Есть ли смысл?

      Мëртвый был обнаружен в собственной комнате. Тело висело на одеяле, что было повязано вокруг его шеи. Золотые глаза совсем потухли и больше не выражали тех эмоций, которые могли видеть другие абсолютные. Тело было бледным настолько, что создавалось впечатление, что жертва не выходила из комнаты несколько месяцев и всë время не видела солнечный свет. Кожа была бледна настолько, что под ней с лëгкостью можно было разглядеть дорожку синих вен. Всë это выглядело как самоубийство. Простая попытка сбежать из этого чëртового места из-за того, что разум уже не выдерживал давление, которое на него оказывали. Разум многих не выдержал бы и первого суда в этой академии. Но абсолютные подростки с этим как-то справлялись и выдерживали. Так думали все, пока не обнаружили тело Шуичи.       Смерть абсолютного детектива в подобной ситуации — это большая потеря. Ведь все суды они смогли пройти лишь благодаря Сайхаре. Хоть он сам и не верил в это. Никто, абсолютно никто в этом месте не мог выручать их, как этот детектив. Хотя среди 16 учеников и был ещë один одарëнный разумом юноша, но когда это злодей помогал своим противникам? Именно что никогда. А Кокичи и являлся никем иным, как злодеем. Если тебя видят злодеем, то стань им, чтобы никто не подошëл близко. Это правило прописал для себя лидер. И остальным абсолютным уж очень не повезло с тем, что они остались один на один со лжецом.       Дебаты происходили не так, как происходят обычно. Раньше Шуичи вëл всë расследование и во время суда находил убийцу. Теперь же Сайхары здесь нет. Вместо него кучка идиотов, что не способна мыслить самостоятельно, если им не разжевать всю информацию и преподнести на блюдечке. Так думал Ома раньше и продолжает думать по сей час. До всего этого был Шуичи, на которого Кокичи мог положиться. Хотя.. Положиться — это неверно сказано. Кокичи не мог положиться ни на кого, кто здесь находится сейчас и находился раньше. Только на самого себя.       — Это не самоубийство, — во время дебатов всплыла фраза Харукавы. Вопросительные взгляды направились на девушку, и она таким же спокойным тоном продолжила, — будь это самоубийство, Сайхара не выглядел так, словно его пытали перед смертью.       — Хах, ну конечно!, — воскликнул с улыбкой на лице Кокичи, а после чего закинул руки за голову. Харукаве он не доверял и никогда не сможет доверять. И причина этому проста.. — Абсолютный киллер же разбирается в этом, верно?       Фразу Кокичи многие пропустили мимо ушей, но верховный лидер знал, что сама Маки не могла это проигнорировать. За всю убийственную игру у них двоих взросла взаимная неприязнь или скорее ненависть друг к другу, которую они выражают своими способами.       — То есть, ты хочешь сказать, что Сайхару-куна убили?, — вмешался в разговор Киибо. Своими словами робот перевëл на себя внимание всех абсолютов. Кокичи даже был готов похлопать ему. Наконец-то до них это дошло!       — Именно, — коротко и ясно сказала Маки. После чего в зале повисла гнетущая тишина.       Факт того, что вновь произошло убийство и убийца находится среди них всех, ввергал в отчаяние. Единственный человек, что был на их стороне и мог как-то помочь в этом деле, являлся жертвой. И теперь никто их не спасëт. Кокичи чувствовал, как внутри него закипает злоба. На того, кто устроил эту игру, на тех, кто наблюдает за ними, на Шуичи, что так глупо погиб. Но больше всего Ома был зол на себя. Все прошлые разы Кокичи хоть и испытывал досаду от смертей одноклассников, но он мог спокойно надеть маску безразличия или же радости. С Сайхарой же такое сделать сложно.       