10 часу. Смутно припоминая, как говорил, что в это время уже будет на работе, Чжун Ли отправился умываться, попутно выключив телефон. — «К чёрту всё», — пронеслось в голове. — «Раз в год и я работу прогуливаю». Обычно сборы не занимали у него больше часа, однако сегодня он всё делал в разы медленнее, поэтому увидев на часах 12:46 хмыкнул и без всяких угрызений совести свернул в сторону кофейни. Все бумаги уже давно были сделаны, их оставалось только отнести нужным людям, поэтому внутренне он утвердился в мысли, что ему безбожно наплевать на всё. Сегодня он бунтует, сегодня ему можно. Зайдя в кофейню, он сразу же пересёкся взглядом с девушкой бариста, которая, судя по виду, узнала его и кивнула в знак приветствия. Дождавшись своей очереди он хотел было открыть рот, но девушка успела быстрее: — Двойной американо без сахара будет готов примерно через пять минут, можете оплачивать! — приложив карту к терминалу Чжун Ли сел за один из столиков и стал ждать, также чувствуя на себе удивлённые взгляды посетителей. — Ваш заказ, приятного дня! Как приятно готовить то, что ты знаешь… — произнесла через пару минут бариста, передавая Чжун Ли стаканчик. — А что случилось? — неожиданно для себя спросил он. — Да приходил один клиент и настойчиво просил приготовить латте «яблоко в карамели», а у нас такой позиции нет. Говорил что-то про учёбу, фестиваль… Я ничего не поняла, а он вздохнул, заказал обычный латте и ушёл. Думаю, хозяйке об этом рассказать, а то вдруг вернётся, чтобы знать, что говорить. — Действительно странный человек. Латте «яблоко в карамели» продавали в честь мондштадского праздника Ветряных цветов пару лет назад, с чего бы… — тут Чжун Ли запнулся. В голове вновь всплыла лучезарная улыбка и «Это теперь мой любимый кофе! Не поверишь, но вкус точь-в-точь! Я их столько съел, что меня уже экспертом можно считать!» — Мистер, у вас всё хорошо? — забеспокоилась девушка, а Чжун Ли наконец-то вынырнул из своих мыслей. — Всё в порядке, просто задумался. До свидания! —произнеся это он поспешил выйти на улицу. Сердце заколотилось, как бешеное. «Мало ли кто тогда пил этот кофе, это ничего не значит!» — успокоил себя Чжун Ли. Однако, немного постояв, он всё-таки отправился не в университет, а на набережную. Что-то внутри прямо-таки требовало, чтобы он отправился туда. А раз уж он сегодня прогуливает работу, то почему бы не прогуливать её в красивом месте? Остановившись у кромки воды Чжун Ли стянул с себя любимые лакированные броги и носки, после заходя в воду. Погода была достаточно жаркой, однако Чжун Ли всё равно надел рабочий костюм. Изначально он предполагал, что всё-таки дойдёт до работы, однако сейчас, стоя в прохладной воде он чётко осознал, что выйдет только завтра. А судя по тому, что после включения телефона ему никто так и не позвонил, на рабочем месте он не требуется. Прикрыв глаза, он вспоминал, как на этом самом месте случайно признался в любви человеку, которого до сих пор не может забыть. Сделав ещё глоток кофе, он уже собирался пойти на поиски лавочки, однако в миг оцепенел, услышав до боли знакомое: — Чжун Ли?.. Голова не поворачивалась, и он продолжал просто стоять, вперив взгляд в воду. Собравшись, он попытался развернутся всем телом, однако услышал плеск воды и уже через пару секунд почувствовал, как его крепко обняли сбоку. — Как ты… — В отпуск прилетел. Мы на фонари приедем выступать, вот я и решил впервые потратить отпуск с пользой, не только погулять и студенчество вспомнить, но и с организаторами побеседовать. Ты бы знал, как я рад тебя видеть… — повернувшись, Чжун Ли наконец-то смог увидеть его лицо. За эти годы он, кажется, совсем