Кофе

      — Один кофе, пожалуйста, — альфа поднимает взгляд на табло с меню, щурится, задумываясь, и опускает его обратно, — два.       Кассирша у прилавка мило кивает и пробивает его заказ. Что-то кричит бариста, и тот принимается за дело. Хан медленно за ними наблюдает, натягивая капюшон пониже, а завязки затягивая поуже.       Вдох.       Он открывает твиттер, но в интернете нет ничего интересного. Новостная лента не показывает ничего нового, сообщения от Сынмина и рабочих чатов остаются не прочитанными, лишь с отправленным ответом "ок", которые гарантируют и показывают ему, что надо будет прочитать позже. Джисон внимательно ждёт, когда бариста мило протянет ему две кружки кофе. Юноша кланяется ей, благодарит и, поворачиваясь, резко натыкается на какого-то человека, чуть не выронив кофе на него.       — Ох.. Простите, — Джисон неловко улыбается, подбирая вещи омеги с пола. Всему виной глупый капюшон. Хану, возможно, и стыдно, что он так скрывается от людей вокруг, но он всё ещё находится недалеко от территории кампуса и встречаться с одногруппниками или преподавателями желания не было. Он старается не смотреть на парня напротив, но даже на уровне с глазами в пол отмечает, что человек перед ним очень высокий. Альфа невольно всё же поднимает на него взгляд и замирает.       Вау. Если и были слова во всём мире, что могли бы описать этого омегу — Джисон уверен — то не нашлось бы и тысячи фраз, способных передать всю его красоту. Джисон завис. Завис с чашками кофе в руках, с вещами омеги и с глупым, влюблённым выражением на лице. Юноша перед ним аккуратно поправляет маленькую сумочку на плече и слегка заправляет волосы. Из-под ресниц на него выглядывают глазки-пуговки, обрамлённые тëмными, как смола, радужками глаз и пушистыми ресницами. Его внимание привлекают пухлые красно-вишнëвые слегка приоткрытые губы, словно хотят что-то сказать, и длинные, обрамлённые кольцами изящные пальцы с ярко-образными накрашенными ногтями.       Вау.       Джисон застывает на минуту-две с вещами омеги в руках, которые тот, аккуратно поклонившись, берёт. Его одежда, явно брендовая и дорогая, идеально обрамляет чужую фигуру, его серьги и украшения точно сделаны не из дешёвых бриллиантов, а его густые, шикарные чёрные волосы явно пережили не один девятиступенчатый уход. Его кожа была идеальна, без единой запинки. Джисону показалось, но он, кажется, смог даже рассмотреть забавные родинки под глазами, которые полностью дополняли картину.       Омега перед ним идеален. Наитончайший вкус и запах, который тут же ударил в ноздри, просачиваясь сквозь ароматный запах кофе. Кажется, у Джисона, возможно, появилась новая аддикция, но их останавливает кто-то сзади, наверняка, друг прелестного омеги.       — Ничего страшного, мы можем идти? — спрашивает альфа, Джисону бы расстроиться, но он может сказать, что они не в отношениях, поскольку не пахнут друг другом. Да, он успел их обнюхать.       Альфа неловко несколько раз кивает и отходит со своими стаканчиками, замечая в конце кофейни, в их излюбленном месте, Сынмина.       — Почему так долго? — спрашивает тот, благодаря за кофе.       — Пробка, — отвечает Джисон и отпивает свой, оборачиваясь, чтобы снова несколько раз взглянуть на омегу.

***

      Вторая их встреча проходит уже на территории кампуса. Стоило догадаться, что раз тот посещал эту кофейню с другом, то явно учился неподалёку.       В общем.       Джисон считает греховным ходить по университету вот так без возможности поговорить с ним, потому что омегу вечно окружают его друзья. Джисон никогда не засматривался на других, потому и отношений у него было один-два, но этого омегу в кругах учебного заведения он цепляет всегда. Его друзья и он очень шумные, а сам омега, по мнению, Джисона сверкает поярче всяких звёзд на небе, так что не заметить его оказывается сложно.       Как и Сынмину, который отметил удручëнное состояние друга.       — Что с тобой? — спрашивает бета, печатая что-то на компьютере.       — Ничего, — вздыхает Джисон, поглядывая на соседний столик, за которым умостился омега и его друзья.       Сынмин кидает на них мимолётный взгляд.       — Который тебе понравился? — спрашивает он, даже не удосуживаясь узнать, прав он или нет. Джисон вымученно стонет и отворачивается в его сторону.       — Высокий. С чëрными волосами и пухлыми губами. А ещё у него красивые ноги. Мне нравится, когда он ходит в шортах.       — Иу, ты звучишь, как сталкер, — отмечает Сынмин и смотрит на названного парня. Бета что-то прикидывает у себя в голове и снова смотрит на Джисона. — В чëм проблема? Подойди, познакомься.       Альфа показательно фыркает и снова отворачивается, укладывая голову на согнутые руки. В этом-то и проблема. Он не может.       — Он всегда окружён людьми, — отвечает, поднимая голову, и снова смотрит в сторону омеги. Тот безбожно красив. — К тому же у меня складывается ощущение, что они враждебно настроены на людей, которые хотят познакомиться с ним.       — Почему?       — Ну..       Джисон заметил однажды, как к ним подошёл альфа из какого-то потока и быстро отошёл под пристальным вниманием двух других альф из их компании. Не то чтобы Джисон их сильно боялся, но быть в списке вычеркнутых у омеги он не хочет.       — Треш, — заключает Сынмин и снова что-то пишет на компьютере.       Хан согласно кивает, что да, треш, и в очередной раз вздыхает, пытаясь придумать, как снова сесть за скучные учебники.

