Признание за душу

Глупо, опрометчиво и безумно было совершать то, что сделал он. Джисон просто был фанатом своего дела, потерявшим свой путь и заблудившимся в этой жизни, готовым на всё, лишь бы выбраться оттуда, куда он сам себя загнал. Первая попавшаяся возможность и вот, он, не веря в свою наивность, серьезно обдумывает шуточные слова одного из друзей о том, что все популярные певцы продали душу дьяволу, иначе их успех объяснить нельзя. И он серьезно размышлял об этом, может, стоит тоже попробовать нечто подобное, может, это действительно правда. Несколько недель раздумий, провальный выход клипа, не оправдавшего ожидания, и он пришел к тому, что имеет. Впрочем, если у него не выйдет, то ничего же не случится. Сутки непрерывного изучения статей в интернете, пара провальных попыток осуществить задуманное и, как Джисон думал, никаких результатов. Очередная бессонная ночь, он ворочается, пытаясь всё же уснуть, но тревожные мысли о том, что вскоре придется выбирать между не прибыльной мечтой и работой, отгоняли сон. Было ужасно страшно осознавать, насколько безнадежна его ситуация, даже глупые попытки связаться с потусторонними силами не увенчались успехом. Годы непрерывной работы, создание музыки, всё это было бесполезным и могло кануть в лету, необходимо ведь содержать себя, а для этого всё чаще приходилось до ночи сидеть в офисе, доделывая отчёт. Этот страх сковывал всё тело, контролировал мысли и всё ближе подталкивал к желанию расплакаться. Или дело не в страхе?... Уже в полусонном состоянии, юноша ощущает нечто ужасное, по телу бегут мурашки, становится холодно, будто бы кто-то открыл окно зимним утром, но сейчас лето, да и окно закрыто, эти эмоции вызывает нечто иное. В комнате становится неуютно и тут он понимает, он здесь не один. В спальне находится ещё кто-то или же что-то, прямо за его спиной. Кто это? Как "это" попало в квартиру? А главное, чего от него хотят?.. Стоит повернуться, понять, мерещится или же нет, но Хан оцепенел, не в силах даже нормально дышать. На душе становится всё тяжелее, ужас сковывает всё тело, пробирается в легкие, вызывая ощущение отсутствия кислорода в груди. Несколько минут он не может пошевелиться, открыть глаза или укрыться одеялом, надеется на то, что это кошмар и вскоре он проснется. Но тишину комнаты нарушают отчётливые звуки, заставляющие его сердце остановиться на долю секунды. Шаги. В кромешной темноте и мертвой тишине слышатся шаги, тихие, приглушённые, направленные к кровати. Через пару секунд, шаги прекращаются, а кровать резко проседает, словно кто-то опустился на неё, издавая тихий скрип. Он слышит сейчас все, своё сердцебиение, глухо отдавающееся в голову, чужое дыхание, совсем рядом с собой, чувствует на себе взгляд, прожигающий, изучающий. Пытается успокоиться, заверить себя в том, что это всё сон и через несколько секунд он проснется, на крайний случай, сонный паралич, всё лучше тех пугающих мыслей, что лезли в голову. Но понимание, что это реальность приходит в тот момент, когда тишина вновь прерывается смешком, а затем и сладко звучащим голосом. —Сначала проводишь ритуалы, взываешь с мольбой к дьяволу, а после страшишься обычных шорохов, от которых твоё сердце готово остановиться. — насмешку в голосе скрыть и не пытались, на спине всё ещё ощущается внимательный взгляд, а сердце действительно сейчас остановится. Кажется, и вправду останавливается в тот момент, когда этот самый голос, вновь усмехаясь, произносит — Уверен, нас ждёт интересный договор, Хан Джисон И таинственный голос не ошибся. Для него самого, спустя время, было непостижимо осознавать, что он действительно подписал тот контракт. Получив от этого обещание сделать его популярным, принести всемирную славу и богатство, он, окрылённый осознанием того, что наконец добьется желаемого, согласился на любые условия, так и не узнав, что потребуют с него в качестве