Красно-белое

Покинуть квартиру Санса всё же пришлось. Я не хотел ни просыпаться, ни отпускать его, ни вставать, ни собираться. Да и Санс не горел желанием лишний раз поднимать свой костлявый зад. Перед уходом я всё же решил принять душ. Не потому, что был грязным и вонючим, а потому… Тёплая вода градом падала на нас, то и дело попадая в открытые рты. Пенными от мыла руками Санс гладил мой член и свой одновременно. Он делал это медленно, мягко, едва надавливая, и как на зло улыбался. Я отринул голову назад, столкнувшись затылком со стеклом душа, и сердито поговорил: — Блять, как долго ты хочешь, что бы мы тут проторчали? — когда я подносил руку к члену, Санс её отстранял. — Чего ты злишься? — Я разве злюсь? — скелет наигранно улыбнулся, округлив глазницы. — Ещё как, — скептически выдал я, хватаясь за подвздошные кости Санса и притягивая его к себе. — Ты либо трахаешь меня, либо уходишь. Я не хочу ссориться. По нему прям видно, как он недоволен тем, что я затащил его в ванную комнату прям на глазах ребёнка. Малому десять — не самый ранний возраст, чтобы знать о сексе и от куда берутся дети. — А кто ссорится? Я и повода не давал, — Санс намеренно сжимает мой член, чтобы я отвёкся немного. Меня потянуло вниз, и я положил голову ему на плечо. Языком ощутил тонкую ключицу и впился в неё острыми зубами. Санс сдержанно простонал, ещё сильнее стискивая пальцы. — Мы же договорились, что ты больше так не делаешь, Фелл! — скелет пытался отступить, но я проскользнул пальцами по костям таза и взял его член под свой контроль. — П-погоди! — он сразу по-другому запел, аж заикнулся. — Тогда ты перестань говорить хуйню и делом займись, — я зубами прошёлся по шейным позвонкам Санса, зализывая короткие укусы. Вода начала меня бесить, хотелось быстрее со всем закончить. Санс устало выдохнул и расслабился. Я повернулся к нему спиной и упёрся руками в стенки душа. Нетерпеливо поглядывал назад. Партнёр, кладя руку на мой копчик, поднёс член к влагалищу и быстрым толчком вошёл на половину. Я сразу почувствовал импульс по всему телу, особенно в ногах. Санс обхватил мою грудь и своими движениями постоянно подталкивал меня вверх. «Ёпта… Как же долго я этого ждал… Блять, это так ахуенно…» Вдруг его рука оказалась внутри моей грудной клетки. Фаланги пальцев обхватывали рёбра, гуляли по позвонкам. От удивления я прикусил язык, в ином случае — сматерился бы во весь голос. Я не чувствовал и не слышал раздражающую воду, я перестал осознавать, что нахожусь в душевой кабинке. Мою голову заполнили лишь трахающий меня член и костявые руки, оглаживающие грудину изнутри. Дыхание спирало, да настолько, что я задыхался. Санс вплотную прижался ко мне и переместил руки внизу. Аккуратные, нежные костяные пальцы старались активно и резко водить по красной плоти. Голос перешёл на короткие стоны. Санс покусывал мои кости, слизывал воду. Я ничего не слышал: ни его голоса, ни дыхания, — зато отчётливо ощущал каждое действие и прикосновение. Его зубы совершенно прямые, с редкими клыками, от того покусывания Санса оставляли после себя не особо заметные следы, которые затягивались на следующий день. Не-то что мои. Я был на пике, чувствовал, как магия готовилась выстрелить, кости изнутри напрягались, но он снова кончил раньше меня. Будучи ослабленным от оргазма Санс не останавливался, хотя его член начинал терять свою форму. Он закряхтел громче. Я решил помочь ему, перехватил его пальцы и впился в свой пенис мёртвой хваткой. Вскоре брызнула красная магия, я едва не потерял контроль над телом. — Вож ты ж блять, — вырвалось изо рта, я развернулся и спокойно присел. Вода смывала мою красную магию и синию, что вытекала из влагалища. Они переливались между собой и уходили в слив. Санс выключил воду и обеспокоенно сел на корточки. Он запыхался, как и я. Провёл рукой по моей скуле и соприкоснулся со мной лбами. — Всё хорошо? — шёпотом и улыбкой спрашивал скелет. — Давно мне так хорошо не было, — спокойно выдал я и потянулся за поцелуем. Санс ответил на моё желание. Минуту были слышны лишь наше дыхание, стуки зубов и склизкие игры языков, а также редкое капанье воды. — Это хорошо, что хорошо, — отстранился он с покрасневшимися скулами. Я на это усмехнулся.

***

«чё как»

«отвянь я на паре»

«зацени»

Санс скинул мне фотографию, где он стоял перед зеркалом в ванной без верхней одежды. Я уже было подумал, что мы снова кидаем друг другу полуголые-голые картинки, чтобы подрочить, но вовремя заметил красные отметины на ключице.

