Девятка

Прошла неделя. Сегодня Есения выпросила у лидера ключи от звукостудии, хотя она не собиралась заниматься, так как в этот день у нее были другие мысли, но услышав, что ребята уезжают на весь день из общаги, решила поменять свои планы. Лидер спокойно отдал ей связку с несколькими ключами. - Ты не мог позвонить мне, когда будете ехать обратно, что бы я закруглялась, не хочу вас задерживать, ты все ровно хотел еще и в студию, после сьемки – сказала Есения, кладя ключи в карман спортивных шорт. - Хорошо, но ты можешь заниматься, сколько тебе нужно. Ты ни в коем случае не стесняешь нас и это теперь и твоя студия. Но если для тебя это так важно, я позвоню – Чан посмотрел в ее глаза и улыбнулся. - Спасибо за понимание. Мне хватит этого времени, но все ровно позвони – старшая развернулась в сторону студии, как возле нее вырос Чонин, словно из под земли, с пакетом в руках. - Асти, возьми, пожалуйста, это я готовил только для тебя. Ты ведь не завтракала сегодня? – он смотрел настолько мило, что не принять его мини подарок было тяжело. - Ты что сталкер? Мне стоит опасаться? Может ты еще по ночам в мою комнату пробираешься и смотришь как я сплю? – она протянула руку и взяла пакет. - Этого не было в моих планах, но звучит заманчиво, как приглашение – Чонин скорчил умную мордашку. - Только попробуй, и вылетишь из нее как пробка от шампанского, с визгом и брызгами – старшая обошла младшего и пошла в сторону студии, красиво откинув свои волосы назад. - Какая дерзкая, Чан-хен, разве можно быть такой одновременно милой и недоступной? – Чонин млел на плече лидера и пускал слюнки. - Ты собрался? Нам пора ехать, кстати, когда ты приготовил еду для Асти? Встал одним из последних – Чан удивился этому факту. - Я сделал заказ еще вчера вечером, а привезли его 20 минут назад. Я знал, что она не будет завтракать нашими продуктами, вот и организовал доставку из ее любимого кафе – как победитель, вещал Чонин. - Любовь творит чудеса, почему ты о нас так не заботишься? – лидер потрепал младшего за волосы, а тот стал изворачиваться. - Потому что вы не она! Так я готов, можем ехать. Когда дверь общежития закрылась, тут стало как-то пусто. Прежний шум покинул эти стены, и в комнатах стало тихо, наверное, даже мрачно. Без ребят это здание, казалось, простой постройкой, безликой и не вызывающей никакого желания здесь находиться. Есения стояла возле двери звукостудии и молча открыла ее. В студии все было привычно. Микрофон, максимальное шумоподавление, компьютер и остальная аппаратура. Все было расположено в стиле Чана. Минималистично и комфортно. Это еще одна черта характера, которая нравилась Есении в лидере. И они были в этом похожи, чем проще устроена комната, тем лучше. Ничего не мешает и всем вещам есть свое место. Зеленый небольшой диванчик, пара подушек и легкий плед. Перед началом записи Есения проверила микрофон и программу записи. Все, теперь можно пробовать. Она достала листы с текстом и прошла в кабинку записи. Сегодня нужно было поколдовать над 3 треком из ее соло альбома. Этот трек был сложным не потому что были проблемы с записью партий, или были слишком высокие ноты, а потому что он был написал во время, когда Асти почти потеряла все, что у нее было. Песня была написана 5 лет назад, буквально на салфетке в кафе Рима. Тогда эту историю знал только один человек из ее окружения. Только ему она доверила свои слезы и переживания. Столько было сказано ему в глаза, столько было слез, которые видел только он. Но не бросил, а помог, выслушал, покорно вытирал каждую слезинку. *** Дамиано. Он помог ей пережить тот период жизни. Редко можно встретить таких людей как он, хотя на вид так и не скажешь об этом. Весь забит татуировками, вечно в шмотках годов 80-х и еще прически меняет почти каждый день. Но это лишь его скорлупа, за этой браней глупости и придурковатости, прячется милый парень и открытой и чистой душой, просто, когда это выясняется не все до этого момента доживают. Они познакомились на площади, Дамиано, Виктория, Итан и Томас сидели в кафе и ужинали. Их обслуживала Есения, и когда она принесла счет, Дамиано пригласил ее на их «импровизированный» концерт, через 20 минут в 10 метрах от этого кафе. Есения согласилась. Они ей нравились, живые, ничем не прикрытые эмоции ребят