Погода для Свитера

Sweater Weather – The Neighbourhood

All i am,

Is a man,

I want the world,

In my hands.

      На пляже было безлюдно, волны тихо шумели, морской воздух забирался в легкие, дышалось легко. Я снял свои шлепки и прошелся ногами по песку. Солнце давно зашло и приятный холод покалывал босые пятки. Я сел на песок и стал наслаждаться звуками прибоя. На небе горели звезды. Ночь очаровывала меня.       Я попытался найти Кассиопею на небе. В детстве мне это удавалось довольно легко, но сейчас, сколько бы я не смотрел на звезды, её нигде не было. Это меня немного озадачило. Может моя неудача была вызвана тем, что я был не дома, вдали от привычного места наблюдения звездного неба? Кто знает.       Я люблю ночь. Да, ночь сама по себе хороша, когда сухо, тепло, никто не хулиганит. Когда у влюблённых есть возможность уединиться и наслаждаться в объятиях друг друга. Когда можно купаться в ласковом море при лунной дорожке. Когда глаза утопают в бездонном ночном звёздном небе выискивая созвездия.       Ночь загадочна, спокойна, а её спутники – месяц и звёзды – проводники к Морфею. Верному союзнику, который обеспечивает сладкий сон забирая все тревоги и дурные мысли, что наполнили голову за день.       Я люблю ночь, потому что в ней проще всего быть, думать, мечтать, любить, как бы банально это всё не звучало.       Ночь – прекрасное время суток, в этот омут погружаешься с головой. Тогда не считаешь жалких минуток, ведь они, бессмысленно тонут.       Как и я тону в твоих глазах...       Твои глаза настолько глубоки и прекрасны, что в них отражается весь мой мир. Твои глаза глубокие, как океан; мечтательны, как звездная ночь; красивые, как лепестки лотоса; завораживающие, как восход солнца; безмятежны, как утренняя роса. Они интригуют, но в то же время невинны, как детский смех!       В мире хаоса твои карие глаза приносят спокойствие и умиротворение. В твоих карих глазах хранятся истории, которые невозможно выразить даже словами. Через твои карие глаза я увижу мир в совершенно новой перспективе.       Если кто-то и осмелится взглянуть эти тёмные дыры, они навеки увязнут в этом оттенке древесной коры.       Ты околдован тишиной морской глади в эту ночь, а я околдован тобой, и тоже в эту ночь.       Ты сидишь рядом на песке и смотришь в небо. Что ты там выискиваешь?       Милый мой, о тебе нужно писать стихи, складывать песни , снимать кино... Как жаль, что я могу мало что из этого... На сегодняшний день написано так мало строк, так мало страниц, а сделал для меня ты очень многое...       Ночь – это время чтобы вещать правду. Для глупых мыслей и потрясающих идей.       «Хочу тебя поцеловать» – такая глупая мысль пришла ко мне только что. И до ужаса крепко уселась на подкормке сознания когда я осматриваю профиль твоего лица в ночной темноте.       Ты не представляешь насколько ты красив.       Не знаешь, почему моё сердце делает кульбит и бьётся как в приступе тахикардии каждый раз, когда ты касаешься меня. Не знаешь, как сильно мне хочется погладить тебя по пушистым волосам или коснуться румяных щек. Как сильно мне хочется коснуться твоей гладкой кожи, провести пальцем по острой линии челюсти и порезаться о неё, хоть знаю я, что это невозможно.       Ты мягкий, и кожа твоя мягкая. От тебя невозможно получить увечья – ты лечишь раны. А лучше всего у тебя получается лечить душевные, ты пристально смотришь в глаза, проникаешь глубоко, выворачивает душу наизнанку и выискиваешь корень проблемы, который искушает душу. Вырываешь этот аленький цветочек как сорняк из почвы и наклеиваешь пластырь на сердце. Ты знаешь как нужно обращаться с людьми чтобы заставлять их думать о тебе. Чтобы заставить их любить тебя.       Я смотрю на тебя и понимаю, что время остановилось... Облака застыли в небе и все звуки стихли. Даже в пляжном баре в нескольких метрах от нас выключилась музыка и всё живое затаило дыхание. Весь мой мир сузился до размера твоих темных глаз, что смотрели прямо в душу. Ты прищурил глаза и я вдруг осознал – ты улыбаешься. В груди, сердце прокачивает по сосудам кровь вместе с чувством приятной теплоты, распространяя его по всему организму, обволакивая им каждый орган, и заставляя пощипывать в кончиках пальцев.