платы. Этот вопрос никогда его не интересовал, Джи думал, был уверен, что его счастье стоит всего, даже если придётся отдать за это свою собственную душу. У него будет несколько лет на то, что бы наслаждаться жизнью, создавать новую музыку, собирать стадионы фанатов, видеть, что его труды наконец окупились. Плевать, как он получил это, он занял своё место, приложив в начале огромное количество усилий. Минхо всё время был с ним, контролировал, подсказывал, помогал хитрить. Тот демон, что откликнулся на его зов, исполнял своё обещание, "свой долг", и действительно часто находился рядом, будь то подписание договора о сотрудничестве с каким-то брендом или же обыкновенный концерт, контролировал, что бы юноша не свернул не туда и в нужный час был в состоянии исполнить свою часть контракта. Ведь он свою довёл до идеала, словно по щелчку пальцев старые треки начали разлетаться по соцсетям, с каждым днём прослушивания росли, когда же музыкант выпустил новый альбом, готовящийся достаточно давно, то моментально понял, каким же правильным выбором для него оказался этот контракт. Миллионы просмотров на клипах, сотни тысяч подписчиков в социальных сетях и огромное количество комплиментов в его сторону. После проведения первого концерта, чувство собственной гордости возросло ещё больше. Им восхищались, от него сходили с ума, десятки людей кричали его песни, снимали под них сотни видео, расхваливали его, покупали его альбомы и мерч, его любили. Так до безумия приятно было знать, что тебя и твоё творчество оценили, видеть горящие глаза людей, давать им автографы, когда тебя узнавали на улице. Признание мотивировало работать дальше, музыка наконец приносила прибыль, не была убыточной. У него было все, что демон пообещал, деньги и слава, любовь к тому, что приносит их, удовольствие и от процесса создания новой песни, и от встречи с поклонниками. Казалось, он был счастлив, именно так Хан чувствовал себя долгие полгода, сиял всё ярче с каждым днём. Был безумно благодарен Минхо, который исполнял все его желания и продолжал помогать порой, подсказывать тогда, когда он сам был не в состоянии понять, как будет лучше. Однажды он даже вручил подарок, перед первым концертом он подарил ему медиатор, которым Джисон пользовался до сих пор. Сон думал, что к нему особое отношение, ситуация странная, да, но каждый раз замечая рядом с собой нового знакомого, ему становилось спокойнее, словно он под защитой. Такое внимание к себе именно с его стороны даже радовало, может, у них получится поладить и даже подружиться. По крайней мере, эта идея звучала неплохо, не просто так же Ли проводит так много времени с ним, контролирует чуть ли не каждый шаг. Волнуется?... Не ко всем же "клиентам" у него такое отношение, если бы это было так, то он не проводил бы столько времени с Джисоном, просто не хватило бы этого самого времени. Он прекрасно знает, что совсем не единственный, кто подписал договор с этим демоном, но почему с ним он находится так долго и появляется все чаще? Этот вопрос мучил его не один день, стоило только тому появится в очередной раз, как в голове вновь всплывал вопрос. Почему? Почему он опять здесь, почему он опять спрашивает, доволен ли юноша результатами их сделки, почему уберегает от ошибок и обмана? Интерес только рос всё больше, не давал спокойно спать по ночам, но и спросить было как-то неудобно. Единственный, кто из них сохранял рамки приличия, был он, для Ли же было нормой заявиться в любой момент, а потом несколько часов молча сидеть и наблюдать, смотреть тем же взглядом, что и в первую их встречу. Его продолжали изучать, наблюдали, пока он писал новую музыку, играл на гитаре, посещал съемки для брендов, с которыми рекламные контракты, проводил свободные дни. В один из таких дней он все же не выдержал. Отдыхая после концерта, он вновь почувствовал, что на него смотрят, сразу находя глазами чужие