завораживали. Ведь Есении хотелось того же, она мечтала, что бы ее жизнь была хотя бы на 0.1 десятую похожей на их. Концерты на площади, жизнь в свое удовольствие, это то, о чем можно только мечтать и видеть во снах. Дамиано громкий и взбалмошный, Виктория просто светящаяся от своего задора и искр в глазах, Томас, слегка вялый, но ни на секунду не отстающий от общего настроения друзей. Только Итан был скромным и спокойным, тот самый противоположный всем и отлично вписывающийся парень, в их бурную и такую отличившуюся группу друзей. Если быть до конца откровенный, то стоит сказать, что Дамиано давно наблюдал за Есенией. Около недели он ходил по утрам в это кафе и молча, сторонне наблюдал за ней. Она ему нравилась, и не только внешне, но и внутренне. Она легко находила общий язык с людьми, даже самые грозные посетители оставались довольны ее обслуживанием и мило улыбались ей в ответ. Она не похожа на всех. Рыжие волосы ниже лопаток, серые, как пасмурное небо глаза, фигура отличная, а голос мелодичен и певуч. Но есть небольшой странный акцент. «Не итальянка» - подумал Дамиано. А после решился и показал ее ребятам. Виктория предложила пригласить ее к ним и просто пообщаться. Все согласились. Через 20 минут Есения стояла на площади и ждала, пока ребята закончат настраивать аппаратуру, и начнут концерт. И вот первая песня. Голос Дамиано просто захватил в свой плен и не выпустил больше ни на минуту. Она слушала, открыв рот и не смыкая глаз. Есения смотрела на него, а он смотрел на нее. Никто не помнит, сколько времени длился концерт, но когда все закончилось и ребята подошли к ней, девушка смогла очнуться от оцепенения. Восторг был таким, что ребята раскраснелись и наперебой стали просить ее не реагировать так бурно. А Есению уже было не остановить. Успокоившись, все дружно пошли гулять по городу, и совсем забывшись Есения начала тихонько петь песню. Ребята сначала не поняли, кто поет, но потом, когда они все остановились, а Есения продолжила идти и петь, ребята все поняли. Пела Есения. Дамиано притормозил девушку и спросил. - Ты поешь? Почему раньше не сказала? Мы спели бы вместе – Дамиано заглянул в ее глаза. - Меня ведь никто не спрашивал, вот и не говорила – девушка улыбнулась. - Тогда, я думаю, ребята не будут против, если ты придешь к нам на репетицию, правда ребята? – парень обернулся к остальным и те кивнули в знак одобрения. - Хорошо, я приду. С того самого момента, ребята стали как семья. Они часто репетировали, играли на улице мини концерты. Все шло своим чередом. Но на одном из них, после последней песни к Есении подошел милый парень и протянул букет цветов. С этого момента началось самое не простое и тяжелое время для Есении. Алекс. На три года старше, но этой разницы не чувствовалось. Они буквально понимали друг друга с полуслова, мыслили одинаково и могли болтать часами обо всем и ни о чем. Первые мысли о влюбленности были такими не приметными, но волнующими. Его глаза казались самыми красивыми и светлыми. Голос завораживал своим баритоном до мурашек. Прикосновения пробивали кожу током, вольт так 360. А когда он смотрел на нее прямо в упор, то она не могла не смущаться и не краснеть как помидор. Что самое интересное, так то, что она боялась даже прикоснуться к нему. Настолько она была влюблена, что простое прикосновение вызывало бурю эмоций и чувств. Даже секс не нужен был. Но это реально, такое с ней происходило впервые. Любой намек на прикосновение отзывался в ней нежным и в то же время волнующим трепетом. Любовь захлестнула ее с головой и просвета не было. Но признаться было как-то тяжело. Есения тянула с признанием 3 года. И в итоге проиграла. Она любила его, а он видел в ней лишь друга и поддержку. Самое страшное случилось тогда, когда они встретились на одной свадьбе общих друзей. Каких сил стоило перебороть в себе всю злость и обиду, просто не замечать его, не смотреть в его сторону и забыть о его существовании. Попытаться просто веселиться и не обращать внимание, на его жалкие попытки незаметно следить за ней. Есения сделала это!!! Она показала Алексу, что может быть той, которую он никогда не видел. Той, какой ее знают друзья, смешной, веселой, задорной, и простой. В конце вечера она поймала букет невесты и немного пофлиртовала с ведущим. Все отреагировали