«эт ты меня наградил вчера когда мы в душе уединились»

«лол»

«не лол у меня все свитеры и кофты в стирке»

«твой минибро хозяйничает? скажи ему за это спасибо, моя мама и пальцем бы не пошевелила»

«так ты же взрослый)»

«ты тоже, ленивые кости» Наш диалог на какое-то время прекратился. С улыбкой я отложил телефон и продолжить конспектировать лекцию, пока снова не загорелся экран.

»)»

«Придурок», — фыркнул я про себя и закинул мобильное устройство в портфель.

***

Весь следующий месяц я катался к Сансу на выходных. Мне часто приходилось заканчивать все дела как можно раньше, чтобы не брать их с собой в другой город. А это не похоже на меня. Первое время было трудно привыкнуть делать всё сразу, ничего не откладывать. Бóльшую часть времени мы проводили втроём: я, он и его мини-бро. На общих прогулках мы походили на семейную пару. Пожилые монстры и взрослые монстрихи смотрели на нас с улыбками, иногда хихикали в сторону и шептались. Я на это злился, но Санс всегда успокаивал меня поглаживаниями по спине. С сексом не ладилось от слова совсем. Раз в две недели Папс мог пойти погулять на пару часов, чем мы пользовались по максимуму, иногда удавалось ночью подрочить или в душе. В остальное время мы проводили втроём. Для меня это стало невыносимо. Санс часто подшучивал на эту тему, бывало даже издевался, но по нему видно, что и ему секса мало. Мы реально стали семейной парой, у которой любовь и страсть перешли в рутину. Уже середина весны. Как же я хочу окончить колледж и уехать жить к Сансу... Я облокачивался на стенки балкона и смотрел на закатное солнце. Приятно поддувал ветер. Телефон активно завибрировал в кармане шорт. Раздражённо цокнув, я достал его и удивился. — Чё как, Фелл? — даже по голосу понятно, что он улыбается. — Как обычно, Санс, — я сам невольно улыбнулся. — Хех, обожаю твоё «как обычно», — по ту сторону трубки послышались странные бульканья и звонкое эхо. — Ты в ванне? — Да, ты угадал. Папс сказал, что я воняю и заставил помыться. На самом деле тут кайфово. — Чувак, ты позвонил мне, потому что тебе одному скучно? — Есть такое. Был бы ты рядом, мне бы не стоило звонить. — М-м-м, думаю, если бы так было, то многие наши проблемы в момент улетучились. — Фелл. — Чего? — У меня встал. — Хах! Рад за тебя! — Я серьёзно. Ты нужен мне. — Будь всё так просто, я бы уже разделял с тобой одну ванну. Обожди немного, я перезвоню. Я сбросил и скатился вниз балкона. «Чёрт, Санс, зачем ты меня соблазняешь?» Существуй в нашем мире телепортация или живи мы в одном городе, то нам бы не пришлось оказываться в таких ситуациях. Я вернулся в квартиру, закрыл за собой окно, ведущее на балкон, и быстро метнулся в свою комнату. Сейчас поздний вечер, и мама ещё не спала. Я заперся, сел на кровать и позвонил Сансу. Он ответил моментально. — Чё как? — Блять, как ты вообще себе представляешь секс по телефону? — я говорил шёпотом и массировал лобковые кости через ткань шорт. — Наверно, голосом проговаривать действия да мастурбировать…? — предположил Санс. — Ну, давай, начинай, — скептично отозвался я, пусть от одного его голоса и того факта, что где-то там он голый сидит в ванне и водит рукой по своему члену, у меня дрожь по костям проходилась. Я полный извращенец, помешанный на этом скелете. — Хех, я думал, ты проявишь инициативу, — смущённо посмеивался Санс. Это сложно. Действительно сложно. Между нами около ста пятидесяти километров. Даже если мне сильно захочется, я буду у него только через полтора часа или два. Внизу становилось горячее. Я лёг на кровать, слыша дыхание Санса и как плюхается вода о керамические стенки ванны. Я прикрыл глаза и тут же представил его там, и не одного. Как я помогаю ему, как он сопротивляется мне, но всё равно чуть бы не до крика стонет. — М-м, Санс, что ты сейчас делаешь? — Дрочу в воде. Божечки, это так странно, — его голос переходит на протяжный тихий стон, от которого мурашки по хребту пробежались. — Вода из-за краёв выливается, ха… — Чувак, я прям представил, как нахожусь там, с тобой. Я запустил руку в шорты. Из-за перчатки ощущения были иными, более мягкими и одновременно с этим более давящими. Я мял свой член, медленно водил пальцами, почти не надавливал, как всегда любил Санс. Дышал часто, полной грудью. — Я тоже, — громко прошептал