и немного устало улыбаясь. Пройдя ближе, Ли поздоровался, спрашивая о самочувствии в конце тяжёлого дня, а узнав, что всё хорошо, замолчал. Тут уже вопрос задал сам музыкант, тот вопрос, что терзал его так долго. И получил неожиданный ответ. В их тесном общении нет ничего особенного, его задача наблюдать за тем, что бы в будущем, по истечению срока их договора, Джисон точно смог отдать свой долг. Но Минхо и честно признался, что ему интересно наблюдать за ним, следить за тем, как и чем он живёт, ведь с его слов, Джи необычный человек, в нем есть нечто, что притягивало. Нельзя сказать, что он был доволен тем, что услышал, но ему опять льстило то, что этот демон находит его интересным. Что-то в осознании этого, вызывало улыбку, заставляло быть довольным собой ещё больше. Теперь, этот факт преследовал его всегда, он и сам не понимал, почему ему так нравится, но каждый раз воспоминания о том разговоре вызывали улыбку и желание начать общаться с ним ещё ближе. Порой такое случалось, нередко у Хана сдавали нервы от волнения перед чем-то значимым и новым и в такие моменты он всегда оказывался рядом, пытался поддержать. В своей манере, с усмешкой и словами о том, что может быть и хуже, но от этого становилось легче. Он стал эмоционально привязан к Хо, просто однажды понял это. Как и то, что его ситуация стала ещё безвыходнее и глупее, чем была до этого. Ведь вслед за пониманием привязанности, желания не просто общаться с ним и видеться ежедневно, а дружить, иметь близкие отношения, пришло и полное понимание своих чувств к нему. Влюбился?... Это было полнейшим бредом, но он действительно влюбился в демона, с которым его связывает лишь контракт, по истечению которого, с огромной вероятность, он заберёт его душу. Сам прекрасно понимал, насколько безнадёжна эта ситуация, даже намека на взаимность не было, шансов на то, что она вообще будет и что из этого может что-то выгореть, тоже. В конце они все равно разойдутся, и это в лучшем случае. Сравнивая то состояние, в котором он был до подписания контракта, и те чувства, которые заполнили его сердце, разрывая на части, хуже казалось именно второе. Если бы без этой сделки он никогда не получил популярности, всё равно, в некоторые минуты он думал, что лучше бы это не начиналось. Когда бессонной ночью все мысли сводились к их первой встрече и желанию оказаться в чужих объятьях, а затем возвращались к тому, что этого никогда не случится, мечтам не суждено стать реальностью. От этого было ужасно больно раз за разом, с каждым днём это угнетало его все больше, видеть Минхо, чувствовать то, чего ещё никогда не испытывал, но не иметь возможности сказать об этом, услышать слова любви в ответ. Соглашаясь на славу, признание и богатство, Сон думал, что будет счастливым, тогда именно это было необходимо для того, что бы наслаждаться своей жизнью. Сейчас же он понимал, как сильно ошибся, для счастья была необходима любовь. Любовь не фанатов по всему миру, а одного конкретного человека, точнее, демона. Без её отсутствия было плохо, именно после того, как он признал себе влюбленность, стало катастрофически не хватать её же в ответ. Хан постепенно чах, всё больше времени витал в своих фантазиях и мечтах об отношениях, будь его воля, в них бы он жил. Музыка оставалась единственным, что приносило радость, остальное осточертело и каждый раз разум всё сводил к ноющему сердцу. Единственный плюс, найденный в этом, вдохновение для новых песен, в который раз он пишет о безответной любви, пропадая в своих эмоциях с головой настолько, что не замечает, как в комнате вновь появляется причина его душевных терзаний. Так и проходит целый час, юноша с головой погружен в работу и свои чувства, становится ещё больнее, слезы так и норовят сорваться, потечь по щекам, но пока он держится, а Хо внимательно всматривается в красивое лицо, замечая как эмоции сменяются опять и