Титаник

Янтарные глаза распахнулись ровно в полночь в смеси шока и бешенства от робкой мелодии, едва пробивающейся сквозь множественные слои потолков и полов всех квартир этажами выше. Звукоизоляция здесь и так позволяла быть в курсе всей бытовухи соседей, но чтобы с энного этажа слышать пилиньканье какого-то придурка... Это явно перебор. Либо инструмент у гада отменный. Но что бы там ни было, о переезде Хэ Сюань задумался очень серьезно, пока на фоне мыслей тихо разливались звуки клавиш. Аккомпанемент почти не долетал до спальни Сюаня, даже из мелодии слышались далеко не все ноты, и тем не менее этого было достаточно, чтобы мозг концентрировался на посторонних звуках и отказывался засыпать. Хэ Сюань задолбан работой, с дерьмовым графиком и дохлой социальной батарейкой. Сон - единственное средство от срывов на раздражающих людей и источник энергии. Без сна нет продуктивности, нет коммуникабельности, нет денег. А сейчас он проспал чуть меньше двух часов и хотел убивать. От назойливого комара можно отмахнуться рукой и закрыться одеялом, а чтобы переломать пальцы виртуозу-полуночнику, надо вставать, одеваться, искать квартиру, где его бандура звучит громче всего. И это не факт, что откроют. А уже прерванный сон ощутимо падает в качестве и не лишает жажды убийства. Под мысли про жажду убийства цепочка звуков стала четче и громче, и мозг настолько преисполнился концентрацией, что уже предсказывал, как будет звучать следующая нота. Стоп. Предсказывал? Хэ резко остановил поток своих агрессивных дум, чтобы дослушать кульминацию в игре несвоевременного маэстро и понять, что он его знает. Не маэстро, а то, что тот исполняет. Это ж та тупая мелодия! Которая еще дерьмовая флейта! ...ooopen the door... бла-бла-бла ...in my heart and my heart... Грёбанный титаник! Конечно, Сюань его знает! Каждая псина его знает! И назойливая мелодия уже звучит немного иначе, слух полностью обращен к знакомой песне, пробивающейся сквозь потолок, жажда полноценного сна пропала, а мозг сосредоточился на выуживании из недр памяти текста с "на-на-на" и "бла-бла-бла" вместо пробелов. Устраивало ли самого Хэ Сюаня собственное новое состояние и тяга завывать посреди ночи? Однозначно, нет. Но теперь он знал, как обратиться к недоделанному Моцарту. Он откинул одеяло, встал-таки с постели и босиком в одних трусах прошагал к окну, открывая его. Как выяснилось, паскуда сольный концерт тоже давала с открытым окном, чтобы весь квартал полыхал от бешенства и готовности засунуть ему в одно место и его балалайку, и "Титаник". - Джек! Скотина, иди сюда, пальцы тебе переломаю! Вероятность, что он сможет переорать пианино с учётом открытого окна была довольно высока, так что орал Хэ во всю мощь своих голосовых связок, готовясь охрипнуть на пару дней, но не жалеть об этом ни секунды. Потому что он докричался! Пианист уже начал заходить на второй тихо-унылый куплет, как на вопле Сюаня пальцы, видимо, промазали по клавишам, выдавая на мгновение сбившуюся с ритма какофонию. А потом тишина. Блаженная двухсекундная тишина… Двух секунд было достаточно, чтобы Сюань расслышал лишь звуки проносящих вдалеке машин и приготовился упиваться победой и блаженством сна. Двух секунд также хватило, чтобы криворукий шарманщик добежал до окна. - Роза, не злись! - сверху донёсся звонкий задорный голос. Пришлось порядочно так высунуться из окна и задрать голову, чтобы увидеть патлатое чудовище в белой майке, свесившееся по пояс и высматривавшее его, вероятно. - Готов любить тебя и противным мужиком! И так заливисто рассмеялся, что захотелось не только пальцы переломать, но и выбить парочку зубов. - Да чтоб тебя черти драли! Сюань в ярости хлопнул окном, запирая его, и вернулся в постель. Сна ни в одном глазу. И как бы он ни кутался в плед, ни вертелся с боку на бок, мысли возвращались к тому демону и жажде убийства. Даже стакан воды не помог. Даже съеденный бутерброд не способствовал циркуляции энергии от мозга к желудку. Даже тишина не спасала, позволяя мыслям думаться громче и продуктивнее генерироваться в проклятия. В итоге просыпался на следующий день Хэ Сюань тоже с проклятиями, не сразу расслышав назойливый будильник, от которого голова уже опухла. Злиться на будильник можно, но он хоть выключается. В отличие от «Джека». Теперь уже «Капитана Джека Воробья». - Прибью тебя, скота! Смекаешь? - как Сюань закончил вчера день, ругаясь в окно, так и начал утро нового дня с этого же прекрасного занятия. И всё пошло по знакомому сценарию: невероятно фальшивый аккорд с уплывшей в откровенную хрень по всем фронтам мелодией, и через две секунды через окно снова переваливается «Джек». При свете утреннего солнца хорошо видно хитрющую улыбку, разного цвета глаза, алый рукав рубашки, потому что едва они встретились взглядом, следом тут же высунулась рука с картонной подставкой для стаканчиков из кофейни. - Моя «Чёрная жемчужина», это снова ты! Седьмой этаж, квартира 99. Мои пальцы ждут тебя! И кофе!