Об этом никто никогда не узнает

Мы вдвоём зашли в кабинку, за нами неслышно закрылась дверь. - Ну, готова отдавать долги? – Шутливо спросил Дмитрий Александрович. - Вроде того… - Озираясь по сторонам, негромко ответила я. Это небольшое помещение было туалетной комнатой ресторана «Клод», в который мы зашли на чашечку кофе минут пятнадцать назад. Всё буднично и размеренно: выпили по одному эспрессо, потом дама отправилась попудрить носик, а кавалер, немного поскучав без неё, тоже куда-то удалился. - Дверь. – Максимально собранно выдала я, на что мой спутник криво усмехнулся, но потом, все же, сделал шаг к двери и провернул рычажок внутреннего замка. - Теперь – норма? - Да. – Ответила я и мельком глянула на себя в зеркало. Точней – на нас двоих. Такие пары не вызывают подозрений, нет. Да мало ли кто в рабочий полдень заходит в ресторан выпить кофе? Сослуживцы, старые знакомые, близкие родственники… Влюблённая парочка, наконец. Сегодня, надо сказать, я выглядела не как взъерошенный подросток, а как вполне определившаяся девушка: макияж, аккуратно прибранные волосы, симпатичная блузка на маленьких пуговичках, юбка-плиссе, высокие каблуки… - И что я должна сделать? – Заискивающе улыбаясь, спросила я. Дмитрий Александрович даже немного растерялся и увёл взгляд, но я быстро развеяла облако неопределённости, подойдя ближе и коснувшись ладонями ткани его светлой рубашки. Она неторопливо, пуговичка за пуговичкой, расстегнулась… Я горячо дохнула ему в грудь, потом запрокинула голову, прося поцелуев. Но, так и не дождавшись, скользнула рукой ему ниже ремня. Так уж вышло, что сегодня – мой черед проявлять настойчивость и показывать свои «умения». Я касалась рукой напрягшегося члена, ласкала его сквозь брюки в некоторой нерешительности, пока Дмитрий Александрович сам не начал ослаблять ремень. - Не нужно. – Я отвела его руки и сама взялась за дело. В фильмах я видела, как актриса плавно опускается на корточки, кидая игривые взгляды на своего партнёра, как оголяет свои груди, теребит соски, томно вздыхает, облизывает исходящий слюной рот, и…   Я так пока не могла. Я просто закрыла глаза, делая вид, что умираю от желания. Руками нащупала его твёрдую плоть, попутно оценивая размеры. Меньше всего я хотела знать, как он на меня смотрит, ибо занималась таким впервые. Пытаясь замаскировать свою растерянность, я чуть наклонилась и, не открывая глаз, коснулась губами горячей головки. Провела языком, наткнулась на складку кожи. Потом стала легонько сжимать член одной рукой и водить ею вверх-вниз. Дома я тренировалась на банане, выкладываясь на полную – целовала его, лизала и сосала, подражая девушкам из видеороликов. У меня тогда все получалось, но вот сейчас…   Я попробовала сунуть его в рот целиком, но тут мне помешали зубы, вдруг встретившиеся с мягкой кожицей. - Эй, только не кусаться. – Тут же послышался комментарий сверху, и я на мгновение замерла. Да уж, минет – дело тонкое. Не знаю, продолжать мне дальше, или же уйти из этой комнатки с позором. Наконец-то я отважилась открыть глаза. Стоячий мужской член в моих руках, высунутый сквозь ширинку брюк, и я, практически стоящая на коленях… И ещё - насмешливый взгляд сверху. Я подняла глаза, чтобы в этом удостовериться. - Ну, как? – Робко спросила я.   