Никогда такого не было и вот опять

Совместные выходные у них случались редко. Да и профессия у них такая: то один неделями пропадает на съёмках, то другой улетает куда-то. Но отдыхать они умели хорошо, не тратя время на бесполезные ссоры, и так не видятся почти. Вот и сейчас у них было целых два дня, на которые они не раздумывая отправились в деревню. - Свежий воздух всегда полезен - уверяет Тихон, садясь за руль - тем более тебе, Ванько, а то совсем засиделся в городе, бледный такой. Ваня не спорит, только щурится, подставляя лицо солнечным лучикам. В деревне хорошо. Тишина, красота, яркие бабочки летают, уворачиваясь от брызгов, которые летят со всех сторон - Тихон опять дурачится, в Ваньку брызгается. А Ванька не отстаёт, как даст кулаком по воде перед самым носом - всё лицо в каплях. И смеются заливисто, громко, нарушая покой, что царил совсем недавно. Как дети малые. Хотя почему же как? Ну точно дети малые, два мальчугана стоят и дурачятся, кто кого больше обольёт. Насквозь мокрые, но счастливые идут в дом, на ходу полотенцем стирая холодные капли. Идут гулять по деревне. Небольшие домики выстроились с двух сторон дороги. - Слышишь корова? Прислушайся. И Ванька прислушивается. И действительно слышит тихое мычание, доносившееся с заднего двора одного дома. - Это у бабы Вали, зайдём? - Зайдём. И идут вместе, за руки держатся, смеются. Видят кота. - Смотри, Ванько, Тишка то подрос! - Да, подрос - соглашался Ванька. И кота гладит, за ушком почёсывая - А шёрстка то как вьётся! Прям как твоя грива. - Ну не зря же Тихоном зовут. И идут дальше, по знакомой дорожке, мимо загончика с утками, к крыльцу. В окно стучат. - Баб Валь, выходите! Это мы. - Тишка, Ванька, вы что-ли? Заходите, мои хорошие, давно не виделись. И заходят. А баба Валя хорошая, добрая, столько зверюшек у неё и всех любит, оберегает, да и с соседями добра. Конечно же за стол зовёт, куда же без чая с пирожками. - Ешьте пока тёплые, надолго запомните. В вашей Москве то небось таких нет, настоящих, домашних. И разговаривают долго, спрашивают про здоровье, про детей, про урожай. - Нынче дождик шёл, полил всё хорошенько, мне и трудиться не надо. - Вам себя беречь надо, в вашем то возрасте и столькими вещами заниматься, и как справляетесь?! - Да потихоньку помаленьку. Ты ешь, ешь. А Ванька смотрит, налюбоваться не может на Тишу - такой он добрый и светлый, настоящее солнышко. А Тишка улыбается, на Ваньку поглядывает, знает же о чём тот думает. Приятный разговор прерывает стук в окно. - Петровна! Там у Ирки сарай горит! Тишка с места срывается, бежит на помощь, Ванька за ним еле поспевает. Добегают до дома тёти Иры. А дыму то сколько! Тишка бежит к колодцу, в ведро воды набирает и бежит заливать огонь. Да не просто бежит, внутрь горящего сарая забегает, в самое пекло. И Ваньке страшно от чего-то становится. Слишком часто в фильмах Тишка от огня страдает, а Ванька боится не случится ли чего. Но Тишка выбегает целый и невредимый, Ванька в себя приходит и бежит помогать. Так бегают от колодца к сараю, пока не потушат всё. Сарай стоит вроде целый, но слегка обгорел местами, чинить надо. Ванька с Тишой обещаются завтра прийти починить, а старушки всё нарадоваться не могут какие хорошие люди у них тут живут. Домой идут чумазые. Ванька Тишу за руку хватает сильно-сильно и не отпускает никак. - Ты чего это, Ванько? - Ничего. - А чего хватаешь то так? - Боюсь отпускать. - Почему? - А ты почему в самый огонь полез, совсем моё сердце не бережёшь?! - в глазах появляются слёзы, Ваньку становится жалко. - Ну чего ты, Ванько - успокаивает Тиша - всё же хорошо, вот он я целый, здоровый. А Ванька не знает что сказать, просто плачет, Тишку обнимая, говоря как потерять боится. И Тишка понимает, гладит и обещает, что не потеряет.