I hate the beach,

But I stand,

In California with my toes in the sand.

      Ты отворачивается и снова глядишь в ночное небо. Что тебя так привлекает в нём? Я оглядываю тебя ещё раз с ног до головы и следую твоему примеру – мне до ужаса не хочется отводить от тебя своих глаз. Хочется поглотить тебя всего, целиком и полностью чтобы твой образ отпечатался на роговице глаза, но лишь знание того, что ты сидишь рядом, на прохладном песке будоражит чувства.       Я люблю штат Калифорния, как раз сегодня у нас был концерт и мы остановились в отеле (кстати он находится сзади нас), но не люблю находиться на пляже в холодную погоду – октябрь как раз радует низкой температурой в 9° по Цельсию, хоть днём уровень алкоголя в градуснике и поднимается до отметки 24°.       Ночью на пляже был только один хозяин – восточный ветер. Он дул так, что казалось замерзают даже кости, пронизывал насквозь и нёс с собой морской бриз вместе с солью в каждом своём порыве. Трепал твои тёмные волосы, пробирался под мой тонкий свитер и пытался толкнуть назад, на холодные песчинки, что не сосчитать, раз за разом несмотря на молчаливое осуждение стылых звёзд рассыпавшихся по темному небу.       Твои руки обхватывают колени что прижаты к груди ещё сильнее. Почему ты не оделся потеплее если собирался выходить на пляж ночью?       Ты вытянул руку и указал пальцем куда-то в темное море.       – Хён, – позвал ты меня нарушая тишину – смотри, там наш дом.       И снова твои губы исказились в улыбке, только теперь тоскливой.       – Тебе ведь не в первой выступать в Калифорнии, почему именно в этот раз ты так тоскуешь по Сеулу?       Ты грустно усмехнулся и глубоко вздохнул возвращая руку на колени. Я уж было подумал, что мой вопрос останется без ответа, однако ты не дал тишине с новой силой поглотить моё нахождение тут.       – Мне кажется, что я теряюсь здесь, среди этих небоскрёбов, среди тысячи людей, среди улиц, – подмечаешь ты.       «А мне кажется, что я теряюсь в тебе, в твоём взгляде, в твоём сердце» – промелькнула мысль в моей голове, но мой рот отфильтровал это по другому:       – Я найду тебя среди высоток, найду в толпе среди тысячи людей, я найду тебя и помогу найтись. Приведу домой.       Как-то резко. Не находишь?       – Что значит для тебя это слово?       Я задумался.       Скорее всего дом это место куда я могу вернуться. Своя квартира, свой уголок в многоэтажном доме в каком-то квартале. Место где я бы с удовольствием отдыхал после работы в компании. Мой личный мирок.       – Наверное, для меня дом это то место, куда я могу вернутся. Куда могу зайти без приглашения, и уйти без предупреждения.       – Ты совсем не романтик, хён, – я слышу смешок в твоём голосе и ты действительно улыбаешься глядя на меня. Я чувствую себя придурком потому что не оправдал твоих ожиданий. – А есть ли у тебя человек, которого ты можешь назвать своим домом?       Я смотрю в твои прищуренные глаза и кажется расплываясь в дурацкой улыбке от собственных мыслей. Да... Да! Я с уверенностью в 100% могу сказать, что да! Определённо есть такой! Просто взгляни в зеркало.       – Да! – выкрикиваю я, и кажется слишком резко. Ты хмуришься от моего громкого голоса, а потом смеёшься. – Да, определенно есть. – уже чуть тише выдыхаю я.       Я откидываюсь на руки за спиной и поднимаю голову позволяя лёгкому дуновению ветерка огладить мои горящие щёки.       – Не могу сдержать улыбки когда вижу, как он счастлив делясь своей любовью с другими, – ты перемещаешь руки выше, уже не обнимаешь ноги а кладешь их на колени, голову на руки и смотришь на меня.       – А какой он, этот человек? – ты переходишь на шёпот и не отводишь от меня глаз. Под твоим пристальным взглядом я чувствую себя в ловушке – бежать некуда, да и не хочется.       Я глубоко вздыхаю и представляю твой образ. Глупо, ведь ты находишься рядом в прямом смысле.       – Это человек, рядом с которым я не думаю о других. Он заботливый, вредный, смешной, иногда глуп и мил, симпатичный, непредсказуемый. Одно лишь его присутствие заставляет хмурый день стать самым светлым. Я не могу оторвать от него глаз, когда он дурачится или ведёт себя как ребёнок, не могу не умилятся его сонному личику или его замученному выражению лица после нескольких часов проведенных в зале для практик и не могу не разделять его слезы. Порой мне кажется, что мы в разных мирах и у нас разное восприятие окружающего мира. – я вздыхаю и перевожу взгляд на тебя уже не заботясь о том, увидишь ли ты мой румянец или нет. – Я хочу так многое о нём сказать, что не могу сложить слова в предложения. Сердце кровью обливается, голова от мыслей гудит, каждая часть тела требует его прикосновений, и каждая клеточка сгорает когда он дотрагивается до меня.       Ты всё ещё не отводишь взгляда, слушаешь мой монолог с таким интересном, будто это не простой любовный лепет влюбленного идиота, а какая-то действительно ценная информация.       – Так ты влюблён, хён! – выкрикиваешь ты – Или любишь?       Ты хитро щуришься, так, будто узнал чей-то постыдный секрет который в дальнейшем можно использовать для шантажа. И ты будешь прав. Отчасти. Тишина нарушена пока я пытаюсь собрать последние крупицы разума чтобы окончательно не утонуть в своих фантазиях.       – Я люблю, и я влюблён.

