Врач, иглы и голожопый маньяк

В процедурной творился самый настоящий апокалипсис. Шум, гам, борьба не на жизнь, а на смерть! – ПУСТИ МЕНЯ! ПУСТИ МЕНЯ СЕЙЧАС ЖЕ ОТБРОС КОСТЛЯВЫЙ! – выла Фриск, изо всех сил пытаясь вырваться из крепкой хватки старшего из скелебро. – Человек, тебе нечего бояться. Андайн не только чудесный учёный, но и не менее чудесный доктор. Великий Санс знает, о чём говорит! – улюлюкал над ней младший. – Я ТЕБЕ НЕ ВЕРЮ, ТЫ НЕСЁШЬ ХУЙНЮ! – бывшая геноцидница всё билась, кусалась, словно бешеный зверь. Сколько же силы скрывалось в этом миниатюрном, лоликонском на первый взгляд существе? Я никогда не видела Фриск такой. С первых секунд своего пробуждения, после продолжительного прибывания под землёй, она была вредным и до чёртиков капризным пациентом. Но то, что она творила сейчас, переходило все мыслимые и не мыслимые границы. Эта дьяволица буквально грызла чужие кости, всё равно оставаясь чертовски миленькой! – Человек, как бы тебе не было некомфортно, не следует использовать такие грубые выражения. – возмутился низкорослый любитель тако. – Андайн, ну не стой столбом! Вколи ей, наконец, эту чёртову сыворотку! Я не могла сделать ни шагу. Её взгляд, ее червонные глазки буквально пригвоздили меня к полу. Одним этим взглядом Фриск разрывала меня на тысячи кусочков! – Папирус! – снова закудахтал младший. – Что? Я устал её держать. Она все кости мне сгрызла... – обречённо протянул долговязый. – Отпустишь - перестану грызть. – отзывалась виновница торжества. – И угощу медом. – Ты думаешь, меня можно так легко купить, мелочь? – Может даже оплачу весь твой счёт в Маффет'с... – ну что за плутовочка! У меня непредвиденная носокровь. Всё-таки пора прекращать смотреть хентай с сумасшедшими яндерками. – Заманчиво, но бро башку мне открутит, если я соглашусь. – Именно! А Чара добавит! Фриск явно не устраивал такой расклад иона ещё разок вцепилась зубами в чужую толстовку. – М-может, и правда отпустишь её? Папс посмотрел на меня как на дурочку. – Она сбежит. Если бы ты знала, сколько времени мы с Сансом потратили, чтобы притащить её сюда... – А если ты б-будешь так держать её, она взбеситься ещё больше, будет вырываться и переломает мне все иглы... – Твоя правда. А что если ей, будет лучше, если они уйдут? Один на один куда проще сговариваться, чем целой толпой. Хотя, если мы останемся наедине, Фриск может просто-напросто наброситься на меня в любой момент, а это явно приведёт к худшему исходу из возможных... Ладно, была не была! Ты справишься, Андайн! Ты справишься! – П-папирус Санс, может , вам покинуть лабораторию на время процедуры? Я д-думаю, мы с Фриск сможем найти общий язык. Всё-таки она уже в-взрослая и... – Взрослая, которая без труда и сожаления проломит тебе череп – зло ухмылялся пранкер. Санс, кажется, хотел шикнуть на брата, но вмешалась сама дьяволица. – Я не настолько поехавшая! – О, правда? Что ж, тогда веселитесь, я слишком устал за сегодня... – изнурённо ощерился старший, выпуская из своих объятий бомбу замедленного действия. – Звони, если будет нужна помощь с тушением. – С т-тушением? – Твоей лаборатории, ну, или чьей-то задницы. – Я, конечно, теперь пацифистка, но знаешь, иногда мне всё ещё хочется размолоть тебя в муку. – уголки человеческих губ медленно поползли вверх, превращаясь в кривоватый оскал. Почему