***

      Третья официальная встреча, по мнению Джисона, происходит тогда, когда он побеждает одного из друзей омеги в музыкальном конкурсе среди их университета. Когда Чан, его дорогой сонбэ и друг, объявляет его победителем, завсегдатаи не удивляются, а накаченный альфа из компании друзей омеги выпученно смотрит на него с места, на котором сидит. Джисону посчастливилось сесть неподалёку от омеги, и он смог даже услышать его голос, тут же растаяв. Он не будет отрицать, что почувствовал лёгкое превосходство, когда назвали его псевдоним — а не SpearB, как он потом выяснил — он встал, а омега неподалёку удивился, не ожидая, что победитель сидит совсем рядом. И вовсе на нём не было той самой гадкой ухмылочки, когда он здоровался с Чаном, получая свой сертификат. Мелочь, но для его будущего портфолио самое то. Джисон отстреливает Чану и натягивает капюшон, растворяясь в толпе. Повсюду слышатся удивлëнные возгласы и — "вау его музыка действительно хороша". Единственную реакцию, которую он действительно ищет, он получает, когда омега ненароком провожает его любопытным взглядом, тут же поворачиваясь к своему ошеломлëнному другу, чтобы что-то восторженно обсудить. Джисон доволен таким ажиотажем.       Четвёртая официальная встреча — опять же по мнению Джисона — происходит уже в январе, когда первокурсники — среди которых есть невообразимый омега — дают отчётные концерты. Джисон пошёл и был ошеломлён.       Бесподобный омега ещё и бесподобно танцевал. Он двигался, как Бог, его тело словно подчинялось музыке, полностью с ней растворяясь. Сынмин, сидевший с ним рядом, тоже удивлённо держал рот открытым.       Когда они оба вышли из актового зала, не заметив кучу людей вокруг, Сынмин на одном дыхании произнёс:       — Пиздец.       Джисон заторможëнно моргает и согласно кивает, сглатывая слюну. Альфа всё больше и больше восхищался и, кажется, влюблялся в этого омегу.       Через время выходят и сами виновники торжества — первокурсники, которых тут же радостно встречают преподаватели, друзья и остальные. Омегу заграбастывают друзья, не оставляя и шанса подойти познакомиться с ним или хотя бы завязать разговор. Нет, он точно не сможет никогда так подойти к омеге.       — Ты так ведь никогда с ним не заговоришь даже, — указывает Сынмин, наблюдая за тем, как его друг мнётся у двери рядом со входом в актовый зал, у которого и столпился парень со своими друзьями. Хан удрученно качает пару раз головой.       — Не заговорю, — соглашается тот и снова натягивает капюшон. — Пошли.       Они протискиваются среди кучи людей, Хану даже удаётся почуять запах глубоко понравившегося омеги, но лишь кончиком носа, потому что в следующую секунду он чувствует лишь запахи потных тел и много-много смешанных, раздражающих нос. Засунув руки поглубже в карманы, Джисон не обращает внимания на мир вокруг, лишь удостоверившись, что Сынмин идёт за ним.

***

      Джисон не считал, но их пятая встреча проходит почти также, как первая — он случайно падает на мальчишку, вовремя поймав его тело своими руками. Если его талия и оказывается безумно тонкой, а руки Джисона идеально вписываются в образ смущённого, покрасневшего омеги, то его недовольные друзья, возможно, и портят картину.       Хану приходится неловко откашляться, отпуская омегу, и очаровательно улыбнуться, встречая милые маленькие глаза, подкрашенные тонкой подводкой, и розовые, пунцовые щëки явно смущëнного омеги. Джисон улыбается ещё ярче, не придавая значения недовольным друзьям нравящегося омеги, и слегка подмигивает.       — I got you. Извини.       Джисон весело уходит, засунув руки в карманы, и снова натянув капюшон. Не любит он многочисленные взгляды. Друзья омеги перешëптываются и уходят дальше. Альфа ловит на себе пару раз чей-то взгляд и оборачивается, чтобы подарить маленькому омеге самую очаровательную улыбку на свете.       Тот смущённо отворачивается, не замечая подкалывания и недовольства со стороны друзей, продолжая идти.       Его вид как всегда безупречен, а запах опьяняющий. Джисон, счастливый на сегодня, идёт домой.

***

      — Омега-то твой этот, — деловито объявляет Сынмин, присаживаясь на стуле напротив, — из богатенькой семьи. Сын губернатора.       Джисон удивлённо вскидывает брови вверх.       — А ты откуда знаешь?       — Я, в отличии от тебя, Хан Джисон, общаюсь с людьми. Одногруппники сказали, — объясняет тот. — И зовут его Хван Хëнджин. Не благодари.       Хëнджин.       Джисон непонятливо хмурится, озадаченно оглядываясь вокруг.       Хëнджин.       — Ты ради меня спросил? — воодушевляется альфа. Сынмин кивает.       — Ради кого же ещё, — бета улыбается, когда Джисон тянется, чтобы заключить его в объятия.       — Минни! Господи, спасибо! — библиотекарша шипит на них, и Хан смущённо тянется обратно на место.       — Есть только одно но, — Сынмин жуёт губу. — Ты был прав, когда говорил, что его друзья враждебно относятся к окружающим, желающим познакомиться.       Джисон придвигается ближе, чтобы слышать всё, что скажет бета, внимательно новострив уши.       — Кажется, много кто пытался добиться его внимания. А это его друзья детства, поэтому они насторожены к его ухажёрам, — Ким задумчиво склоняет голову к потолку. — У его семьи есть статус, так что неудивительно, что многие пытались пробраться к ней через него, — бета хмыкает, отпивая свой напиток, — поэтому познакомиться с ним реально беда. А его номера нет ни у кого. Только за деньги.       — За деньги? — не понимает Джисон.       — За деньги, — Сынмин снова отпивает. — Ребята с направления ай-ти готовы хакнуть его, но, опять же, к таким мерам лучше не прибегать.       Джисон задумчиво хмурится, не желая оправдываться перед омегой, что просто перепутал последнюю цифру номера и случайно написал ему. Дешёвый номер.       — А ещё, — Джисон переводит на него взгляд, призывая продолжить, — говорят, что его друг держит на него краш уже много лет. Ну, тот музыкант, который тебе прошлый раз проиграл, — к концу предложения в голосе беты просачиваются хитрые нотки, а альфа прикидывает сколько же у него шансов против друга детства. Он лучше репует? Пишет музыку? Хëнджин оценит это?       — Итак, — Хан стучит пальцами по столу, — мне не пытаться даже?       — Решать тебе, — усмехается Ким. — Навряд ли такой человек, как Хван, захочет разделить с тобой досуг бедного студента-музыканта, — бета скептически выгибает бровь, и Джисон даже не может спорить с ним.       Что он может предложить такому очаровательному и ни в чëм не нуждающемуся омеге?       Разве что песню написать. Да и то за него найдётся множество воздыхателей, которые напишут Хвану не одну сотню песен. Джисон в их числе.