опять. На глазах появляется пелена, Джи уже не контролирует себя, мысль о том, что ему жить с этим несколько лет, продолжать молчать и разбивать своё сердце по новой, окончательно добивает. Солёные капли обжигают кожу, тихо всхлипнув, он быстро стирает их пальцами, откладывая тетрадь и закрывая лицо руками, позволяя себе выпустить всё то, что накопилось. Не знает, что не один в комнате. Когда всхлипы становятся более отчетливыми, а слезы льются из глаз, без единого намека на скорое прекращение этой истерики, демон прекращает смиренно наблюдать, осторожно, едва ощутимо касаясь чужого плеча. Парень вздрагивает, замечая причину этой ситуации и понимая, спалился с поличным. Во взгляде опять читается немой вопрос о том, что случилось, а он и не знает, что ответить. Мешкается, хочет промолчать и двигается ближе к краю дивана, планируя встать, но его останавливают, длинные пальцы берут в плен запястье и уже хриплый голос спрашивает о причине слез. Застыв на пару секунд, он пытается понять, как ответить тому, кто и является причиной всего этого, ища более правдоподобную ложь. Старательно игнорирует кричащую о себе идею сказать правду, не может позволить испортить те хорошие отношения, что сейчас между ними. С другой стороны, от этого он ничего не потеряет, лишь камень упадет с его души. И когда вопрос повторяют, всё же решается. Выдыхает, поворачивается к нему и четко, хоть и дрожащим голосом, произносит "Ты. Ты причина моих слёз". После этого сердце окончательно останавливает, было ещё страшнее, чем тогда, в первую встречу, но уже ничего не изменить, шаг сделан, пусть и в пропасть, но назад уже не повернуть. Молчание прерывается смешными и волнительным объяснениями, признанием в любви. Искренне горящими глазами, улыбкой, что появляется на долю секунды, когда он рассказывает наконец о своих чувствах. В души начинает тлеть маленький уголёк надежды на то, что, может, не всё потеряно. Но хочет только Ли что-то ответить, как его тут же перебивают, не давая даже начать. —Стой. Не говори ничего сейчас. Мне давно стоило сказать тебе об этом, но всё же, молчание дало мне возможность всё обдумать... Пожалуйста, ты тоже поразмысли над моими словами и дай ответ позже. — позволяет себе сохранить надежду ещё ненадолго Джисон, просто не готовый услышать в эту минуту наиболее вероятный отказ. Вообще не хочет слышать отказ, а если ему ответят именно им, то от общения с демоном будет ещё хуже, поэтому, взвесив все за и против, тихо добавляет — Если мои чувства не взаимны, то окажи мне услугу. Ответь мне через неделю, в тот же день, когда мы с тобой заключили контракт. А затем забери то, что я должен тебе, не важно, как это закончится. Для меня хуже жить с этими чувствами ещё несколько лет, чем отдать тебе свою популярность или что-то иное. От чего-то он верил, что цена его контракта иная, не та, о которой он думал первое время, Минхо не заберёт его душу. Терять нечего, даже если ему придется убить кого-то, всё лучше, чем ещё девять лет смотреть в эти глаза, помнить как признался и оказался отвергнут. Может эти чувства и пройдут, через пару лет влюбленность сойдёт на нет и он перестанет с болью вспоминать о демоне, но это точно останется в памяти навечно. Печаль навсегда останется заточена в разбитое сердце и будет напоминать о себе спустя года, а если перед глазами каждый день будет маячить он, то Джисон ещё больше будет погружаться в своё отчаянье. Стоило только представить то, как он будет жить с этим дальше, как становилось ещё больнее. От признания не стало легче, хотя он думал, что должно, но вместо облегчения, он чувствовал тяжесть в груди и ещё большую тоску. Хо ничего не сказал, исчез точно так же, как и появился здесь, сохранив молчание. Оставшись наедине с собой, он не мог перестать прокручивать то, что сделал и сказал, мысли о том, что, возможно, это ошибка, сделанная на эмоциях, не покидали