К...

4:58 а.m.

неизвестный веб-форум;

«мне говорили, что, если излить свои мысли и чувства на бумагу, это поможет разобраться в себе. ну, вот, я здесь и пытаюсь разобраться в своих чувствах. выходит у меня, честно говоря, плохо. я, пожалуй, начну. привет. меня зовут Чон Чонгук, я ученик старшей школы и мне 17 лет. да, да, да. вы спросите: «какого хрена здесь забыл школьник?», а я отвечу вам: «я пришел сюда за тем, за чем и вы, чтобы выплеснуть наболевшее». так вот. все началось очень банально. так, как в наше современное время подростки и влюбляются или думают, что влюбились, — через интернет, общих знакомых, а также через созданные беседы в социальных сетях, в которые добавляют по несколько человек сразу. в одну из них я попал по чистой случайности и также по чистой случайности влюбился. мне тогда было лет 12-13, совсем малой еще, а он старше меня на два года. вы узнаете, кто такой этот ОН. он был той самой душой компании, без которой никак нельзя, был той яркой звездочкой в бескрайней пустоте вселенной и самым первым, на кого я обратил внимание за всю свою недолгую жизнь. короче говоря, он меня покорил с первых минут нашего общения и я не мог думать ни о ком больше. для меня было странным привязываться к человеку через сеть, не говоря уже о реальности, но не осознавая этого увяз в этом чувстве целиком и полностью. по сути я спокойный и тихий человек, всегда один по той простой причине, что каждый раз общение со мной заканчивалось, не успев начаться, так как я казался всем слишком безэмоциональным, а людей это по неизвестной мне причине отталкивало. поэтому я был один и привык к этому. жил не в реальности со сверстниками и любимыми родителями, а в интернете. однако он никак не испугался того, что во мне практически отсутствуют эмоции. думаю, он даже видел их, как до этого никто не. мы были очень разными, как лед и пламя, но как говорится: «противоположности притягиваются». так произошло и с нами. мы восполнили друг друга. проходили дни и недели, но мы не переставали писать друг другу. наш интерес, казалось, был неисчерпаемым. в любое время дня и ночи я был готов отвечать ему, как и он в свою очередь. мы достаточно много раз созванивались и я узнавал о нем все больше и больше, понимая, каким же прекрасным человеком он стал со всеми теми трудностями, что его преследовали. я восхищался им, хотел стать таким же сильным и улыбаться всем также солнечно, как и он. можно подумать, будто я его обожествлял. однако, скорее, так все и было. тогда я совсем не задумывался о своей ориентации и на то, что меня совсем не привлекал противоположный пол, я не обращал внимание. просто жил, пока он не ворвался в мою серую и обыденную жизнь, а вместе с ним буря далеко спрятанных чувств и эмоций, которые были мне в новинку, и также мысли о том, кем я хочу быть ему: простым знакомым — нет, другом — нет…тогда кем? я долго размышлял об этом, до того самого момента. он рассказал мне о своих двух друзьях, гомосексуалистах, которые любят друг друга до невозможности, и о том, что он хочет и ищет такую же взаимную любовь. я его поддержал в этом, так как у меня никогда не было никакого отвращения к подобных парам. я наоборот считаю, что любовь может быть разной. ну, очевидно, после этого я задумался о своей ориентации и, собственно, о нем, как о парне, к которому у меня возможно есть чувства. приняв это, я ему не рассказал. умолчал. мейби, зассал, уже точно и не помню. моя память, кстати, просто отвратительная. вы знали? теперь в курсе. мне даже кажется, что с каждым чертовым годом она становится все хуже и хуже, а я ничего не могу с этим поделать. на меня тогда много кричали, угрожая забрать телефон и компьютер, из которых я практически не вылезал. был там 24 на 7. внешний мир, в котором мне было просто никак, проходил словно мимо меня, а жил я в виртуальном, в нашем совместном мире. мне было хорошо, я был счастлив так, как никогда не был. да, это было не совсем хорошо, сейчас я это тоже осознаю, но тогда я не желал признавать этого. я без памяти в него влюбился и ничего не мог с этим поделать. втюхаться по самые не хочу в человека через сетевое общение! скажи мне об этом кто-нибудь раньше, я б не поверил. любовь, кстати, приятное чувство, но и больезненное одновременно. я запутался в ней, как в самой вкусной, по-моему скромному мнению, арбузной жвачке, которая упала мне в волосы. однако для того, чтобы выпутаться, необходимо ее отрезать, но это больно не то что отрезать, больно потерять, поэтому остается лишь жить с ней. может, навсегда. я говорил о том, как он красив? так вот, он нереально красивый! его шелковые волосы, густые брови, глубокие глаза, которые будто видят и замечают все вокруг до мельчайших деталей, его совершенные нос и губы, — о! я его губам, которые дарят миру эти прекрасные сияющие улыбки, готов посвящать романы; я влюблен в его многочисленные родинки, которые рассыпались по его словно бархат коже, как звезды на ночном небе, — я желал изучить и дотронуться своими губами до каждой, но так, что бы ни в коем случае не опорочить святыню; я видел его руки, которые, казалось, были созданы самым искусным мастером: тонкие запястья, длинные фаланги пальцев и аккуратные ногти. он был полностью идеален, как те древнейшие скульптуры богов и людей, такой же прекрасный и непоколебимый в своей красоте. и последнее, наверное, самое драгоценное, что я имею от него, то, что он мне оставил от себя — его имя. его драгоценное и самое лучшее на свете для меня. я люблю это имя также, как и все его безупречное тело и душу. желание быть с ним рядом никогда не проходило. я мечтал о том, как, окончив школу, университет мы встретимся и уедем вместе, как и хотели, в Японию, страну аниме и вкусной еды; в страну, где нас никто не знает и где никому нет до нас дела. оба свободные и счастливые. однако мечты на то и мечты, они имеют особое свойство — никогда не сбываться. я был счастлив три года из всех своих семнадцати. это были три года с ним. три прекрасных года. мне даже кажется, что он знал или подозревал о моих чувствах, которые я скрывал от него. он относился ко мне слишком уж хорошо, даже некую надежду давал, а сейчас я жалею, что не рассказал всё, как есть. сожалею, что не успел. на третий год наших «отношений» (я называл их так в тайне от всех, в том числе от себя) он исчез. его не было два, три дня, но потом это перетекло в недели и месяца. он исчез, не сказав мне ничего. просто исчез. и знаете, я много ему писал за эти месяцы: признался в своих чувствах (аллилуя!), молил не бросать меня, угрожал своей смертью и многое другое, но он не то что не прочитал, он даже не зашел в сеть… мои тысячи сообщений ему были напрасны. это было больно. моя любовь исчезла, в душе оставив лишь руины, по которым каждый мой жизненный час как от свежей раны стекает алеющая кровь. я потерял смысл жить. я потерял часть себя. я потерялся теперь, кажется, навсегда.»