***

      Следующая их встреча настигает в момент, когда альфа натянул капюшон пониже, полностью опустив голову вниз. Проходя мимо коридоров, до ушей доходит заливистый смех его бро — Чана. Джисон думает вынырнуть и отсалютовать ему, а затем уйти, вдруг носом почувствовав запах Хëнджина. Ох, Хëнджин.       Хан останавливается на достаточное количество времени, чтобы его заметили.       — Джисон!       Чан зовёт его громко, ярко и искренне — как умеет только он. Хану приходится подойти, запоздало поняв, что омега всех его мыслей — Хëнджин — прямо тут.       Перед Чаном.       И со своим другом-альфой-музыкантом.       — Йо, Чани-хëн, — Джи улыбается, почувствовав прилив энергии от одного только нахождения рядом с Хваном. Они приятельски пожимают руки, и Чан представляет его.       — J.One, помнишь? Это и есть Хан, — улыбается Чан, похлопывая его по плечу. Джисон старается не показывать, что смотрит только на омегу, но тот смотрит в ответ, и у него не получается.       — Приятно познакомиться, — Джисон мямлит, пожимая альфе — Со Чанбину — руку. Касаясь руки омеги, он не может не почувствовать лëгкий трепет внутри, обворожительно ему улыбаясь. Омега смущённо смотрит в ответ, наверняка помня об их последнем неловком столкновении.       — Чанбин хотел предложить попробовать втроём поработать над песней. Что думаешь?       — Когда?       Джисон выслушивает предложения брутального альфы и не может не согласиться. Тот звучит крайне профессионально, к тому же Чан-хëн всяких ему не предлагает.       — В четверг после шести сможешь? Мы могли бы обсудить кое-какие нюансы и сесть за написание, — Хан пару раз кивает, обмениваясь с Со Чанбином номерами, и мельком поглядывает на Хëнджина. Тот изящно поправляет волосы за ухо и берëт альфу под локоть, что-то щебеча на ухо. В сердце юноши пару раз колет неприятное чувство, в сознании всплывает воображение и мысли о том, что Хван также мог бы прижиматься к нему. Джисон обязательно окружил бы его заботой и защитой. Сейчас же он может только наблюдать за этими двумя, удаляющимися в другую сторону через пару минут.       — Ты чего? — хитро смотрит на него Чан, пихая локтëм в бок.       — Ничего, — морщится Джисон, — отправляй мелкого быстрее домой. Сынмин переживает.       Чан смущённо улыбается, но кивает.       Джисон уходит, проводив ускользающего из рук омегу последний раз.

***

      — Ты же хочешь произвести впечатление? Надень что-нибудь более яркое, — Сынмин осыпает торопящегося друга взглядом и не оценивает его лука.       — Там будет снова куча его друзей, — Джисон натягивает первую попавшуюся толстовку с капюшоном, — к тому же я буквально иду на встречу с его предполагаемым "бойфрендом". Я не знаю, как это назвать, не похоже, что они встречаются, но этот Чанбин явно за ним приударивает.       Хан осматривает себя в зеркале на наличие явных дефектов или помятости с самого утра, но считает, что выглядит вполне презентабельно. Альфа проводит рукой по волосам и подмигивает себе в зеркале. Сынмин провожает его поморщившимся взглядом и показывает отогнутый большой палец вниз.       Джисон для полной готовности брызгается пару раз одеколоном, берёт что-то со стола и кидает это в руки другу.       — Передашь Чонину, я обещал, — альфа исчезает куда быстрее, прежде чем бета успел его спросить, но маленький батончик шоколадки в руках всё выдаёт за него. Ким закатывает глаза и встаёт со стула.