Use the sleeves of my sweater,

Let's have an adventure.

      Новый поток холодного ветра заставляет тебя поёжиться. Ты растираешь предплечья руками, чтобы создать хотя бы фантомное ощущение тепла и разогнать кровь по венам.       – Ну серьезно, кто выходит в октябре на пляж в футболке?       Дружеский упрёк от меня и ты неловко улыбаешься оправдываясь тем, что в твоём номере было жарко.       Я снимаю и любезно отдаю свой тонкий красный свитер с черными полосами тебе (на мне остаётся белая майка заправленная в джинсы). Он ещё теплый от моего тела и ты снова одариваешь меня своей мягкой улыбкой. На оголённой коже я чувствую прохладу. Поправляешь торчащие нитки на рукавах и опускаешь их до ладоней. Он тебе великоват но идеально подчеркивает твою худобу. Ты плохо ешь.       – Говорят, когда влюблён, хочется об этом кричать. Я считаю это полной чушью. Любовь хочет быть тихой. Никем не тронутой, только для влюблённых. Это то, чего не каждый может достичь и не каждый может уберечь. – в твоих словах есть смысл, но я не согласен. Мне действительно хочется кричать о том как ты заставляешь меня чувствовать себя самым особенным человеком. – Зачем ты мне это говоришь?       Что?       Я не улавливаю суть твоих мыслей. Порой ты можешь перевернуть самые простые вещи и сказанные слова в насмешку.       Ты насмехаешься над моими чувствами к тебе?       Твои глаза больше не смотрят на меня, и улыбка померкла, они рассматривают небо и в них отражаются звёзды. Я давно понял, что мне нравится когда я теряюсь в твоих глазах. Давно понял, что мне нравится твоё общество даже если мы просто молчим. Как сейчас.       Наш разговор — это гораздо больше, чем слова. Это улыбки, нежные пожатия плечами и свет в наших глазах. То, что мы оба возвышаемся благодаря присутствию друг друга, очевидно, и даже молчание комфортно. Это моменты, когда можно насладиться обществом другого и почувствовать то чувство покоя, которое приходит от ощущения себя любимым и защищенным в объятиях дружбы.       Мы снова молчим, но тишина эта какая-то гнетущая, неприятная, неловкая. Она колотит в ушах и режет по сердцу. Её разбавляют лишь волны бьющиеся о скалы и музыка из бара.       Я тоже оставляю твой облик на периферии зрения и всматриваюсь в чёрное море, только вот моря я совсем не вижу – я визуализирую развитие событий и планы "побега" с этого пляжа, которые друг от друга ничем особым не отличаются, но смысл у них один – позорно скрыться не попадаясь тебе на глаза.       Мои ладони в песке и я их отряхиваю готовый уже уходить, но до моих ушей доносится твой тихий голос. Ты зовёшь, но даже не смотришь.       – Хён, скажи, – твой голос стал тише, намного тише, и ты продолжаешь уже шёпотом – If I told you that I loved you tell me, what would you say?       Твой голос мелодичный, бархатный и ложится как бальзам на уши, и я в который раз подмечаю, что он идеально подходит для инди музыки. Твой английский не идеален, и мне это нравиться – ты проговариваешь эти строчки осторожно, чтобы слова были выговорены чётко и ты сам не запутался в них. Мило.       "The Beach" – The Neighbourhood мы слушали её в самолёте когда летели сюда и у тебя она была на репите несколько раз.       Я пою про себя четыре строчки из первого куплета,

