Искушение Хван Хенджина

Щёлк замка двери сопровождается отрывными поцелуями, киданием обуви и одежды в разные стороны в порыве страсти. Два парня пытаются быть очень тихими, врезаясь в стены общаги Феликса. Минуту назад они только сидели в машине его мужчины, и лениво ласкали друг друга губы, как уже "ласкают" стены своим телом. — Хван, тише надо быть, - проговорил Феликс, сминая плечи своего мужчины, пока тот ласкал его лебединую шею. — Детка, зависит от тебя, - выцеловая шею, направляясь к ушко Фела, проникая в него языком, и закатывая глаза, словно получив миллионов оргазмом, от стонов своего парня Хенджину нравится такой Феликс во время их интима: невинный, нежный, ласковый, заботливый. Он всё готов сделать ради этого парня, лишь бы тот оставался с ним до конца их жизни. Хенджина очень возбуждает такой парень. Он готов только от этих веснушек получить оргазм. Дойдя до кровати Феликса, мужчина толкает того, сам ложась сверху. « Мой. Только мой Феликс ». Повторяет в бреду его мужчина, целуя щёчки своего цыплёнка. Он безумно скучает каждый день за ним. Он живёт своим цыплёнком. Он готов мир перевернуть ради одного его. — Твой, твой, мой прекрасный мужчина, - хихикает Феликс, перебирая волосы на затылке своего мужчины. Его Хван слишком красивый. Его длинные волосы, чёрные, как уголь, придают ему больше сексуальности. Не думайте, Феликс любит его любим, но его слабость — это его мужчина с длинными чёрными волосами, от которых он кончает из-за дня в день. Феликсу нравится всё в нём. От волоска на голове, до пальцев его ног. Хенджин очень романтичный, сексуальный парень, серьёзный, до первой самостоятельной готовке на кухне. Ну не умеет его мужчина готовить, за то умеет удовлетворять на этой кухне. — Феликс, малыш, ты задумался. О чем?, - сщурясь, спрашивает Хван, двигая своей рукой вниз, теребя через ткань его кофты, сосок Феликса. — Ах, альфа! Только о тебе, - прикрывая глаза от блаженства, и облизывая свои губки бантиком. Хван, уже не долго думая, касается своих губ, напористо начиная сминать губы. Губы Фела прекрасно - мягкие. Со вкусом малинки, что так любит его мужчина. Феликсу не хватает воздуха, и он выставляет руки вперёд, ставит их на грудь своего мужчины, и начинает отталкивать. Ему катастрофически не хватает воздуха. Но Хван только сильнее вдавливает в кровать своего парня, и ещё сильнее начинает сминать его губы, и закатывая глаза от такого рая. Феликс, кажется, сейчас помрёт, но Хван отстраняется, переходя на шею, и слыша, как Феликс пытается набрать в свои лёгкие больше воздуха. Шея его цыплёнка, до конца Китайской стены, сладкая, мягкая. Он любит обновлять его засосы на шее малыша. Любит на старых засосах, оставлять ещё больше. Феликс, походу, уже сейчас начнёт биться в оргазмах от действий своего мужчины. Он не верит, что такие существуют, и что он один из тех, кто его мужчина. — Хван, пожалуйста, хватит прилюдей, - бормочет Фел, - возьми меня уже, пожалуйста, блять, - задыхаясь от жары в комнате. Увидев пульт от кондиционера на столе, который рядом с его, практически, головой, он уже начал тянуться к нему, но Хван его опередил, забирая пульт со стола. — Малыш, нет, не включай, - положив на пол пульт, проговорил его мужчина, - Мне нравится эта обстановка. Она слишком интимная, - прошептав в губы своего возлюбленного, и чмокнув в его губки, резко снял с Феликса нижнюю одежду. — Хван, Хван, Хван, Хван, - шёпотом шепта, - вытащи её уже. Твоя сперма уже застыла, - шепчет Феликс, и бьется в конвульсиях, от вида своего мужчины. Хван