Клубничное безумие

      Пятый смотрел на Лейлу, собирающую клубнику и чувствовал нежность со смесью досады и горечи. Сколько он помнил Лейлу, она всегда его по большей части бесила.       Безответственная, немного безумная, везде сующая свой нос, доставучая заноза, отчаянно-смелая, красивая. Черт! Проклятые гормоны. Даже толком сам не понял, когда так остро к ней потянуло. Когда они измученные убегали от очередного апокалипсиса и Лайла уснула на его плече? Когда подался в шашки из того, что нашлось, лишь бы только увидеть её улыбку?        Как только они вернуться в свою ветку времени, Лейла будет снова с семьёй и Диего, а ему останется одиночество и вечный поиск ответа и всех спасать, снова и снова… Все в бегах, ни минуты покоя. Всегда для других, когда для себя жил, просто для себя? Он всегда старается жить как надо, по правилам — как отец научил когда-то. Идеальный костюм, идеальная причёска, идеальные чёткие мысли.       С Лейлой все летит в тартарары на безумной скорости, как вагон в этом проклятом метро временных линий. Он стал проникаться этой долей ее пофигизма и веселья. А ещё у нее красивые выразительные глаза и обаятельная улыбка, и плечи, таки сексуальные плечи. Он чуть с ума не сошел когда увидел её такой домашней, в платье на бретельках. И грудь. Никогда ранее не обращал внимание. Гормоны, чёртов пубертат! Стоп, какой пубертат? Сколько его телу сейчас — двадцать? Двадцать шесть? Прыгая во времени, он сбился и давно перестал считать. Психологически он прожил уже целую унылую одинокую жизнь, и поэтому так хотел все исправить ... Бесполезная возня! Жить надо сейчас, в это мгновение!                    Тогда, серьёзнее, он конкретно влип, это похоже любовь. Осознание этого чувства вызывало горькую досаду на себя. На неуместность места и объекта чувств.       Уха коснулась ягода. Потом еще одна. Даже злости не было не нее, только радость и нежность.       — Есть будет нечего к зиме,— беззлобно, все же пожурил он Лейлу.       Она шла на него улыбаясь и кидая клубнику, иногда промахиваясь.       — Будем есть снег! — игриво заявила Лейла.       И вдруг поскользнулась. Он среагировал мгновенно, обхватил руками, чтоб поддержать. Тревога за неё и нежность творили в крови необьяснимые вещи. Она была так близко, её огромные глаза и тепло её тела. Он чётко отдавал себе отчёт, что сейчас чувствует и чего хочет. А она? Лейла же вдруг потянулась на встречу, и он вложил в поцелуй всю нежность, что давно уже копилась внутри. И Лейла ответила на поцелуй. Настоящий поцелуй! Не иллюзия! Ещё круче! Адреналин стучит в крови и сердце бьётся, словно аритмия. Ее губы со вкусом клубники. Вот и все. Значит его чувства к ней взаимны.       — Не надо. — последняя попытка Лейлы удержаться на грани.       — Что не надо?       — Не гони…       Но Пятый все уже понял, её тело само все сказало, и пошли к черту все эти правила. Хватит! Слишком долго он жил по чужим правилам, пора начать жить по своим.       — А я гоню?       — Нет. И это так странно. Пятый знал как занимаются сексом, но никогда не делал этого сам. Страха не было, волнения тоже. Он хотел изучить её, все линии и изгибы, и чтоб ей было хорошо. А Лейла умела быть благодарной.