его. Слезы не заканчивались и он просидел так несколько часов, смотря в стену, продолжая думать о том, что произошло. Ужасно волновался о том, что случится дальше, боялся потерять того, кто стал уже так близок, боялся этого больше, чем последствий контракта. Истерика сходит на нет и его постепенно начинает клонить в сон, вместе с расслаблением приходят позитивные мысли, надежда начинает гореть ярче и сменяет печаль. Оптимистичные мысли вызывают улыбку, заставляют задуматься о том, что, может быть, его так же любят. Рука ползет к медиатору, что лежит на столе рядом, а затем он оказывается зажат между пальцами, Хан прикрывает глаза, облокотившись спиной о диван. Сонливость берет верх, он погружается в сладкие мечтания о будущем, возможно счастливом, в желания о чувстве любви и нежных объятьях, которые будут вызывать влюбленную улыбку, такую же, с которой он сейчас засыпает. Даже во сне он думает о Ли, отчетливо видит его образ, ощущает поцелуи мягких губ на своём лице, руки, обнимающие его и прижимающие к себе. Представляет то, какими могут быть их отношения, сознание воспроизводит искреннюю влюбленность друг в друга, каким нежным может быть тот, кто постепенно начал ему открываться. Вот только всю неделю он не появлялся. Ни раза за всю неделю демон не явился, хоть обычно навещал Сона как минимум один раз в день, а теперь затишье. Он бы и рад как-то обратиться, попытаться самому позвать, но вот только понятия не имел, как. Вынужден был ежедневно сходить с ума от тоски по возлюбленному, желать хотя бы увидеть его, услышать его голос, почувствовать присутствие. Просто понять, что о нём не забыли. Но никаких вестей не было, видимо, ему действительно было необходимо обдумать признание парня, как тот и настаивал. Правда не думал, что обдумывать это он будет так, оставив его одного. По истечению почти шести дней, он успел отчаяться, понять, что возможно Минхо и не явится больше. С одной стороны, он об этом и просил, не появляться на глазах, не сыпать соль на раны, но с другой, без него стало плохо, ещё больнее. Он чувствовал себя одиноко, покинуто, словно с ним поиграли и бросили. Тоска по нему мешала готовится к предстоящему концерту, во время репетиции каждый раз перед глазами всплывал образ Хо, от чего в груди опять ныло, дышать было тяжело, он словно задыхался от этого, от своей любви и грусти. Физически ему тоже было плохо, сил совсем не осталось, как и былого огня в глазах, словно сейчас удовольствие принести могло лишь общение с тем, о ком все мысли в голове. Из-за этого прогон занял чуть больше времени, чем планировалось и по итогу времени перед самим концертом осталось не так много, пришлось отказаться от отдыха и сразу начать готовиться. Как бы он не старался сосредоточиться на ближайшем выступлении, на людях ждущих его, ничего не выходило и всё, о чем можно было думать в эти минуты, это чертов Ли Минхо. На сцене он немного отвлёкся, переключился на то, что всегда являлось целью его жизни, главной страстью и любовью. Улыбался сотням людей, десяткам тысяч, пришедшими лишь для того, что бы увидеть его воочию. Душа пела, ликовала, пока пальцы умело зажимали струны, а отовсюду слышались голоса фанатов. Сегодня он планировал сорвать голос в эту ночь, плевать на все, хотелось просто наслаждаться этими мгновениями, возможно, в будущем такого шанса больше не будет. Он планирует тянуть до последнего, не уходить как можно дольше, именно сейчас хотелось провести самый длинный свой концерт. Остановившись на пару секунд, что бы выдохнуть и попить воды, пообщаться с толпой, Джисон неожиданно для себя замечает то, что приводит его в шок. Рядом с ним, в нескольких шагах находится он. Целую неделю Минхо таился в тени, но почему-то стоило только отвлечься от него, как он решил напомнить о себе. С невозмутимым видом смотрел прямо на него, а во взгляде, впервые за все время, читалось что-то