«If I told you that I loved you

Tell me, what would you say?

If I told you that I hated you

Would you go away?»

      а потом ко мне возвращается сознание, смысл этих слов, и путь воздуху в мои легкие перекрыт, я перестаю дышать.

Head in the clouds,

But my gravity's centered.

      Нет, нет. Если я сейчас встану на ноги, то точно упаду снова на песок.       Кажется я забыл слова. Я забыл всё, что хотел сказать. Ты смотришь на меня и я леденею. В твоих глазах фонарики пляжного бара становятся звёздами на темном полотне радужки. Твои карие глаза цвета красного дерева – успокаивающая и домашняя твёрдость, которая даёт мне понять, что ты будешь лучом моей поддержки. Твои глаза напоминают мне шоколад Dove: гладкий, кремовый, восхитительный и тающий.       Только тающий сейчас я.       Я бы давно распался на частицы от того, что именно я сейчас в нашем разговоре заставляю твои губы исказиться в улыбке, именно я заставляю тебя заливается звонким смехом, именно мне дарованы все твои сверкающие взгляды, и именно ты сейчас греешься в моём свитере. Но в сознание, из раза в раз, меня приводит твой бархатистый голос – самая сладкая песня для моих ушей.       – М? Ёнджун, – в твоей речи я слышу тень улыбку и ты окончательно меня добиваешь своим довольным смехом – если бы я сказал, что люблю тебя, каков был бы твой ответ?       Перевод мне известен, но я не могу вымолвить и слова. Я слишком упорно пытаюсь не думать об этой строчке, кажется, будто я даже не дышу. Твой пристальный взгляд прожигает во мне дыру и я готов сгореть дотла под тяжестью твоих карих глаз.       Дыхание сперло, сердце стучит с такой силой, что готово сломать рёбра, в ушах белый шум... Твой звонкий смех. Он проникает через барабанные перепонки прямо в мозг и вместе с мурашками проходится по телу так, будто я физически ощущаю его вибрацию. Я не в силах отвести от тебя взгляд. Хочется насытится всем тобой, да не получится только.       Когда твоя речь становится тише, когда твой смех заглушает звук волн, когда я почти что проваливаюсь в пропасть своих навязчивых мыслей, ты снова ухватываешься за ускользающую ниточку моего сознания. Я слышу твой голос в которой так легко влюбился. Это слуховая карамель.       – Рядом с тобой люди чувствуют себя в безопасности, вот какой ты хороший человек. Я уверен, что есть много людей, которые влюблены в тебя. И я один из них. – в который раз за это время на пляже проведенное с тобой, мой организм лишает меня базовых функций? – Я обещал себе не влюбляться, но у сердца есть дурацкая привычка – нарушать все правила. Я могу жить своей жизнью. Я могу двигаться дальше со своими интересами и страстями и быть в порядке. Но я бы предпочел делать все это и быть с тобой. Так что, если ты чувствуешь то же самое, если что-то из этого находит отклик в тебе – скажи мне прямо в лоб.