совсем забыл про пробку, и про то, как заткнул дырочку своего омеги ею. У Хвана загорелись огни, глаза почернели, и его дыхание только участилось. Вынимая пробку с дырочки своего омеги, Феликс со стоном только закончился, как человек. Чувствуя, как с его дырочки вытекает сперма своего мужчины, это лучшее, что случалось с ним. Его мужчина раздвигает ноги, и рассматривает дырочку своего цыплёнка. Вытекает, в перемешку со стоном Фела. Хван смотрит на своего парня, и медленно наклоняется к дырочки. Горячий язык, его мужчины, коснулся узкой промежности своего парня. Стон Феликс услышал, наверное, всё, но им всё равно. Сейчас, главное, только они для друг друга. Хван вылизывал своего парня слишком хорошо. Дуя на промежность омеги, смачно вылизывая, Хенджин смотрел на своего ангела, и готов был душу отдать за такое зрелище. Хван параллельно добавлял свои длинные пальца в узкую промежностью омеги, от чего тот взвывал. — Хван, хватит, пожалуйста, прекрати, - уже плачет и плавится омега от этих действий, - пожалуйста, возьми меня уже. Скажи мне, как ты сильно хочешь меня, прошу, ну же. — Okay, baby, - чмокнув своего парня, Хенджин перевернул его на спину, - прогнись, киса, - чуть наклонившись, и прижавшись грудью к спине омеги, прошептал на ушко альфа. Омега прогнулся в спине, как кошечка, которая готова всё отдать за то, чтобы её ласкали. Хенджину очень нравится такой вид сзади, и только сильнее сжал одну из задниц омеги. Наклонившись к левой ягодицы омеги, он начал вырисовывать языком разные узоры, которые видео только он. Слегка прикусив кожу на ягодицу, оставил большой, длительностью который был две минуты, засос. Ему нравится доставлять удовольствие своему малышку, потому что это удовольствие и для самого альфы. Альфа, взяв свой чел в свои руки, он начал водить им по ягодицы омеги. Омега начал вилять из стороны в стороны своей задницей, чтобы насадиться на толстый, длинный, сладкий член своего альфы. — Хван! Ты чертово иску... ах! , - не успел омега договорить, как его мужчина резко вошёл на половину. Феликс только сильнее прикусил подушку, и начал насаживаться сам. — Хван, двигайся, прошу..., - скулит Феликс, но альфа, как на зло, не начинает действовать, и лишь смотрит на то, как его член хорошо вписывается в его задницу. — Цыплёнок, жаль, что это не можешь увидеть, - пробормотал альфа — Альфа, телефон.. Возьми телефон, и сними, пожалуйста, - снова скулит омега, и сам насаживается. Но не успевает он этого сделать, как из него выходит Хван, идя к куртке, где лежит его телефон. Омега не замечает ничего. Его глаза полны возбуждения, и если он в ближайшее время не кончит - больше не подпустит своего мужчину даже к своим губам. Омега застрял в своих мыслях, что не услышал, как зашёл его альфа. — Baby, соскучился?, - с издёвкой спрашивает его мужчина. Омега не успевает ответить, как альфа входит на всю длину, параллельно снимая на телефон. — Агх, Хван, ну двигайся же ты!, - снова чуть ли не плачет Феликс, выгибая спину, выпячивая свою задницу ещё сильнее, на встречу члена его альфы. — Детка, цыпленок, будь громче. На видео не будет ничего слышно, - отвечая альфа, и сжимая левую задницу одной рукой омеги, начинает по-тихоньку двигать своим тазом на встречу омеги. Феликс начинает скулить, и просит только сильнее и больше. — Боже, альфа, сильнее. Будь грубее, прошу тебя, папочка, - поворачивает голову омега в сторону альфы, выглядывая из за плеча, от чего альфа роняет телефон. Его омега выглядел чертовски сексуально. Его белые, длинные волосы смотрели в разные стороны. Его щёчки стали краснее, а губы... про губы нужно молчать. Чертовски хочется ощутить их на своём члене, от чего альфа закусывает губы, смотря на своего омегу. — Омега..