World of YK

Юнги обожает весну. На это есть много причин. Первая причина — это цветение красивых цветов и самой сакуры. Вторая причина — начинает теплеть, можно не напяливать на себя миллион одёжек. Третья причина — день рождения. Не то, чтобы омега любит праздновать этот день, но он всегда ему казался семейным, уютным, а если на улице появляется солнышко, то и сразу настроение на то, чтобы провести этот день с комфортом. Но больше всего любит весну из-за первой причины — цветение цветов. Красивая пора, если смотреть на неё глазами художника, коим является омега. Весной, он пишет картины только так, в это время года они у него даже цветные! А вы должны помнить, что больше всего ему нравится черно-белые картины, у него даже выставка своя появилась, которая сейчас пользуется популярностью в Корее. Вот и сегодня — 8 марта, он сидит возле бассейна с мольбертом, что стоит рядом и рисует закат, которые виднеется вдалеке, потому что их дом стоит как бы на возвышенности. Чонгук будто специально подбирал, зная, что здесь будет не только дом, но и место вдохновение его возлюбленного. Парень поправляет на себе плед, которым укутал свои ноги, затем макает кисть в розовую краску и переносит мазки на холст. Он слышит, как сзади кто-то подходит, потому оборачивается и смотрит на Чона, расплываясь в улыбке. Мужчина и сам улыбается, присаживаясь рядом и чмокая омегу в щёку прежде чем перевести взгляд на холст и ту картину, которая там выстраивается. — Заметил, что закаты в этот день особенно красивы? — внезапно говорит альфа, и смотрит снова на Юнги, на котором отражается красивый, оранжевый, солнечный свет. А тот даже глаза округляет и качает головой, пожимая плечами. — Они разве не всегда красивы? — Всегда, но сегодня особенно, перед твоим днём рождения рассветы и закаты не такие, как всегда, — Чонгук переводит взгляд вдаль, в его зрачках свет отражается невероятно, что невольно Юнги замирает, глядя на лицо любимого. Дыхание затаивает, слышит лишь стук собственного сердца в ушах. Омеге до сих пор сложно поверить в собственное счастье. Что он повстречал своего истинного, который настолько идеальный, что в сериалах такого не придумаешь. А может это сон длиною в десять лет? Может он в коме? Чон не сразу замечает на себе взгляд, только, когда Юнги кладёт свою кисточку, а затем тянется рукой к скуле альфы, и чуть поворачивает лицо на себя, сталкиваясь с чужим взглядом. Всматривается в его глаза, зрачки, в которых чуть ли не себя видит, вместе с тем закатом, а затем опускает взгляд на губы и тянется к ним, прикрывая глаза, и вовлекая мужа в поцелуй. Такой нежный, мягкий, словно воздушный, будто впервые сейчас губы его пробует. Чонгук же ладонь сначала на его колени кладёт, а затем перемещает выше, укладывая её поверх ещё пока не особо большого животика. Омега отрывается от губ, чуть улыбается и открывает глаза, вновь глядя в чужие, поглаживая большим пальчиком скулу, задевая родинки на лице, что слегка выпуклые от того ощутимые. — Все мои закаты и рассветы стали особенными только рядом с тобой. Я так люблю тебя…- шепчет парень и чуть поджимает губы, потому что глаза слезиться начинают. А Чон сразу улыбается, обхватывая его личико руками, целуя губы, носик, даже веки, от чего тот быстро моргает, хлопая длинными ресницами. — Я тоже тебя люблю, рыбка. Ты у меня такой чувствительный стал. — Это не я, это всё из-за него, — дует губы омега и тычет пальцем в свой живот. — Ну да, да, во всём виноват наш сын, — смеётся Гук, и берёт парня за руку, накрывая кисть второй рукой. — Я подумал, может завтра выедем на природу? Обещают хорошую погоду, устроим пикник в каком-нибудь красивом месте, где ты сможешь тоже порисовать. Правда тебе Минхо мешать будет, очевидно. — Он мне никогда не мешает, не выдумывай. И я согласен… устал уже дома сидеть, — омега сейчас выходит редко из-за беременности. Ему бы вообще постель не покидать, чтобы наверняка было безопасно, но иногда, он всё-таки выходит на улицу, просто, чтобы позаниматься любимым делом. Но если Чонгук предлагает завтра поехать на пикник, то он очевидно, ему доверится и знает, что за своим мужчиной, точно будет как за каменной стеной. Альфа как курица наседка возится с Юнги и ничего лишнего ему делать не даёт. Даже наняли омегу-помощника по дому, потому что нужно ещё за Минхо следить, а из-за работы Чонгука, Юнги не может делать это 24\7 пока находится в положении. 