я ощущаю такое сексуальное давление?! Надо бы записаться к психологу, а лучше сразу к психиатру... К всеобщему удивлению, юная леди и не планировала смываться, а спокойно себе села на подготовленную для неё табуретку. – Ваузес... – изумился младший. И я, по правде, тоже. – Не переживай, Санси, я большая девочка. Я справлюсь. – добродушно отозвалась былая мегера. Что-то мне подсказывает, что это всё одна большая ловушка, которая ведёт меня на плаху. Но я всё-таки выпроводила братьев скелетов, попутно уверяя, что всё будет хорошо, и Чаре не придётся снова перезапускать временную линию. Теперь мы одни. Фриск во всю вертится на табуретке, пока я натягиваю перчатки и набираю в шприц нужный препарат. В один момент новоиспечённая лоли-милашка останавливается, зыркает на меня таким взглядом, что шприц чуть не выскальзывает из моих рук. – Андайн... – заговорщически промурчала демоница. – Ч-что такое? – А давай ты не будешь делать мне укол? – Но э-это необходимо, если, если я н-не сделаю тебе эту инъекцию, ты можешь... – Ничего со мной не случится. Я живее всех живых! – Н-но... – Андайн, дорогая... – заговорщица поднялась. Её шаги стали такими тяжёлыми, что кажется, ещё чуть-чуть и пол пойдёт трещинами. Хищница направлялась прямо ко мне. Я инстинктивно отступила назад, оперевшись на тумбочку, что вслед за мной откатилась, напуганным зверем. Фриск по-хозяйски вцепилась в бортики мебели. Теперь ни я, ни тумбочка не могли сбежать, а лишь скулили в страхе перед неизбежным. – Я знаю, вы женщина сообразительная. Сообразительная настолько, что смогли дослужиться аж до королевского учёного. И знаете, мы могли бы договориться... Кто-нибудь, спасите! Ещё немного, и я погибну от сердечного приступа! – Ну же, Андайн... – дьяволица выудила из моих дрожащих рук шприц, положила его на тумбочку за моей спиной, после чего принялась медленно поглаживать мою щеку костяшками. Пальцы её ледяные, словно лезвие ножа. – Чего бы тебе хотелось? – М-мне ничего от тебя не нужно! – Чужая ладонь продолжает свои настойчивые движения, а мурашки скачут по моей спине всё отчётливее, всё резвее. – Правда? – не такая уж и бывшая геноцидница заулыбалась ещё острее и хищнее. – Я могу поспорить с этим утверждением. Девичья ручка, наконец, оставила мою щеку в покое. Но рано я радовалась, ведь эта валькирия потянулась к своим шортикам и начала расстёгивать ширинку! Я зажмурилась, что было сил, пряча багровое лицо в ладонях. – О-остановись, о-остановись, пожалуйста, н-не надо... – Ну что ты? Разве не хочешь провести парочку экспериментов с моим телом, м? Оно ведь так тебе нравилось? Созданное твоими же руками, так почему бы не попробовать своё собственное творение? – холодные пальцы снова начинаю издеваться над моим лицом, поглаживая, убирая за уши пряди волос. – Ну же, открывай глазки. Я буду нежной, обещаю... Мороз сжимает меня в своих грешных объятиях, проходит по спине, пытаясь добраться до голой кожи. Конечно, она мне нравится, может, даже слишком. Но я не могу, не могу! Если я не сделаю то, что нужно, она умрёт, и я уже ни чем не смогу помочь. Преодолев всё, что можно, распахиваю глаза и толкаю маньячку, что есть мочи. Удивительно, но мне удаётся вырваться. Попытка же отпрыгнуть в сторону вышла не столь удачной. Я споткнулась и упала на одно колено. Клянусь, никогда больше не