***

      Кафешка, которую выбрал Со Чанбин, вполне уютная и находится чуть дальше кампуса. Джисона это устраивает.       Капюшон натянут на голову, пальцы нервно играют с завязками, а глаза мечутся по помещению. Мягкое, жёлтое освещение, красивый дизайн и деревянные столы. Мило.       У входа он замечает своего хëна, и дальнейший путь они держат вместе. В самом углу кафе находятся красивые ламповые светильники, Джисон думает о покупке такого на день рождения Сынмину. Посреди кафе шумно расположился омега, занявший всё сердце репера, и его друзья. Хан, в который раз отмечает, что про них можно было снять сериал с таким названием, Чан тянет его к столу и приветствует всех.       Альфа здоровается с Со Чанбином, задерживает взгляд на Хëнджине и знакомится с новым лицом — Ли Минхо. Ещё одним близким другом Хëнджина. Джисон вспоминает все советы удачных отношений, где одним из главных пунктов было: понравиться её подругам. Что ж, этим он и собирается заняться.       Они разговариваются больше о бытовухе, чем о музыке: Чанбин рассказывает истории из жизни, Минхо дополняет каждую своим рассказом, а Хëнджин заливисто смеётся, наполняя светом и радостью всё вокруг. Джисон сам начал невольно улыбаться, просто глядя на омегу. Его улыбка заразительна.       — Наш Хан-и, вот, и продюссер, и музыкант, — Чан улыбается и хлопает его по плечу, гордо рассказывая о его достижениях и успехах в музыке. Хан смущëнно ухмыляется с удивленных и восхищенных взглядов, но больше его волнует, конечно же, омега, сидевший в центре стола и мило округливший губки. Он снова невообразимо красив и прелестно одет. Шлейф его духов, смешанных с ароматом, дурманит его голову, но он перебивается запахом еды и разгоряченных альф.       — Ты читаешь реп, Джисон? — уточняет Чанбин, отвлекаясь, когда омега что-то шепчет ему на ухо.       — Он ещё и вокалист, — Чан нежно смеётся с выпученных глаз альфы, отпустив плечо Джисона. — Хан-и может всё.       — Почему с таким набором данных ты не пошёл в айдолы? — Хëнджин интересуется у него напрямую, кажется, первый раз за весь вечер, что заставляет его задержать дыхание.       — Для того чтобы быть айдолом, надо много светить лицом, — Джисон показательно натягивает капюшон ещё ниже, не снимая его, даже когда ест, мысленно морщась. — Эта работка не для меня.       — Но у тебя классный музон. Ты был бы эйсом, — указывает Минхо, палочками хватая устрицу.       Джисон пожимает плечами, и больше они к этой теме не возвращаются.       Разговаривают о новых трендах, известных личностях, любимых актёрах и, самое главное, об отношениях.       Что-то отлегает от сердца Джисона, когда Со говорит, что ему нужен понимающий и поддерживающий омега, рассказывая, что такой уже имеется, и его зовут Феликс. Он учится далеко, приезжает раз в год, но это не мешает им сохранить их отношения. Не Хëнджин.       Слава богу, что это не Хëнджин.       Минхо говорит, что ему всё равно с кем встречаться, лишь бы была искра, и на этом всё. Коротко и ясно, как и он сам — Хану он нравится. Чёткий, приятный парень.       Когда начинает говорить Хëнджин, Джисон новостряет все свои уши, готовясь внимательно слушать.       — Мне нужен надёжный человек, на которого можно положиться, — омега вымученно вздыхает. — Тяжело найти искренних людей, которые правда бы любили меня за душу, а не за внешнюю оболочку. И которые понравились бы моей семье, — Хëнджин слегка жуёт губу. — Мне не нравятся эти дрыщи, — он морщится, вызывая смех всех за столом, — куча денег, а мозгов и тела — ноль. Я хочу сильного альфу. Чтоб на руках меня носил, — к концу предложения Хëнджин слегка дуется, получая тычки от друзей.       Джисон переваривает информацию, понимая что Чанбин — действительно идеальный вариант. Сильный, накаченный, готовый носить на руках, любящий за душу и явно любим семьей. Только любит другого.       Правду говорят: лучшая история любви – это та, которая не случилась.       Хан говорит, что просто ждёт того самого, с которым, как и у Ли, произойдёт искра и буря. Тактично умолчав, что для него она уже произошла — поспокойней, но от этого смотреть на Хвана не тягостнее.       Чана же Джисон решает раскрыть сам. За то, что тот сидел нахваливал его.       — Хëн у нас тоже в отношениях, — Хан хлопает по чужому плечу, замечая, как Чан прокашливается и молча поедает свою еду.       — Да? — Хëнджин удивляется. — Ты не похож на человека с возлюбленным. Это кто-то не из университета?       Джисон хитро улыбается, собираясь раскрыть все карты хëна.       — Ох, этот милый омега — младший брат нашего общего друга, — Джисон упирается на свои руки за столом, кидая взгляд на невозмутимого хëна.       — А сколько лет вашему другу? — интересуется Минхо и тянется за салфетками.       — Он наш ровесник, — Хан указывает на Хëнджина, который, как выяснилось, взял до этого академический год, чтобы подготовиться к тяжёлой танцевальной жизни. — А Чонини учится в старшей школе.       — Он оканчивает последний год, — Чан поправляет, умело игнорируя чужие удивлённые взгляды.       — Он младше тебя.. На четыре года? — Чанбин выпучивает глаза, удивлённо моргая. Чан прокашливается, но друга за разоблачение не поджуривает.       — Так и есть, — Джисон отвечает за них двоих и усмехается. — У них целая история любви. Но они стоят друг друга.       Хан для пущей убедительности пару раз кивает и смеётся, смотря в сторону качающего головой хëна. Остаток вечера они проводят за обсуждением каких-то важных тем в музыке, а Джисон не может отвести от омеги взгляд. Губы Хëнджина надутые, пухлые, так и просящие себя поцеловать. Ресницы длинные, густые, глупо и невинно хлопающие, вызывают желание внутри распробовать этого омегу, лишь бы ощутить сладость его вкуса на языке. От десерта Джисон отказался, но на Хëнджина смотрел весь вечер. Тот временами тоже смотрел в ответ, но лишь украдкой. По чуть-чуть, тайно и опустив взгляд.       Джисону вскруживает голову.

***

      Проходит пару недель, Чанбин срабатывается с ним и с Чаном, их трио успешно записывает музыку, и это позволяет Джисону косвенно, но узнавать о новых аспектах жизни омеги. Хëнджин забегает меж перерывов иногда, оценивая их музыку и поедая снеки. Его запах привносит Джисону удовлетворение и вдохновение — ощущение, что он может свернуть горы. Или расслабиться в один момент до такого состояния, что хочется спать. (Хотя, когда они пишут музыку, ему всегда почему-то хочется спать)       — Ко мне опять приставали, — жалуется омега, повиснув на плече у друга. Альфа напряжённо новосотрил уши, собираясь узнать, кто это к нему там приставал.       — Кто? — Чанбину тяжело отвлекаться от написания музыки и слушать Хëнджина, но он отлично справляется. Или за него это делает Джисон.       — Тот альфа. Сын друзей семьи, — он молча поедает сырный шарик. Даже так умудряется выглядеть красиво. — Сын Чхве. Он тоненький, как тростинка, и предлагает мне всё на свете, обещая, что с ним я буду счастлив.       Чанбин на это фыркает, снисходительно покачав головой.       — А что не так? — Джисон решает спросить, отвлекая омегу на себя. Его внимание переключено, Чанбин пока может спокойно дописать бит. — Альфа обязательно должен быть сильным? — Хан заглядывает в чужие глаза в поисках ответа. Хëнджин жуёт губу и отвечает.       — Я хочу чувствовать себя защищённым, понимаешь? — он отрывается от Чанбина, чтобы лучше взглянуть на Джисона. Хан замирает, разглядывая опечаленное и обеспокоенное лицо омеги. — Если на нас нападут, он не сможет защищаться деньгами. Рядом с альфой я должен чувствовать себя в безопасности. К тому же мне нравится чувствовать себя крошечным. Его нога меньше, чем моя рука, — Хëнджин оттопыривает руку, вызвав смех у старшего альфы и задумчивое выражение лица у младшего.       Чанбин что-то ему говорит в знак поддержки, переключая внимание на себя, а Джисон тем временем всерьёз задумывается.       Сильный и чтоб чувствовать себя в безопасности, говоришь?