не изменился: всё то же гнездо на голове, косички, лёгкая летняя рубашка и шорты свободного кроя. На губах всё та же лучезарная улыбка, только в глазах почему-то слёзы стоят. Сглотнув ком, Чжун Ли произнёс: — Я тоже очень рад тебя видеть. Прогуляемся? Расскажешь, что случилось за все эти годы. — Ой, кому ты мне врёшь, — рассмеялся Венти расцепляя руки и вытирая слёзы. — Ты прекрасно знаешь, как я был все эти годы. Я многое писал в чат, да и ни одна моя публикация не оставалась без твоего лайка. — Как ты… — По-твоему я слепой и не пытался узнать, как ты? Вот же старый дурак, столько лет прошло, а ты всё также тормозишь, — услышав эти шуточные оскорбления Чжун Ли наконец-то пришёл в себя и даже улыбнулся. Точно, он совсем не изменился. Он всё также улыбается, всё также подкалывает его и всё также желает знать, что с ним всё хорошо. Волнение немного утихло, и они пошли вдоль берега. — …и во всём этом обвиняют меня, представляешь! — Венти машет руками в разные стороны и чуть ли не взлетает от возмущения, а Чжун Ли внимательно слушает и незаметно улыбается. Он даже не представлял, что так сильно соскучился по этому эмоциональному галдежу: — В итоге я пошёл к директрисе и всё ей высказал, швырнув на стол заявление об увольнении. Она была просто в шоке и сразу стала меня упрашивать остаться. Ещё бы! Такого специалиста, как я, ещё попробуй найди! Позже оказалось, что она больше шокировалась от того, как я ей бумагу на стол швырнул, чем от всего остального. Ну и в итоге, как я и думал, виноват был тот самый флейтист. Вот пока не покричишь ничего у нас не делается! Ой, я что-то совсем затрещался, как хоть ты тут был? Как твоя девушка? — Ничего, можешь продолжать, всё… Какая девушка? — Чжун Ли начинает говорить чуть раньше, однако услышав последний вопрос впадает в ступор и, сдвинув брови, вопросительно смотрит на Венти. Тот от такого ответа тоже слегка тушуется, но пытается звучать, как будто всё хорошо: — Ну, твоя девушка. Вы с ней на выпускном целовались. Неужели вы расстались? — Я целовался с кем-то на выпускном? — в голове Чжун Ли каша, ведь он в тот вечер почти не пил и помнил всё до мелочей, а уж такой момент, как поцелуй, он бы явно запомнил! Да и они же тогда уже знали о чувствах друг друга, как бы он мог?! — Ну да, я тогда выходил на улицу подышать, а когда вернулся ты в коридоре с девушкой целовался. Ну с потока, блондинка такая. Она как раз уезжала и ты, похоже её провожал, — смех Венти всё больше становился нервным. Какого чёрта?! Он что, не помнит девушку, с которой целовался?! Совсем память за года отшибло?! — А, ты о Гуй Чжун! Как ты мог подумать, что я с ней целовался?! Я просто наклонился, потому что она что-то мне на ухо сказать хотела, ну и привстала на носочки, потому что я «кран строительный». И это, кстати, прямая цитата! — внутри Чжун Ли бурлили сразу несколько эмоций: непонимание, возмущение, горечь… То есть он думал о нём ВОТ ТАК. Прекрасно, просто чудесно! — Вы не целовались?! — Венти смотрит на Чжун Ли шокировано, а в голове происходит взрыв. То есть всё это время он думал, что ему изменили, уехал в родной город, все эти года страдал от всё ещё цветущей внутри любви, беспокоясь, что может нарушить счастье Чжун Ли в новых отношениях, а оказывается, ему просто показалось?! Все эти годы мучений были вызваны просто недопониманием?! — Нет, ни в коем случае! Она мне как младшая сестра! И к тому же она лесбиянка и уже давно в отношениях! — Чжун Ли вскакивает на ноги и, впервые в жизни, эмоционально машет руками перед Венти, пока он, закрыв лицо руками, медленно скатывается спиной по скамейке. — О господи, я такой идиот… — скулит