буду отказываться от тренировок, Альфис! Никогда! – ПРЕКРАТИ СЕЙЧАС ЖЕ, ИЛИ Я ПОЗВОНЮ ПАПИРУСУ! Господи, эта чертовка уже и трусы успела стянуть! Так Андайн успокойся. Ты же врач, к тебе каждый в Подземелии ходит за гинекологическими и урологическими услугами. Она всего лишь твой пациент. Тебе нечего стесняться. Ты уже столько половых органов повидала. Одними меньше, одними больше, какая разница? – Позвонишь? Интересно, как!? - скалиться Фриск, теребя в руках мой мобильник. Что же теперь делать!? Как звать на помощь!? – Ради всего с-святого отдай мне телефон, пожалуйста. Фриск лишь звонко рассмеялась мне в ответ: – Не хочу, не буду! Крепись, Андайн, крепись! Ты не должна позволять ей над тобой издеваться, даже если она пиздец секси и стоит перед тобой без трусов. Давай, ты справишься. Тебе просто нужно сделать маленький укольчик, и ты больше не будешь узницей этой лоли. Отставить влажные фантазии! Вперёд и с песней! Поднимаюсь и резким рывком хватаю нужную мне вещицу с тумбочки. Фриск тут же, будто лисичка, шарахается назад, уронив бедную тумбочку на бок. – Что ты делаешь?! Положи, положи его обратно! Фу, Андайн, фу! Руки трясутся. Держать шприц крайне сложно. В моей голове застряла одна единственная мысль: "Лишь бы попасть". – Я поняла, поняла. Сейчас оденусь. Только убери это изобретение Сатаны, очень тебя прошу! – кажется, уже кое-кто другой жмётся к стенке от страха. Шаг, второй, третий и Фриск срывает с места. – С-стой! Не убегай! Д-давай, говорим! – НАХУЙ ИДИ, РЫБА НЕДОЖАРЕННАЯ! Ну нет, ну пожалуйста! К догонялкам за голожопыми маньяками меня жизнь уж точно не готовила! Комната одна, вторая, третья. Мои ноги уже бьются в конвульсиях, объёма лёгких явно не хватает, а эта бестия и не думает оставаться! – СОСАТЬ ПЛЮС ЛЕЖАТЬ, СУКА! – демоница зашлась раскатистым смехом, оборачиваясь назад и показывая мне язык. И тут, откуда не возьмись, появляется, словно вышедший из сёдзё манги рояль. А именно, оставленная мною когда-то давно в беспорядке на полу дакимакура с Мяу Мяу. Фриск благополучно об неё споткнулась и полетела на пол. – ДА ЁБАНЫЙ В РОТ ЭТОЙ ЛАБОРАТОРИИ! – бывшая геноцидница завыла, прижимая к себе левую ногу. – Т-ты в порядке? Давай я ос-смотрю твою ногу. – Еле как хриплю я, пытаясь отдышаться. Признаться честно, сейчас с такими растрёпанными волосами, слезами на ресницах и без трусов она выглядит так милашкотрахательно, точь-в-точь как ГГ той хентай манги. Боже, о чём я думаю! Фриск обиженно скулит, прожигая взглядом мою дакимакуру. – Г-где болит? – В ПИЗДЕ! Ладно, на это сейчас нет времени. Нужно быстрее поставить ей укол, иначе другого шанса может больше не представится. В бедро или в плечо? Вот в чём вопрос. Пожалуй, в плечо. Стоило мне начать отстукивать препарат от пузырьков, как на меня налетели, снова выбивая из моих рук шприц и попутно роняя на пол. Боль мгновенно пронзила тело, оставляя за собой неприятный осадок. Фриск нависала надо мной, сжав пальцы на моих запястья так сильно, что кажется ещё чуть-чуть и послушаться хруст. – Даже не думай! ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ ЧЁРТ Она ещё и села мне на бёдра! Господи, почему это меня так возбуждает! – Я-я сошла с ума. Фриск снова по известной одной ей, ведомой, причине принимается поглаживать мою шею, отгибая ворот халата. – Всё возможно, Андайн, всё возможно... Червонные глазки с большим интересом рассматривают мои ключицы, что мне страшно даже вдохнуть. – Где твои жабры? – Ч-что? – Ну ты же рыба, значит, у тебя должны быть жабры. Хотя у тебя есть нос и рот и лёгкие, наверное, тоже... – Т-ты, п-права. Они у м-меня есть. – Ну и где же они? – В обл-ласти лож-жных рёбер. Во взгляде Фриск так и читалось "А по-русски можно?" – П-по бакам, Чуть выше п-поясницы. – А как ты ими дышишь то? – Мои жабры можно назвать рудименто..! Чертовские пальцы принялись без спросу шастать под моей футболкой, от чего все моё тело от головы до пят мгновенно замурашило. – Ч-что т-ты д-делаешь!? – Ищу твои жабры. А на что это похоже? – усмехнулась Фриск, задирая чёрную ткань до самой груди. Боже, она смотрит на меня так, будто собирается сделать из меня суши! Бледные пальцы аккуратно поглаживают одну из моих жаберных крышек. – С-стой, не трогай их, п-пожалуйста! Но демоница не слушала моей мольбы, неторопливо проходясь по кромке жаберной крышки. – Почему? Тебе больно? – Н-н-нет, но... – господи, лишь бы она не полезла внутрь! Губы Фриск растянулись в какой-то даже нежной улыбке. И она, как назло, полезла именно туда, куда, я надеялась, она не сунется. Все внутри сжимается когда подушечки чужих пальцев касаются одного из лепестков. Ощущение внизу живота, кажется, разгорелось с новой силой. – Так вот в чем дело... – человеческое лицо стало приобретать лисьи черты. Новые нежные движения не заставили себя долго ждать. Захотелось придушить себя. Затолкать в глотку кучу ваты, лишь бы не издать ни звука. – Милашка.... – Ф-ф-фриск, п-прошу, прекрати и-издеваться надо м-мной! – Кто сказал, что я издеваюсь? Я лишь плачу услугой за услугу. – сдерживаться с каждым мгновением становится всё труднее и труднее. Ещё чуть-чуть, и я просто разорвусь, взлечу на воздух! – М-мне в л-любом случае придётся с-сделать тебе у-укол, иначе и-иначе ты погибнешь, п-понимаешь? – Ты так в этом уверена? Я чудесно себя чувствую. – чертовка наклоняется к самому моему уху. – И могу заставить тебя чувствовать себя также... Фриск с аппетитом вгрызается в мою шею, а я бьюсь головой об заливной пол. Выдыхаю сквозь зубы. Но всё же больше терпеть нету ни сил, ни желания. Приходится скулить, как последняя тяночка. – Знаешь, самоубийство путём разбивания башки об кафель - не самая лучшая идея. Если ты убьёшься, Чара мне глаз на жопу натянет. Ну и мне будет очень грустно. Вот бы меня скорее натянули... Пара мгновений и вот моя голова уже покоиться на лице моей вайфу. Прости меня Мяу Мяу, но кажется, 3-D тянки и правда куда лучше 2-D. – Так ведь куда лучше, правда? – У-угу... – Похоже, кто-то уже подтаивает. Как всё просто, оказывается. – Фриск чуть прикусывает мою нижнюю губу. – Чтож, предлагаю довести тебя до состояния жидкости окончательно, что скажешь? Чёрт подери, с меня стягивает штаны стапятидесяти сантиметровая серийная убийца! Как так вышло!? Всё, что я могу - это вцепится в собственные трусы мёртвой хваткой, хотя они уже ничего и не прикрывают. – Э-это мои т-трусы! Господи что я несу? – Не переживай на совсем я у тебя их забирать не собираюсь. Хотя кто ж меня знает. – пара мгновений мои трусы само собой улетают на пол Меня в жизни никогда так ни трясло, как сейчас. Фриск, словно кошка трётся о внутреннюю поверхность моих бёдер, оставляя