Нефритовый Эгоист или "Потерять все"

Ночь. Солнце зашло еще несколько часов назад, перед тем как Луна заняла ее место, стараясь дать такой же свет, как и давала звезда. Вся земля заснула, будь то это птицы, спрятавшиеся в многовековых гнездах, то ли демоны, будучи в домах своих, склонили головы и закрыли глаза. Лишь двое в округе бодры, что нельзя назвать хорошим. Некогда лучшие друзья, празднующие лучшие года своей молодости в крепких объятиях, наполненные чувством свободы и безмятежности, теперь канули в небытие. Все трое были иными. Даже традиции и привычки теперь имеют другой смысл. В день веселья и сборов, когда друзья должны были отмечать малейший пустяк, проходя череду эмоций, держа в руке стакан с алкоголем, теперь будет последним со всеми живыми, не говоря уже о старых эмоциях.

***

Приставя острие меча, имевшего следы крови невинных душ и детей, широкий, одновременно тонкий и грациозное орудие для убийство коснулось горла ранее одержимого. В моменте, когда каждого охватывает страх и паника перед смертью, последователь, бывалый "тварью на побегушках" в руках не видавшего милосердия и эмпатии одного из божест Свордов, теперь был побежден рыцарем в доспехах, отражавших нефритовое свечение. Как же он мог - потерять все, начиная от друзей и любимых, которые последние месяцы одержимости терпели его из-за своих моральных законов и ценностей прошлого, заканчивая обыкновенным здравым разумом и осознанностью. На развалинах древней сцены заканчивается жалкая жизнь демона, который упал в социальное дно, как и еще те двое, впрочем... Заканчивая жизнь неподобающим образом, одержимый Лавандовый Рыцарь делает финальный вдох. Зрачки, сигналищирующие о том, что его тело все еще неподвласно ему, никуда не изсчезают. Только тело иссякло, как и часы жизни. Меч склонившегося перед тварью героя лежит в стороне, словно проклятый - его дума не решает поволочиться к нему и дать отпор. Нет. Даже родной бог предал его, когда его помощь нужна была больше всего. Теперь он лишь молча наблюдает, не имея желания помогать самому близкому последователю. И зачем же? Он быстро найдет нового раба, который будет идентичнен прошлому. Господь был жесток. Его мотив никогда не был искреннем, не говоря уже о простой человечности и гуманности. Только затуманенный разум не заметит пропаганды ядовитых лозунгов диктатора, а лишь восхваление и добрые намерения. Прищурив глаза сквозь шлем и укрепив хватку, Нефритовый Эгоист протакливает наконечник, заставляя клетки кожи Рыцаря рваться, выпуская тонкую нить крови. Из всех сил собравшись и набрав воздуха на цепь слов, падший произносит, еле выговаривая каждое слово, находясь на острие между жизни и смертью, падая направо. — Расскажи... звездам о своей побеле.. Живив, не забывая о ней... Невозможность больше сдерживать злость, вскипевшая у грешного, проявляет себя в резко проткнувшем трахею таким же грязным ружьем последователя, своего лучшего друга. Несмотря на все, что было ранее, Эгосит больше не сможет никогда почувствовать себя снова чистым и невинным. Забрав жизнь у дорогого нему, сердце потеряло смысл быть чем-то настоящим и верным. Но с другой стороны... Если бы он это не сделал, ему грозила бы неминуемая смерть, ведь это не он первым затеял покушение на жизнь ближнего. И даже не Лавандовый Рыцарь. Во всем было виновато самое близкое ему существо. Он вернулся в пригород своего родного округа. При ярком небе и вывесках вдали он твердо знал, что ему надо. Он схватил за руку свое завершенное желание, стоявшее впереди. Обернувшись назад, маленькая синяя звездочка увидела в паре шагов Нефритового. Но стоило ему зациклить внимание на ощущениях, в руке сразу что-то укололо. Пронеслось чувство от кончиков пальцев до самого сердца, а дальше до души и сознания. Он не хотел смотреть на руку и даже разжимать ее, хоть и было больно держаться. Сквозь маску решившись опустить глаза, юноша увидел что-то белое в руке. Разум охватиьи мысли чего-то ужасного, не поддавющегося объяснению и странного. От почтальнона невозможно чего-то ожидать, как и ждать слов или объяснений. Он давно молчит, и лишь изредка говорит что-то быстро, четко и коротко, словно Спартанский командир - никогда не церемониться. Даже перед убийством молчалив, хотя оправданий такому и быть не может. Ослабив напряжение в дрожащей конечности, взору, как ему казалось, невозможное. Это что-то должно было выпасть из теперь нынее несуществующей хватки, но реакция позволила это удержать, подложив вторую руку под и приподнеся очам косу. Длинную, белоснежную. Она и колола руку. Такая же коса была и у Лавандового рыцаря. Ловца охватила паника. Он просто замер, смотря на сплетенные волосы. Его возлюбленеый никак не мог ее отрезать - это было одно из немногих, чем он дорожил. Подняв дрожащие глаза на Эгоиста, он увидел пустоту. Шлем не позволял увидеть взгляд и прочитать стоящего, но по губам можно было догадаться о чувстах. — Мертв. Безэмоциональное слово вышло из оголенных уст, пока все тело было в доспехах. Это лишь еще раз доказало то, что перед Старгейзером больше не его лучший друг Скейтборд - теперь это самое настоящее зло воплоти. Слезы полились по снежным щекам Ловца. Он больше не мог принять то, что прошлого нет, как и его любви. Теперь лишь печаль и то, чье имя произносить не хочется, впереди. Не успев среагировать от шока, Звездочет тоже пал от широкого, уже окровавленного меча на землю, и из груди вырвался фонтан непроизносимых криков и неощутимых слез на волю. Эгоист всегда будет эгоистом, поэтому его так и прозвали. — Ты обнимешь его снова. — вынув мечь из последнего ближнего, пробормотал он. В скором времени так будет с каждым живым. Он не хотел этого, но моральный закон доводить начатое до конца взял все в свои руки. тгк: t.me/shhirou