Raven hair

Вода обволакивала мужское подтянутое тело, стремительно согревая и расслабляя. В закрытом и тихом помещении душно, из-за чего вздохи стали больше и длиннее. Голубовато-черные волосы были откинуты назад, локоны с челки упали ниже, раскрывая слегка потемневшую золотую кожу на лбу. В родной ванной казалось неожиданно тесно. Молодой граф Сиэль Фантомхайв вырос, из-за чего ступни находились на бортике напротив откинувшейся расслабленной головы, а массивные бицепсы покоились с двух сторон, согнутые в локтях. Еще совсем недавно ему было тяжело достать пальцами до краев. Сейчас же нужно было лечь в определенную позу, чтобы нагретая вода не убежала на дорогостоящий кафель, о котором мечтали многие горожане в Лондоне, от резких движений. Эти изменения не прошли незамеченными Себастьяном Михаэлисом, который всю свою материальную жизнь находился рядом с юным графом. Каждый раз ему непривычно поднимать карие с винным оттенком глаза, чтобы взглянуть на высокого юношу. Демон стал чувствовать себя более уязвимым рядом с ним, хотя он понимал, что это физически, даже логически невозможно. Ухаживание за ним стало приравниваться к злосчастной и длинной пытке. Молодой граф - язвительный и эгоцентричный человек, требующий к себе большого внимания. Вместе с развитием его желания и действия становились все более невозможными и абсурдными, такими, которыми можно было ввести настоящего демона в смущение и замешательство, что не присуще его биологической особи. Сейчас время близилось к полуночи. В поместье была кромешная и безумная тишина. Лишь из маленького окна слышалась песня громких сверчков, напоминающих о предстоящих приятных летних деньках. Фантомхайв задержался на рабочем месте, разгребая кучу писем от важных и не особо людей за месяц. Они уезжали по просьбе королевы в Индию, дабы разобраться с очередной преступной конторой, охватившей Калькутту, которая итак могла похвастаться своим уровнем беззакония и грязи. Они, конечно, безупречно разобрались с проблемами, успели устать от компании Сомы и Агни, которые были на небесах от счастья, когда узнали об их пребывании в родной для них стране, а после благополучно возвратились в поместье без травм и последствий. После такого хотелось мыться каждые двадцать минут, но нескончаемое количество бумаг, даже с помощью дворецкого не уменьшалось за это время. Послышался хриплый и уставший выдох, когда дворецкий нежно втирал лавандовое масло в размякшую от горячей воды кожу плеча. Себастьян не сводил пристального взгляда от открытой и упругой мужской груди, соблазнительно выглядывающей наружу. - Себастьян, потри мне спину, - Сиэль приоткрыл глаза, чтобы привстать, из-за чего можно было заметить выраженные кубике на торсе, которые через секунду вновь были погружены в воду. - У меня такое ощущение, что на меня опрокинули бочку навоза. Отвратительно. Больше никогда не поеду в Индию, даже если Её Величество будет вновь этого просить. - Слушаюсь, милорд, - Дворецкий улыбнулся и, растирая между пальцами пахучее масло, притронулся к горячим загорелым лопаткам, подсев сзади. Закусив губу, приглушая немой стон, демон подавил свои ворвавшиеся похабные мысли в голову. - К счастью, страдания закончены. Наконец, рассмотрев все пожелания и письма, вы можете отдохнуть. - Страдать я буду до самой смерти. Отчаянно прошептал граф, проведя пятерней по мокрым волосам, зачесывая их назад. Жизнь высокопоставленного аристократа, имевшего предпринимательскую деятельность и кучу лицемерных знакомств на протяжении каждых новых прочитанных писем от незнакомых компаний, желающих сотрудничества, очень утомляла. Сиэль с детства, после смерти дорогих людей, никогда не давал слабину. Он прикрывал усталость своим скверным характером и ночными кошмарами, после которых всегда просыпался с каплями пота под рубашкой и на лбу. Юноша мог позволить себе минутную слабость лишь рядом со своим дворецким, единственным нелюдем, которому он доверял даже больше, чем самому себе. Этот загадочный мужчина всегда знал, когда подойти с пирожным на блюдце или начать нежно массировать его виски, чтобы унять головную боль, мешающую каждый раз работать. Фантомхайв не мог не согласиться с тем, что его чувства к этому демону