Походу любовь.

Детство у Игоря было очень тяжелым. Все началось с перехода в новую школу. Старая не устраивала отца, потому что там была слабая программа. Игорь поступил в математический класс, и довольно неплохо справлялся с нагрузкой. Посещал дополнительно уроки математики, записался на школьную секцию по боксу ( отец его за это очень хвалил), даже выиграл школьную олимпиаду по физике. Все было так хорошо, ровно до момента, пока он не украл патрон из магазина отцовского пистолета. Пальцы пачкала горячая кровь, а маленький и напуганный Игорь только и мог повторять отчаянно "Пап...ты только не умирай...не закрывай глаза." Он что-то кричал, он не помнил что, бил держащего его Федора Ивановича кулаками, а по щекам текли горькие слезы. Он закрылся в себе, стал очень вялым и аппатичным. Утешение он находил в тренировках и олимпиадах по математике и физике. Именно тогда это случилось в первый раз. Он был на два года младше почти что всех участников олимпиады. Учитель отправил его единственного из всех классов, которые он вёл. По его словам, Игорь был намного лучше, чем старшие дети, и точно займет призовое место на этой олимпиаде. Игорь идти не особо хотел, но в тот день стояла контрольная по биологии, так что Гром решил, что уж лучше олимпиада, чем стоящая над душой биологичка, которая контролирует каждый твой вдох. И неожиданно, он занял первое место. Директор школы так его расхвалила, что Игорь на секунду даже поверил в то, что он светило в области физики. На городской олимпиаде было немного сложнее. Под конец, Игорь уже наугад ставил галочки в бланке и даже не надеялся на то, что его ответ правильный. Ему снова повезло. Первое место его. Чистая случайность, но Прокопенко по этому поводу устроили большой праздник, а Федор Иванович даже налил Игорю пол бокала шампанского. Только вот ребята со школы оказались не очень рады тому, что Игорь выиграл. Был февраль, темнело рано. Игорь был дежурным, он проверил класс, а потом спустился в спортивный зал, где у его класса был последний урок. Нужно было проверить спортивный инвентарь. Он зашёл в маленькое помещение, тёмное, душное, включил свет, чтобы проверить, что все мячи на месте, а маты ровно лежат друг на друге. Игорь прошел немного внутрь, как внезапно почувствовал, что кто-то стоит у него за спиной. Он не успел обернуться, как его резко и больно толкнули в спину. Он упал прямо на мягкие маты, а потом почувствовал, как кто-то навалился на него со спины. Игорь брыкался, дёргал ногами, стараясь освободиться, но его попытки не привели к успеху. Их было трое. Один держал его руки над головой, второй сидел на пояснице, прижимая тело к холодному мату, а третий...Третий стаскивал с Игоря брюки. Игорь сдался. Страх затопил каждую клеточку его тела. А из груди вырвалось жалкое и писклявое: –Не надо. Его не послушали. Не отпустили. Игоря сковал ледяной ужас от осознания, что они могут...но они стянули только брюки, белье не трогали. Игорь облегчённо выдохнул, но потом заметил блеск лезвия от ножа. Было больно, не сильно, но приятного мало. Он до крови закусил губу, стараясь не кричать, а холодное лезвие рассекало кожу. Сначала казалось, что порезы наносятся хаотично, но мучители знали что делать- они даже не приближались к бедренной артерии, знали, когда нужно ослабить нажим, а когда наоборот усилить. Игорь чувствовал, как по щекам скатываются капли горячих слез, но он не всхлипывал, не мог позволить им услышать свой плач. –Сучка.–Зашептал ему на ухо один из мучителей, перехватывая нож поудобнее, Игорь чувствовал, как ряссекает кожу холодное лезвие.–Шлюшка.–Нож переходит на другое бедро, Игорь дёргается, снова стараясь освободиться, но у него ничего не выходит. –Смотрю мало тебе.–Ухмыльнулся второй из мучителей.