***

      — Что я могу предложить богатому омеге из обеспеченной семьи? — вопрошает Джисон, закидывая скомканный листик бумаги вверх и вниз. — У него есть всë. И единственное, чего ему хочется: нормального альфу. Не щупленький, а сильный. Чтоб он чувствовал себя принцессой, — Джисон прекращает свои действия, лëжа на полу, и всерьёз задумывается. Хëнджин достоин большего. Не дряхлого альфу, который не сможет его защитить. А красивого сильного самца, способного дать ему всё, что угодно.       — Ничего, — благоразумно отвечает Сынмин. Джисон поднимается, смотря на него снизу вверх, — ничего из стоящего. Только чувства, храбрость, отвагу и достоинство. Этим мы и покорим его, — Сынмин хитро улыбается, уловив желания омеги. Хан непонятливо хмурится, но ему понимать и не надо. Всё до предельного просто. — Ни у одного из его ухажёров нет тех стальных яиц, что есть у тебя. Даже у Со Чанбина. Включи своего альфу и иди покоряй понравившегося омегу.       Сынмин говорит серьёзно, а Джисон включает мозги и вертит шестерёнки, задумываясь. Хëнджину не нужны чужие деньги, у него их и так уйма и жопой жуй. Ему хочется любви. Но ещё у маленького омеги есть пожелания в партнёре. Всех их Джисон спроста может выполнить.       — Итак, — начинает Ким, открывая собственное детективное расследование под названием: "покори сердце омеги", — что мы знаем о твоём Хëнджине?       — Он красивый, — хмурится Джисон. — И милый. И жутко обаятельный. А ещё он хорошо выглядит в любой одежде. И ему нравятся черепашки, он любит рисовать и есть рис..       — Он из богатой, состоятельной семьи, верно, — Сынмин маркером обводит имя Хëнджина, крупно написанное на доске, и тычет в него концом колпака. — Ужасно богат.       — Деньги сыпятся ручьём, — хмыкает Хан.       — С ним всегда ходит его свита, — Сынмин указывает на новые имена. — Омега и его друзья. Нам лишь предстоит пробиться сквозь них и оставить тебя наедине с ним.       — Как?       — Найдём способы, — улыбается Ким, закрывая маркер. Это будет весело. Определенно.       — Что вы тут делаете? — в комнату заходит Чонин, до этого собиравшийся на прогулку с Чаном.       — Ты разве не идëшь на свидание? — подмечает Джисон и щипает омегу за щëку.       — Чан сам приедет, — фыркает младший и отбивается от чужих рук. — Вы пытаетесь кого-то похитить?       Чонин с подозрением разглядывает доску с именами и не внушающими доверия стрелками с кружочками, делая свои выводы.       — Мы пытаемся покорить омегу, — объясняет Сынмин, удивляя брата, — для Хана.       — Ты влюбился, хëн? — хмыкает Чонин, разглядывая имена на доске.       — По уши, Чонини, — вздыхает Хан, пряча лицо в собственных руках. — Я думаю о нём двадцать четыре на семь. Хочу пригласить его на свидание и сводить к пруду кормить уточек, — альфа смотрит сквозь пальцы. Перед глазами стоит силуэт омеги. — Мне хочется его обнять и позаботиться о нём. Дать ему защиту, окружить своим запахом, поцеловать..       — Ну так сделай это, — спокойно отвечает Чонин, пожимая плечами. Джисон одаривает его непонимающим взглядом, а Сынмин глупо хлопает глазами.       — Не могу. Я же сказал, он из супер богатой семьи и ему не нужны..       — Судя по тому, как ты здесь убиваешься — нужны, — младший кривится, — ну же, хëн, кто поймёт омегу лучше, чем другой омега? — он сажает семечко раздумий в голову обоих, переходя к основной части. — Ты сам визжал на весь дом, что он не хочет хлюпиков. Чана я просто заграбастал себе, — Чонин выгибает бровь, — ты думаешь, что среди всех этих богачей, не найдётся хотя бы одного, удовлетворяющего все желания этого омеги? Нет, раз он всё ещё ни с кем не встречается.       Чонин поворачивается к нему, заглядывая в глаза.       — Дай ему то, что он хочет. Окружи заботой и любовью, как и сам желал. А его друзьяшки не будут против, если увидят в тебе искренность.       Джисон несколько раз моргает, удивлённо открыв рот, но так и не найдя, что сказать.       — С каких пор ты такой умный? — Сынмин улыбается, ероша брату волосы.       — С тех пор, как мне надо было достучаться также и до Чана, — омега фыркает. — Почему все такие тупые? Он же тебе прямым текстом говорит, что хочет. Сделай это!       — Ты прав, Инни, — Джисон кивает сам себе пару раз. — Ты прав.

