песнь огня и металла

две соловые лошади, запряженные в карету, медленным шагом продвигаются через главные арочные ворота, с большими железными и деревянными обшивками, к замку. тихо поскрипывая колесами по мелким каменным плиткам, которыми вымощен двор, карета останавливается в просторном внутреннем дворе, окружённом высокими каменными стенами замка. прибытие чонгука уже ожидали — тут же открыли дверцы и помогли ему выйти, пока стремянный готовился выводить лошадей к стойлу. чонгук снял свою шляпу и почувствовал, как свежий воздух наполняет его лёгкие, ослабляя напряжение после долгой дороги домой. его светлые волнистые волосы колыхал теплый ветер, и он вздохнул с облегчением. фигура их дворецкого тут же возникла перед ним: — с возвращением, господин. как дорога? — спасибо, юнги. утомительно, но хорошо, — чонгук улыбается, принимая привычное короткое объятие от старика мина. — я хотел бы повидаться с отцом, лично сообщить ему о своём прибытии. — он вместе с управляющим сейчас обходит наших рабочих, сверяются с планами, — чонгук кивает на его слова, отдавая шляпу. — проводите его. решив сократить их путь, чонгук и приставленный к нему дворецким сопровождающий парень, пересекают внутренний двор замка, а затем сад. он следует за ним, разглядывая приятное глазам окружение, несмотря на то, что здесь всё кардинально отличалось от привычных ему видов. он бывал тут нечасто. здесь не было величественных каменных стен, не царила атмосфера порядка и изысканности, работы не велись в спокойном и организованном темпе, не было элегантной мебели и отделки интерьеров. вместо этого здесь кипит жизнь, насыщенная движением. здесь полно шумных мастерских и складов, наполненных звуками тяжелого труда; здесь витают запахи масла и древесины; здесь столы уставлены инструментами, а на полках аккуратно были сложены заготовки для будущих изделий. рабочие сосредоточенно трудились, они быстро и уверенно справлялись с поставленными управляющим намджуном задачами. здесь был и тэхён — их новый умелый кузнец, как сказал ему молодой парень, идущий рядом. там же он и обнаружил своего отца и управляющего, обсуждающих детали работы. чем ближе он подходил, тем больше резало по непривыкшим к подобным звукам ушам. поприветствовав отца и намджуна, он обратил внимание на того самого тэхёна. кузнец был погружён в работу, поглощён звуками стука металла и жаром пылающего огня. он стоял у разгоревшегося горна. его короткий кожаный передник, завязанный за спиной, был испачкан копотью, как и остальное тело, не скрытое ничем кроме свободных штанов. в руках он держал тяжёлый молот, которым неумолимо работал. его чёрные волосы были собраны сзади, а крепкие загорелые плечи и широкая грудь, мускулистые руки, на которых чётко выделялись вены, свидетельствовали о бесконечных часах работы с тяжёлым молотом и раскалённым металлом. кожа на пальцах, должно быть, слегка загрубела от постоянного контакта с железом, а предплечья все были усеяны шрамами наверняка тоже от него. у чонгука перехватило дыхание, когда их взгляды пересеклись. он едва слышал о чём говорил отец. наверное, он как раз нахваливал тэхёна… внешность кузнеца была суровой и внушительной, его лицо, усыпанное каплями пота, имело чёткие черты. чонгук, честно, далекий от физического труда, но близкий к эстетике, не мог отвести взгляда. это была именно та притягательная мужская сила, которой хотелось подчиниться. мужественный облик тэхёна завораживал. в каждом моменте его работы чонгук находил что-то неожиданно глубоко привлекательное для себя — от его сосредоточенного тёмного взгляда карих глаз до уверенности, с которой он управлялся с раскалённым металлом. в крепких руках тэхёна, обернутых в прочные кожаные перчатки, железо казалось тестом. из грубого куска превращалось в изысканные изделия. когда металл был готов к ковке, молот с размаху обрушивался на наковальню точными, уверенными и сильными движениями. чонгук едва сдержал себя, чтобы не поднять ладони к лицу не только от неожиданности ударов, но и чтобы скрыть начинающие алеть щеки от непонятно откуда взявшихся в голове мыслей. интересно, как бы этот мужчина обращался с ним?