В заперти

Зима. Лицо Тайлера обжигает холодный воздух исходящий от стен помещения. Ему хотелось закрыть глаза, и больше не видеть этот белый цвет окружающий его. Тяжелее всего что он не знал выпишут его или нет. Один день переходил в другой, и Тайлер уже перестал их считать. Он задавался вопросом, почему это досталось ему, и за что. У него была только одна кровать , на которой он ждал, когда к нему кто нибудь придет, но надежды в каждым разом исчерпывались. Он себя ненавидел за то, что дал так поступить Лорел с Уэнсдей. Ведь он любил Аддамс, а это превратилось в какой-то обман, где уже не видно правды. В очередной раз когда он сидел в мыслях к нему зашёл охранник и оповестил Тайлера - к вам посетитель. Он думал что скорее всего это отец, и сейчас он не будет за него переживать, а просто как ни в чём не бывало немного поговорит, хотя и это для него было проблемой. Но тут Тайлер увидел силуэт девушки с косичками. И предполагал что у него начались галлюцинации. - У.. Уэнсдей? Он встал с кровати, и подошёл немного ближе. Он не верил, что к нему пришла Аддамс, после всего что он натворил. Через некоторое время молчания, темноволосая ответила ему - привет - ты пришла Удивленно спрашивая, но при этом акцентируя внимание на том что он утверждает. - как видишь - спасибо, Уэнсдей я не такой как ты обо мне думаешь, и все что я делал Его перебила Аддамс - я знаю - надеюсь ты меня простишь Уэнсдей прошла к окну, а Тайлер проследил за ней. - почему ты пришла? Брюнетка знала ответ, но не решалась сказать, и старалась придумать что нибудь другое, но вариантов не было, повернувшись к Галпину, она посмотрела внимательно в его глаза и сказала - я думала о тебе с того момента как увидела фургон который вез тебя. - я сошел с ума, или ты на самом деле это сказала? - пока нет, но скоро. Он свёл брови в удивлении и недопонимании. А Уэнсдей немного подошла к нему. - что ты хочешь в данный момент? Спросила она, и Тайлер понимала что скорее всего это вопрос с подвохом, ведь это не простая девушка, и возможно которая просто так обиду не оставит. - прощения - за что? - ты издеваешься? Он немного прослезился, осознавая что она пришла играть на его нервах. - нет, я говорю абсолютно серьезно Он поменялся в лице, а она следила за его мимикой и пыталась выяснить правду. - ты для меня очень дорога, я не хотел и не хочу тебя потерять, Уэнсдей На несколько шагов она снова приближается к нему, и Тайлеру напомнило тот момент когда они впервые поцеловались. Следом за этим воспоминанием их губы соединились в одно целое, они чувствовали жар и притяжение. Он провел одной рукой по ее скуле, а второй прислонил Уэнсдей к себе за талию. Ему было так хорошо с ней. Он думал что больше никогда ее не увидит, не говоря про что то большее. Она немного потянула его на кровать. - я точно сошел с ума Улыбнувшись, он пошел за ней, и лёг туда. Следом она устроилась на нём, ещё несколько раз поцеловала, и зарылась пальцами в его кудри. Он любовался ею, как на чудесную картину, изучал ее глубину глаз, которая сначала ему казалась холодной и пустой, а в этот момент он видел ее откровенность, любовь, тепло, которое она никогда ему не показывала и никому больше. Немного покачиваясь на нем, Уэнсдей опустила руки ему на плечи, а после начала его немного трясти, и произносить тихо - Тайлер, Тайлер, Тайлер Но с каждым разом ее голос становился все громче. Он захотел ее обнять, и прижать к себе, но что то было не так, а после он почувствовал какое-то напряжение, и начал превращаться в Хайда. Уэнсдей отползла в сторону, и видела как он смотрит на нее своими хищными глазами и после чего схватил ее, вжал в стену, и резанул много раз своей лапой ее , а потом его начало сильно трясти, он слышал крики Уэнсдей - Тайлер, Тайлер А после они начали быть не похожи на нее, и он увидел какой то свет. Его тряс врач. Галпин кричал, а когда осознал, он лежал на какой-то поверхностей и был закреплён защитными веревками. - где Уэнсдей? - какая Уэнсдей, успокойся парень , ты начала превращаться в Хайда, после мы тебе вкололи препараты, и ты долго не просыпался. В глубине души он был рад что то был сон, а ещё он понял что не увидит Уэнсдей, и скорее всего не получит прощения.