Вампирская ночь

      Под деревянными ножками старого кресла скрипнули полы, раздражая мертвую тишину. Антон развалился на старой мебели, отдыхая от последнего заказа и от вкусного «завтрака» из заказчика. Умиротворённо улыбаясь, он скрестил руки за головой. Наверху особняка скрипели половицы: Дан Балан снова, видимо, начищает свои челюсти.       Широкая ветка дерева неожиданно заскребла по стеклу, выводя вампира из некого транса. И вместе с этим к нему в голову залетела интересная идея. Раз старшее и младшее поколения в доме не мельтешат перед глазами, то имеется прекрасное время утешить свои желания. Быстро поднимаясь со своего излюбленного места, Антон шныряет в помещение в конце коридора, разнося за собой ночной свист ветра. В темном помещении, сквозь которое пробивались неяркие искорки свечей, блестящих по углам, слышался звон стеклянных пробирок друг об друга. Отворенное настиж окно пусткало во внутрь холодный ветер, играющийся с длинными шторами, но не смевший задувать единственный источник света. Темная ткань мгновениями скрывала за собой сидящую во тьме ведьму, подхватывала за собой ее длинные волосы. Девушка, увлеченная своими зельями, не заметила медленно-подходящего к ней вампира и ласково улыбнулась, когда длинные руки легли ей на плечи.       Длинные пальцы мягко скользят по коже, ловко разминают уставшие плечи и шею, то поднимаясь, то опускаясь по телу. Антон так же медленно приблизился к щекам девушки, оставляя на них мелкие поцелуи. Улыбаясь чеширским котом, он целовал ее шею, беззвучно мурлыкая.       — Мужа на час, вызывали? — проговаривает Антон, укладывая голову на плечо ведьмы.       — Давно, уже ждать устала, — Мирамистина осторожно укладывает пробирки в железные держатели, разрезая мирную тишину резвым звоном, и разворачивается к вампиру.       В темных глазах ведьмы мелькнула игривая искорка, блестящая лунным бликом. Девушка улыбнулась и поравнялась лицом с мужчиной. Тонкие девичьи пальцы зарылись в короткие белоснежные волосы, чуть наклоняя его голову. Всего мгновение и их губы соприкасаются в нежном поцелуе, постепенно разгорающимся, как факела. Мирамистина с каждой секундой подходит все ближе и ближе к столу, в конечном итоге усаживаясь на него, не смея отпускать от себя вампира. Антон же только улыбается этому, накрывая пальцами щеки девушки, чтобы сократить мизерное расстояние между ними еще больше. С его плеч падает черный плащ, с тихим шорохом расплываясь на полу бордовой лужицей-цвет, который имеет подкладка. Антон лишь на мгновение отрывается от заветных любимых губ со специфическим мокрым звуком, чтобы еще раз осмотреть объект обожания. Черный облегающий костюм пропадал в ночной тени, оставляя оголенными белые плечи и вырез на груди. Яркий алый взгляд ласково прошелся по всему телу девушки, игриво мигающей глазами, и мужчина тут же возвращается к прерванному занятию с еще большим нежным чувством. Мирамистина закидывает ноги на поясницу мужчины, прижимая того ближе, еще чуть-чуть и стол точно пойдет трещинами. Но громкий шорох, точно намеренно прозвучавший громче, чем должен был быть, врезался в уши, заставляя пару обернуться.       Вальяжно растянувшись на подоконнике, закинув ногу на ногу, только что вернувшись из образа летучей-мыши, вампир поглядывал на присутствующих в комнате, вертя в руках темно-красную, кровавую розу. Через розовые пенсне блестели ярко-голубые линзы, скрывающие настоящие глаза, которые любопытно-игриво посматривали на парочку. Темные волнистые волосы красиво развевались на сквозняке, окаймлялись лунным, белым светом. Лисья улыбка сияла на его лице.       — Видимо я вернулся как раз вовремя, — проговорил Вампидап, спрыгивая с окна, выбрасывая кровавый цветок в глубокие ночные дебри.       