Ома улыбнулся и щëлкнул пальцами, чтобы привлечь внимание всех абсолютов к себе. Несколько пар взглядов направились в сторону лжеца, и Ома почувствовал, как внутри него что-то кольнуло. Среди всех этих пар не было желанных золотых. Лишь чужие и опасные. То, что он чувствовал, что-то, что он не мог контролировать, не нравилось лжецу. Поэтому надо начать надевать новые слои образов, чтобы ничего этого не чувствовать.       — Кажется, я знаю, кто мог убить Сайхару-чана, — протянул Кокичи и закинул руки за голову. Лиловые глаза пробежались по всем находящимися за стойками и остановились на одной личности. — Это был.. Момота-чан! Все мы знаем, что они с Сайхарой-чаном были «напарниками». — На слове напарниками Ома сделал акцент и показал кавычки. — Но мы то все понимаем, кто среди них был мозгами, а кто идиотом, верно?       — Эй, заткнись, утырок — сразу же вспылил Момота и выставил руки на перила стойки. Вполне ожидаемо и предсказуемо. — К чему это ты клонишь? Я бы никогда не убил Шуичи!       — Да лааадно, — с той же хитрой улыбкой протянул Ома. — И есть ли твоим словам какие-то доказательства, Момота-чан? А? А?!       — Я бы не стал этого делать. Поскольку Шу--       Лжец понимал, что захочет сказать астронавт, поэтому он решил прервать его:       — Да-да, Шуичи мой напарник, поэтому я бы не стал убивать его, — скучающе сказал Кокичи, а после с усмешкой продолжил. — И это всë, что ты можешь сказать в своë оправдание, Момота-чан?! И ты думаешь, что тебе все так просто поверят, да??       — Его словам намного легче верить, чем твоим, Ома-кун, — вставил своë слово Киибо, сверля задумчивым взглядом пол. Ну конечно. Что ещë можно ожидать от этой кучки идиотов? Им легче поверить каким-то речам без доказательств, чем уликам.       — К слову, я хотела бы дополнить наши улики, — вмешалась Цумуги, привлекая внимание посторонних к себе. — Под кроватью Сайхары-куна я нашла один шарф в клетку.. Он был так перетянут, словно им душили человека.       Ома удивился, когда к делу добавилась новая улика. Особенно улика, что указывала на одного человека, а именно самого Кокичи. Хотя знающий человек сразу бы понял, что это глупая улика. Увы, здесь таких не было. Юноша не подал виду и лишь с улыбкой смотрел на окружающих. Если уж на то пошло, то он не должен подавать виду того, что удивлëн. Его хотят подставить, и это было ясно. Причëм подставить его хотел организатор, поскольку у других не было для этого мотива. Не секрет, что каждый в этой комнате хотел бы, чтобы вместо портрета Шуичи там висел Ома, но на убийство никто бы не осмелился. Кроме Харукавы.       Взгляды, что направились на Ому, вернули его из мыслей в реальность. Если его хотят увидеть злодеем, то стоит дать им того, чего они хотят. Что угодно, лишь бы не правда. Верховный лидер с грустью опустил взгляд на пол.       — Ну, Широганэ-чан, ну зачем ты это сказала.., — пробормотал Кокичи.       — Так это ты убил Шуичи, подонок?!, — с явной злостью в голосе воскликнул Момота.       — Хах, долго же до вас это доходило, — с довольной улыбкой усмехнулся Кокичи и раскинул руки в стороны. — Да! Это я убил Сайхару-чана! Всë же он в отличие от вас мог как-то портить всë веселье.. Вот же заноза..       — Так ты.. Убил его из-за этого?       Кокичи не обратил внимание на того, кто задал этот вопрос. Ему это сейчас никак не важно. Противоречивые чувства кипели внутри абсолюта. Злость, досада, грусть — это не те чувства, которые он должен сейчас испытывать. Ему нужно найти убийцу Шуичи, если он хочет выжить и завершить эту игру. С кучей идиотов это будет словно сделать, но.. Имеет ли это какой-то смысл?       — Ага, именно!, — юноша небрежно отвëл взгляд в сторону и сцепил руки на груди. — Эта заноза испортила всë веселье этой игры. Каждый раз он всë разгадывал и разгадывал.. — Ома перевëл взгляд на одноклассников и с раздражением усмехнулся. — Он не давал игре азарта, вы понимаете?! Поэтому я подкараулил его и убил в комнате. Хотел подстроить как самоубийство, но.. Не вышло. — Эмоция на лице вновь сменилась на злость. Кокичи сжал кулаки и выставил их вперëд. — И сам Сайхара-чан был ужасным человеком!! — Ома выставил руку вперëд, начиная пересчитывать.       Ему было всë равно если кто-то мог пострадать.       Нож с характерным для него звуком стучал об стол, и с каждой секундой Кокичи ускорял его темп. До того момента как..       — Ой!       — О-Ома-кун?!, — взволнованный голос Шуичи слегка рассмешил Ому, но он не подал вида. Из собственной руки лидера сочилась кровь, что уже начинала пачкать не только лезвие ножа, но и сам стол. —Не надо продолжать, стой!.. Просто постой спокойно, я сейчас принесу аптечку..       — Ни-хи-хи, — уже спустя некоторое время, когда Шуичи неумело обработал руку юноши, Ома с улыбкой сидел и смотрел на это. Детектив хоть и сделал это крайне неумело, но в этом всëм чувствовалась забота и его искреннее переживания на этот счëт.       — Как.. Ты себя чувствуешь, Ома-кун?       — На самом деле просто ужасно! Я потерял столько кровии.., — юноша драматически закинул голову назад, имитируя падение в обморок. Прежде чем Шуичи успел как-то среагировать, Кокичи улыбнулся и выпрямился. — Но Сайхара-чан смог меня вылечить. Хотя ещë чуть-чуть, и я бы всë равно умер. То, как ты обработал порез, просто ужасно!       — И-извини.., — пролепетал Сайхара. —Я.. Я рад, что ты в порядке..       — Он совсем не обращал внимание на других людей!       — Знаешь что, Сайхара-чан!, — во время их исследования внезапно выпалил Кокичи.       — А? Да, что, Ома-кун?, — Шуичи остановился и повернулся в сторону Омы, смотря на него внимательным взглядом. Так, будто бы его слова были действительно важны детективу.       — Ты самый ужасный человек, которого я когда-либо видел!, — спустя секунду воскликнул Кокичи. Юноша отвернулся от детектива, смотря в сторону. — Между прочим, я уже устал за тобой бегать, а ты даже не удосужился обо мне подумать.       — А-а? Погоди, но разве ты за мной бежал?, — с недопониманием спросил Шуичи. — Мы же вроде просто шли..       — Вот! Ты этого даже не заметил! Я, может, хотел остановиться и поговорить с тобой, а ты..       Взгляд Сайхары смягчился и стал более усталым. Конечно же, с таким человеком, как Ома тяжело, и он сам это прекрасно понимал. И Кокичи бы не удивился, если детектив сейчас возьмëт и уйдëт. Всë же этого лидер и добивается. Но на удивление, Шуичи отвëл взгляд в сторону и тихо сказал:       — Извини за это. Я думал, что тебе так же хочется изучить новое место, но, видимо, это не так. — Сайхара перевëл взгляд на Кокичи. — Так о чëм ты хотел поговорить?       Ома соврëт если скажет, что он не удивился. Это был не тот исход, которого он ожидал. Совсем не тот.       — Пф, а вот уже всë, поздно! Давай продолжим изучение всего этого. Догоняй!       — А ещë он точно обожал эту игру! В этом я не сомневаюсь. Всë же я отлично распознаю ложь!       — Эта игра забрала у нас уже слишком много.., — еле слышно прошептал Шуичи и поднял взгляд вверх. Очередной суд завершился и на удивление Сайхара решил разделить своë времяпрепровождения с таким человеком, как Ома. — Ома-кун, скажи.. Тебе правда всë это нравится?       — Хах, спрашиваешь тоже!, — усмехнулся Кокичи и с хитрой улыбкой глянул на Шуичи. — Конечно же, мне это нравится! Это же весело! Ты же видел лица остальных, когда они поняли, что их дорогой друг вновь оказался убийцей! Хаха! Они до сих пор живут в своих сказках и верят этому!       — Вот как..       — А ты, что ли, относишься к игре иначе?, — лицо Омы стало изображать скуку и разочарование. — Только не говори, что дурак Момота-чан тебе спудрил мозги.       — Нет, дело не в этом.., — покачал головой детектив. — Мне не нравится эта игра, но дело не в Момота-куне. Просто она сделала уже слишком много ужасных вещей. Само убийство — это ужасный поступок, а подобная игра.. Это ещë хуже. Будь у меня возможность, я бы хотел еë завершить. Только не уверен, что смогу это сделать. Но мне хотелось бы этого.       — А ещë он был лжецом! Самым ужасным лжецом, которого я когда-либо видел!       — Ома-кун.. Давай выберемся из игры вместе?, — неожиданно после минутного молчания сказал Шуичи. — Я.. Знаю, что тебе не нравятся многие наши одноклассники, но.. Мне сложно поверить в то, что ты какой-то злодей, которому доставляют удовольствия убийственные игры.       — Хааа?! И ты говоришь такое мне? Кокичи Оме, Великому и ужасному, Верховному Лидеру самой злой организации?       — Ома-кун, я серьёзно..       — Ну так и я тоже! Ты не видишь, как я серьëзен?       — Не особо это заметно..       — Знаешь, когда мы выберемся из этой игры, то ты обязан будешь стать членом моей организации! Я ничего не знаю!       Шуичи с удивлением взглянул на Кокичи. Первое время он будто бы не понимал о чëм другой человек говорит. После же до него дошло.       — Но я не могу, Ома-кун!.. Всë же мой талант даже противоречит этому..       — Сайхара-чан, обещай, — тон Кокичи был серьëзен, что, кажется, подметил и сам брюнет. Спустя несколько секунд, Шуичи вздохнул.       — Я постараюсь.., — после он поспешно добавил. — Я обещаю, что когда мы выберемся, то я стану членом твоей организации.       И эти слова были ложью. Те слова, которые Кокичи вспоминает до сих пор. И в этот момент тоже. Юноша выдавил из себя улыбку, стараясь вернуться из потока воспоминаний, но они начинали ломать его. Ломать его образ в глазах других. Чтобы этого не случилось, юноша прикрыл лицо руками и согнулся.       — Хотя я уже жалею, что сделал это, — прошипел Кокичи, сжимая в руках волосы. — Теперь нет того, кто хоть какое-то веселье вводил в игру, а потом убивал его. Теперь меня окружают одни идиоты, как вы..       Есть ли какой-то смысл в том, что он пытается сделать? Верно, его нет.       Есть ли вообще сейчас какой-то смысл продолжать это всë, если он не выйдет наружу вместе с ним? Есть ли какой-то смысл продолжать, когда рядом его окружают одни идиоты и один мастермайнд. Он хотел бы справиться один. Но он дал слабину ещë в тот момент, когда подпустил Шуичи к себе. Наверное, Ома из прошлого презирает себя настоящего за это. Но уже ничего не поделать. Слишком поздно.       Сердце разрывалось на несколько частей от осознания всего этого. От отвращения к себе, от тоски по Шуичи и от мыслей о том, что всë проделанное бесполезно. Юноша раздал руки и медленно поднял взгляд на удавленную толпу. Его взгляд уже был мутным, и по нему нельзя было прочесть никакие эмоции. Ни наигранные. Ни настоящие. Он уже смирился со всем.       — Ну же, голосуйте за меня.