Touch my neck,

And I'll touch yours,

You in those little high waisted shorts.

      Ты выпалил на одном дыхании то, о чем я и догадываться толком не смел. Как ты так просто смог сказать мне в лицо то, о чем я месяцами готовился тебе рассказать?       По твоему взгляду который бегает по моим широко открытым от шока глазам, по твоей померкшей улыбке я могу сделать лишь один вывод – ты напуган.       Я отворачиваясь, смотрю себе под ноги и поджимаю губы, анализируя, что именно я должен сейчас делать. Как я должен поступить сейчас?       Рядом с собой я слышу шелест песчинок. Периферическим зрением вижу как ты поднимаешься с места. Я снова смотрю на тебя, как ты стряхиваешь песок с одежды. На тебе те самые обтягивающие бедра шорты с завышенной талией, что идеально подчёркивают её и твои длинные ноги. На рукавах моего свитера тоже остаются песчинки и ты стряхиваешь песок с ладоней а после поправляешь волосы. Твои волосы развевались на ветру, словно тебе хотелось добавить восклицательный знак к своей миловидности. Отросший маллет идеально обрамлял твои черты лица. Нежные волосы, ниспадающие такими насыщенными осенними оттенками, были умиротворяющей визуальной поэзией моей души, ведь именно таким ты был в тот день, когда впервые заставил моё сердце многообещающе стучать. Я не отвожу от тебя взгляда.       – Люблю, – срывается у меня с губ.       – Чего говоришь? – ты стоишь ко мне спиной, я не вижу твоего лица, но отчётливо слышу улыбку в словах.       – Люблю тебя, – говорю уже громче.       Ты поворачиваешь голову и я лицезрею твоё лицо освещённое улыбкой.       В моих глазах, твоё лицо – это воплощение красоты, которой может обладать не каждый мужчина, не из-за черт лица, а из-за света в глазах и нежного тепла души. В твоей улыбке – вся любовь, которая мне когда-нибудь понадобится.       Ты –тот самый милым плюшевым мишка, в нежных коричневых тонах, из которых сделаны детские сны о ночи и дне. Твои волосы – мех, такие мягкие, как у котенка, твоя улыбка была как предложенная чаша, чтобы держать в безопасности детские эмоции, какими бы они ни были. В твоих глазах было тепло, вечное мерцание в их любяще-черном цвете.       Ты подходишь ближе закусывая нижнюю губу чтобы сдержать улыбку, которая и так рвется наружу, от вида которой я тоже расплываюсь в улыбке, как дурак, но даже не пытаюсь её спрятать. Садишься передо мной на корточки и закидываешь руки мне на плечи, ты так бесстыдно разглядываешь моё лицо. В этот тихий момент, когда весь мир замирает, когда мне так повезло смотреть тебе прямо в глаза на таком маленьком расстоянии, у меня есть бессловесное определение радости.       – Скажи ещё раз, – просишь ты шёпотом.       И я повинуюсь утопая снова и снова в твоих глазах.       – Я люблю тебя. Моё время и любовь – это всё, что у меня есть, и они навсегда твои, если ты этого хочешь.       – Хочу, – без раздумий отвечаешь ты.