Девушка мягко коснулась его подбородка лица второй рукой, приближая к себе. В глазах троих мелькали огненно-игривые блики, в свете блестели оголенные улыбкой вампирские клыки. Вампидап пару раз игриво хлопнул ресницами, потираясь об женскую руку щекой и прильнул к губам вампира, стоящего в дюйме от него. Целуя Антона жадно и властно, актер медленно расстегивал темно-зеленую рубашку, оголяя бледный торс. Закончив с губами мужчины, он оставил пару укусов и поцелуев на оголенно груди и вернулся к уже успевшей заскучать ведьме.       Холодными ладонями, с которых уже успели упасть на пол яркой кляксой белые перчатки, он откинул длинные темные волосы девушке за спину, невесомо проходя тонкими ногтями по шее. Толпы мурашек пробегают по коже Мирамистины и та отклоняет голову, подставляясь под ласки вампира. Теплая, вкусно пахнущая шея предстала перед ало-красными глазами мужчины и если бы это был обычный проходимец, то он жадно впился в эту великолепно-красивую кожу клыками, оставляя на ней тонкие багровые реки, текущие по всему телу, как молнии на ночном небе. Актер хищно щурит глаза и касается губами видимых ключиц, снимая с девушки темную ткань костюма, совсем невесомо цепляя кожу клыками. Манящий запах крови наполнил голову до самых краев, от чего любое действие становилось резче и жаднее с каждым разом. Чудесно. Ведьма слегка ерзает под умелыми ласками вампира и выгибается, чтобы предоставить больше тела для них. Пальцами правой руки она ловко забирается под высокой ворот сиреневой рубахи вампира, умело расстегивает невидимые пуговицы, подставляя под свет свечей белоснежно-белую кожу. Как только верхняя часть прекрасного, облегающего костюма оказывается лежащей на коленях девушки, Вампидап, тщательно и нежно обцеловавший всю ее грудь и живот, отдал ей несколько страстных поцелуев в губы, держась за мягкие девичьи щеки. Мирамистина в моменте скидывает с плеч вампира длинный, ночной плащ и рубашку с жилетом. И только классические, обтягивающие штаны скрывают полноценный вид скульптурного тела. Справа от вампира раздается тихий кашель.       — Невероятный обаятель Вампидап, про меня не забыл? — с легкой притворной обидой проговаривает Антон.       Мужчина вальяжно расселся на стуле, стоящем в дюйме от вампира, вытянув длинные ноги, пальцами которых оттягивал край штанов актера, и любовно поглядывал то на Мирамистину, то на вампира. Из одежды на нем осталась только болотная рубаха, полностью расстегнутая и магически оголявшая его плечи. Одной рукой он игриво подпирал подбородок, а другой, пальцами, отбивал ритм по бедру. Вампидап, оставив на губах девушки еще один жадный поцелуй, мгновенно метнулся к лицу мужчины на такое близкое расстояние, что при каждом слове мог прокусить клыками чужой нос.       — Ах, если бы я мог, — иронически проронил вампир, скользя пальцем по ноге Антона, поднимаясь все выше и выше, до самого подбородка. Собственнически схватив его, Вампидап потянул на себя мужчину, сжимая в ладони его челюсть. Получив всего одну довольную улыбку и нежный прищур, он целует чужие губы, царапая кожицу на них острыми, белоснежными клыками. Большие ладони с тонкими длинными пальцами обхватили запястье актера, находя в нем точку опоры.       — Дядя Вампидап, ты бы определился, а то надорвешься еще, — ехидно бросил стоящий на входе в залу СуперБигДикГан с явным интересом наблюдавший за разворачивающейся картиной. И только яркий, алый взгляд, брошенный ему вместо слов, заставил оторваться от интересного занятия и скрыться во тьме особняка. Мальчишка все-таки успел бросить несколько шуток в сторону взрослых, пока те заняты, и придумать в голове план, как незаметно вернуться обратно.