иное, нежели безразличие, азарт или волнение. В его глазах была... грусть?... Сожаление о чем-то, будто он совершил ужасную ошибку, но прекрасно понимал, что делает. Хан сглатывает, понимая, что их ждёт разговор, хочет взять перерыв, но Ли делает несколько шагов навстречу, оказываясь совсем рядом. Его никто не видит, так было всегда, присутствие демона для всех незримо, кроме того, с кем у него договор и он уже привык. Но поговорить в такой ситуации у них не получится, только если он будет говорить. Это он и сделал, хотя то, что он произнес, тяжело назвать разговором, одно предложение. "Прости меня, у меня нет выбора". Сердце перестает биться, стоит понять посыл чужих слов, спустя пару секунд, перед глазами начинает темнеть. Последнее, что видит юноша, прекрасное лицо демона, на котором читалась печаль, и слезу, что катится по его щеке. Его предали, отвергли, но почему Хо сожалеет об этом?.. Вопрос остаётся без ответа, он больше не может ни о чем думать, впрочем и сделать он ничего не может, ноги дрожат, сейчас он рухнет. А дальше только мрак. Всматриваясь в ночную темноту, Минхо крутит в пальцах алый медиатор, что совсем недавно не покидал рук юного музыканта. Уже покинувшего этот мир. Оставившего после себя рубцы на сердце, что раньше не умело чувствовать, и этот самый медиатор, в качестве напоминания. За всё своё бессмертное существование, он никогда не мог даже подумать о том, что однажды влюбиться, будет испытывать к своему должнику нечто столь прекрасное. Он же демон, исчадие ада, тот, кто должен выполнять свои обязанности четко и точно, тот, кто не должен ничего чувствовать. Тем более, в подобных ситуациях. Но влюбленность взяла верх над ним и его разумом. Сам не понял, как это произошло, но начал испытывать к этому парнишке нечто теплое. Раньше подобного с ним не случалось, но с этим человеком всё было иначе, он старался оберегать его от ошибок, следить за ним и просто быть рядом. Находил его интересным, изучал, открывал что-то новое. И ещё больше страшился того, как сердце отзывается на его улыбку, смех или голос, не мог найти причину этого. С каждым днём его тянуло к Джи ещё больше, появлялось желание оберегать его, чего быть не должно, по итогу он все равно заберёт его душу, какой тогда смысл в этой заботе? Понимал, что всё это безнадежно, но уже влюбился и не мог ничего с этим сделать. Как и со своим долгом. Если это не сделает он, сделает другой демон, так или иначе, душе Хана было суждено отойти в их владение и, как бы тяжело не далось ему это решение, Минхо должен был сделать это сам. Особенно больно было расставаться с этими чувствами так рано, он не успел изучить их, познать красоту новых для себя ощущений и эмоций, но уже был должен лишить себя их источника. Появившись на сцене, незримый для всех, но не для него, он действительно жалел о том, как сложились обстоятельства, он не может сказать о своей любви, хоть немного насладиться ею, это может привести не к самым положительным последствиям. Страшило не возможное наказание для него, а то, что может произойти с чужой душой, именно этого хотелось избежать. О безуспешной любви будет вечность напоминать разбитое сердце. Всю свою бессмертную жизнь в голове будет только один образ, одно сожаление, одна боль и тоска. Не получив даже шанса на счастье, первая и единственная любовь навсегда останется с ним, Хо уверен, никогда больше он не испытает подобное, сердце больше не будет пылать от ярких чувств, оно превратилось в осколки. Джисон будет с ним, в его душе останется его имя, а в голове чарующий голос. А на шее теперь неизменно находится цепочка с тем самым медиатором, единственное, что даёт понимание того, что всё случившееся не сон, не плод его фантазии. Действительно когда-то было в его жизни такое светлое пятнышко, от которого остался только алый медиатор, что всегда находится под сердцем, там же, где и сам парень.