Венти и, наконец-то, смотрит Чжун Ли в глаза. Там читаются возмущение и обида, и Венти прекрасно понимает, почему. Он бы тоже обижался, если бы его бросили и уехали в другой город, не сказав ни слова! — Ли, прости меня, пожалуйста. Я повёл себя отвратительно. Просто я подумал, что ты ждал от меня ответа и подтверждения, что мы пара, а когда не услышал разочаровался и нашёл себе новую подружку. Я чувствовал себя отвратительно и быстро уехал в Мондштадт, потому что не хотел мешать вашему счастью и надеялся залатать душевные раны. Мне нужно было поговорить с тобой, а не действовать на эмоциях, прости меня! Я испортил наши отношения, которые даже начаться не успели, — Венти всхлипывает и отводит взгляд, а Чжун Ли тяжело вздыхает и присаживается перед Венти на одно колено. — Я тоже виноват. Вместо того, чтобы написать тебе и попытаться спросить, что случилось, просто оставил всё на самотёк. Смешно, на самом деле: я тоже подумал, что ты ждал подтверждения наших отношений, однако не дождался от меня вопроса и, разочаровавшись, уехал. Все эти годы я винил себя за то, что просто не уточнил, что был недостаточно очевиден и ясен, — договорить ему не дают чужие руки на щеках и поцелуй. Такой долгожданный и желанный, с привкусом слёз. Чжун Ли закрывает глаза, а Венти перемещает свои руки с чужих щёк на плечи и прижимает ближе. Они оба огромные дураки. Они придумали себе проблему, сами из-за неё расстроились и расстрадались, а всё оказалось до смешного просто. От счастья их разделял лишь один разговор, и вряд ли они смогут передать, как рады, что он всё-таки состоялся. — Где ты остановился? — В гостинице «Ваньшен». Многих пугает, что она построена на месте ритуального бюро, однако мне кажется это занятным. Тем более что хозяйка очень интересная личность! Я ей показал несколько стихов собственного сочинения, она оценила и поделилась своими. — Как насчёт пожить у меня? — Это значит… — Чтобы не повторять ошибок прошлого, скажу прямо: будь моим партнёром, — Чжун Ли говорит это со спокойной улыбкой. Камень, висящий где-то на сердце всё это время, наконец-то исчез и он чувствует, как может дышать свободно. — С удовольствием! Но только не партнёром, а парнем! А то звучит по-старчески, — смеётся Венти и берёт любимого за руку. — Ну и тебе уже давно не шестнадцать, — замечает Чжун Ли, переплетая пальцы. Ноги сами несут его в направлении дома, а Венти совсем не сопротивляется. — О, ну раз мы так заговорили, то нужно пройти через аптеку! — У тебя после мороженого горло разболелось? — хмурится Чжун Ли, вспоминая, что раньше Венти очень легко простужался. — За мазью «Цинсинь»! Раз уж мы деды, будем суставы лечить! — в голос смеётся Венти, однако Чжун Ли юмора не понимает и всё ещё очень хмуро смотрит в ответ. Венти цокает языком и дополняет: — В связи с совершеннолетием в паспорте и появлением «партнёра» у меня немного другие места болят. — Я всё ещё не понимаю, — честно признался Чжун Ли, после чего почувствовал, как его дёргают за рукав рубашки. Наклонившись и выслушав возлюбленного, он хмыкнул и сказал: — Как хочешь, через аптеку так через аптеку. Вещи из гостиницы завтра заберёшь? — Ага, поможешь донести? — Ещё бы, не тебе же поясницу напрягать, — Венти рассмеялся и довольно ущипнул любимого за бок. — Добрый день, господин Ли! Вам… — Латте «яблоко в карамели» и… капучино «горький шоколад». — Но таких позиций нет в меню… — пролепетала шокированная бариста, глазами сверяясь с меню. Неужели теперь их самый известный постоянник сошёл с ума?! — Дорогая, ты не говорила, что «сумасшедший клиент» это мистер Чжун Ли, — из кладовки вынырнула розоволосая женщина с приветливой