Шесть бордовых гвоздик

"Отец" Дома Очага, держа в руках несколько гвоздик, неспеша направляется к мрачному и тёмному месту, находящемуся на одной из равнин Фонтейна, под названием "кладбище". Место, где в могилах похоронены мёртвые люди. Одних оно пугает и страшит, а другим может подарить долгожданное спокойствие и уединение. Нашу же героиню оно ничуть не пугало, как и сама смерть, тот факт, что она может в любой момент настигнуть её. Арлекино продолжает идти в своих раздумьях. Шаг за шагом, и тропинка приводит её к тому самому кладбищу, на котором из живых душ кроме неё лишь птицы, сидящие на тонких ветках невысокого дерева и щебечущие на своём языке что-то непонятное нам, обычным людям. Эта умиротворённая и тихая атмосфера никаким образом не напрягает и не настораживает Арлекино. Всё также не торопясь, она подходит к одной из каменных плит рядом с могилой. Садясь около неё на колени, она кладёт на могилу те самые цветы, которые она несла в руках всю дорогу сюда. Одна, две, три, четыре, пять, шесть... Ровно шесть прекрасных гвоздик яркого бордового оттенка. Они предназначены для одного очень важного для неё человека, которого уже достаточно давно нет в живых. -Клерви...-вдруг произносит четвёртая Предвестница, мысленно пытаясь подобрать подходящие слова-Мне нужно тебе кое в чём признаться.-медленно начинает она, осторожно перебирая только что положенные цветы, чтобы они лежали более аккуратно-Похоже, я нашла свою любовь снова.-неожиданно выдаёт Арлекино-Надеюсь, ты будешь рада за нас.-таким образом она решает закончить свою мысль, смотря куда-то далеко в небо, как бы обращаясь к своей давно погибшей от её рук любимой. Ой, что это? Что-то маленькое и мокрое упало прямо на руку девушки. Капля. Ещё одна. И ещё. Вот уже небо совсем нахмурилось, потемнело, начался дождик. Арлекино продолжила сидеть на своём месте, хотя ей показалось немного странным то, что дождь решил пойти именно в такой момент, но посчитала это за совпадение, не став обращать на это особо сильное внимание. А зря. Ведь она не знает, что где-то высоко на облаках сидит опечаленный ангел и плачет горькими слезами обиды. Этот ангел и есть та, кого она пришла навестить. Клерви. Больно слышать такие слова от того, кого любишь всем сердцем. Очень больно. Тяжело принять, но приходится, так как это неизбежно. Каждый раз, когда ангел плачет, идёт дождь. Вот и сейчас Клерви не может сдерживать свои накатывающиеся слёзы, которые тут же проливаются с её щёк на землю в виде дождя. Сердце разрывается на мельчайшие кусочки от нахлынувших чувств и эмоций, но ничего нельзя поделать. Это только выбор Арлекино, а не её. Поэтому ей приходится лишь наблюдать и грустить, как в строчках песни "плачь и смотри со стороны". Сейчас они ей подходят лучше всего в такой безвыходной ситуации, где ей можно лишь принять такой расклад событий. Режущая боль раздирает изнутри, не давая сделать даже вздох. Этого стоило ожидать. На что она надеялась? Что Предвестница вечно будет верна лишь ей? Она имеет право полюбить кого-то кроме неё, раз она умерла. Арлекино даже представить себе не может, что сейчас переживает её бывшая спутница, какая для неё это утрата. Она всё также остаётся у могилы, думая о чём-то своём, что неизвестно никому. Дождь разыгрался не на шутку. Она уже вся промокла до нитки, но так и не уходит с места. Почему? Понятно только ей одной. Возможно, ей просто нравится такая погода и атмосфера. Может быть, когда-нибудь она всё-таки поймёт, от чего пошёл дождь именно в тот момент. Ангелу больше ничего не остаётся, как в попытках успокоиться продолжать лить слёзы ещё пуще прежнего, тем самым заливая ими кладбище вместе с беловолосой особой, находящейся там. По всей видимости, уходить она явно не спешит, несмотря на сильный ливень. Наверное, он ей по душе. Но был бы он ей по душе, если бы она знала причину его возникновения? Навряд ли. В любом случае, она об этом, скорее всего, не догадается. А если это и произойдёт, то будет уже слишком поздно для того, чтобы что-либо предпринять. Пока что она так и будет сидеть, витая в своих мыслях и рассуждениях о том, да о сём, совершенно не подозревая о только что причинённой ею же боли своей подруге детства, а по совместительству и первой любви. Спустя длительное время дождь наконец начал утихать, а вскоре и совсем перестал капать. Тогда, встав и отряхнувшись со всех сторон, девушка уже более поспешно пошла в сторону Дома Очага, где, наверное, её уже заждались. Тучи разошлись, а из-за облаков выглянули любопытные лучики солнышка,так и тянущиеся вырваться из-под белых масс, что перекрывают их и не дают без труда пройти вперёд. На могиле так и остались лежать шесть бордовых гвоздик, с которых стекали капли прошедшего ливня, тихо одаряясь о плитку и разбиваясь вдребезги.