неравнодушные. С каждым новым пройденным годом с этим чертом граф без страха и тревоги хотел касаться к бледной холодной коже чаще, чем раньше. На данным момент Себастьян не казался адским приспешником, учитывая то, чтобы посмотреть на него, приходилось опускать голову. Это казалось милым. Нежные пальцы медленно продолжали растирать густую жидкость по мускулистой спине, спускаясь ниже по позвоночнику. Сизые волосы непослушно падали на лоб. Сиэль вновь их смахнул и повернул голову в сторону молчаливого и спокойного дворецкого. - Ты так и не стал срезать волосы, - Все шептал граф. Он приподнял руку, чтобы пальцами нежно перехватить вороний длинный, доходящий до груди локон, вырвавшийся из-под хвоста. - Никогда не меняй этот облик. Однажды Сиэль пошутил, что Михаэлису подошли бы длинные волосы, вспоминая его образ учителя в Уэстонском колледже. Дворецкий воспринял эти слова всерьез и уже на следующее утро юношу будила щекотка носа от волос, пахнущих садовыми цветами и гарью, самым знакомым для него запахом. Каждый день мужчина завязывал их в низкий хвост, а челка непослушно, не идеально моталась и иногда попадала на глаза, из-за чего он каждый раз бесился и заправлял их за ухо. Скорее всего ему не особо было комфортно с такой длинной, но то, что он сделал, это скорее всего ради графа, грело у второго сердце. Он казался более незащищенным в таком облике. И для Сиэля это казалось очень привлекательным. - Слово моего господина - закон, - Дворецкий улыбнулся и приласкался к чужой горячей руке щекой, опуская её на ладонь юноши. Масляные пальцы поднялись к шее и стали массировать её. - Если вам нравится, мне тоже нравится. - Распусти их. Сиэль усмехнулся и погладил большим пальцем гладкую кожу. Ему нравился взгляд напротив, который был направлен на любую часть его обнаженного тела, кроме лица. Это заводило. Михаэлис неловко приподнял уголки губ еще больше и, оторвавшись от желанного тела и ладони, испачкал свои волосы, убирая старую, не меняющуюся каждый день, резинку с них. Они рассыпались по спине и вперед, расчесанные, ни единого колтуна, только чернота и небольшой блеск с отдушкой лаванды. Дворецкий затмевал красотой всех королевских кровей - необычайной, демонической, манящей, соблазнительной. Ни одна Лондонская женщина не сравнится с гладкостью его кожи и ухоженностью волос, казалось Фантомхайву, когда он крутил чужой локон на свой палец. Пока горожанки душат себя свинцом, этому мужчине нипочем смущения, раны или несовершенства - его кожа антично-мраморная. - Волосы испачкались, - Юноша, блаженно расположившийся в остывшей воде, повернулся еще больше к дворецкому, так, что их взгляд был бы в сантиметрах от друг друга, если бы один из них не избегал его. - Жаль портить такую красоту. Присядешь ко мне? Найдя повод, взгляд юноши потемнел, а голос стал более глубоким. Ухмылка все еще не сходила с его лица, а палец слегка дернулся, так, что волос на нем дал о себе знать болью в корнях. Демон опешил, громко выдыхая, не зная, что ему делать. Молодой господин заставлял поддаваться искушению и казался куда более испорченным, чем он сам. Конечно, мужчина понимал, к чему все это могло прийти, однако отрицать то, что ему нравилась данная ситуация, Михаэлис не мог. Демон удивлялся каждому быстрому ритму своего сердца, когда находился рядом с графом. Чем чаще это происходило - тем больше он старался внушать себе то, что это невозможно. Вероятно, душа графа становилась мудрее, опытнее, тем самым слаще и вкуснее. Манила так, что некоторыми вечерами приходилось закусывать простынь, надрачивая, вспоминая сильную спину, до хруста изгибающуюся после долгого просиживания над бумагами. Из-за этого появлялись странные человеческие мысли, необдуманные поступки и необъяснимый жар внутри. Закусив губу, дворецкий все-таки встал с колен, которые уже успели затечь, пока он расслаблял тело юноши. Сняв с ног черные лаковые туфли на небольшой каблуке, мужчина погрузился в воду напротив Сиэля, расставив ноги между чужих, потому что место ему сесть просто не было. Из-за того, что он не освободился от одежды, брюки под водой неприятно липли к коже, и появлялась странная тяжесть. Себастьян правда старался не смотреть ниже мужской груди, которая