Дмитрий Александрович провёл рукой по моим волосам и криво усмехнулся. - Продолжай… Я, еле сдержав вздох, вновь нагнулась над членом и взяла его в рот. Обилие слюны создавало скольжение, я наконец-то начала хоть что-то делать правильно. Я то заглатывала его (насколько могла), то вновь «выплёвывала», всё время помогая себе руками… Наконец, сверху послышался тихий то ли вздох, то ли стон, что позволило мне снова поднять взгляд и посмотреть на лицо Дмитрия Александровича уже без лишнего смущения. Его голова была запрокинута, я видела лишь вздёрнутый подбородок. Руками он опёрся о столешницу раковины, словно боясь упасть. Расстёгнутая мною ещё в начале сего действа рубашка оголяла часть груди, в тёмных волосах поблёскивала золотая цепочка. - Вам хорошо? – Не удержавшись, спросила я, не переставая работать руками. Так и не взглянув вниз, Дмитрий Александрович снова коснулся моей головы, запустил в волосы пальцы обеих рук, от чего у меня по коже пошли мурашки. В трусиках моментально намокло. Так и не дождавшись ответа, я вновь «поцеловалась» с его членом, однако уже через пару мгновений Дмитрий Александрович сам вынул его у меня изо рта и взял в свою руку. Я, всё так же сидя на корточках перед ним, недоумённо хлопала глазами. - Иди-ка сюда. – Одним движением Дмитрий Александрович сгрёб меня с пола и усадил на столешницу раковины. С меня вмиг слетели трусы, а ноги оказались раздвинутыми. Он вошёл в меня очень быстро, я даже не успела ойкнуть. - Тихо…. – Шёпотом проговорил он, делая уверенные толчки. - Тут люди кругом. Да, в этот раз всё было не так, как всегда: меня трахали, при этом не целуя, и даже толком не раздев. Быстро и просто – экспресс-метод. Всё действо скрывала от меня плиссированная юбка, натянувшаяся на широко разведённых бёдрах. Колени летали в воздухе, попа тесно прижималась к холодному стеклу, из горла рвались стоны, однако я старалась их сдерживать, дабы не нарушать конспирации. Дмитрий  Александрович, двигаясь активно и напряженно пыхтя, сжимал мои груди через блузку и лифчик, и лишь потом я одной рукой сумела расстегнуть пуговички, и он пробрался вовнутрь. От касания его рук соски моментально вздыбились, к промежности поступило ещё больше влаги. Тихонько заныл низ живота в предвкушении оргазма. Однако мой партнёр вдруг остановил движения, словно делая передышку. Ещё член - толстый мясистый стержень – меня покинул. Я недоуменно посмотрела на отходящего от меня Дмитрия Александровича. - Вставай. – Без особых эмоций скомандовал он. - Что? Я всё ещё сидела с широко разведёнными ногами, словно на приёме у гинеколога. А он, тем временем, открыл одну из кабинок и опустил крышку унитаза. Потом, удостоверившись, что я не спешу выполнять его просьбу (да и вообще, мало что в данный момент понимаю), подошёл, взял меня за локоть и стянул со столешницы. В пару шагов мы оба оказались в кабинке, он сел, увлекая меня за собой, и я наконец-то поняла, что происходит. Я стояла над Дмитрием Александровичем с чуть согнутыми ногами, а он - теребил свой член, готовясь вновь вставить его в меня. Теперь, в теории, это я должна была двигаться, чтобы создавать нужные трения. Пока я осмысливала ситуацию, Дмитрий Александрович крепко взял меня за бёдра и с силой потянул вниз. Руками я упёрлась ему в плечи, чувствуя, как его стержень входит в меня до упора. Он усмехнулся. - Что, не нравится? Потом вновь проник мне за пазуху и ущипнул за сосок. Я ничего не ответила. Ощущения были новыми. Резкие входы и выходы порождали где-то глубоко внутри отголоски ноющей боли, однако я не просила остановиться. Я была наездницей на ретивом коне, а сам «конь», слыша мои стоны и глядя на моё страдальчески-блаженстующее лицо, лишь поддавал жарку. Боль во мне как-то странно смешилась с удовольствием, я беспрестанно кусала нижнюю губу. Руки Дмитрия Александровича крепко сжимали мои бёдра, как будто он боялся, что я куда-то от него убегу. - Да, детка… - Сумела различить я в вихре наших вздохов его тихий шёпот. – Да… В один из моментов я почувствовала, как с меня слетела юбка (где были трусы, история умалчивала). Руки Дмитрия Александровича теперь держали меня за талию, грудь моя, выскочив из лифчика, подпрыгивала в такт его движениям. Наклонившись, чтобы получить очередной поцелуй, я увидела, что твориться снизу: без преувеличения, огромный половой орган моего партнёра втискивался меж моих губок, всё «там» было мокро, влага блестела на волосиках, маленький островок из которых я оставила при бритье. Мне непреодолимо захотелось коснуться себя и я, выпрямившись, нашла пальчиками одной руки своё «богатство». Мой клитор был очень большим, очень влажным и чувствительным, я быстро-быстро его тёрла, и тело моё отзывалось на это ещё большим жаром.     - Любишь помастурбировать? – Спросил Дмитрий Александрович, заметив это. А я – лишь стонала в ответ. Мне было настолько хорошо, что я не хотела отвечать на глупые опросы. А потом мы поменялись местами: Дмитрий Александрович, крепко держа меня за бёдра, встал и усадил меня на своё место. Моя попа почувствовала нагретый пластик крышки унитаза, а колени коснулись стен кабинки. Дмитрий Александрович, сделав ещё несколько толчков, кончил - я видела его напряжённое лицо и крепко стиснутые зубы. Мне льстило то, что я – его любовница, хоть ненадолго, и очень редко. Мне нравилось то, что об этом никто не знает. Как-то, подслушав их с отцом разговор, я узнала о том, что с женой у него уже давно «ничего нет». Секса, надо полагать… А со мной – есть, и это возносило меня до небес без всяких оргазмов. Неважно, что будет завтра. Не важно, что будет вообще… Пока я вижу, как он морщится от оргазма, как блестят на его висках капельки пота, а потом слышу изнеможенное «малыш» в свой адрес, он – мой. У нас обоих в такие моменты нет ни имён, ни биографии, ни прошлого… Да и будущего тоже нет - есть одно только настоящее – то, в котором наши горячие тела соединены, и летят вместе к вершине блаженства. - Ну что, малыш… – Усмехнулся Дмитрий Александрович, тяжко дыша и вытаскивая из меня свой член. – Как тебе наш кофе-брейк? Я ничего не ответила, потому что всё ещё проживала свой оргазм. Он подкидывал меня на неудобной крышке унитаза, я стонала и, кажется, плакала. У меня не было сил сдерживать эмоции… Хотя, надо ли? В этой комнатушке я – никто, без имени и без биографии, я выйду отсюда, и уже больше никогда не зайду. Я – никто, а значит, могу делать всё, что захочу, и об этом никто никогда не узнает. Совсем неожиданно Дмитрий Александрович начал меня целовать. Его губы жадно впивались в мои, язык блуждал по рту. Его рука ласкала меня внизу… А я – бестелесный фантом, снова стонала, и вместе с тем считала наши последние секунды. - Ну, может, пойдём уже? – С улыбкой спросил он, когда мы отстранились друг от друга и наконец-то осознали, что время играет не в нашу пользу. – Дашуль… Ты чего? Тебе не понравилось? - Понравилось. – Ответила я, вставая и вытирая руками мокрые щёки. Дмитрий Александрович нашёл мою юбку и подал её мне. Как ни в чём ни бывало, мы оделись и привели себя в порядок. - Об этом же никто не узнает, правда? – Как бы между прочим спросил он, глядя на то, как я поправляю макияж перед зеркалом. Я усмехнулась и отрицательно качнула головой. - Нет. – В моём голосе была горчинка. – Никто. - Вот и славно. –Дмитрий Александрович выдохнул с облегчением. А потом зачем-то добавил. – Спасибо. Закончив с подтёкшей тушью, я перевела на него взгляд. Он выглядел довольным, бодрым и свежим – открутив кран, он смачивал ладони в воде и протирал ими шею и затылок. - Я сейчас в центр. – Сказал он так, как будто мы с ним просто встретились на улице. – Тебя подбросить? Я выдавила из себя улыбку. - Нет. – А потом зачем-то добавила. - А мы ещё встретимся? Повисло молчание. Перестала шуметь вода, Дмитрий Александрович о чём-то очень крепко задумался. - Не знаю. – Спустя паузу ответил он. – Дел невпроворот. Я усмехнулась, зная, что наша встреча таки состоятся. Через неделю, или же через месяц, и ничьи дела здесь не при чём. Просто, два человека без прошлого вновь встретятся в одной точке, и тела их вновь сольются, и об этом, как и прежде, никто никогда не узнает.