ро‌ссыпь ярких алых следов. – Ммм, обожаю жареную рыбку. – Т-ты хочешь меня сжечь!? – Хех, шеф-повар из меня так себе, а вот ёбарь, думаю, неплохой. Не успела я опомниться, как дьяволица начала совершать своё грязное действо. Нужда в удалении голосовых связок стояла все больше. И в перемещении на что-нибудь мягкое и тёплое тоже. Тело совершенно меня не слушалось, всё барахталось из стороны в сторону. Ноги норовили заехать Фриск по лицу, а руки выцарапать всё, что можно бедной Мяу Мяу Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Более реальным было бы то, что это маньячка всадила мне нож в сердце, и я переродилась учёной в другом мире. В глазах мерцали звёзды, но когда всё, наконец, закончилось, и я получила свой долгожданный оргазм, мне не составило труда заметить, что шприц с препаратом лежит совсем рядом. Протяни руку и вот он уже твой. Фриск подняла на меня свой игривый взгляд. Она улыбалась во все тридцать два зуба, ещё больше напоминая лисичку. – Как насчёт второго раунда, рыбка? – Б-было бы н-неплохо... Девчонка хихикнула и снова принялась вылизывать всё, что только можно. Боже, надеюсь, она достаточно увлечена процессом, чтобы не заметить, что я сейчас собираюсь сделать.... Сохраняй ясность ума, Андайн, сохраняй ясность ума! Тебе нужно сделать ей этот укол любой ценой! А вдруг она откусит мне малые половые губы!? Даже не могу представить, насколько это будет больно! Фриск или кусочек кожи с моих половых органов. Фриск или... Фриск! Это оказалось куда труднее, чем я думала. Вообще, делать что-то серьёзное, когда сексуальная лоли во всю лижет твою пилотку - крайне трудоёмкое занятие! Шприц всё никак не хотел ложиться мне в руку. Каждый раз укатываясь всё дальше и дальше. Но спустя несколько попыток мне всё же удалось схватить заветную вещицу. Господи, как же это мучительно! Спокойствие, Андайн спокойствие. Всё будет хорошо. Дыши... А теперь к исполнению миссии "Сделать Фриск укол и не остаться без пизды" приступить! Для подстраховки пришлось зажать её голову коленями на что девчонка незамедлительно отреагировала: – Что такое, рыбка? Хочешь поймать меня в свои с..! Открываю колпачок зубами и быстро и бескомпромиссно ставлю укол прямо в левое плечо. Фриск тут же начинает орать так, что уши закладывает. – АХ ТЫ СУКА! Мне с трудом удаётся удержать ее на месте и ввести лекарство. Она царапается, но, слава всему святому, даже не думает кусаться. Игла наконец покидает тело маньячки. И, кажется, это были самое длинные три секунды в моей жизни. – ОТПУСТИ! ОТПУСТИ МЕНЯ! СЕЙЧАС ЖЕ! КЛЯНУСЬ! Я ПЕРЕРЕЖУ ТЕБЕ ГЛОТКУ! Что я наделала!? Она ведь реально меня прирежет! Надо валить как можно быстрее и звонить Папсу! Фриск вырывается. Заплаканная, злая до чёртиков, но что странно, она не спешит вырывать у меня шприц и шмалять им мне в шею. Она ненавидит меня, это точно, покрывает трёхэтажным матом, все её движения наполнены чёрной пылающей злобой, но она просто встаёт и уходит, продолжая материть меня: – ЧТОБ ТЫ СДОХЛА! ЧТОБ СДОХЛИ ВСЕ, КОГО ТЫ ЛЮБИШЬ, БЛЯТЬ! Некоторые время я всё ещё лежу на полу, не в силах подняться и выйти в коридор. Вдруг она поджидает меня за углом, готовая разодрать меня в клочья? Но совесть не позволяет мне остаться в стороне слишком долго, и натянув штаны, я начала искать свою пациентку. Нашлась она довольно