He knows what I think about,

And what I think about,

      Я без стеснения осматриваю тебя: большие, внимательные глаза, маленький пропорциональный нос, выразительные щеки, четко очерченная линия челюсти и пухлые губы... Твои губы потресканные, искусанные и обветренные, но тем не менее такие манящие и кажутся столь мягкими и тёплыми. Я с трудом перебарываю желание коснуться их своими когда ты смачиваешь их языком. Ты смотришь, скорее всего на мой приоткрытый рот, а я слежу за твоими эмоциями – ты снова щуришься, а значит ты широко улыбаешься во все 32 зуба (тебя явно рассмешила и порадовала моя реакция).       Есть так много способов, которыми ты улыбаешься, и только некоторые из них передаются твоими губами. Бывают моменты, когда ты улыбаешься ритмом своего голоса – как сегодня, когда ты рассказывал мне о влюбленности – или неожиданным подпрыгиванием в твоей походке. Бывают моменты, когда ты улыбаешься выбором слов или тем, как ты останавливаешься, чтобы послушать пение птицы. Но больше всего мне нравится, когда ты улыбаешься руками, которые обнимают, притягивают меня ближе и рассказывают мне о нашей связи.       – Чудак, – хихикаешь ты. Когда ты смеёшься, я вижу твою детскую сущность. Нам всем это нужно на протяжении всей нашей жизни. Так что продолжай смеяться. Это лучшее лекарство для тебя и общества.       – С чего это вдруг? – спрашиваю я и меняю взглядом твои глаза на губы которые начинают двигаться.       – Но мне это нравится, – ты не отвечаешь на мой вопрос – как нравишься и ты. Я люблю тебя по-настоящему. Люблю так сильно, что дыхание спирает, а сердце останавливается. Люблю настолько, что готов быть где угодно, лишь бы с тобой. Готов делать всё, что ты пожелаешь, лишь бы ты смотрел на меня с восхищением, лишь на меня. – последние слова ты выделяешь интонацией. – Я люблю твои разговоры со мной обо всём поздним вечером в общежитии, люблю каждый твой жест, люблю смотреть на то, как ты отдаешь своего себя на тренировках, люблю слышать как ты уменьшительно ласкательно называешь меня и благодаришь за принесенную бутылку воды, как ты улыбаешься мне. В такие моменты не могу думать ни о чём другом, кроме того, как вызвать твою прекрасную улыбку и смех. Я так чертовски хочу поцеловать тебя и чувствую, что рассыпаюсь на миллиарды частиц, – ты всё добавляешь и добавляешь громкости в голос выпаливаешь всё на одном дыхании, но затем останавливаешься чтобы набрать ещё немного воздуха и продолжить говорить, но я обрываю тебя.       – Так целуй же, Гю, – с полной уверенностью я заглядываю тебе в глаза. Клянусь, слова сами сорвались с языка прежде чем я смог отфильтровать их и как-то более сдержано преподнести свою мысль. Твои глаза округлились от счастья, и я уверен, что они стали похожи на те звёзды, которые ты высматривал на небе ранее.

One love. Two mouths.

One love. One house.

No shirt. No blouse.

Just us. You find out.

Nothing that we don't want to tell you about, no.

      Нам нечего скрывать. Нечего.       Я не осознаю, что это происходит в реальности, и лишь один толчок, в виде прикосновения твоих сухих губ к моим, становится отправной точкой для безумия.       Тебе срывает крышу, мне рвет чердак, когда ты перебираешься мне на колени чтобы быть ближе.       Твой поцелуй совсем не такой, как у тех кинозвезд, но он пропитан страстью, которая воспламеняет. Это обещание реальности, желание, необходимость которая живёт в каждом из нас. В эмоциях от поцелуя с тобой заключена такая сила страсти, которая превосходит все произведения великих поэтов, вместе взятых.       В нашем поцелуе были и сладость, и страсть, и миллион любовных мыслей, спустившихся в одно мгновение.

Couse it's too cold, for you here,

And now so let me hold both you hends in,

The holes of my sweater.

