At Three In The Morning | Три Часа Ночи

Эдди вздрогнул от толчка в плечо, недовольно замычал, не желая разлеплять глаза, и попытался снова уснуть. И у него почти получилось! Он даже начал видеть какой-то новый сон, но мигом забыл, о чем он, когда получил еще один толчок в районе лопатки. А следом послышался тихий, но настойчивый шепот. — Эдди? Эдди вяло поднял руку, давая понять, что слышал, и тут же замертво уронил ее назад на одеяло, будто был тряпичной куклой. — Эдди… — шепот прозвучал совсем рядом с ухом, и он сонно перевернулся на спину. — Что? — безжизненным голосом спросил Эдди, пытаясь разлепить глаза. Он сделал глубокий вдох, и рецепторы тут же отреагировали на наполнивший спальню запах — от Бака пахло неуверенностью и беспокойством, что тут же помогло взбодриться. Инстинкт Альфы ясно дал понять Эдди — что-то не так, его Омега тревожится, ему нужна защита и безопасность. — Что случилось, querido? — садясь на постели, спросил все еще плохо соображающий Эдди, от резкого движения у него закружилась голова. Он заметил, что Бак и сам уже сидит посреди сооруженного им накануне гнезда, куда притащил его любимую ношенную Хенли с длинным рукавом, потому что от нее пахло им, плед, который Мэдди подарила им на свадьбу, и подушки из гостиной, на которых они с Эдди и Кристофером вчера валялись, смотря фильм. Бак неуверенно поерзал на месте, и Эдди протянул к нему руки, чтобы обнять.  — Тебе приснился кошмар, cariño? — с беспокойством проворковал Эдди, притягивая Бака в свои объятия, чтобы успокоить, и тот охотно прильнул к нему, утыкаясь носом в шею. Бак сладко вдохнул его запах, ощущая исходящую от Эдди непоколебимую уверенность, с которой тот готов был выйти с голыми кулаками против всего остального мира, чтобы защитить своего Омегу. Который, впрочем, мог неплохо и сам за себя постоять. Но Бак всегда был сторонником дипломатии, никогда по-настоящему не дрался, разве что с боксерской грушей, и не вступал в прямое столкновение. А за плечами Эдди был многолетний опыт тайского бокса. — Нет, никаких кошмаров, — грустно вздохнул Бак, касаясь его шеи губами. Эдди стало щекотно. — Детка, я хочу чего-нибудь вкусного… С тех пор, как они узнали, что у них скоро будет щеночек, Баку все чаще хотелось чего-нибудь вкусного. И какой из Эдди Альфа, если бы он не баловал своего Омегу? Возможно, он воспринимал все слишком эмоционально, ублажая Бака и исполняя любые его прихоти, даже самые неоднозначные, но сердце Эдди разрывалось на части от трепетной и безудержной любви — он был невероятно окрылен тем, что его муж, его пара носит в себе их щеночка.  Альфа внутри него кричал, что он его защитник, добытчик, воин. Он готов как в первобытные века залезть на пальму, чтобы достать для своей половинки гроздь свежих фиников, даже если сейчас… — …Три часа ночи, — обреченно простонал Эдди, болезненно щурясь от яркой подсветки телефона. — Я знаю, — с заискивающим тоном робко подтвердил Бак и потерся о его шею кончиком чуть вздернутого носа. — Прости. — Ладно, я… сейчас, — уступил Эдди под его мягким напором. — Что тебе принести? — Я уже проверил холодильник. — Бак драматично вздохнул, понурив голову и перебирая пальцами край плюшевого пледа. — Там нет того, что я хочу… — Что ты хочешь, querido? — терпеливо спросил Эдди, стараясь не думать о том, который сейчас час. Время не имеет значения, у него все равно завтра выходной, так что слегка сбитый график не так страшен. Страшно было то, что Эдди ужасно