***

      Но как бы Хан сам того не хотел, выловить омегу одного оказывается трудно. Они всё ещё работают вместе с Чанбином, Хëнджин их частый гость, но никогда не уходит один. Им даже не удаётся побыть наедине пару минут, чтобы Джисон начал разговор хоть о чём-то — тут же врывается Чанбин, Минхо или его друзья-омеги, пришедшие встретить Хвана.       Альфе остаётся лишь наблюдать за его профилем издалека, как и в начале учебного года, только теперь Хëнджин знает его лично, кидая в ответ такие же взгляды, но тут же пряча их, чтобы не смущаться ещё больше. Джисон держит в зубах конец карандаша, покачиваясь на стуле с капюшоном на голове. Даже не скрывает своих изучающих взглядов, направленных на открытые участки кожи омеги, который решил надеть просвечивающую одежду. Джисон и так наблюдал за ним издалека, но сейчас, когда он так близко, жадно разглядывает каждый миллиметр чужого тела. Хëнджин красив. Безбожно красив. Хан бы любовался им и только им, никогда не оборачиваясь вокруг, пока однажды Сынмин сам не намекнул ему на это, указывая, что помимо его настырно-изучающего взгляда есть ещё куча таких. Смотрящих на него, как на восьмое чудо света. Что-то невероятное и недосягаемое. На глазах Джисона к нему пару раз подходили познакомиться, но Хëнджин мягко их отталкивал. Он пытался сравнивать их с собой, выясняя, чего им могло не хватать. Какой-то альфа, один из многих, снова предлагал Хвану кучу денег, другой был чуть покрепче, но всё равно чем-то не привлекал омегу. Джисон решил, что своими-то мускулами должен понравится Хëнджину. Он реалист и может сказать, что его тело неплохо так поднакачено. Возможно, то, что и искал Хëнджин.       — Ты бы хоть разделся перед ним, — Сынмин фыркает, закатывая глаза. — Ты капюшон даже ни разу не снял. Ходишь вечно в нём, как ему увидеть твоё лицо и понять, что ты симпатичный?       Альфа задумывается, всерьёз осознавая, что ещё ни разу не показывал полностью лицо своим новым знакомым. То он в кепке, то в капюшоне, то в бинни, напялив его себе чуть ли не на лицо. Так ему просто легче. Это не значит, что Джисон социофоб. Он ходит с открытой головой иногда. Правда, очень редко..       — Ты прав, — соглашается альфа, несколько раз кивая. — Но я и не Чан, чтобы в первый же день знакомства появится перед омегой с голым торсом, — Хан фыркает, вспоминая любопытные взгляды малыша Инни, ещё тогда решившего заграбастать альфу себе. Правду говорят, эти омеги только на твоё тело и смотрят..       — Это было давно, — отмахивается Сынмин. — К тому же они уже давно вместе. Ни к чему плохому это не привело. Так что попробуй.       — Будет странно просто прийти без худи, нет? — Джисон оттягивает свою одежду.       — Будет, — соглашается бета. — У меня есть идея, — и хитро улыбается.

***

      Успехов ноль, продвижений тоже. Джисону удаётся сделать комплимент омеге один раз под всеобщие возгласы его новой причёске, вызвав лёгкий румянец на его лице. Он не знает, что с Хëнджином, делает ли он это специально, но кофты его становятся короче и короче с каждым разом, открывая вид на тонкую-тонкую талию, которую Джисону удалось подержать в своих руках лишь однажды. Вспоминая их первую встречу, он узнал в сопровождающего Хëнджина — Минхо. Альфа был с ним в тот самый день в кафе. В день, когда Джисон полностью пропал в очаровательном омеге.       Хëнджин правда умеет пленять своей красотой и искренней милотой. Каждая его улыбка — трещина в сердце альфы. Каждый его смех делает с ним что-то невероятное. Хан в принципе становится человеком невероятным рядом с этим омегой.       — Как долго ещё ждать? — нетерпеливо спрашивает Джисон, ожидая своих попутчиков.       Чан пожимает плечами, разглядывая надвигающуюся топлу студентов, пытаясь увидеть в них нужных им людей.       Сегодня четверг они ждут Чанбина, который должен быть со своими излюбленными друзьями в окружении смеха и эмпатии. Джисон покачивается на ногах с пятки на носок, что-то насвистывая. Его хëн топает в такт ногой, и их ожидание можно превращать в целое выступление. Наконец выходит любимая троица, и Джисон спокойно выдыхает. Уже направляясь к ним, он может заметить, что что-то не так и вечно улыбающийся омега ходит слегка опущенный и расстроенный. У альфы сжимается сердце и растёт желание узнать, кто же его обидел, но огромное пятно кофе, растекающееся по белоснежной футболке, кричит само за себя.       — Я могу отдать тебе свою кофту с тренировок, — предлагает Минхо, поздоровавшись с ними.       — Не стоит, хëн. У тебя ещё занятия, — Хëнджин дарит им улыбку, разглядывая испачканную вещь.       — Кто тебя так, Хëнджин-а? — заботливо спрашивает Чан, качая головой на это недоразумение.       — Я сам, — вздыхает Хван. — Вернее, кто-то проходил, когда я пил кофе, задев меня локтëм. Всё вылилось вниз, — опускает взгляд, — и на меня.       — Ты не обжёгся хоть? — обеспокоенно спрашивает Бан, отмечая в голове, что вещь испорчена.       — Нет, хëн, спасибо, что спросил, — Хëнджин грустно улыбается и теребит в руках края футболки.       "Это мой шанс" — думает Джисон, щуря глаза. Есть у него сомнения, что этот "кто-то" вполне мог походить на его одного знакомого бету. Расстроенный Хëнджин — это плохо, но попытку помощи друга он оценил.       — Я мог бы дать тебе своë худи, — говорит Хан, привлекая все взгляды на себя. Хëнджин удивляется, а Минхо с подозрением щурится. Чанбин задумчиво разглядывает его. — У меня под низом есть футболка, не переживай.       Хëнджин смотрит на свой внешний вид, осознавая, что ему придётся ходить так весь день, поэтому взвешивает все за и против. Он поднимает свой невинно-искушающий взгляд на Хана, разрушая его сердце.       — Если тебе не сложно, — кивает омега, слегка робея, когда альфа тут же тянет толстовку за капюшон, что был накинут на голову. Миру открывается взор на взъерошенного Хан Джисона с очень видным рельефом мышц. Хан впервые радуется, что пересилил себя и пошёл накануне вечером в качалку. Он складывает вещь и передаёт омеге в руки, замечая его смущëнное выражения лица. Ну ещё бы. Руки Джисона явно побольше хëнджиновых, его накаченная грудь, может, и плохо видна под футболкой, но с другого ракурса можно точно заметить, как она выпячивается. В целом Хан доволен. На лице омеги смущение ну и только. Он весь красный, пока разглядывает тело и полностью открывшееся лицо Джисона, и смущённо сжимает худи в своих руках.       — Спасибо большое.. — щебечет омега себе под нос и удаляется в уборную, чтобы переодеться.       — Всегда пожалуйста, — также отвечает Хан, наблюдая за розовым омегой. — Потом вернешь, ладно?       Хëнджин кивает и полностью отходит. Минхо всё ещё смотрит на него пристальным взглядом, а Чанбин изучающе разглядывает профиль его лица.       Чан рядом с ним тактично прокашливается и тычет его локтем под дых.       — Смотри, татуировку спрячь, сын Божий, — Бан Чан смеётся, а Джисон тут же хватается за левую сторону груди и прячет крестик под кофтой. Не так уж он и открыт перед обществом.       Минхо заверил, что пока не увидит Хëнджина не уйдёт, а Чанбин негласно остался стоять с ним. Ну и они тоже. Попросту теряют время, но Джисон и сам бы рад увидеть Хвана в своей одежде. Он перестаёт качаться на ногах, останавливаясь. Хëнджин в его одежде. Вау. Боже, Господи, спасибо Сынмину или тому случайному прохожему.       Хан хочет по привычке напялить капюшон, но тут же терпит неудачу, отпуская руки. Хëн с него смеётся, но ничего не говорит. Они все ждут Хëнджина и, когда тот наконец появляется, внутри Джисона что-то взрывается.       Омега выглядит хорошо в чëм угодно. Во всëм. Смотря на него сейчас, в своей толстовке, единственная мысль Джисона — как бы он смотрелся на нëм. Наверняка также хорошо. Он выглядит расслабленно, его походка уверенная, а в руках он сжимает запачканную кофту, убирая её себе в сумочку.       — Спасибо, Джисон-а, — омега улыбается и уже не выглядит таким расстроенным, как раньше. Альфа широко улыбается в ответ, чувствуя, как внутри расплываются бабочки от распирающих его чувств. Джисон сам утопает в этой толстовке, но Хëнджин кажется в ней таким крошечным. Ему хочется подарить маленькому омеге много любви, заботы и сладких поцелуев.       — Не за что, Джинни.       Минхо провожает их непонятным взглядом, Чанбин молчит, а Чан улыбается, хлопая его по плечу.