смехом, но только не Алекс. Он злобно прожигал в ней дыру, пытаясь привлечь к себе внимание. Но это не сработало. Она ушла по-английски, не прощаясь и не оставляя надежды на продолжение общения. Просто и со вкусом. Но через год, ей снова пришлось испытать тот же липкий и сковывающий все конечности страх. Он женился. И она чуть не попала на его свадьбу. Стоя на площади, возле кафе, в котором играла музыка, кажется, была чья-то свадьба, Есения ждала подругу, которая попросила ее прийти и получить свой подарок. Но никто и подумать не мог, что там, в том кафе шла свадьба Алекса. Подружка вышла из того самого места, вручила подарок и попросила его открыть прямо на площади, что бы видеть реакцию Есении. В этот момент из двери вышел Алекс и увидел как она, вереща на половину улицы, открывает подарок и тут же обнимает подругу. Он смотрел не отрываясь, пока случайно не встретился с ее взглядом. Доля секунды убила все веселье и радость в глазах Есении. Девушка отпустила подругу и молча ушла с площади. Злость, после обида, а потом еще и желание снова увидеть… Эти враги полностью победили Есению и тут в голову пришло решение, забыть изо всех сил, что бы ничего не напоминало о нем. Спустя 5 месяцев ее встретила менеджер Кан. И вот оно, решение, которое все изменило, развернуло совсем в другую сторону. Но страх не позволяет решиться. Столько лет быть в одном месте и решиться бросить все и переехать, неизвестность поглощает Есению полностью. Сидя в своем любимом кафе, она разговаривала по телефону с Дамиано, и он напел небольшой мотив, что бы немного сгладить ее переживания, а Есения написала пару строчек на салфетке. И тут родилась самая эмоциональная песня для девушки. И решение пришло само собой. Она позвонила менеджеру и сообщила, что готова поехать. *** Уже около двух с половиной часов, Есения прокручивала трек в студии и не могла понять, что ей не нравится, звучание хорошее, мелодия легкая, не наващивая, и текст более чем доступный. Но все ровно, нет полной гармонии. Что делать с переходами, они были не такими плавными, как хотелось бы. И девушка решается спеть ее полностью, без остановок. А потом посмотреть, что из этого выйдет. Она вошла в кабинку и включила запись, не замечая одного непрошенного гостя в студии. «Ты не здесь, мне кажется, продолжения нет И в моей душе, цветы осыпаются, Мечты забываются, я знаю, что навсегда уже… Остался, белым снегом на моей руке, Капли света, шепотом нежным в груди, Не уходи… Я же слышу, что любовь твоя еще дышит, Ты не обманешь себя, знаю, знаю, что любишь меня, Ты меня…» Мелодия льется по колонкам, глаза Есении прикрыты, она пела так забвенно, вкладывая в нее всю свою боль, ненависть и не разделенную любовь. Слезы непрошено сверкнули на глазах и поспешили скатиться по щекам. К началу второго куплета они телки ручьем, но это не мешало записи, ведь не было ни сожаления, ни боли, ни ненависти, все вложено в эту мелодию. «Дай мне шанс, забыть тебя, стань не видимым Собери мечты и воспоминания, Они без твоей любви всю душу лишь мне изранили…» И второй припев пролился вместе со слезами и надрывом голоса. Есения допела песню и села на пол, захлебываясь собственными слезами. Истерика подкатила слишком неожиданно. Мысли стали путаться, шрамы на сердце снова стали жечь изнутри и душа неумолимо просила хоть какой-то отдачи, объятий или простого слова. Руки снова начали трястись, и дрожь от рук разошлась по всему телу. «Закрыться, никого не подпускать, забыть о его существовании» - как мантра, крутилось в голове девушки. Истерика набирала обороты. Еще пара минут и придется вызывать скорую… Кнопку завершения записи нажал кто-то другой, он вошел в кабинку и сел рядом, обняв своими могучими руками, скрыв от всего мира. Тепло, оно согревало в этой маленькой комнате, хотя, казалось бы, что тут не так холодно. Они сидели вместе на полу и обнимали друг друга. Есения не сразу поняла, что с ней есть кто-то рядом. В его объятьях было так тепло и хорошо, что не хотелось снова выходить за пределы этого комфорта. Слез уже не было, было опустошение, свобода, которая так долго и тяжело отвоёвывалась у обстоятельств. Приятно, руки нежно обнимали за талию и прижимали к себе, что бы ни позволить упасть на пол. - Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через