Мы теперь незнакомцы

Серый тусклый свет заливает пустую квартиру, окрашивая всё в унылые оттенки. Сынмин в тишине сидит на кухне, погрязший в вязком одиночестве и собственных мыслях. Когда-то эта кухня была полна весёлых голосов, звонкого смеха и ласковых слов, но сейчас единственным источником звука является проснувшаяся посреди осени муха, пытающаяся найти выход из ловушки в виде толстого оконного стекла. Кружка с остывшим кофе со стуком ставится на мраморную поверхность стола, оставляя на нём некрасивое разорванное кольцо. Домашние тапочки с лёгким шарканьем слетают с ног, когда парень срывается с места, вбегая в спальню, по пути стягивая с себя пижаму. Незаправленная постель мозолит глаз и Ким отворачивается к шкафу, натыкаясь на своё отражение в зеркале: растрёпанные волосы, небольшие круги под глазами от двух бессонных ночей, побледневшие и впалые щёки и потерявшие свою искру карие глаза. Юноша на пару секунд задерживает свой взгляд на зеркальной поверхности, а потом трясёт головой, не глядя выбирает более или менее тёплую одежду и выбегает в коридор. Звенят ключи, шуршит одежда, шарф прикрывает половину лица, оставляя на виду лишь тёмную макушку и такие же тёмные глаза. На улице ощутимо похолодало с наступлением ноября, поэтому народу не так уж и много. Тучи висят совсем близко к земле: ощущение, что протянешь руку и пальцы ощутят ватное месиво. Сынмин, не обращая внимания на начинающийся дождь и пронизывающий ветер, быстро шагает по серой улице, пытаясь успокоить свои собственные мысли. На макушку падает первая тяжёлая капля, и Ким не успевает заметить, как почти туда же прилетает и вторая, и третья. Дождь набирает свою силу, окрашивая асфальт в графитовый и окутывая дымкой далёкие дома и деревья. Сынмин ускоряется, коря себя за то, что не захватил с собой зонт и теперь промокнет. Но мысль о возвращении домой его совсем не прельщает, поэтому он почти уверенно шагает по узкому тротуару. Он не знает куда идёт, но всё отдаляется от спасительной квартиры, которая с недавних пор перестала быть родной. Внезапно что-то врезается в его плечо и парень по инерции разворачивается, наблюдая испуганный лисий взгляд, рыжие кудрявые волосы и бледно-розовые губы. Всё-таки перекрасился, - неосознанно проносится в голове. — Извини, — парень на секунду задерживает свой взгляд на его глазах, в котором за эту секунду мелькают абсолютно все эмоции: удивление, сожаление, страх, смирение и безразличность. Сынмин пару раз хлопает глазами, словно в воду опущенный, а потом прокашливается, отводя взгляд, чтобы не видеть это чёртово безразличие в чужих глазах. — И ты прости, — и разворачивается, быстро уходя в дождевую стену, промокая до нитки. Рыжий парень ещё пару секунд смотрит ему вслед, прикусывает губу и уходит. Из груди рвётся безудержный всхлип, а по щекам, на пару с дождинками катятся слёзы. Они должны жить дальше. Жизнь — развитие. Каждый ещё найдёт своего человека, с которым сможет стать лучше.