      В который раз холодный ветер с запахом соли обволакивает нас. Ты прижимается грудью ко мне чтобы сохранить хоть капельку тепла, а я слегка наклоняю голову, чтобы прикоснуться ко столь желанным губам ещё сильнее – ты бессовестно углубляешь поцелуй и с новой силой сминаешь мои губы.       Ты целуешь жадно и напористо, покусываешь и зализываешь. От ощущений твоих губ, от того, как ты ведёшь эту игру, от того как ты воплощаешь мои фантазии в реальность мазало, словно от внутривенного наркотика. Я с уверенностью могу поспорить, что ты похлеще всякой дури, потому что никакие вещества не способны вскружить мне голову так, как это делаешь ты.       И я смело могу назвать себя зависимым, потому что – быть без тебя, равняется с наркотической ломкой. Я до сих пор продолжаю подмечать себе, что чертовски привязан к тебе. Я одержим от каждой детали, каждой клеточки и просто от твоего присутствия рядом. Ты являешься для меня кислородом, но я всё так же задыхаюсь от любви к тебе.       Ты являешься не только частью моей жизни – ты и есть моя жизнь.       Я люблю каждую твою клеточку, хоть иногда ты и бываешь невыносимым это не отменяет того факта, что я всё так же схожу от тебя с ума.       Я люблю тебя так, как любит щенок — преданно, игриво, доверчиво. Думаю, мне должно быть стыдно за это; разве мы все не должны быть крепкими? Но я предпочитаю быть сильным; достаточно сильным, чтобы рискнуть полюбить, полностью осознавая свою собственную хрупкость. Я познал достаточно разбитых сердец, чтобы разбить свой разум, чтобы моя душа чувствовала себя пылью на ветру, а мое тело не желало жить. Но, моя любовь, ты стоишь моей жизни, и все, что у меня осталось — это твое.       Я продолжаю влюбляться в тебя, и каждый раз все сильнее, чем предыдущий. Каждый раз чувство становится глубже, полнее, более завораживающим. Нет ничего, чего бы я не сделал, чтобы уберечь тебя. Даже не думай, что тебе нужно просить моей привязанности, потому что ты этого не делаешь, и никогда не делал. Чем больше любви я тебе даю, тем больше ее во мне взрывается... безумие, да? Чем больше любви мы разделяем, тем больше она умножается.

And if I may,

Just take your breath away.

I don't mind if there's not much to say,

Sometimes silence guides our minds

To move to a place so far away.

      Ты отстраняешься от меня а я тянусь за твоими губами чтобы смять их ещё раз. Ещё раз почувствовать их вкус и насколько они мягкие. Ещё раз коснутся их.       Мы отстраняемся потому что так надо, так нужно чтобы окончательно не лишится рассудка. Чтобы разглядеть покрасневшие, налитые румянцем щеки друг друга, увидеть в глазах блеск и искры, попытаться разглядеть радужку цвета шоколада которую почти что полностью залил зрачок, рассмотреть розовые, блестящие от слюны губы и впиться в них ещё раз.

Goosebumps start to raise,

The minute that my left hand meets your waist,

And then I watch your face,

Put my finger on your tongue

‘cause you love the taste.

      Ты наклоняешься назад, потому что я слишком близко. Моя рука в песке, но находит себе место на твоей талии и я придерживаю тебя. Не хочу отпускать, боюсь, что ты пропадёшь даже если я ощущаю тебя физически.       Боюсь, что это сон и если ты коснешься меня – я проснусь. Но ты касаешься, оглаживаешь ладонью мою щёку потом касаешься большим пальцем моих губ, проводишь им по нижней и слегка оттягиваешь её вниз. Смотришь сквозь меня так пронзительно. Я опускаю глаза на твои губы       – Твои широкие зрачки говорят о любви, и отражают звёзды, – ты что-то шепчешь а я не слышу. Сейчас я могу распознать лишь стук моего бешенного четырехкамернного, что бьётся в унисон с твоим.       В голове лишь одна мысль, а передо мной тот, кто поможет мне её воплотит.       Я сокращаю между нами расстояние, пробую на вкус твои губы разбивая вдребезги все свои запреты и правила о поцелуях в публичных местах, об отношений с кем либо пока у нас огромная фанбаза, о тебе.       Кажется я открыл ящик Пандоры и не жалею. Сейчас я полностью уверен, что готов к последствиям.       Мягкость твоих губ, учитывая то, что ты их кусаешь и рвешь корочку до крови, является неоспоримым фактом, чем-то настолько же очевидным как «вода мокрая».       Ты окольцовываешь руками мою шею, я ощущаю как ниточки на рукавах щекочут кожу, а ты целуешь всё напористее. Это реальность, что обжигает пониманием. Реальность, которая превращается в ощущение вечности и потери времени.

