Всегда Патронус: Подчиняясь закону

С отправкой письма возникла незадача. Ведь нужно было сделать анонимный заказ, а значит, требовалась другая сова. Гарри рассудил, что выходить ему не хочется, а значит, пусть сову и доставят совой. Он отправил в магазин Буклю с запиской и деньгами. Полярная сова вернулась со второй птицей – тёмно-коричневого цвета. Записка на лапке новичка гласила, что он самец. Поттер пока что не придумал имя и называл его просто «сов». Гермиона сказала бы, что СОВ – это экзамены, а не птица и что незачем коверкать слова. Но Гарри нравилось так говорить. А потом он некоторое время робел – и всё-таки отправил письмо. Гарри Джеймс Поттер сказал – Гарри Джеймс Поттер сделал. Сов всё не возвращался, время шло мучительно медленно. Гарри сел в гостиной и стал ожидать. В камине полыхнуло зелёное пламя – и в гостиную вышел Снейп. На его плече сидел новый сов Поттера. «Молодец, сов, принёс мне Снейпа, – опешив, подумал Гарри. – Клянусь, я назову тебя Сильвестром». (Гарри любил старые фильмы с участием Сталлоне, хотя тот же Рон не понимал, что в них такого.) На руках у зельевара были широкие браслеты. – Прошла всего неделя, мистер Поттер, а вы уже натворили дел, – он поджал губы. – Для чего вам понадобилась амортенция? – Я не скажу вам, Патро... я не скажу, – Гарри сжал кулаки. Снейп достал из-за пазухи флакон с розовой жидкостью: – Я доставил вам заказ лично. Но не отдам его – по крайней мере, пока не получу внятных объяснений. – Отдайте, – тихо произнёс Поттер. – Я жду, – парировал Снейп. Гарри закрыл глаза и побледнел: – Я хотел... ощущать ваш запах. Лицо Северуса помрачнело: – Мой запах. Я мог догадаться. Послушайте, мистер Поттер... – Отдайте! – закричал Гарри, и Снейп увидел в его глазах стихию справедливости, шквалом ударяющую скалы, и в то же самое время – цилиня на тонких ножках. – Это не решит проблему, – твёрдо продолжал Снейп. – Только будет поддерживать ненужную зависимость... Миг – и Гарри налетел на него смерчем. Несколько минут они боролись: пылкость против решимости, сила цилиня против силы мага... оглушительный звон. Оба разжали руки и застыли. Осколки флакона сверкали на паркете, а над розовой лужицей поднималось облако аромата. Снейп стоял неподвижно, закрыв глаза. И только ноздри еле заметно трепетали. Гарри смотрел на Северуса с отчаянием на лице. Наконец зельевар взглянул – не на него, куда-то мимо – и заговорил, как в бреду: – Я не могу себя обманывать... я не выдержу... – словно тень пробежала по его лицу, – но вы цилинь, мистер Поттер... Никому из людей я бы вас не отдал. Но вы другой вид. Где-то там – ваш истинный партнёр. – Патронус, – прервал его Гарри, с ужасом и надеждой видя, как зельевар вздрогнул при этом слове, – мы столько прошли вместе, неужели теперь не справимся? Пожалуйста, поверьте мне. Мы что-нибудь придумаем. Как вы считаете: я стою чего-то как цилинь? – Безусловно. Вы получили должную подготовку. – Но тогда как мой выбор может быть ошибочным? Я выбираю вас. Как своего Доминанта. И не только. И… вот, – Гарри отправил Снейпу волну благословения. Снейп с минуту стоял неподвижно, глядя всё так же в сторону, затем сделал шаг – и прижал Гарри к себе. – Северус, – еле слышно прошептал Поттер и стал, слепо зажмурившись, покрывать поцелуями его лицо. Снейп отвечал ему тем же – так неловко, будто делал это впервые в жизни. Вдруг Гарри застыл. – Патронус, посмотрите, – потрясённым шёпотом сказал он. Северус не сразу увидел, а когда перевёл взгляд вниз, то глаза его удивлённо потемнели. – Мистер Поттер, с вами вечно попадёшь в аномальную ситуацию, – пробормотал он. Гарри и Северус по-прежнему обнимали друг друга. Всё бы ничего, если бы между их ногами и полом не было примерно полуметра высоты. – Попробуйте разжать руки, я подстрахую, – тихо попросил Поттер. Спустя минуту оказалось, что страховка не требуется: Снейп держался в воздухе совершенно самостоятельно. – Давайте полетим в спальню, – будничным тоном предложил Гарри. Северус фыркнул. И они полетели. А добравшись, спустились на зелёные простыни. Гарри провёл рукой по браслету Северуса, повторяя узор, и вдруг заметил, что зельевар едва ощутимо вздрогнул. – Что... под ними? – нерешительно спросил Поттер. Снейп вздохнул и щёлкнул застёжкой на одном браслете, затем на другом. На его руках были красные болезненные следы и запёкшаяся кровь. Гарри потрясённо поднял на него взгляд. – Магические кандалы, – неохотно пояснил Северус. – Это заклятие. Чтобы не приходить... когда вы звали. – Патронус, – прошептал Гарри. – Мы сейчас не будем. Пусть всё заживёт, – он невесомо коснулся губами запястья Снейпа. – Я могу потерпеть, – недовольно сказал тот. – Нет, – сказал Поттер. Снейпу была знакома эта твёрдость. Спорить было бесполезно. Но он знал, как доставить удовольствие партнёру. – Могу я поручить вам приготовление ужина? – поинтересовался зельевар. Гарри заворожённо кивнул. ...