быстро, ведь бесцеремонно рылась в медицинских шкафах, ругаясь себе под нос. – Ч-ч-что ты и-ищешь? – ВАТКУ, ПЛАСТЫРЬ, ХОТЯ БЫ ЧТО-НИБУДЬ, ЧЕМ МОЖНО, БЛЯТЬ, КРОВЬ ОСТАНОВИТЬ, КЛЮША ЁБАНАЯ! ИДИ СКАЛЬПЕЛЬ СЕБЕ В ПИЗДУ ЗАСУНЬ! – Фриск захлопывает очередной ящик с ноги. – Т-то что т-ты ищ-щешь н-находится в п-процедурной. Дьяволица широкими шагами направилось туда, куда было указано, а я как мышка, последовала за ней, чтобы она ничего ненароком не сломала. Грозная альфа-самка снова лазила по шкафам в предистеричном состоянии. Я по тихому открыла один из ящичков и стоило Фриск увидеть упаковку пластырей, она тут же вырвала их у меня из рук. – В-в-всегда п-пожалуйста... – Пошла в пизду! – бросила маньячка в попытках открыть упаковку. В итоге она разорвала её на две части, наклеила пластырь с Мяу Мяу, прошипев "И здесь эта рожа, сожгу её нахуй" натянула лежавшие на полу штаны с трусами, села на табуретку и начала сверлить меня просто сатанинским взглядом и всё приговаривала. – Чтоб у тебя пизда отсохла, чтоб ты сдохла Нужно звонить скелебратьям, иначе, если так продолжится, я точно пущу себя пулю в лоб.

...

Когда Папирус зашёл в процедурную, бывшая геноцидница всё так же сидела на табуретке, пожирая меня своими червонными глазами, пока я отчаянно пыталась вымолить у неё прощение. – Ф-фриск мне очень ж-жаль, правда. – Жалость свою в пизду себе засунь, поняла!? – с трудом сглатываю подступивший к горлу ком. Я не хотела её расстраивать. Просто, просто так нужно было. Иначе тело начало бы отвергать её душу, и она просто погибла! Я ведь не со зла это всё... Стоило мне попробовать протянуть к ней руку, как девчонка зашипела на меня, словно бродячая кошка: – Только попробуй ко мне дотронуться, и я шашими из твоей пизды сделаю! – Почему она так взъелась на твою пизду? – Папс всем своим видом показывал, что нихуя и ничего не понимает. Разъяснять ему всё то, что случилось, я не имею ни малейшего желания. Надо поскорее сбежать, пока чего-нибудь не случилось. Хотя куда мне бежать? Это мой дом! – Э-э-это не то, что ты подумал! – А что я должен был подумать? Чёрт, Андайн, ну кто ж тебя за язык тянул?! Старший из братьев скелетов призадумался, но затем его фантомные мозги осенила идея, и он глянул на меня так, как глядит лис защищающий свое потомство от оголодавшей волчьей стаи. – ТЫ ЕЁ ИЗНАСИЛОВАВАЛА!? – Н-нет, н-нет, к-конечно, н-нет, я... Виновница же всего происходящего тут же залилась звонким смехом, чуть не бухнувшись с табуретки. – Силёнок бы не хватило! – ухахатывалась Фриск так, что аж слёзы из глаз брызнули. – Я, в отличии от этой рыбёхи, грозная альфа-самка, а не хуйня подзалупная! – Андайн..? Выражение лица Папса мгновенно переменилось с "Вот ты и тварь, Андайн!" на "Какого хуя тут вообще произошло за те полтора часа, что меня здесь не было!?" Кто-нибудь, закажите мне лимитированный розовый гроб с Мяу Мяу, и похороните в нём умоляю! – П-прошу меня п-простить, но мне очень нужно в у-уборную. – ливаем, ливаем, ливаем. – Андайн, ты рыба! Тебе не нужен туалет! – У р-рыб на самом д-деле есть выделительная система. Они, к-как и все ж-живые существа, регулярно и-испражняються! – Ты монстр! – Мне тоже иногда хочется почувствовать себя человеком! – А ну стой! – АНДАЙН! Как там люди говорят: "быстрые ноги пизды не боятся"? Очень надеюсь, что они не врут.