–Ничего, у нас ещё много времени. Два часа мучений кажутся Игорю вечностью. Под конец он уже про себя молится о том, чтобы нож нажал сильнее, пересёк артерию и все его мучения закончились. Они так и оставляют его лежать одного на холодном полу. Игорю понадобилось около часа на то, чтобы прийти в себя, нацелипить джинсы и кое как добраться до дома. Тетя Лена хватается за сердце и оседает на пол, когда видит Игоря на пороге, Федор Иванович вовремя успевает подхватить Игоря за талию, пока он не свалился в обморок. Разбирательства были очень долгими. Родители малолетних садистов никак не могли принять то, что сотворили их детки. Они не стесняясь поливали Игоря дерьмом прямо в зале суда. По итогу мучители были направлены в детскую колонию, а Игорю полагалась денежная компенсация и оплата всех счетов за лечение. Игоря на год переводят на домашнее обучение, потом он возвращается в школу, уже в другую, и заканчивает её с золотой медалью и уходит в армию, а потом и в академию. Игорь очень стеснялся своих шрамов. Он смотрел на свои бедра с отвращением, на эти порозовевшие со временем рубцы. Он всегда ходил в джинсах и брюках, даже на пляж надевал длинные шорты до колен. Эти шрамы стали болезненным напоминанием о том дне. В академии пацаны часто обсуждали как они тайком пробирались в комнаты к девчонкам, как они там тискались, как было хорошо. Девушки делали им приятно, а они не оставались у них в долгу. Игорю было очень интересно. Но пробовать подобное с девушками из академии он не рискнул. Поэтому в один из выходных, когда их казармы отпустили по домам, Игорь подцепил в клубе какую-то девчонку. Он конечно не так представлял свой первый раз. В туалете клуба, пьяная девушка расстегивает ему ширинку джинс, а он загнанно дышит и старается не кончить раньше времени от переизбытка ощущений. Он откинулся затылком назад, когда почувствовал, как сползает с него белье, как нежные девичьи пальчики ласкают его лобок и стягивают ниже трусы. Внезапно, девушка остановилась, Игорь с трудом раскрыл глаза. Девушка ошарашенно смотрела на его бедра. –Это что...?–спросила она, и Игорь понял, что она имеет в виду. Та самая надпись "Шлюха", которая кривыми буквами высечена у него на бедре. Гром экстренно придумывает что бы ответить, но девушка быстро встаёт и уходит из комнаты, так ничего больше и не сказав. Игорь очень благодарен ей за то, что она решила промолчать. На пол года вопрос отпал сам собой. К Игорю клеились разные девушки и даже парни, но всем им Гром отказывал. Так вот и получилось, что к двадцати трём годам он так и остался девственником. Потом ему встретился Женя. Игорь сразу же рассказал ему обо всем, ожидая, что тот просто развернётся и уйдёт. Женя не ушёл. Игорю казалось, что этот самый Женя его единственный вариант. Игорю казалось, что он заслужил подобное к себе отношение, что по-другому быть никак не может. Он слишком поздно понял, что его "парню" от него нужен был только секс. Женя с каким-то отвращением на лице смотрел на шрамы, выключал свет, и никогда не отвечал Игорю взаимными ласками. –Мне просто противно от шрамов.–сказал он как-то Игорю, и это стало последней каплей. После Жени у Игоря не было серьёзных отношений, просто секс в темноте со случайными партнёрами из клубов. Его все устраивало. В темноте не было видно шрамов, уже не так противно было. Так Игорь и дожил до тридцати с хвостиком лет, пока не встретил Диму. Он как взрослый человек сначала попытался Диму отшить, тем более, что это было бы логично, учитывая, что они сначала не очень хорошо ладили. Не получилось. Димка к нему прилип как банный лист и отставать не собирался. В один момент сопротивляться чувствам стало просто невозможно, Игорь решил этот момент прояснить, но все пошло не так, как он ожидал. В один момент Дима просто его поцеловал. Игорь не смог его оттолкнуть и на поцелуй ответил. У них все развивалось очень стремительно, по крайней мере так казалось самому Игорю, который все никак не мог подобрать момент, чтобы Диме обо всем рассказать. Все случилось само собой. На одном из выездов Игорь неудачно упал и приземлился бедром прямо на большой осколок стекла. Он с трудом мог встать, к нему тут же подлетел Дима, на ходу вынимая из шлевок ремень. Игорь надеялся, что Дима не станет сопровождать его на скорой, но Дубин нагло влез вслед за фельдшерами. Игорь отвернулся, пряча лицо, когда почувствовал, что врачи не просто накладывают жгут, а срезают ткань с джинс до самых бедер. Он кожей чувствовал на себе вопросительные взгляды врачей и Димы, но предпочёл не отвечать. Уже позже, дежурный врач поинтересовался не занимался ли Игорь селфхармом и для достоверности назначил ему несколько психологических экспертиз. Игорь провалялся в больнице две недели, Димка приходил