После ужина, когда Гарри покрывал запястья Снейпа густой белой мазью, зельевар, приподняв уголок рта, усмехнулся и затем пояснил: – Сейчас, когда от моих слов уже ничего не зависит, не могу не подивиться вашей неразумности. Что вы вцепились в эту склянку, как в последнюю в мире? Вы могли заказать аналогичное зелье у кого угодно. – Я бы не прожил больше ни часа, ни минуты... без запаха... – еле слышно произнёс Поттер. Снейп вздохнул. – Зависимость, – констатировал он. – Причём взаимная. – Как будто что-то плохое, – с лёгким намёком на возмущение ответил Гарри. – Теперь-то я могу называть вас Мастером? – Можете,– кивнул Снейп после небольшой паузы. Гарри просиял. Затем задумчиво нахмурился. – Хотя... Патронусом лучше, для меня это слово гораздо больше значит. – Что-то в этом есть, – согласился зельевар. – Но ведь и вы могли не приносить мне настоящую амортенцию, – заметил Поттер после недолгого размышления. – Не мог, – глухо сказал Снейп. – Неужто все когтевранцы такие честные? – Не всегда и не со всеми. Но вас я обманывать не в состоянии. Пользуйтесь, – мрачно порекомендовал Северус. – Только если в личных целях, – отозвался Гарри. – Чтобы быть счастливым с вами, – пояснил он. – И всё же, как вам могло прийти в голову про амортенцию? – покачал головой Снейп. – Мне Дух Вселенной подсказал. – Я бы этого Духа Вселенной... – отведя взгляд, сказал зельевар таким тоном, каким произносят проклятия. – Постойте. Так это вы? Вы уговаривали меня жить? – Не имею такой привычки, – сухо сказал Северус. Гарри промолчал, но в его глазах светилась улыбка. Однако тему он покладисто сменил. – Патронус, а как вы поняли, что заказ от меня? – Всё по тому же запаху, мистер Поттер. По вашему запаху. – И чем я пахну? – Гарри издал нервный смешок. – Стадом гиппогрифов? – Безалкогольным глинтвейном на вишнёвом соке. Я сварю вам как-нибудь на досуге – там нестандартный набор пряностей. – Постойте, вы варили его... для себя? – поразился Поттер. – Как-то раз, – сдержанно сказал Доминант. – Но не более того: боялся подсесть. Можно подумать, вы не могли раздобыть куст жимолости у того же Лонгботтома. Не говоря уже об эфирном масле. – Понимаете, дело в том, что ваш запах – это жимолость и... что-то ещё. Я не могу его разгадать. – Мы с вами потренируемся распознавать запахи, если хотите. И от этих слов повеяло обещанием – более надёжным, чем любые клятвы. Гарри почувствовал, что на глаза невольно наворачиваются слёзы. Вдруг он поймал себя на необычном ощущении: – Патронус, там что-то в лаборатории. Я почувствовал… Они отправились вместе с палочками наготове. Первым вошёл Северус – и застыл на пороге. Затем посторонился – и вошедший Гарри увидел большой минерал (тот самый, что подарил Северусу), покрытый цветами. – Что это? – удивился цилинь. – Я думал, это легенда, – сказал Снейп. – Говорят, что на губке Флоруса вырастают незабудки, если воссоединятся соулмейты. Чушь какая-то… – Совсем не чушь. Теперь-то вы перестанете сомневаться? – Никогда, мистер Поттер. Гарри фыркнул. А когда они позже засыпали в обнимку, пробормотал: – Всегда Патронус… и Котобус. И, прежде чем провалиться в сон, услышал, как Снейп тихо хмыкнул. **** Северус не стал будить Гарри, а пошёл на кухню и приготовил завтрак. Была большая вероятность, что Поттера вернёт из мира снов запах безалкогольного глинтвейна с необычным набором пряностей. Совы летали за окном. Удивительно, как быстро определилась эта парочка. Снейпу подумалось, что губка Флоруса могла расцвести из-за этих двух сов, а не из-за людей. Раздались шаги. И вошёл Гарри. Он был в парадной мантии, волосы уложены в красивую причёску. Настоящий Лорд. И даже какие-то перстни на пальцах. Этот новый незнакомый Поттер чуть склонил голову, приветствуя его: – Доброе утро. – Доброе утро. Неужели мальчишка наконец осознал свой высокий статус цилиня? Стало немного грустно, даже захотелось высказать замечание, но Снейп себя одёрнул: пусть наслаждается, заслужил ведь. Для Северуса всё оставалось очевидным, более чем: он будет любить Гарри, даже если тот купит павлинов. Они в молчании смотрели друг на друга. Затем Поттер произнёс: – Теперь я жутко могущественный и важный. У меня ведь Патронусом – сам Дух Вселенной. И Гарри рассмеялся – громко, искренне. Подбежал к Северусу, на ходу возвращая джинсам, футболке и волосам первозданный вид. Применил к креслу заклятие расширения (хотя мог усесться на колени к зельевару – и никто бы слова поперёк не сказал). Устроился рядом и прижался к Патронусу, обнимая его и шепча на ухо ерунду. Снейп с облегчением понял, что павлины будут ещё не скоро. И стал перебирать взъерошенную шевелюру, которая отросла за два месяца. К О Н Е Ц 2 августа – 19 сентября 2024 года