такое …Ты поэтому не хочешь с кем-то сближаться? – Чан аккуратно убрал челку с ее глаз и посмотрел взглядом, полным сочувствия. - Ты ничего не знаешь, это только мое. - Есения поняла кто рядом с ней, но это не повод открывать свою душу постороннему человеку. - Знаешь, однажды я тоже написал подобную песню, и увидев тебя, как ты поешь, и как твоя боль вырывается наружу, понял, я не один такой. Прости, если помешал, но я обязан был тебе помочь – он слегка отстранился от Есении и вытер ее щеки от слез. - Я слышала ее, и понимаю, о какой песне ты говоришь, но это не дает тебе право судить мою жизнь. Уходи, не хочу, что бы нас видели в таком виде – девушка попыталась подняться, но вышло не очень, руки Чана по-прежнему держали ее в своих объятиях. - 1 минуту разреши еще так посидеть, мне нравится ритм твоего сердца. Напоминает мне один бит, всего минуту, ладно? – он прижал ее к себе. - Ладно, только минуту, не больше – и она сама прижалась к его телу, утонула в его тепле, в объятиях, в нем полностью и без остатка. - Если бы нас сейчас видел бы Чонин, то мне бы влетело от него. Он ведь не мыслит своей жизни без тебя. Я бы отгреб по полной. – и эта фраза рассмешила их обоих. - Да, он бы устроил бы сцену ревности, и не понятно было бы кого к кому ревнует… - Есения повернула голову, что бы посмотреть Чану в глаза – Спасибо, я бываю резкой, но это лишь защита. Спасибо, что пришел во время. - Ничего, все в порядке. Я понимаю тебя. Пойдем пообедаем, ты так и не притронулась к пакету от Чонина. А ведь он так заморочился, что бы ты была не голодной – Чан раскрыл свои руки и они поднялись с пола. - Я забыла про еду, если честно сказать. Этот трек меня добивает, я не могу его записать уже долгое время. Но думаю, что сегодня получилось, как думаешь? - Получилось «пиздастрадательно», или как говорит Хани «жалоёбно» и «душевынимающе». Уж извини за такие слова. Хотя получилось действительно хорошо. - Спасибо, возьму эти слова на заметку… Пойдем и правда пообедаем, я голодна – ребята вышли из студии. Но душевному равновесию пришел конец, когда в коридоре показалась тушка Хенджина. Тот со всех ног несся в студию. Но как только увидел, весело щебечущих Есению и Чана, резко остановился возле них. Его взгляд сквозил отвращением к Есении и недопониманием к Чану. От хорошего настроения не осталось и следа, когда Есения увидела эту фурию на горизонте. Снова придется принимать защитную позицию. А иногда так хочется ему втащить, что просто сил нет. - Прошло полчаса, как ты ушел в студию. Мы должны еще поехать в офис, все тебя ждут, между прочим! А ты что там засела, как червь книжный, ты не одна, кому нужно работать! – он плескал ядом во всю прыть. - Я предупредил менеджера, что мы задержимся, так что он в курсе. И еще раз услышу подобное в сторону Асти, я свою угрозу превращу в полноценное действие – Чан спокойно посмотрел на младшего. - Слыш, прынц недоделанный, еще раз плюнешь в меня своим ядом, и я тебе втащу! – словно не было этих 30 минут спокойствия, Есения снова начала агрессировать. - Я то принц, а ты кто? Никто и звать никак! Ты даже не можешь нормально дебютировать, а еще рот в мою сторону открываешь! Вроде бы взрослая, а ладить с людьми так и не научилась, даже с таким, как ты говоришь, «детским садом» как мы! Истерика 2.0. Слова Хенджина полоснули лезвием прямо по сердцу. Задели жизненно важные органы и пролили кровь. Есения не ожидала, что от таких слов ее скрутит, словно в тугой узел. Хочется плакать, глаза предательски щипает, и слезы вот вот скопятся в глазах. Нужно что-то делать, срочно. Бежать, закрыться в комнате и не выходить, зарыться в одеяло и уснуть. «Реально ему втащить в смазливую мордашку? Что бы в следующий раз знал, с кем имеет дело! Хотя нет, менеджер Кан меня за такое по голове не погладит. Терпи, только терпи…» - но мысли приняли совсем другой оборот. Она сорвалась с места и пронеслась по гостиной сразу на второй этаж. И как только дверь ее комнаты хлопнула с оглушительным грохотом, все смогли опомниться. Оказавшись в комнате, Есения закрыла дверь на ключ и осела рядом с ней. Снова слезы, опять истерика, беспомощное состояние. До чего же противное чувство. Вроде вот недавно ты с ним справилась, но стоило появиться триггеру и все, накатывает с новой силой.