Санс. За этим последовали бултыхания, которые постепенно удалялись. Спустя минуту скелет проговорил с небольшой одышкой: — Эх, мне кажется я начинаю привыкать к твоим грубым пальцам. В воде от слова совсем не получается. — Думаю, мы оба зависим друг от друга, — ответил я, припуская шорты на бедренные кости и ускоряя движения руки. Я не смог признаться, что сам привык, когда он меня трахает. Когда он прикасается ко мне. Одни мысли об этом заводили меня пуще прежнего. Я перевернулся и упёрся коленями в кровать. Снял надоедливые перчатки и в полную силу взялся за красную плоть из магии. От столь сильного напряжения подступили слёзы. — Санс, ха… — телефон лежал прямо напротив моего рта. — Ха… — Да, Фелл, я тут, — из динамика раздавались хлюпающие звуки. — Ты на какой степени? — Если… Кх! Продолжу в том же… духе, скоро кончу, — бурчал я, прерываясь. — Аналогично, — как-то расслабленно выдал Санс. У меня текли слюни, я старался громко не дышать, не кряхтеть и не стонать. Мама постоянно маячила за дверью, то и дело раздражая. Вечно ей на месте не сидится. Рука уже устала от такой дрочки, но оргазм не наступал. Это было хуёво. Чего-то явно не хватало. — М-м-м, Фелл, я… — начал Санс с тяжелой одышкой, — хочу заняться с тобой сексом. Знаешь, не когда ты актив, а я… Стоило мне на секунду представить желание Санса, как из центра таза в позвоночник пробежался импульс. Я потерял контроль над руками и чуть челюстью с телефоном не столкнулся. Словно он вошёл в меня. Мой член напрягся. — Это совершенно иные ощущение, — продолжал скелет. — Не, мне, конечно, нравится, когда ты ведёшь, но, понимаешь… То, как твоё влагалище сжимает меня, то, какое оно горячее внутри, то, как твой голос переходит на стон, то, как ты просто выглядишь — это сводит с ума, Фелл… Моё влагалище стало активно сокращаться, будто в него входит член. Не отпуская эту мысль, я имитировал толчки: слегка толкал тазом вперёд, так же сжимая свой пенис. Рёбра горели, в кофте было дико душно, мне хотелось раздеться. Но ещё больше хотелось раздвинуть ноги перед Сансом. Всё. Это точка невозврата. Ещё немного и я напишу заявление об отчислении и перееду к нему. Обычно о таких стихийных, необдуманных решениях все жалеют, но я жалею лишь о том, что он ТАМ, а я ЗДЕСЬ. Наконец, магия выплеснула из красного слегка светящегося члена, окутывая все кости приятной дрожью. Выпрямляясь, я смахивал с черепа пот и дывливал из органа остатки. Глотал воздух как в последний раз, душа стучала в голове. — И я не знаю, как жить дальше, — раздалось из динамика. Дрожащими руками я дотянулся до телефона и плюхнулся на спину. — Ты о чём? — М? Ты всё? Я думал, ты меня не слышишь, хех! — Я слышал ВСЁ. В следующий раз больше никаких сексов по телефону — не моё. — Ладно-ладно. — Так всё же, о чём ты говорил? — Эм-м, я имел в виду, что нам тяжело на таком расстоянии. Я просто хочу, чтобы у нас секс протекал хотя бы в одной комнате и ты был рядом, смекаешь? — Ага, я тоже так хочу. Мы оба замолкли. Моя грудь всё так же часто вздымалась вверх, а внутри горело. — Может… — вдруг тихо начал я. — Что? — Может я брошу учёбу и перееду к тебе? — А твоя мама? — Думаю, она поймёт. К ней проще мотаться на выходных, нежели тебя ТОЛЬКО по выходным видеть. — Я не уверен, что это то, что тебе нужно. Я и так по горло занят, даже забываю помыться. — Я знаю, — низко пробурчал я, перекатываясь на бок. — Но если, например, работать буду я, то у тебя появится больше времени на мини-бро и себя. Мне эта учёба нахуй не сдалась, особенно корочка электрика. — Тебе-то всего год с половиной осталось. — Это много. За это время наши отношения по швам пойдут. — Если кто-то не будет принимать опрометчивых действий. — Ой, блять, поосуждай меня ещё! — резко принял сидячее положение, не контролируя громкость голоса. — ФЕЛЛ, СНОВА МАТЕРИШЬСЯ?! — прокричала из-за двери мать. — Тц, — цокнул я. — Потом это обсудим. Пока. — Не сбрасывай! — опередил меня Санс. — Стой! — Чё? — Люблю тебя, — его слова эхом отозвались в моей голове, — и ты любишь меня. Всё будет хорошо. Мы в одинаковом положении. Немного терпения, малыш. Когда он говорит таким пониженным, ласковым голосом, я не могу не растаять. Я как собака, которую приласкали, чтобы и дальше слушаться и повиноваться. Хоть на цепь меня сади.