9 Марта. День рождения Юнги. Чонгук и сын успели поздравить его утром, завалив любимыми цветами парня — ирисами, незабудками и васильками. И без подарков не обошлось, хотя Юн каждый год говорит, что ему ничего не нужно, лишь бы они были рядом. А вот где они цветы только достали, разве они не в другое время цветут? Настроение прекрасное, на улице даже солнце, как обещалось погода хорошая, поэтому они втроём собрались на пикник. Приехали в действительно красивый парк, где кругом цветы, сакура, а самое главное… здесь нет людей. Вообще не единого человека, ведь обычно в такое время, все хотят посмотреть на цветение сакуры, но сегодня здесь кроме них ни души. Это показалось бывшему Мину максимально подозрительным, пока он ехал по дорожке, к месту, которое Чонгук подготовил заранее. — Почему здесь нет людей? Ты что всех выгнал? — вскидывая брови, он поднимает взгляд на альфу, который довольно улыбается. — Чего сразу выгнал? Попросил уйти до ночи. Омега глаза закатывает, не сомневаясь, что так оно и было. А потом смотрит на Минхо, который бежит вперёд с каким-то чёрным пакетом, а затем сворачивает на другую тропинку, судя по всему, уже зная куда они направляются. и правда выбрал красивое место для того, чтобы расстелить целый матрас, на который поместятся все, и накрыть на нём же поляну, а рядом уже стоял столик с красками, мольберт с холстом, и всё самое необходимое для сегодняшнего дня. — Папа, давай запускать змея! — Да, сейчас, погоди минутку! — Чон улыбается, наблюдая за тем, как сын разбирает свой пакет с воздушным змеем, а затем поворачивается и смотрит на омегу, что улыбается чуть ли не во все свои тридцать два. — Как тут красиво, Чонгук… — А ещё здесь не особо холодно, потому что там всюду деревья… не знаю, конечно, где мы будем змея запускать, но да ладно, — смеётся брюнет, а потом резко перестаёт, потому что видит, как у Юна опять слёзы на глазах. Он всё никак привыкнуть не может, что с этой беременностью его возлюбленный максимально чувствительный даже к самым простым мелочам. — Ну ёпэрэсэтэ, Юнни? — чуть улыбается, а затем подходит и аккуратно берёт парня на руки, пересаживая на матрас, дожидаясь, когда омега сядет удобней, а потом начинает вытирать ему щёки влажные, следом зацеловывает. — У нас будет маленькая плакса-омежка, да? — Угу… — сквозь слёзы уже улыбается, шмыгает носом, а потом махнув рукой отворачивается, будто это вообще не он, начиная открывать корзинку с едой. Чонгук же с улыбкой присоединяется к своего сыну-альфе, чтобы вместе с ним запустить змея, правда приходится уйти подальше, ближе к тропинкам, где нет деревьев, но Юнги и без того за ними прекрасно понаблюдал, жуя банан, который закусывает бутербродом с сёмгой, а запивает всё это вишнёвым соком. Юнги обожает весну и вот такие дни, когда они втроём куда-то выбираются. Он смотрит на то, как Чонгук со своим сыном играет, как разговаривает с ним, как что-то объясняет или чему-то учит, а Юн в этот момент просто любуется. Он в этот момент чувствует себя самым счастливым человеком на Земле, в мире, во вселенной. А когда начинает вечереть, солнце снова уходит в закат, они сидят все на матрасе. Омега спиной прильнул к своему альфе, сидя между его ног, положив ладони на кисти рук, пока те лежат на его животе. Минхо сидит на краю матраса, жуёт чокопай и рисует на мольберте, который изначально был для Юнги. А юнгуки просто за этим наблюдают. В какой-то момент мужчина чувствует лёгкие толчки, и тут же оживляется, опуская взгляд на живот. Омега уже улыбается, направляя ладонь Чона на низ живота, где как раз толчки более ощутимые. — Первый раз пинается… — Божечки, я что застал первые толчки? Мой маленький, — улыбается Гук, поглаживая это место, а затем наклоняется и к ушку Юнги льнёт, целует его и шепчет: — И ты мой маленький… Люблю тебя, котёнок, больше всего на свете. — Сейчас опять плакать буду… — бубнит омега, закусывая нижнюю губу, чувствуя мурашки по коже от щекочущего шёпота возле уха. И от аромата моря, исходящего от мужчины, что каждый раз его окутывает, словно тёплым и мягким одеялом. Чонгук его ароматом тоже наслаждается, носом в щёку омежью тычется, ниже опускается к шее, и кончиком языка до метки дотрагивается, лижет её и втягивает запах кокосов. — Не надо плакать… Юнги, хочу, чтобы ты знал, что это я без тебя никто, — приподнимая голову, он смотрит на лицо парня, а затем омега поднимает на него взгляд, и смотрит в глаза в момент, когда альфа продолжает: — Я знаю, что ты думаешь, как тебе повезло, но на самом деле повезло мне. Я надеюсь, что ты во всех жизнях и вселенных меня на чём-нибудь сбивать будешь, будь то коляска, лошадь, машина или просто пробежка, — улыбается Чон еле заметно, поглаживает нежную щечку омеги и легко целует губы. Юн почему-то в этот раз даже не плачет, он как завороженный смотрит на альфу, а затем немного поворачивается и обхватывает его торс руками, прикрывая глаза и прижимаясь к груди. — Не сомневайся, в следующей жизни я тебя тоже собью.