***

      Джисон старается не думать весь вечер о Хëнджине в его одежде, получается скудно, и он визжит в подушку целый час, довольно улыбаясь, выглядя при этом глупо. Он даже не спорит.       На следующий день Джисон решает тоже прийти в футболке. Сынмин подначивал его мыслями, что он сможет надеть свою толстовку, как только омега её вернёт, и уловить его остаточный запах. Наверняка, Хëнджин её постирает прежде чем вернуть.       Но чуда в тот день не случается. Чанбин пишет ему, что Хëнджин сегодня её не вернёт, а в коридорах он Хвана не замечает. Взгляды одногруппников на него, будто они увидели нового человека, решаясь с ним познакомиться, смешат, хоть и капельку неудобно и непривычно, но ради Хëнджина можно и потерпеть.       Ничего не происходит и на следующий день. Чанбин пожимает плечами, Минхо воротит нос, а омегу выловить у аудиторий не получается. Первокурсники засматриваются на него, игриво расправляясь. К сожалению, альфе нет до них дела. Единственный интересующий человек где-то ходит с его худи, а может и нет, без возможности связаться. Хëнджин пишет сам.       — У тебя есть номер Хвана? — Сынмин удивлённо заглядывает в его телефон, пока Джисон умирает от количества сердечек в названии контакта, пересланным Со. Невероятен.       — Он написал Чанбину, что вернëт худи завтра, — объясняет, листая переписку с альфой. Жаль нельзя написать Хëнджину лично.       — Завтра? — Сынмин задумчиво жуёт губу, прищуриваясь.       — Ага, — отвечает Хан, листая твиттер. Что ж, сегодня снова мечтать о Хване.       Следующим днём Джисон снова без своего верха в виде толстовки, зевает у коридоров, поджидая свиту. Со написал, что они скоро подойдут. Хану остаётся лишь ждать. Интересно, почему омега так долго не мог её вернуть. Ему было плохо? Он пытался отстирать то внутреннее пятно от краски? Случайно порвал и пошёл зашивать или покупать точно такую же? Это всё фантазия и накручивания, юноша сам смеётся от своих мыслей, что-то насвистывая себе под нос.       В кармане штанов вибрирует телефон, Джисон тянется, чтобы его взять.       — Минни? — не успевает он начать, как тут же в его сторону летит куча возгласов.       — Хëнджин возвращает тебе одежду сегодня? — согласие, — я подговорил Чана, он отвлечëт Со. У третьекурсников сегодня зачёты, так что тебе никто не помешает, — Джисон слышит в голосе друга улыбку, и сам искрится от счастья.       — Сынмо! Минни, Господи, ты лучший! — альфа чуть ли не кричит в телефон, подпрыгивая на месте.       — Не благодари, — бета смеётся, — не упусти свой шанс. Ещё такой возможности у тебя больше не будет, — Сынмин прощается и вешает трубку.       Джисон радуется, теперь ещё больше ожидая омегу, надеясь, что тот всë же придёт один. Вдалеке виднеется силуэт, альфа с радостью узнаёт в нëм Хëнджина.       Ким искренне улыбается собственной затее, случайно прочитав на табло, что скоро зачёты среди старшекурсников. Как же им повезло. Он замедляет шаг, а улыбка исчезает с его лица, когда он видит вдалеке одного из друзей омеги. Ли Минхо. Видимо, тот уже закончил тест и бродит в поисках омеги. Даже если это не так, он не может позволить какой-то случайности испортить так долго выстраиваемый момент. Только не сегодня.       Что же такого сделать, чтобы задержать этого Ли Минхо? Ну же, Сынмин, думай, думай..       — Эй, сонбэ! — Ким делает первое, что взбрело в голову, окликая альфу. Тот удивлëнно оборачивается, не замечая в коридоре больше никого. Конечно, все на зачёте. А он закончил рано. Башковитый такой что ли?       — Ты мне? — альфа озирается по сторонам, глупо моргая. Сынмин теряется. — Что такое? — он учтиво спрашивает, останавливаясь, чтобы подождать, пока Ким до него дойдёт.       — Я.. — бета замирает, не в силах придумать, что сказать. Этот Хëнджин окружает себя красивыми людьми, потому что у Сынмина спирает дыхание и путаются мысли в голове. Он редко разговаривает с красивыми людьми. — Хочешь узнать сто и одну причину, почему ты должен сходить на свидание именно со мной?       Ли выгибает бровь и скрещивает руки на груди, готовясь слушать. И так, надо придумать множество причин, чтобы сходить с этим альфой на свидание. Сынмин набирает побольше воздуха в лёгких.