Отсоси - потом проси, - наклонив голову в сторону, ухмыльнулся альфа, но то, что сказал Феликс, решил быстро передумать: Я тебя лишу доступа к моим губам, если ты сейчас же не доведешь меня до оргазма, неугомонный альфа! — Кто тут ещё неугомонный, - пробормотал себе под нос альфа. — Что ты сказ..Ах! Ненавижу тебя, - простонал омега от толчка своего альфа. — Ты определись: любишь или ненавидишь, - держа уже омегу двумя руками за бёдра, начинает набирать скорость. — Альфа, глубже! Быстрее, ещё глубже!, - кричит омега, сжимая в кулачках простынь Альфа, наклонившись к ушку своего омеги, начинает ему шептать: — Омега, всё 31 сантиметра в тебе. Томно и тихо говорит альфа, от чего у омеги начинает вытекать природная смазка с головки его члена. Альфа делает толчки ещё грубее и быстрее. Кровать ходит ходуном, от чего тумбочка начинает качаться из стороны в сторону: — Омега, перевернись на живот, - выдаёт альфа, - быстрее, - не может уже ждать его мужчина. Хван держит омегу так, чтобы он не слез с члена альфа, пока будет переворачиваться. Омеги удаётся это с трудом со членом в заднице, но эпично. — Как же хорошо заполняет мой член твой животик. Втяни его в себя, - приказывает альфа, и омега выполняет. Феликс втянул в себя живот, и бьётся в конвульсиях от ощущений члена в себе. Хван подымает свою ладошку, и водит омеги по животу, чувствуя свой член. Сильнее надавливает на него, и улетает далеко и надолго. Ужасно прекрасные ощущения. Хван начинает вдалбливать в тело омеги, надавливая на его живот, и наклоняется к шее: — Омега, я хочу, чтобы в этом животике были только мои щенята, - поговаривает альфа, всё так же сильнее надавливая на живот своего омеги, от чего второй закатывает глаза, и подымает руки над своей головой, слушая то, что говорит его альфа, - хочу сцепку. Хочу, чтобы они зарождались там. Хочу, чтобы были похожи на тебя. Были же такими прекрасными, красивыми, нежными щенятами, - кусая мочку уха омеги, - но сейчас, я схожу с ума от ощущений того, что здесь кто то будет, - надавливая на живот, говорит альфа. Наконец то, подходит тот момент, когда омега кончает, но продолжает дёргаться от того, что в него всё так же долбятся. Хван рычит, и кончает в омегу, и ещё глубже заходя в него. Случается сцепка, и Хван начинает двигаться: — Альфа, больно, - начинает ручками останавливать альфу омега, но тот ещё сильнее заводится, и его член в три раза опухает, что приносит дискомфорт обоим, от такого вида мольбы своего омеги. Альфа ложится на омегу, и переворачивает их так, чтобы омега был сверху. Хван начинает гладить по голове омегу, и не может остановится возбуждаться от него: — Хван, прекращай, ты сейчас порвешь меня. Твоя сперма только что и делает, что брызгает в меня внутри. Слишком много её, - говорит омега. Хван чувствует, что что то вытекает из его омеги. Решив поверить, то тянет палец к промежности омеги, вытирая, и подносит к своему лицу. — Это твоя смазка продолжает вытекать, омега, - слизывая с пальца остаток смазки омеги. — А ты всё ещё изливаешься во мне. — Скажи, что тебе ещё не нравится. — Нравится, но твой член слишком сильно набух, - злится омега, морща носик, - молись, чтобы на порвал меня на утро. - Не порву. Ложись спать, - чмокнув омегу в носик, альфа накрывает их одеялом, и они пытаются заснуть, но это получается плохо из-за выделение смазки альфы.