к нему почти каждый день, приносил шаверму,( без картошки) рассказывал как дела на работе, говорил, что купил и поставил в квартире Игоря дверь в туалет, а сейчас вот решает вопросы с ванной. Игорь его внимательно слушал и все ждал, когда же Дима задаст ему главный вопрос. Но Дима молчал, не затрагивал даже эту тему. В день выписки Дима сам Игоря забрал из больницы, привез домой, накормил вкусным ужином и помог разобрать вещи. Грому ещё было немного трудно передвигаться и выполнять какие-то бытовые задачи. А сейчас они сидели на кухне и пили чай. Игорь не выдержал первый. –Дим, если хочешь что-то спросить, то не тяни, задавай уже свои вопросы. Дима задумчиво обвел пальцем ободок кружки, а потом поднял на Игоря глаза. –Они не болят? Игорь удивленно вскинул бровь. –Шрамы? –Да. –Не болят. Они меня совсем не беспокоят. –Хорошо.–Ответил Дима, отпивая чай. Игорь нахмурился. –Ещё вопросы будут? –Игорь,–Дима с противный скрипом отодвинул от себя чашку. –Я не спрашиваю не потому что мне не интересно, а потому что вижу, что ты пока не готов на эту тему говорить. В данный момент у меня много вопросов, но главное для меня то, что они не болят. –Секс у нас будет только при выключенном свете и под одеялом. Дима увиденно вскинул брови. –Я об этом не думал даже...в том плане...ну, про секс. Мы вроде как только начали встречаться, и мне показалось, что для этого вопроса ещё рано. –Просто заранее предупреждаю. *** Игорю казалось, то все как-то неправильно что-ли... они с Димой вместе уже четыре месяца. За это время и Дима у Игоря оставался на ночь, и Игорь у Димы. У них было просто дохрена возможностей переспать, но никто из них не делал первый шаг. Игоря это даже немного оскорбило что-ли. –Ты меня не хочешь?–спросил он у Димы в лоб. –В смысле как... –Да, Дим, в том самом смысле. –Хочу.–Уверенно и без запинок ответил Дима. –Тогда в чем проблема? Дима снял очки и потер ладонями потяжелевшие веки. –Я постараюсь сформулировать помягче...Игорь, я жду от тебя первый шаг, но не потому что сам не хочу его делать, а потому что боюсь, что моя настойчивость может тебя как-то...напугать? Я понимаю, что ты перенес негативный опыт, и я не знаю, что мне делать, чтобы не испортить то, что мы с тобой уже построили в этих отношениях. Понимаешь? Игорь кивнул. Вроде как понимал. *** Он долго рассматривал свое тело в зеркале, проводил ладонями по грубым рубцам, думал о том, какую позу лучше принять, чтобы шрамы было не так сильно видно. Потом понял, что Дима все равно все почувствует. Это грубые рубцы невозможно было не почувствовать. –Давай только лампу на столе оставим?–Предложил Игорь, когда они с Димой целовались на диване, а Дубин вовсю мял его бедра через ткань домашних шорт. Дима согласился. Комната погрузилась в полумрак. Игорь чувствовал, как краснеют щеки, и подрагивают пальцы на ногах, когда с него аккуратным движением стянули шорты. Он зажмурился, на губах застыло жалкое "не надо", но произнести его Игорь не успел. Дима наклонился ниже, проводя языком по одному из шрамов. Просто порозовевший рубец, грубый и местами шершавый. Игорь от чего то смутился, спрятал лицо в сгибе локтя, и казалось даже не дышал. Дима тем временем аккуратно провел языком по тому самому шраму с надписью "шлюха". Игорь чувствовал, как горячий язык выводит буквы, как мурашки пробегают по всему телу. К большому стыду Игоря, у него стоял. Дима на мгновение оторвался от его бедер, погладил головку члена прохладными пальцами. –Молодец, Игореш. Умница. Игорь не понимал, за что его хвалят. Почему он молодец и умница? Почему Диме не противно? Почему он продолжает Игоря целовать там и гладить? Столько вопросов вертелось у Игоря в голове. Он их обязательно должен будет Диме задать. Но не сейчас. Сейчас он выгибается на постели и с громким стоном кончает, пачкая белесными потеками собственный живот и маячившую у его ног светлую макушку. –Тебе правда нормально было?–поинтересовался Игорь уже когда они сидели на кухне и пили чай. –Мне было прекрасно.–Заверил его Дима –А тебе нормально было? –Мне-да. –Это хорошо. Дима хотел бы подобрать слова, чтобы получше описать то, что он сейчас чувствует, но он не смог. Главное, что Игорю "нормально", а остальное уже не так важно. С остальным они разберутся позже.