медленно поднималась и опускалась без намека на стыд, и розовых сосков, колом стоящих и распухших от испарины и воды. Но желание спуститься чуть ниже заставляло думать о кошках, мурлыкающих и играющих, дабы ниже живота не крутило, а в брюках не становилось теснее. - Ближе, - Фантомхайв, не церемонясь, взял чужие бедра, сжимая их до гематом, дабы демон приблизился к нему интимнее, чтобы он мог чувствовать дыхание на своей груди и гладкие пальцы на своих сильных плечах. Вода расплескалась на пол при резком движении тела. - Я приведу твои волосы в порядок. - Молодой господин, вы перегибаете, - Дворецкий схватился за плечи напротив, наконец взглянув кровавыми глазами в чужие. Он старался сохранить самообладание, чтобы не начать ерзать задницей, желая дальнейших прикосновений. - Этого не стоит делать… Чувство превосходства перед людьми затухало, а пятьсот лет перед этим казались пустым звуком. Странное смущение затмевало так сильно, что понимание того, то, что дворецкий в любой момент мог сожрать сладкую душу и покончить с этим раз и навсегда, пропало слишком быстро. В помещении становилось еще душнее, а звук сверчков изменился на кваканье лягушек. Только об этом мужчины думали в последнюю очередь. На канделябре, который покоился рядом, на подоконнике, огонь на свечах кружил в танце от теплого летнего ветра. Вот-вот и он мог потухнуть, но этого было достаточно, чтобы они могли видеть друг друга. - Себастьян. Ты ведь этого тоже хочешь, я разве не прав? - Сиэль опустил одну ладонь ниже по ляжке, лаская и лелея. Прямым вопросом он поставил демона в ступор. Двое взрослых мужчин впервые говорили о более сокровенном и делали тоже то, что не позволяли себе раньше. Все казалось сном, особенно для графа. Приятным, который отличался от его типичных. - Милорд.. - Закрой глаза, - Сизые волосы ослепляли, а шея ниже манила. Фантомхайв поднял одну ладонь на изящную талию, скрывающуюся под темным мокрым фраком. Он прижал мужчину ближе к себе так, что тому пришлось расплескать больше воды и неуклюже усесться на чужие ноги. - Это приказ. Демону ничего не оставалось, кроме как подчиняться своему господину. Он боялся пошевелиться лишний раз, находясь на чужих обнаженных бедрах. Его ухоженный ноготь в отместку царапнул загорелую от индийского солнца кожу. Дворецкий прикрыл глаза, когда почувствовал, как его жилет слетел с тела, после чего пуговицы на любимой рубашке с легкостью были разорваны. Стало прохладно, когда и она оказалась где-то на полу. Ветер, несмотря на то что теплый, задувал на торс, половина которого была не в воде, от чего на коже проступали мурашки. Снизу послышался победный смешок. Михаэлис лишь недовольно фыркнул, пытаясь убедить себя, что все еще не жаждал прикосновений от юноши. Руки, которые до этого ласкали его ноги и талию, оказались на спине, толкая к себе еще ближе. Сиэль всегда восхищался телом своего дворецкого, не смотря на то, что это лишь обычная человеческая оболочка. Его хотелось изучать и ласкать, что было сродни настоящей истомы. Исступленный взгляд юноши блуждал по каждой части тела сидевшего на нем, а полустоячий до этого член дернулся, будто его пробило током. Кончики угольных волос намокли, а глаза демона мило жмурились. Все тело было идеально выбрито, на нем не было ни одного лишнего волоска. Кожа казалась младенческой. От своего сравнения Фантомхайв снова усмехнулся. Найдя губами багровый аккуратный ореол соска, граф прижался к нему с полу-стоном, похожим больше на рык, который чаще всего издают животные перед тем, как напасть на свою жертву. Мужчина сверху вздрогнул, а рука обхватили чужую шею, прижимаясь еще ближе. Себастьян закусил губу, чтобы не издавать странных звуков, которые так и рвались изо рта. Было ужасно горячо, а язык господина был шершавым, ловким. От его ласк спина инстинктивно прогнулась. Воды в ванне становилось все меньше, потому что с каждым новым облизыванием демон двигался активнее. Одна ладонь Сиэля опустилась ниже, пробираясь через насквозь мокрую ткань брюк к округлым ягодицам, сжимая одну из них. Сверху послышался еще один неровный и неловкий выдох. - Не сдерживайся, - Юноша нежно чмокнул солнечное сплетение и прижался губами к другому соску, все это время