Не реклама хлопьев

Возможно, Чхве Сан делает что-то не так. Он весьма неплох собой: у него подтянутое тело, симпатичное лицо, обворожительная улыбка и куча-куча талантов. Если его внешность людей не цепляет, то домашнее печенье, которым он угощает тонсенов по праздникам, точно никого не оставляет равнодушными, а поёт он ещё слаще, чем печёт – редко невольный слушатель проходил мимо, когда Сан собирал друзей во дворе с гитарой. Но ни сладкая улыбка, ни сладкий голос не помогают привлечь внимание Кан Ёсана, главного героя его романтических фантазий. Президент студсовета не славится своими социальными навыками, и несмотря на активную работу со студентами разных направлений, у них с Саном не оказывается общих знакомых. Чхве любит наблюдать со стороны, как Ёсан общается со своими друзьями и смеётся над их шутками. Сан готов слушать их с блокнотом и ручкой, чтобы узнать, как вызвать у Ёсана такую же яркую улыбку. Он хотел бы иметь возможность подходить к нему среди учебного дня в коридоре кампуса и обнимать, как это делают его подруги, чувствовать запах шампуня от его волос, зарываясь в них носом, и раскрывать зонт над его головой, чтобы вместе пойти домой после занятий, слушая музыку через одни наушники. Если Сан действительно хорош, почему он не нравится Кан Ёсану? Сан тяжело вздыхает, представляя, о ком может вздыхать сам Кан. Ёсан занимает не последнее место в жизни университета, значит, его партнёр должен ему соответствовать и пользоваться не меньшим уважением и популярностью. Сан точно не ровня, например, капитану спортивной сборной. Чхве пробовал себя в разных секциях на первом курсе, но нигде не задержался надолго: то коллектив нудный, то объем работы мешает учёбе, некоторые виды спорта ему вообще недоступны из-за проблем со зрением – словом, не сложилось. Мысль о том, что Ёсан, несмотря на похожие проблемы, справляется со всеми своими обязанностями и не выгорает, переругавшись со всеми вокруг, заставляет Сана восхищаться им ещё больше. Сан использует любую возможность заговорить с Каном. В одну солнечную субботу, вместо того, чтобы бежать с друзьями гулять по набережной, он задерживается в универе, чтобы помочь ему с декорацией коридора к грядущему празднику. — Как хорошо, что ты согласился... Ещё раз, как тебя..? — Чхве Сан, — повторяет парень. — Мы ценим твою помощь, Сан, — говорит Ёсан, забираясь на складную стремянку, — мы с Чонхо и Сонхва долго бы провозились втроём... Ой-ой... Чем выше забирается Кан, тем сильнее трясётся стремянка под ним, и Сан рефлекторно хватается за неё, чтобы удержать на месте: — Осторожно, хённим! Ёсан опирается руками на стену, чтобы поймать равновесие, и шумно выдыхает, когда ему удаётся не рухнуть. Сан с волнением смотрит на него, представляя, что бы случилось, если бы он не успел вовремя помочь. — Фух... Спасибо, — произносит Кан и медленно выпрямляется, убеждаясь, что лестница достаточно устойчива. Младший с тихим восторгом наблюдает за тем, как хённим поправляет свои волосы, заправляя пряди за уши. — Подашь мне гирлянду и скотч? Сан медленно отпускает стремянку и вытаскивает из коробки с инвентарём ленту с флажками. Чонхо и Сонхва сидят на полу неподалёку, слишком увлечённые склеиванием цветов из бумаги, поэтому Сан решает не ждать, пока они нарушат их тет-а-тет. Он протягивает Ёсану гирлянду и долго возится с клейкой лентой, морально подготавливая себя к первому шагу, пока старший примеряется. Сан несколько минут не может найти конец скотча, но Кан, слава всем богам, его не торопит и терпеливо ждёт. Чхве решает, что пауза между ними неприлично затянулась, и, вздохнув, начинает действовать. — Ты случайно не занят завтра?.. — интересуется невзначай, и лестница снова угрожающе шатается, а Кан размахивает руками, чтобы поймать баланс, и едва не роняет флажки. Чхве бросает ножницы и крепко хватается за металлические ступени липкими от скотча руками. — Боже, хённим, не пугай меня так! — Прости! — от испуга голос Кана становится выше, и он приседает, чтобы не упасть. — Что у вас случилось? — спрашивает Пак Сонхва, отвлекаясь от своего занятия, и поднимается на ноги. — Хён, не мог бы ты развешать гирлянды вместо меня? — неуверенно спрашивает Ёсан и спешно спускается на пол, пока Сан растерянно чешет шею, придерживая для него стремянку. У него была одна попытка пригласить его погулять, и она провалилась. Сан не только не смог заинтересовать его, но и напугал вдовесок. — Наш президент очень неуклюжий, — хихикает Чонхо, поддразнивая его. Ёсан поворачивается к нему, чтобы пригрозить пальцем, и младшего это лишь больше веселит. — Помоги склеить эти лепестки вместе, я покажу, как правильно. Аргх, столько мороки перед этим концертом... Ёсан не оборачивается, чтобы посмотреть на Сана, и молча устраивается у стены рядом со своим тонсеном. Чхве провожает его взглядом, разочарованно кусая губы. Чем ближе он пытается подойти, тем дальше отталкивает Кана, по закону вселенской несправедливости. По тому же самому закону трепет сердца перед Ёсаном не гаснет, а только сильнее полыхает и заставляет давиться дымом. — Не спи, Сан, — обращается к нему Сонхва, забираясь на стремянку, и Чхве вспоминает о том, что всё ещё должен крепко её держать. — Подай скотч. У Сана возникает соблазнительное желание заклеить себе этим скотчем рот, чтобы больше не разговаривать с людьми.