хотелось спать. Но инстинкт Альфы не позволял ему сомкнуть глаз. Он обожал заботиться о Баке в любое время дня и ночи, и внутри все замирало, когда он видел его по-мальчишески счастливую улыбку, а мускулистые руки Бака обнимали его. — Нутеллы и фисташкового мороженого… — расстроенно объяснил Бак и погладил его обнаженное бедро. Пижамные штаны Эдди валялись скомканные где-то на полу ровно с того момента, как он пришел в спальню после душа, и Бак доходчиво объяснил, что все его тело горит, и он нужен ему прямо сейчас. К слову, Бак к тому моменту уже предусмотрительно разделся сам, чтобы не тратить время, хоть Эдди и обожал самостоятельно снимать с него одежду. Иногда даже зубами. — Я… — растерянно проговорил Эдди, отвлекшись на заманчивые интимные поглаживания. — Бак, ты хочешь, чтобы я поехал в супермаркет?.. Прямо сейчас? Бак лучезарно улыбнулся, выбираясь из объятий, чтобы запечатлеть на его губах сладкий, но кроткий поцелуй. — Ты самый лучший, ты знаешь это? — растроганно проворковал он в уголок его рта, обжигая дыханием. Dios mío, этот мужчина вьет из него веревки… Эдди стиснул зубы, собирая всю свою железную волю в кулак. Ему хотелось быть для Бака самым лучшим во всем. — И еще я хочу сельдерей, — смущенно добавил Бак и невинно закусил нижнюю губу. — Сельдерей, — тупо повторил за ним Эдди, полагая, что ему послышалось. Какой к черту сельдерей? — А зачем тебе сельдерей? — так и спросил он. — Чтобы макать его в Нутеллу, глупый, — выразительно закатив глаза, логично объяснил Бак. — Это же очевидно. И удобно. Поверженный аргументом Эдди покорно кивнул. Или, если быть точнее, его голова свесилась вниз и осталась в том же положении. Если бы он наклонился еще ниже, то мог коснуться своего горла колючим от щетины подбородком. Он мечтательно прикрыл глаза и нежно улыбнулся, думая о том, как Бак любит тереться об его небритое лицо, и через пару секунд почувствовал очередной толчок. Бак тормошил его за руку. — Детка, ты со мной? — с искренним и неподдельным беспокойством спросил Бак. Переполошенный Эдди вздрогнул, продрав глаза. Мир в три часа ночи казался совсем другим… все ощущалось иначе, будто он перешагнул через какой-то портал в иное измерение. — Я не сплю! — отчеканил он и сонно поскреб ногтями небритую щеку. — Может, закажем доставку? — неловко предложил Бак. — Нет. Никакой доставки, — упрямо возразил Эдди, мигом вскакивая с кровати. Еще не хватало, чтобы кто-то появился среди ночи на пороге их дома. А если курьер окажется Альфой? Бак сказал, что он у него самый лучший, и Эдди готов подтвердить это на деле даже в три часа ночи. — Возьми хотя бы Убер… — заботливо посоветовал Бак, пока Эдди натягивал на голое тело пижамные штаны, которые в темноте все же сумел отыскать на полу. Кажется, Бак начинал нервничать и, возможно, жалел, что потревожил своего Альфу посреди ночи. — Не прощу себе, если ты уснешь за рулем. — Я скоро буду, cariño, — сердечно улыбнувшись и положив ладонь на его щеку, заверил Эдди и влажно чмокнул в губы, которые Бак тут же облизал и улыбнулся, смотря на него влюбленными глазами. Эдди протянул руку, чтобы выудить из их уютного гнездышка свою Хенли, потому что сама мысль искать сейчас другую одежду приносила страдания, и довольно шустро натянул ее на себя, с первого раза попав в рукава и горловину. Он нашарил среди складок одеяла свой телефон, взял с прикроватной тумбочки ключи от внедорожника и, бодро шагнув, распахнул дверь спальни. Кофе… Ему нужен кофе.