ожидающего внимания. Пальцы под брюками дразняще погладили дырочку. - Мы здесь одни. - Господин, вы пожалеете, - Себастьян издал тихий всхлип, когда зубы прикусили сосок. - Только не со мной. Давайте прекратим, пока не стало поздно. - Я сказал же, это приказ. С чего бы мне жалеть? Отпустив сосок, Фантомхайв схватился за шею оседлавшего, чтобы приблизить к своему лицу и, наконец, впиться в губы, о которых мечтал уже десять с лишним лет, таких недосягаемых и нереальных. Они были покусанными и мокрыми, такими человеческими, вкуснее любого клубничного пирога. Себастьян простонал в поцелуй, когда почувствовал, как ладонь сзади снимала ткань, прилипшую к его коже, обнажая стоящий член, истекающий предэякулятом под водой. Другая же намотала вороньи локоны в кулак, буквально впечатывала демоническое лицо в свое. Сиэль пользовался своим положением и, приподняв свои бедра, прижал чужой член к своему. При соприкосновении он громко простонал в рот, который исследовал с таким удовольствием, которое никогда не получал в жизни до этого момента. Себастьян вновь вздрогнул и оставил требовательную царапину, но только уже на спине. Чувствуя большой член, прижавшийся к нему, он ощущал возрастающее возбуждение ниже живота. - Мой лорд, - Прошептал между кусанием нижней губы, поглаживаниями по ягодицам, жестоким дерганьем волос дворецкий. Отбросив все формальности, Михаэлис наплевал на предрассудки, свойственные людям. - Я хочу вас. Услышав это, граф почувствовал прилив крови в груди, пульсацию в венах и то, как в голове взрываются последние сосуды. Оторвавшись от пожирания нелюдимого рта, юноша подхватил того за бедра и свалил в воду, нависая сверху. Себастьян не мог открыть глаза, но и без этого представлял себе жилистое, подтянутое мужское тело, по комплектации похожее на большой чемодан для одежды. От этого он вновь простонал, не ощущая боли от резкого соприкосновения спины с жесткой скользкой ванной. Его роскошные волосы красиво расположились не только на груди, но и на спинке ванной. - Ты сводишь меня с ума, - Сиэль прошептал в шею, к которой после прикоснулся губами, в последствии оставив редеющее пятно, контрастно выделяющиеся на бледной коже. Его ладонь накрыла два члена под водой, которая мешала двигаться быстро. И здраво мыслить тоже. Средний палец нежно погладил чужую головку. - Я сьем тебя раньше, чем это сделаешь ты. Слова Сиэля казались горькой правдой. От прикосновения к члену Себастьян в очередной раз выгнулся в спине и издал протяжный непроизвольный стон, ублажая уши графа. Его стройные ноги слепо обвили мощный торс, чувствуя ступнями, как по спине Сиэля стекали отсуженные капли воды, смешанные с лавандовым маслом. Дворецкий не хотел думать, смогут ли они завтра смотреть друг на друга, поэтому, отдавшись моменту, расслабился и поддался мужской ласке. Он откинул голову на спинку ванной со звонким стуком. Демон правда хотел открыть глаза, но не мог ослушаться господина посмертно, поэтому прижал к глазам кисть руки, чтобы больше не мучаться с этим желанием. Фантомхайв невероятно наслаждался видом перед ним. Такая уязвимая картина заставляла его член пульсировать еще сильнее и желать большего. Большие пальцы умело дрочили, проводя вверх-вниз как можно быстрее, иногда задевая мошонки, сопротивляясь потоку воды, заставляя мужчину снизу почти что биться в конвульсиях. У юноши промелькнула мысль. Мастурбиловал ли этот грешник раньше? Приносили ли ему то же удовольствие женщины, с которыми он неоднократно спал ради достижения целей? Представив, как тот трахал незнакомку в монашеском одеянии, Сиэль злобно выдохнул и впился зубами в шею демона, оставляя там вторую отметину, пометку на принадлежность. Она, конечно, не сравнится с той, которая у юноши на глазу. - Мой господин! - Прокричал мужчина, чувствуя приближение своей кульминации совместно с зудом в районе шеи. Он задыхался и захлебывался в пошлых звуках, за которые ему определенно было бы стыдно позже, они задевали его немолодую гордость. - Прошу, быстрее! - О, пока еще рано, Себастьян. Граф усмехнулся и убрал ладонь, слыша возмутительный стон напротив. Так же резко юноша взял послушное тело за бедра, чтобы тот привстал, и развернул его. Из-за этого демону