Алло, алло!

- О чём это она?

- Барона кроет.

- И что говорит?

- Ясно чего - подлец, говорит, псих ненормальный, врун несчастный.

- И чего хочет?

- Ясно чего – чтоб не бросал.

- Логично.

(к/ф «Тот самый Мюнхгаузен», 1979 г.)

_ _ _

      - Алло. – Получив вместо ответа неясный треск, Уиллоу повторила громче: - Алло! Алло, алло!       Треск прекратился.       - Уилл! - выдохнула Баффи настолько отчаянно, что Уиллоу показалось, будто ей дунули в ухо прямо из телефонной трубки.       - Баффи? Что-то случилось?       - Случилось! - Баффи снова выдохнула, и тон её неожиданно из резкого превратился в жалобный. - Это ужасно, Уилл...       - Расскажи мне, - попросила Уиллоу очень мягко - на случай, если у подруги там психологическая травма.       Баффи всхлипнула и приступила к рассказу:       - Я поехала в Лос-Анджелес навестить папу. Я тебе говорила.       - Да, я помню. - Неужели встреча с отцом прошла настолько плохо? - Он... Он чем-то обидел тебя?       - Что?.. Папа?.. Нет, нет. С ним всё нормально, мы мило пообщались, хорошо провели время. Дело не в нём. Дело в... - Баффи прерывисто вздохнула, - Ангеле.       Уиллоу с трудом поборола желание закатить глаза, потом сообразила, что Баффи её не видит, и перестала отказывать себе в удовольствии. Ох уж этот Ангел. Каждый раз, когда Баффи с ним сталкивается, у неё внутри, как она сама же рассказывает, всё переворачивается. Пообщаются минут десять - двадцать, а Баффи потом неделю не может прийти в себя. И угораздило же её когда-то так в него влюбиться. Одно утешение - он её любит не меньше, ему самому не легче.       - Мы случайно столкнулись, - продолжала Баффи. - Разговорились. Немного прогулялись. Ангел предложил проводить меня до моего дома, но в итоге проводил до своего. Пригласил зайти.       - Но ты, конечно, сказала, что это неудачная идея и тебе лучше уйти.       - Конечно. Так вот, когда мы сидели у него на диване, Ангел спросил, не хочу ли я чаю. Я сказала: «Ты бы ещё предложил мне тёплого молока с печеньем». А он вдруг завёлся. Не знаю почему – из-за молока или из-за печенья. Мы поцеловались и…       - Вы переспали?!       - Ага…       - Баффи!       - Мы хотели остановиться, честно! Всё думалось: вот-вот, ещё чуть-чуть - и остановимся, ещё немного – и прекращаем. А потом все «чуть-чуть» закончились, и останавливаться было уже поздно.       - Баффи, о чём вы думали?!       - О сексе.       - Да уж, я могла не спрашивать. – Уиллоу покачала головой, не зная, хорошо или плохо, что Баффи этого не видит. – Итак, Ангел снова стал Ангелусом?       - В том-то и дело, что нет! – Кажется, Баффи вплотную приблизилась к истерике. – Не стал, точно не стал: когда душа отлетает, тело трясёт и крючит, такое нельзя не заметить! У Ангела ничего похожего не было, он остался собой!       - Э-э-э… И ты разочарована?       - А ты как думаешь?       - Исходя из твоего тона, я думаю, что да, но не совсем понимаю почему. – Плотнее прижав трубку беспроводного телефона к уху, Уиллоу пошла в другую комнату. - Неужели тебе так сильно хотелось снова пообщаться с садистом, маньяком, серийным убийцей и вообще редкостным подонком?       - Само собой, нет! Возвращение Ангелуса – последнее, чего мне хочется.       - Тогда что тебя не устраивает? – Уиллоу выдвинула ящик стола, где хранила кое-какие колдовские принадлежности, и зажмурилась.       - Неужели ты не понимаешь, Уиллоу?! – Голос Баффи дрожал. – Он не потерял душу! Получается, он не испытал истинного счастья!       - И ты из-за этого расстроилась сильнее, чем если бы вернулся Ангелус?       - Да! С Ангелусом я бы справилась.       - Прости, а сколько людей он до этого успел бы перебить?       - Нисколько. Когда мы с Ангелом осознали, что натворили, то быстренько приковали его цепями к кровати; сковали по рукам и ногам. Благо у него в кладовке большой запас цепей, видимо, как раз на подобный случай. Сволочь!       - Это ты мне?       - Нет, это я Ангелу.       - Как он там?       - Улыбается от уха до уха. Симулирует счастье. Гад! Передаёт привет, вон, машет тебе с кровати.       - Боюсь спросить чем.       - Уиллоу!       - Что? Ты сама сказала, что руки и ноги у него скованы.       - Ну не намертво же. Негодяй!       - Вообще-то, Ангел вполне мог испытать истинное счастье и не потерять душу.       - Как?! Потеря души из-за истинного счастья – неотъемлемая часть его проклятья!       - Не совсем неотъемлемая. Ты забыла, кто в последний раз на него это проклятье накладывал? И в предпоследний, кстати, тоже. Между этими двумя разами я набралась опыта; и внесла кое-какие коррективы.       - То есть душа Ангела…       - Никуда не денется, как бы он ни был счастлив.       - И ты молчала об этом?!!       - Я не была уверена, что у меня получилось изменить проклятье, и я решила, что лучше не говорить. Ангел всё равно не стал бы рисковать, он только мучился бы вопросом: «А вдруг?»       - Может, проклятье и не изменилось? Может, Ангел просто и не был по-настоящему счастлив. Мерзавец!       - Да нет, был.       - Ты-то откуда знаешь?       - Только что проверила. Сразу после последнего восстановления проклятья я заговорила специальный хрустальный шар, связав его с проклятьем и с душой Ангела. Шар должен был ярко засветиться, если душа Ангела опять познает истинное блаженство, и почернеть, если она опять отлетит.       - И?       - Шар светится, но не почернел.       - Совсем не почернел?       - Ни пятнышка.       - А ярко светится?..       - Ярче любой лампы. Я теперь могу экономить на электричестве. Он по-прежнему любит тебя, Баффи. И он воистину счастлив.       - Значит, зря я сломала телевизор о его голову?..       - Баффи!       - Эй, я была расстроена. Ничего, он, по-моему, даже не заметил. Ты целиком и полностью уверена, что душа Ангела на месте?       - Да, я только что провела пару экспресс-проверок.       - И она точно никуда не денется?       - Точно, за это я могу ручаться: если моё дополнение к проклятью сработало, результат будет постоянным.       - Сто процентов?       - Двести.       - М-м-м, Уилл, ты не против, если я перезвоню тебе позже?       - Я не против, если ты не перезвонишь мне вообще. Разве что через пару дней всё-таки отвлекись и звякни, просто для моего успокоения.       - Договорились… Ох!       - Что там у тебя?       - Ангел. Я тут решила подойти, погладить его по голове.       - И он строит глазки?       - Распускает руки.       - Ты же говорила, что он в цепях… А, ну да, не намертво. Что ж, ребята, сладких снов желать не стану: до сна вы явно доберётесь ещё нескоро, а сладость и без моих пожеланий организуете.       - Угу… Уиллоу?       - Что?       - Спасибо.       - На здор…       Прежде чем Уиллоу успела договорить, в трубке зазвучали быстрые гудки.

Конец

(9 – 17 августа 2024 г.)