улыбкой. — Не знал, что вы сегодня здесь. Добрый день, госпожа Яэ Мико, — на это приветствие Чжун Ли она кивнула и вновь обратила свой взор на бариста. — Н-нет, что вы! Это был другой клиент! Я не знаю, п-почему сегодня мистер Ли- — Не переживай, дорогая, можешь пока взять другой заказ. Я разберусь, — Мико доброжелательно улыбается, однако девушка лишь сглатывает и убегает за кассу. — Эи не рассказывала, что Венти вернулся. — Она и не знает. Я случайно встретился с ним вчера. — Занятно. Неужели самый известный дуэт универа вновь вместе? — Расскажу, если заказ приготовишь. — Хм, замётано! — Мико всё ещё мило улыбается, но присмотревшись можно увидеть её фирменный хищный прищур. Когда-то она параллельно с учёбой подрабатывала в этой кофейне бариста и наблюдала любовную драму с первых рядов, однако после выпускного сплетни резко испарились. Яэ продолжала работать и даже смогла в итоге выкупить эту кофейню, однако дело «ветра и скал» не давало ей покоя. Масла в огонь её любопытства добавляли рассказы Эи о жизни Венти, работе Чжун Ли и его вечно каменное лицо ровно в час дня в её заведении. В какой-то момент она почти бросила все свои догадки, однако вчерашняя жалоба вновь заставила её воспылать. Учитывая продажи в тот год, «яблоко в карамели» вряд ли имело шансы вернуться в меню, да и единственным его диким обожателем был именно Венти. Так что вряд ли кто-то кроме него стал бы канючить этот напиток. А «горький шоколад» … — В день, когда Венти мне принёс этот кофе я понял, что влюбился. Он тогда вышел из меню и, судя по всему, именно у тебя он его выпросил, да? — Ага! Я потом получила от начальства, но не очень сильно, потому что цену содрала двойную. — Твои предпринимательские задатки иногда меня пугают, — прокомментировал Чжун Ли, выкладывая на стойку стоимость заказа наличкой и забирая стаканчики в руки. — А как же насчёт твоей части сделки? — Мико знала, что Чжун Ли не посмеет просто так уйти, это было не в его характере, поэтому навострила уши. — Он приехал в отпуск, я выхожу в отпуск с сегодняшнего дня и у нас всё хорошо, — Чжун Ли улыбнулся и вышел из кофейни под аккомпанемент «это нечестно! мне нужны подробности!!!». Да, возможно, он поступил нечестно, но проучить эту лисью морду ему уже давно хотелось. — Ну и что ты взял? — с улыбкой спросил Венти, беря из рук любимого стаканчик. — А ты попробуй. — Латте «яблоко в карамели»? Как ты узнал?! — Просто напряг память. Было не трудно вспомнить, на что именно ты тратил остатки стипендии вместо проезда и поэтому опаздывал на пары. — Пф, у тебя отвратительный флирт, старикан. — Но почему-то ты всё ещё счастливо улыбаешься и не собираешься сбегать, балбес. — 1:1! — рассмеялся Венти и переплёл их пальцы: — А у тебя что? — «Горький шоколад». Повезло, что сегодня там была хозяйка и она в наше время работала там бариста, так что все рецепты у неё и в руках, и в памяти. — Яэ Мико? — на удивлённый взгляд Чжун Ли Венти хихикнул и ответил: — Я всё это время переписывался с Макото, а ей Эи рассказывала об этом. Я даже пару раз нянчился с Нахидой! — Правда? Бедный ребёнок. — Хей! Вообще-то я хороший нянь! И вообще, верни мне Чжун Ли романтика, который помнил вкус кофе, после которого влюбился. — Рукха в своё время рассказала? — тяжело вздохнул Чжун Ли. — Нет, у тебя просто в тот день уши покраснели и поведение резко изменилось, — снова рассмеялся Венти. Они продолжали идти куда-то вперёд. Изначально целью была гостиница, однако теперь ноги несли их в неизвестном направлении по улочкам Ли Юэ. Тем более, что теперь уже не важно было, куда идти. Главное, что теперь они наконец-то вместе и могут никуда не спешить.