пришлось опять зажмурить глаза. Он закусил губу и оперся ладонями о бортик ванной. Перед Сиэлем открылся еще один неописуемый образ в виде бледной выгнутой спины, непристойной, сочной задницы, где сжималась от ожидания дырочка и черные как смоль волосы, расположившееся везде, где только это было возможно. Капли воды стекали по дрожащим бедрам, смешавшись с естественной смазкой. - Тяжело ? - Сиэль прижался губами к одному из ушей демона, прикусывая его мочку. Человеческая ладонь прошлась по пояснице и пробралась к дырочке, пока другая поглаживала талию. Он был настолько близко, что Себастьян чувствовал своей спиной чужое сердцебиение и возбужденный член, тыкающий куда-то в ляжку. - Давай я их прикрою. А ты открывай рот. Получая приказ, губы демона разомкнулись после глотка остатков слюны, а густые ресницы почувствовали неприятное прикосновение от горячей плоти. Сиэль закрыл тому взор, а пальцы, поглаживающие анус, оказались сначала на нижней губе дворецкого, а потом и вовсе во рту. Он вставил в глотку указательный и средний, которые боролись с чужим рвотным рефлексом. - Поработай языком. Себастьян сладостно простонал, прижался ягодицами к чужому паху и обвел своим языком два пальца внутри рта, ощущая вкус лаванды, смешанной с чем-то еще, тем, что его мозг уже не мог разобрать. Сиэль прикусил губу от прикосновения снизу, сдерживался, как только мог. Ему хотелось взять сразу и быстро, но странно, он беспокоился о комфорте могущественного существа больше своих желаний. Дворецкому же хотелось быстрее кончить и открыть глаза, чтобы увидеть лицо графа во время кульминации. Высвободив рот, из которого небрежно вытекала слюна, Сиэль, приставив пальцы ко входу, смазал его и, наконец, вставил сразу два. От четкого ощущения благодаря закрытым глазам чего-то инородного в себе, Себастьян приглушенно вскрикнул. Наслаждение затмевало боль, потому что юноша сразу нашел, как сгибать пальцы, чтобы доставать до простаты. Улыбаясь своей удаче, Сиэль принялся растягивать тугое место в виде ножниц, слушая бесконечное нытье и всхлипы. - Прошу, - Демон задыхался, ерзал бедрами и кусал губу до крови от дразнения. - Вставьте. Сиэль в ту же секунду прекратил растягивать мужчину и вынул из него пальцы. Ладонь расположилась на его колом стоящем члене, который все это время мечтал оказаться внутри этой неземной сущности. - Вставляю. Уточнил нерешительно граф, боясь ранить Михаэлиса изнутри. Когда головка члена оказалась рядом с анусом, а после стала медленно входить в послушное тело, Сиэль откинул голову назад и блаженно простонал. Себастьян бесстыдно стал насаживаться назад на член, не боясь боли и дискомфорта. От этого у юноши сносило крышу, а вены на массивных руках становились отчетливее. Издав смешок, граф резко вошел полностью. В просторной ванной комнате послышалось соприкосновение горячих и желающих друг друга тел, сливающихся воедино. - Хорошо! - Крикнул дворецкий, чувствуя невероятное удовольствие до слез из глаз, которые у него биологически идти не должны. - Как хорошо! Фантомхайв намотал длинные волосы в кулак и притянул того ближе к себе. Послышался хруст костей. Он входил и выходил так же яростно, как и беспредельно сжимал мокрые локоны. Они задыхались от букета чувств и эмоций. Было невероятно душно и даже усилившийся ветер с улицы не спасал. Самая быстрая часть секса действительно была таковой. Уже через несколько толчков мужчины почувствовали, как подходят к концу. Михаэлис кончил, когда Сиэль вошел в последний раз полностью, и начал наполнять его своим семенем, громко простонав его имя, которое не смел называть до этого времени. Сиэль отпустил чужие вороньи волосы и, не выходя из желанного тела, прижался губами к голове демона, нежно целуя. Вероятно, они даже не подозревали в прошлом, до чего может дойти тайная рутинная работа сродни рабства. Чаепития, занятия по танцам и ежедневное молоко с медом на ночь. Если раньше Сиэль сжимал свое постельное белье из-за очередного ночного кошмара, да так, что оставались заметные темные вмятины, то после секса в ванной данной ночью этим будет заниматься дворецкий семьи Фантомайв. Кровожадный взрослый демон, желающий человеческой любви. И не то чтобы сам Михаэлис был бы против.