ᯓ

Впрочем, терпения Сану не занимать, и сердце не так уж и больно хрустит. Они с Ёсаном могут встретиться не только в стенах университета, но и по пути в общежитие, хоть это случается и нечасто. Порой Сан случайно ловит его тёмную макушку в автобусе, когда Кан держится за поручень, поднявшись на носочки, и удерживается на ногах во время торможения только за счёт того, что его со всех сторон придавливают другие пассажиры. Иногда они здороваются возле светофора у остановки, пока ждут зелёный свет, но диалог не вяжется, потому что Ёсан отворачивается и перебегает через дорогу сразу же, когда появляется разрешающий сигнал. А бывают дни, как сегодняшний, в которые они пересекаются в магазине. Сан бредёт с корзинкой в руке между молочным отделом и стеллажами со сладостями, когда замечает президента, который самым отчаянным образом пытается дотянуться до пачки хлопьев на самой высокой полке. Он стоит на носках, оперевшись рукой на морозилку с фруктовым льдом. Похоже, ему очень нужны эти хлопья с наклейкой в упаковке, раз он готов пожертвовать ладонью и отморозить пальцы. Сан улыбается, глядя на него, но заставляет себя прикусить улыбку и подходит ближе, чтобы взять упаковку, к которой тянется Ёсан – их руки на секунду соприкасаются, и Кан испуганно отдёргивает руку, поворачиваясь к нему. — О, это ты, Сан, — произносит Ёсан и стыдливо отводит взгляд. — Держи, — Чхве протягивает ему коробку с хлопьями, дружелюбно улыбаясь. — Не мог пройти мимо. Ты тоже любишь завтракать хлопьями? Сан мысленно даёт себе хлёсткую пощёчину, когда Ёсан неопределенно пожимает плечами и отворачивается, чтобы кинуть хлопья в корзинку с продуктами. Сан поджимает брови, думая, что сказал что-то глупое, как всегда. Природа наградила его симпатичной внешностью и прокляла социальной неловкостью. — Я просто не люблю готовить, не успеваю делать завтрак по утрам, — произносит Кан, подняв голову. "Боже, — думает Сан, — просто позволь мне готовить завтрак для тебя, я возьму на себя всю работу на кухне, моё тело – это машина, которая превращает какао, муку и яйца в первоклассный брауни!" — Надеюсь, ты не питаешься одними хлопьями, хённим, — говорит вместо этого Чхве. — Я не каждый день ими балуюсь. Видел цены? — спрашивает Ёсан. Сан, честно говоря, давно цены на продукты не видел, но отнюдь не потому, что богатство кружит голову. Он в целом мало что видит. Называя себя целеустремлённым, он имеет в виду своё стремление к слепоте. Очки он носит очень редко, потому что ему хватило обидных прозвищ в школе, а цены на линзы смотреть боится. Глядя на Ёсана, Сан про себя печально смеётся: Кану подходит абсолютно всё, и очки в тонкой оправе добавляют ему шарма, а не наоборот, как в случае Сана. Похоже, пауза между ними становится слишком долгой, и Ёсан неловко чешет затылок. — Мне пора, — говорит он и скрывается за стеллажом. Сан не идёт следом, чтобы не показаться сталкером. Вместо этого он кажется остальным посетителям магазина дурачком, которого загипнотизировал дракончик с коробки хлопьев – любимых хлопьев Кана. Ёсан ест его нервные клетки на завтрак без молока.

