solar eclipse

сотрясается хрупкое тело. полумесяц среди звездного неба. достигая своего апогея, предела. вдали от яркого света.

***

понятия человеческие имеют смысл лишь для живых существ. время кажется необходимым лишь когда оно постепенно истекает, оставляя за собой тусклый след. когда рядом пролетают кометы, сгорая далее под солнечным светом. астероиды, что вновь и вновь вонзаются в одинокий спутник. где-то там мерцают звёзды, где-то там светит солнце. далеко, за миллионы световых лет.. всепоглощающая мгла заставляет содрогаться, ощущая фантомный холод. вечная мерзлота, что поселилась внутри тела. с каждым сумбурным ударом осколки отлетают от обьекта, разрушая изнутри. в абсолютной тишине и вакууме, пространство вне времени и понимания. захлёстывает ощущение безнадёжности с головой. дыра, что расползается чернотой по груди. всепоглощающее чувство, природа которого столь непонятна в данном абстрактном контексте. почему это происходит, будучи всего лишь материальным объектом, не вписывающимся ни в рамки звёзды, ни планеты. утыкаясь лицом в колени и сцепив руки, обнимая самого себя, луна в одиночестве переносит свое бремя. обыденные события не вызвали бы такого беспокойства в груди, но этот раз отличался интенсивностью. терять собственные частицы, что сбивались новыми астероидами, продолжающими свой путь. это неизбежно, но мысль оказаться грудой камней, наверное должна пугать. хочется считать, что это лишь выработанная реакция. дрожь распространяется по всему телу, заставляя содрогаться. искренний страх поднять взор и снова встретиться с бесконечностью и одиночеством. в предпочтении крепко зажмурить лазурного блеска очи. переждать подобный кошмар.. это же незначительно и бессмысленно, всего немного и все станет прежде.. тсукими утыкается лицом в колени, крепче сжимая ткань собственных одеяний. беспричинный страх, ощущение собственной бесполезности в безграничном пространстве вокруг, что лишь расширяется.. конечно, это не имеет смысла. одиночество поглощало с осознанием его продолжительности. ничего не поменяется, расстилаясь по неординарной поверхности. отсутствующей. мелькающий страх сквозь сознание проносился ветром, что к сожалению не мог простираться в вакууме. здесь, в общем-то можно наблюдать лишь сквозную тишину. исключительно пустота, что обволакивает с головой. ее невозможно материализовать, но где-то в грудной клетке, вместо соответствующих органов, что подражали бы человеческому организму, лишь полая дыра с осколками астероидов и земными металлами, возможно. ... удушающая пустота отходит. лишь иллюзорное чувство, что возможно вяжется с неосознанным пародированием человеческого рода. посреди безграничной темноты проносится луч света. не находя сил приподнять голову, шин остаётся все в том же положении. интереса сейчас не вызывает ничего вокруг. усталость, весьма непривычно ощущать что-то подобное. согревающий свет на половину заставляет отражать это сияние, все еще на большую часть оставляя в тени. совершенно случайно, кажется. просто пересекаясь с луной, солнце обращает внимание на хрупкость этого объекта. с интересом он оглядывает его, не совсем понимая как стоило бы реагировать сейчас. конечно, они многое количество «времени» проводят вместе.. но понять другого требует больше. — "о, моя луна.. что с тобой?" раздаётся голос посреди пустоты мыслей тсукими. все еще не привыкший к этому, он вздрагивает. оказаться перед светилом в таком.. таком состоянии кажется постыдным. содрогающимся посреди космических просторов. не реагируя, он просто самозабвенно прикрывает глаза, все еще желая избавиться от таких ощущений. не дождавшись какого-то либо ответа, хиёри подходит ближе. ненавязчиво и аккуратно, дабы не обжечь таким образом. лишь пригреть в нежных лучах. он склоняется над шином, присаживаясь на колени напротив того. понять другого хоть в некоторой мере и правда вызывало спорные чувства. с одной стороны, это могло принести лишь ненужное беспокойство для обоих, но есть ли чего терять, будучи равноценно одинокими, несмотря на всю прискорбность этого выражения? посреди сингулярности, одного, по человечески дня. ладонь проходится по бирюзовым волосам, еле касаясь. если перестараться, можно окатить пламенем и принести жгучую боль. это сейчас совсем не то, что могло бы потребоваться. мягкими прикосновениями соу оглаживает и перебирает пряди. — "....я.. и-извини, что ты вынужден наблюдать это." подрагивающим тоном отвечает шин. диалоги их, конечно происходят лишь передавая речь в другое сознание. тягость становится не такой невыносимой, так что тсукими старается чуть подняться и встретиться с яркими очами напротив. свет ударяет в глаза и рябит цветными фигурами. тсукими как то машинально приближается, желая впитать больше тепла. холод слишком глубоко пронзает, позволяя игнорировать пламенный жар. хиёри проводит рукой по чужой щеке, заостряя изучающий взгляд на выражении лица шина. легкое и краткое касание, мгновение которого распространяется по темноте. они оба не знают как реагировать в данной ситуации. соу убирает руку, дабы не задерживаться слишком и оставлять ожоги. шин подрагивает, сдерживая порыв сорваться. глаза неприятно щипит. бросая отчаянный взгляд на хиёри и его яркий свет, боль все возрастает. ощущение полной безнадёжности разрывает изнутри. перед глазами мутнеет чужой яркий силуэт, освещающий окружающее пространство. луна все еще лишь холодный и тёмный объект, что не погружен во мрак лишь благодаря светилу. эта зависимость от тепла и свечения подсознательно и безудержно разрушает. ... бесполезно. тсукими сдаётся перед саморазрушением. кристально-ледяные слёзы мерцают на свету, испаряясь из-за вакуума и жара. или что-то похожее на данное человеческое явление. с горечью он опускает голову. пряди волос заслоняют обзор. солнце все еще здесь, не так ли? оглядывает бледный силуэт, исходящий слабым мерцанием. продолжением самого светила и его яркого света, озаряющего пространство. возможно, они даже в чем-то похожи, будучи отвергнутыми. соу прислоняется ближе, смыкая ладони за спиной шина. он мягко улыбается и прикрывает глаза, вырисовая случайные круги ласкающими прикосновениями, таким жестом желая успокоить. это, возможно было необдуманно резким для самого себя. сохранять торжественный вид величественного и важного в системе объекта было необходимым, но- странные чувства он питает к луне. неоднозначные и неясные даже для него. приятное тепло разливается по грудной клетке, передаваясь и согревая тсукими. стараясь быть аккуратнее и нежнее, соу прижимает содрогающееся тельце к себе, опаляя жаром. — "ах. шин.. я рядом, а ты все дрожишь." хиёри старается смягчить интонацию, заботливо лаская огненными прикосновениями младшего. такое.. случается впервые. шин мысленно метается, захлёбываясь от случайной обжигающей нежности. он руками обвивает торс соу, утыкаясь в его грудную клетку. безмолвно, посреди нескончаемой темноты.. озаряясь ярким светом, затмевая солнце. весьма резко одно явление перешло в другое, совсем не так, как оно было изначально. шин все еще подрагивает, куда мельче, раскаляясь от чужого жара. случайные неприятные мысли отходят, оставляя более умиротворяющую тишину. гул и звон прекратился. два абсолютно разных мира, противоположных друг другу, казалось находят куда больше сходств.