These hearts adore

Everyone the other beats hardest for

Inside this place it's warm,

Outside it starts to pour.

      Приятно чувствовать чужое сердцебиение на своей груди, а ещё приятнее понимать, что причиной этого бешенного стука являешься ты сам.

Coming down,

One love. Two mouths.

One love. One house.

No shirt. No blouse.

Just us. You find out.

      Ты снова заставляешь меня почувствовать холод на губах. Я открываю глаза и смотрю в твои слегка прикрытые и тёмные. Я всегда говорил, что способен потеряться в этих глаза, в своих снах я так и делал. Ночные грёзы о тебе сбылись и я хочу запечатлеть эту картину в памяти раз и навсегда.       Идиллию прерывает пиканье уведомления, чьего вибрацию я ощущаю на бедре. Ты цокаешь закатываешь глаза и выуживаешь из заднего кармана шорт телефон: свет экрана ярко освещает твои покрасневшие щеки и влажные глаза.       – Кан, мать твою, Тэхён, чтоб у тебя всё прекрасно было, – ругаешься ты, сводишь брови к переносице и поднимая голову показываешь мне открытый чат с макнэ.       Сообщение гласило: «Счастья да любви вашей сахарной паре ;)»       Меня пробирает смех, а сзади, наверху слышится хлопок и доносятся радостные возгласы.       Я поворачиваюсь: на балконе, одного из забронированных для нас номеров, прыгали в обнимку Кай с Субином – у одного в руках использованная хлопушка, чье конфетти сыпалось на кафельный пол, а у другого бутылка – шампанского с горлышка которой продолжала литься пена(кажется взболтали). Рядом, упёршись локтями в стеклянное ограждение, стоит Тэхён, он машет рукой и улыбается.       Ты снова окольцовываешь руками мою шею, обнимаешь, упираешься лбом в плечо и стонешь от безысходности и стыда. А я смеюсь с твоей реакции и обвиваю твою талию прижимая ближе.

Nothing that we don't want to tell you about.

Cause it's too cold, for you here,

And now so let me hold both your hands in,

The holes of my sweater.

      Влюбится в тебя было легко; признать себе, что это произошло, вот что сложно.       Я был опьянён твоей душой, твоё прикосновение было королевской печатью.       Ты вышиб сомнения из моей головы. Я видел это. Я видел, как рука, сделанная из света, золота и зелени, протянулась, и я почувствовал, как она превратилась в ничто. После этого мои эмоции успокоились. Потом я уснул и увидел сон, будто я нахожусь внутри пузыря, который был твоей любовью. Это довольно сильная влюбленность, которая у тебя там. Я чувствую то же самое по отношению к тебе.       Моя влюбленность в тебя, без того, чтобы ты делал что-то, кроме доброты, она подняла меня. Я обрёл уверенность в себе, потому что ты считал, что я достоин разговора, достоин дружбы. Так что, что бы ни случилось, ты был милым, и время, которое я потратил на такую одержимую любовь к тебе, того стоило.       Моя влюбленность в тебя сродни мятому бархату, мягкому и отражающему свет. Я молюсь, чтобы эта любовь, которую я испытываю к тебе, вознесла тебя на более высокие высоты, чтобы ты нашел больше счастья, потому что я так дорожу тобой. Пусть это будет восходящим потоком под твоими крыльями. И куда бы ты ни пошел, что бы ты ни делал, со мной или нет, я буду доволен тем, что сделал для тебя что-то хорошее, что я был хорош для тебя.       С момента, как мы сюда приехали – прошли почти сутки;       С момента, как я пришёл на пляж – прошёл час;       С момента, как моя жизнь перевернулась с ног на голову – без трёх дней два года.       Я женился на тебе глазами и душой в ту ночь в Лондоне. Я женился на тебе сердцем и каждой. будущей. мечтой.

Whoa, whoa, whoa~