~~~

За кофе Эдди пришлось ехать на ближайшую заправку, и он был вынужден сделать небольшой крюк на пути к супермаркету. И лишь проходя сквозь стеклянные раздвижные двери, он запоздало сообразил, что мог бы купить кофе и здесь. Но каковы шансы, что он реально успел бы доехать сюда, не заснув по пути? На всю поездку у него ушло около получаса — в три часа ночи дороги в Лос-Анджелесе были, к счастью, свободными. Он тихо прокрался по коридору мимо комнаты Кристофера, стараясь не разбудить его, и приоткрыл дверь спальни, которую Бак очевидно закрыл за ним. Потому что Эдди точно помнил, что оставил дверь распахнутой. Представшая ему картина повергла Эдди в неконтролируемый шок — сгорбившись посреди кровати, посреди их уютного гнезда, Бак сотрясался от безудержных рыданий. Пакет с покупками выпал из ослабевших пальцев Эдди на зеленый ковер. Ему, однако, хватило ума закрыть за собой дверь, чтобы они не потревожили сон Кристофера, прежде чем подскочить к кровати и залезть на нее прямо в кроссовках. — Что случилось, querido? — с тревогой пробормотал Эдди, осторожно касаясь подрагивающей спины Омеги. Любые намеки на сон растворились как по волшебству и без всякого кофе. Эдди обеспокоенно заозирался по сторонам, пытаясь отыскать причину истерики Бака, и заметил, что его подушка пропала. Потому что Бак плакал, вцепившись именно в его подушку, низко склонившись над ней. Он заметил торчащий из-под его бока уголок наволочки. — Бак? Бак, в чем дело, mi amor? — потерянно прошептал Эдди, обнимая и целуя оставленную его зубами метку и обнаженное плечо, покрытое бледными едва заметными веснушками. — Тебя так долго не было… — сумел он разобрать среди всхлипов и стенаний. Сердце Эдди сжалось от ужаса и, кажется, так и не приняло прежнюю форму — он забрал из гнезда свою Хенли, оставив Бака без чего-то, что пахло им, пахло его Альфой, и именно потому он уткнулся лицом в его подушку. Туда, где пахучие железы Альфы на шее Эдди терлись о наволочку во время сна. Idiota… — Бак, mi cariño, я здесь, я рядом… — заполошно пробормотал Эдди, осыпая его лопатки нежными поцелуями и чувствуя, что и сам находится на грани панической атаки. Бак оторвал мокрое от слез лицо от подушки и бросился ему на шею, сотрясаясь от нового приступа рыданий, но в этот раз уже от облегчения. — Я подумал… подумал ты меня бросил, — уткнувшись носом в его шею, запричитал Бак, крепко сдавливая бока Эдди своими мускулистыми руками. — Как я могу? Я люблю тебя до безумия, querido, — горячечно возразил Эдди, продолжив по-испански шептать милые прозвища, какие только мог вспомнить, гладя ладонями его обнаженную спину и прижимаясь щекой к неряшливым после сна кудрям. — Я решил, что ты у… — голос Бака дрогнул, и он трогательно икнул, сбившись на полуслове, — уехал от меня в Мексику… — На кой черт мне делать в Мексике? — искренне удивился Эдди, поглаживая его горячие бока. — Или в К-Канаду… Я не знаю, — продолжил Бак, но все же немного затих, вдыхая его мускусный запах. От Эдди наверняка разило испугом и тревогой. Эдди слегка отстранился, чтобы приподнять его лицо и заглянуть в покрасневшие от слез глаза. Он ласково улыбнулся ему, вытирая ладонью его щеки и ловя взгляд. Бак трагично всхлипнул, кусая губу, а затем с силой шлепнул по его плечу и сердито нахмурил брови. — За что? — Эдди сжался, принимая еще один удар. — Ты забрал Хенли! И ключи от машины, — обвиняющим тоном объяснил Бак. — А я тебя разбудил… Я решил, что я тебе больше не нужен. — Я люблю тебя всем сердцем, amado mio… — нежно прошептал Эдди, притягивая обратно в свои объятия отчаянно сопротивляющегося Бака. Однако в Баке шесть футов, два дюйма и гора крепких мускулов — это явно непростая задачей для любого. Для любого, но не для Эдди. — Ты носишь мою метку. В тебе растет наш щеночек, Бак… и я люблю вас обоих вместе с Кристофером. Куда я могу деться от вас?.. Подумав, Бак нехотя кивнул, прильнув к нему, и наконец затих, позволяя гладить свое обнаженное тело, пока Эдди сцеловывал слезы с его заплаканного лица. — Эдди? — приглушенно позвал Бак, смотря на него честными покрасневшими от рыданий глазами. — Да, mi amor? — ласково прошептал Эдди ему на ухо, касаясь губами мочки уха и вдыхая его запах. Наконец-то Бак пах умиротворением и преданной любовью, и это трепетно отзывалось в душе самого Эдди. Он старался не думать о том, сколько еще таких ночей их ждет впереди, прежде чем у них наконец-то родится щеночек, которому они еще даже не начали выбирать имя. Бак улыбнулся и погладил его по предплечью, касаясь пальцами татуировки. — Так ты привез мне то, что я просил?..