***

      — Привет, — здоровается омега, смущённо передавая в руках одежду. — Эм. Спасибо тебе. Правда, если б не ты..       — Не бери в голову, — альфа забирает свою вещь, натягивая на себя. Омеге удаётся разглядеть его не скрытые под одеждой мышцы последние пару секунд. Джисон расправляет края, отмечая, что от худи пахнет чистым кондиционером для белья и запахом омеги. Сильным запахом.. Хëнджин, что, её носил?       Хан втягивает носом запах омеги слишком очевидно. Его глаза расширяются, от чего тот смущённо продолжает свой лепет.       — Я постирал её. Она, может, ещё пахнуть, извини, я правда пытался не оставлять на ней запаха, но..       Хëнджин останавливается, опускает взгляд на свои пальцы, начиная их теребить. Сердце альфы бешено стучит и падает куда-то в печень. До чего же он милый.       — Хëнджин-а.       — Да? — Хван поднимает на него свои глаза, заглядывая прямо в душу. Со стороны они могут походить на неловких подростков. Хотя, возможно, так и есть.       — Хочешь сходить куда-нибудь? — предлагает Джисон, закусывая губу. Хëнджин озадаченно хмурится.       — В плане?..       — В плане свидания, — он сказал это. — Я приглашаю тебя на свидание.       Уши Джисона, как и щëки омеги, горят. Хан видит, как стремительно краснеет всё лицо Хëнджина, думая, что выглядит не лучше.       — Свидание? — Хëнджин заикается, словно никогда не слышал этого слова, а его вечные ухажёры не клялись ему в вечной любви. Как мало надо маленькому омеге для такого смущения.       — Свидание, — альфа улыбается, вызывая ответную улыбку в ответ, — ты мне понравился ещё с первой встречи, знаешь. Ну, там, в кафе, — неловко чешет голову. — Мне хотелось пригласить тебя ещё тогда. Но ты был вечно с друзьями, и я бы не хотел вас смущать..       — Я согласен, — Хëнджин отвечает, а Джисон останавливается. — Я помню ту встречу в кафе, если ты об этом. Тяжело не запомнить человека вечно ходящего в капюшоне, — Хван смеётся, его глаза превращаются в щëлочки, а на щеках появляются милые ямочки.       — Вот как, — Хан смеётся с абсурдности их ситуации. Оказывается всё было так легко. — Дашь мне свой номер?       Хëнджин лезет в сумочку, чтобы тоже записать номер и диктует свой.       — Моей семье тяжело сходиться с моими партнёрами, — Хëнджин неловко улыбается. — Обычно много кто пытается просто достичь статуса благодаря нам, поэтому они бывают немного настороженны, — Джисон смотрит ему в глаза, — я хочу сказать, что.. Если ты надеешься на что-то большее, — омега заправляет прядь за ухо, смотря на него снизу вверх, — сойтись с моей семьёй будет нелегко.       Хван улыбается, поправляя сумочку на плече, Джисон смотрит на него с какой-то теплотой внутри. Если ты надеешься на что-то большее. ..с моей семьёй.. Хëнджин хочет, чтобы у них было что-то большее, раз он сразу же упоминает семью. Ему нельзя разочаровывать мир этого чудесного парня.       — Не переживай, маленький омега, — Хëнджин густо краснеет, хотя, казалось бы, куда гуще, — ты не знаком с дедом Сынмина. Любую школу я пройду.       Джисон улыбается, расправляя руки по штанам, чтобы импульсивно не взять Хëнджина за руку. Хван улыбается в ответ, и они ещё долго глупо стоят, просто смотря друг на друга.

***

      Они прощаются, и Хëнджин дальше уходит на свои занятия. Альфа, ужасно счастливый, в приподнятом настроении, уже собирается идти, как вдруг..       — Джисон! — вопит Сынмин, разрезая стены коридора своим голосом. Студенты вокруг оглядываются, а бета злобно направляется к нему. Что он уже успел сделать не так?.. — Ты! Ты позвал Хëнджина на свидание? — кивок. — Чудесно!       Ким что-то бормочет себе под нос, зло хмурясь и недовольно зыркая.       — Что случилось-       — Да Ли Минхо случился! Пока я спасал твою задницу, этот придурок решил выйти из самого ненужного угла. Теперь я две недели должен ходить на свидания с этим заносчивым альфой! Аргх! — Сынмин бесится, накидываясь на всё вокруг.       — Стой, что? Минни, если ты решил с ним поговорить, то это не должно было доходить до свиданий, что ты..       — Чёртов Ли Минхо! Сдохни, засранец, — Сынмин продолжает свой путь и даже удивлённый Чан не знает, что сказать.       Джисон пожимает плечами и, счастливый, идёт за лучшим другом. У него в телефоне номер прекрасного омеги, с которым он собирается сходить на свидание. Иногда всё же стоит снимать капюшон и открываться внешнему миру. Кто знает, как это закончится.