Всегда Патронус: Подчиняясь закону

– Изотрите в порошок, – Северус протянул Гарри миску с сушёным растением. – Но… это же азофнония кристальная, – Поттер оторопело уставился на ёмкость. – Совершенно верно. Работайте. – Патронус, что мы будем варить? – с подозрением спросил Гарри, так как знал, что азофнония – один из самых токсичных ингредиентов. – Так и знал, что вы начнёте задавать вопросы, – Снейп был раздражён. – Давайте руку. Обет о неразглашении предельной степени. Внутри шевельнулось недоброе предчувствие, но цилинь послушно протянул запястье. Когда он поклялся перед магией, Северус сказал: – Мы варим яд. Для Фаджа. Поттер ощутил, как голова начинает пульсировать болью. – Для чего министру яд? – Не притворяйтесь тупее, чем вы есть. Зелье нужно, чтобы убрать министра. Нас ожидает смена власти. Головная боль нарастала, билась в виски кувалдой… – Патронус, но ведь это противозаконно… – Многое, что делает Фадж, тоже противозаконно. Приступайте – ступка справа от вас. – Патронус, я не буду это делать. И вы тоже – вы ведь не убийца. – Будете, Поттер. Империо. Розовый туман, счастье подчиняться и быть покорным… Гарри протянул руку к ступке, изо всех сил пытаясь остановиться. В правом кармане запульсировала палочка – и Поттер с облегчением вздохнул: собственная воля сразу стала сильнее. – Ах вот как, – всё так же раздражённо сказал зельевар, увидев, что Гарри сопротивляется. – Круцио! Гарри повалился на пол, его тело выгибалось от боли, рот жадно хватал воздух… Снейп не ждал завершения действия заклятия, а произносил его снова и снова – и боль была безграничной, глаза застилала багровая пелена… Цилинь очнулся на полу, чувствуя себя разбитым. Голова продолжала словно бы гореть адским пламенем. Приподнялся, нашарил слетевшие очки. Снейп сидел на стуле связанный. Гарри удивлённо моргнул. – У вас был выброс, – пояснил зельевар, – и вы меня связали. Но сейчас вы меня развяжете, – тут он понизил голос, – чтобы я смог завершить начатое. Вы ведь любите пожёстче? Я хочу ворваться в ваше тело, которое пытал только что. Вы сможете познать, как беспощадно удовольствие… Гарри с ужасом понял, что возбуждён до предела – он никогда не мог противостоять этому голосу, который сейчас звучал так порочно… Внезапно воспоминание о других словах Доминанта достигло сознания… Гарри рывком встал и направил на Снейпа палочку: – Кто вы такой? В сердце оглушительно стучала паника – Гарри не знал, куда они спрятали настоящего Северуса. – Не глупите, – сказал человек, так похожий на Доминанта, всё теми же глубокими интонациями. – Задайте проверочный вопрос – и мы продолжим… – Какого цвета была... вторая птица, в которую вы превращались? – Серого, как недостающее вашему мозгу вещество, – ответил Снейп. Гарри не мог понять того, что услышал. В голове стучала адская кувалда, в ушах шумело… Как Северус мог пытать его… – Патронус… – прошептал Гарри, изо всех сил желая понять, как такое случилось… Внезапно глаза резануло тёмным сиянием. Поттер увидел, что над дверью висит словно бы косичка, сплетённая из чёрных жгутов. Цилинь ощутил тошнотворный фон тёмной магии. Он подошёл к двери – и, преодолевая отвращение, протянул руку. Расплёл косичку – и та истаяла, оставив после себя дымок. – Гарри... – слабым голосом позвал Доминант. Поттер повернулся к зельевару, перевёл взгляд выше – над головой у Снейпа висел синий знак крыльев. – Северус, – облегчённо выдохнул цилинь и освободил Снейпа. – Что за чары были над дверью? – спросил расколдованный Патронус, разминая затёкшие руки. – Вам лучше самому посмотреть, – сказал цилинь, подходя ближе и с готовностью распахивая глаза. – И вы готовы мне довериться – после того, как... Поттер кивнул. Снейп дотрагивался до его сознания бережно – и сеанс прошёл почти незаметно. – Это был энергетический подклад, – сказал Доминант. Гарри вспомнил, где слышал это слово: Петунья жаловалась, что соседка подложила ей на кухню джутовую верёвочку, наполненную недобрыми мыслями. Поттер был почти готов поклясться, что эта верёвочка осталась от упаковки каких-то продуктов. – Мистер Поттер, – мягко сказал Патронус, – магловские суеверия тут ни при чём. Энергетический подклад – это очень сложные и тонкие чары, и обнаружить их может только маг с сильной интуицией. – Но… почему я раньше не заметил? – Сейчас мы это узнаем, – пообещал Снейп, доставая флакон. – Я не пил зелье, которое обещал, чары блокировали волю, но теперь я могу принять каплю, – и он открутил пипетку. Спустя минуту Северус прикрыл глаза: – Это полностью моя вина, я построил программу так, что акцент был смещён на ум – и это блокировало вашу интуицию. Остаётся только удивляться, как вам удалось… – Я отлынивал, – Гарри улыбнулся впервые за день. – Ну, знаете, в квиддич играл, учебники по диагонали читал… – Паршивец, – фыркнул Снейп. – И ещё я смотрел видения… Гарри пересказал, что видел во время своих странных занятий. – Зрение цилиня, – кивнул Снейп. – Конечно же, это вас тоже усилило. Не говоря о том, что природа цилиня стихийна – и это повысило вашу сопротивляемость. А кто научил вас правильно терпеть Круциатус? – Обещайте, что ничего не сделаете этому человеку. – Кажется, я знаю этого человека. В иной ситуации я бы задал ему трёпку. Но теперь ничего не сделаю, потому что он вас спас. – Хорошо, – сказал Гарри и не скрываясь достал из кармана мантии зелье от последствий Круциатуса. – Теперь мой крестник точно прощён, – удовлетворённо кивнул Северус. – Что касается злоумышленников, то заказ был анонимным – и у нас никаких зацепок. Но я пошлю предупреждение Фаджу. И, мистер Поттер, я рад, что вы не выбрали более очевидный способ проверки моей личности. Гарри вопросительно посмотрел на него. – Счастливые воспоминания. Если бы вы направили их мне, ожидая увидеть свечение, то в сочетании с энергетикой подклада это дало бы совершенно иной результат: мою душу просто разорвало бы от контраста. Гарри вздрогнул от этих слов. – Успокойтесь, мистер Поттер, вы ведь этого не сделали, а поступили правильно. Всё позади. Полагаю, за моё спасение вам полагается награда. Я подумаю, что это могло бы быть. Гарри хотел сказать, что его награда – видеть своего патронуса невредимым, но не смог – и просто порывисто обнял Северуса. – Я обещаю вам, что перестрою программу обучения, – сказал тот, поглаживая подопечного по спине. – И что же – теперь я не могу считать, что я на Когтевране? – дрогнувшим голосом спросил Гарри и поднял глаза, ожидая усмешки. Но её не было. Снейп смотрел на него серьёзно и молчал, затем промолвил: – Почему не можете? Вспомните мисс Лавгуд.