Пантеон чудовищ

      Иногда Анубису казалось, что этой осенью кельты намудрили что-то со своими ритуалами, и вселенная в ответ решила показать богам не менее могущественный фак. За три дня, пока Анубис был на задворках Дуата, успело произойти слишком много всего. И если убийство отравившей его богини ещё вписывалось в концепцию “хреново, но терпимо”, то последовавшие глюки, ослепший Амон и прорвавшиеся в мир людей мертвецы абсолютно точно были лишними в списке стабильно случающейся херни.       Помаявшись с новой реальностью, с помощью Нефтиды Анубис всё-таки вернулся в строй и на работу в частности. Особые травы для концентрации решили проблему коварно уплывающих поверхностей, и Джилл почти перестала подозревать его в приёме особо сильных препаратов.       Сегодня, сдав, наконец, идеальную смену, довольный Анубис вышел из клуба и расслабленно закинул голову. Ночной воздух мягко бодрил, лёгкий ветерок приглушал мрачные мысли, а Гор, замерший у стены с телефоном, и вовсе казался подарком судьбы.       — Ты в порядке? — спросил Анубис, вдруг подумав, что не заметил начало очередного приступа.       — Просто решил подождать тебя на улице, — улыбнулся Гор. — Ты же закончил? Я писал, но ты давно не был в сети.       Кивнув, Анубис на секунду достал телефон, убедившись, что забыл зарядить его дома:       — Хочу немного пройтись, ладно?       Засунув руки в карманы куртки, Анубис благодушно направился вверх по улице, обдумывая: стоит ли заглянуть в Старбакс, или тот ещё не открыл свои гостеприимные двери.       — До мамы, наконец, дошли слухи — невесело усмехнулся Гор, догнав его, и тоже убрал телефон. — Ну… Обо всём.       — Ты же не побежишь брать билет до Калифорнии?       — Нет, — хмыкнул Гор. — Она слишком рада, что я стал лицом пантеона.       — Наш солнечный мальчик, — подмигнул Анубис, тайком разглядывая живое сияние вокруг фигуры брата.       Гор застенчиво пожал плечами, хотя давно привык к образу, который видели в нём окружающие. Исида хотела, чтобы сын занял место главы, но выступать от лица пантеона оказалось непросто. Кто-то очаровывался мягкой силой Гора и его характером, а кто-то, наоборот, сразу вспоминал недавние проблемы, которые принесли Анубис с Сетом в своих в прямом смысле убийственных порывах, или Амона, официально поддержавшего пантеон чудовищ в отказе приёма новых членов.       Боги до сих пор не знали, что делать со странными созданиями, пришедшими после гибели Кроноса. Индийцы проявляли своеобразный интерес, но многие открыто жалели, что не могут спихнуть проблему по уже накатанной колее. Пантеон чудовищ выступал единым фронтом в решении насущного вопроса, несмотря на мифические дары, которые боги сулили отдельным представителям. В основном, конечно, вспоминали вполне дружелюбную Апоп, которая больше не посещала клуб в отсутствии Амона.       Кинич Ахау как-то назвал Амона потухшим солнцем, и боги подхватили это обращение, видя в этом своеобразное падение с пьедестала. Как и люди, они не могли винить абстрактное зло и закономерно боялись могущества Тиамат, но неплохо скидывали страх и раздражение, считая, что египетскому пантеону и так позволили слишком многое.       — Как дела в клубе? — спросил Гор, подняв воротник от налетевшего порыва ветра.       — Посещаемость богов чуть упала. Зевс продолжает думать, что придумал гениальный выход из положения, а ацтеки спрашивали, когда мы введём в меню алкоголь с ядом змей, но я не очень понял: всерьёз или снова хотели поддеть.       Гор со вздохом поведал, что какой-то журналист снял драку местной банды с ацтеками, но на возмущения Зевса они заявили, что никого не убили, а значит проблемы нет.       В последнее время в факт убийства всё упиралось слишком часто. Несмотря на то, что клуб Сета стал местом сбора богов, многие опасались подпорченной репутации владельца, его пасынка-бармена, а теперь и новоявленного охранника-чудовища. Даже если греческий, ацтекский и скандинавский пантеоны больше не выдвигали претензий.       — Сплетники в чате не замолкают, да? — хмыкнул Анубис.       — Боюсь, даже угроза Тиамат их не остановит. Или угроза Ёрма.       Телефон Гора требовательно зазвонил, и он, немного подумав, ответил, призвав на помощь всё своё хвалёное красноречие. Желающие приобрести яхты на другом конце океана понятия не имели о разнице часовых поясов, настигшей приятного бизнессмена.       Анубис же пнул камешек, удачно лёгший под ботинок и вспомнил, как удивился Ёрм, узнав, что рабочих часов у него теперь будет куда меньше.       Про роль Ёрма в смерти Хель так никто и не узнал, благодаря обещаниям, которыми боги обменялись друг с другом. Остыв, Локи признал, что это будет лучшим выходом, но больше к общению с сыном не стремился, хлопнув напоследок дверью. По словам Гермеса, Локи устроил турне по пабам, где драка была вписана в меню развлечений по умолчанию.       Когда закрутилась история с Гекатой, Зевс, потирая руки, решил, что убьёт сразу двух зайцев. Наказанием Сета стал запрет на выезд из города и своеобразное наблюдение за Ёрмом, который резко воспротивился смене работы, чем и подписал себе приговор. Зевс не мог закрыть глаза на роль змея в гибели Хель, но прижать его было практически нечем.       Сет был не в восторге от идеи нанять Ёрма ровно до тех пор, пока тот не предложил загипнотизировать Зевса, чтобы тот забыл дорогу в клуб.       — Ты принят, — бросил Сет, наслаждаясь выражением лица громовержца.       Анубис не знал, чего ожидать в первую смену Ёрма, потому что на фоне Джона и Майкла, напоминавших настоящих атлантов, сын Локи откровенно терялся. Однако Сет дал добро на гипноз, и вскоре все сотрудники знали, что молчаливый парень, окончательно застолбивший место у стойки, может успокоить и вывести из клуба кого угодно без лишнего шума. Боги змея опасались и не бузили в его смену без лишних внушений.       Регулярно поджидая Анубиса, Гор неожиданно нашёл подход к сыну Локи, хотя не спешил делиться своим секретом. Анубис предвкушал миг, когда об этом услышит Исида, и с интересом следил за новыми эмоциями, которые проступали на лице Ёрма. Тот явно набирался больше опыта от наблюдения за людьми и богами в клубе Сета, чем за посетителями стрип-клуба.       — Аполлон с Артемидой нашли классную стену. Зовут порисовать, — зевнул Гор, полистав бегущую ленту сообщений. — Поедем? Или домой?       Божественная сущность Анубиса уже вполне прикипела к телу после воскрешения, но перемещаться лишний раз он не спешил.       — Может завтра? Я хотел предложить Амону приготовить вместе завтрак. Ты, кстати, умеешь делать тесто для блинчиков?       Гор неловко кашлянул, почесав нос, и стыдливо отвёл глаза.       — Хару?       — Ну… Хатхор нравилось, когда я приносил ей завтрак в постель.       Анубис закатил глаза, но удовлетворённо кивнул:       — Тогда с тебя тесто, с Амона трюки с лопаткой, а с меня общий настрой и моральная поддержка.       — Боюсь, в таком случае кухня Нефтиды может пострадать.       — Искусство требует жертв, — закинул руки за голову Анубис. — К тому же мы всё уберём.