ᯓ

Сан научился ценить каждую минуту одиночества с тех пор как переехал в общежитие, поэтому, когда его соседи ушли на праздничный концерт утром пятницы, Чхве решил провести время наедине с собой. Он лениво поднялся с постели, провёл в ванной по меньшей мере полчаса – воображаемые фанаты из зеркала ждали его камбек целые сутки – и вышел на кухню, сдувая мокрые пряди с лица. Он насыпал себе в тарелку хлопьев, поставил телефон на сахарницу, чтобы посмотреть ютуб во время еды, но с высоты своего роста он уже не видит изображение на экране, пока не ссутулится над столом, поэтому он надел свои очки, которые успели запылиться за всё время, что он держал их в ящике стола. Всё равно дома никого нет и никто не увидит его в таком нелепом виде.  Внезапно телефон начинает вибрировать и падает на стол, и Чхве видит входящий вызов от Чон Юнхо, своего друга, который уже должен был быть на концерте. Сан хмурится, гадая, зачем он мог ему понадобиться. — Алло, Юно? — Сан, мне срочно нужна твоя гитара, — раздаётся из динамика. — Какого чёрта? Ты же взял свою на выступление! — возмущается парень, жуя хрустящие хлопья. — Чон У... Один парень упал на неё из-за давки за кулисами, и она сломалась, — шёпотом поясняет Чон, — прошу тебя, хён, привези мне инструмент, по гроб жизни буду должен! Моё выступление должно начаться через двадцать минут! Сан тяжело вздыхает, понимая, что спокойно провести свой выходной он не сможет, и обещает приехать так скоро, как получится. Он наспех одевается, хватает гитару, стоящую в углу, запихивает её в чехол на ходу и поджимает брови, замечая на столе оставленные размокать хлопья. У него совсем нет времени. Он уговаривает таксиста ехать быстрее с таким нетерпением, будто он сбегает от полиции – а водитель, возможно, так и подумал, судя по тому, как он косился на его чехол. Сану пришлось раскрыть его и подёргать струны, чтобы убедить незнакомца, что он не беглый преступник, а всего лишь дворовый романтик. Всю дорогу Чхве нервно смотрит в окно, дёргая ногой, а когда автомобиль тормозит возле здания ВУЗа, парень оставляет на сиденье несколько купюр и выбегает, не дожидаясь сдачи. Турникет на входе заедает, и Сан чуть не отбивает себе почку, когда пробует быстро через него пробежать. После этого он бежит по коридору, сворачивает и наконец находит концертный зал и дверь в гримёрку. Отдышавшись несколько секунд, парень толкает дверь и вваливается внутрь, ища взглядом Юнхо. Чон отвлекается от разговора с другим студентом, который с раздражённым видом редактирует сценарий мероприятия карандашом, подходит к нему и горячо благодарит, снимая с его плеча ремень. Сан пропускает мимо ушей все его обещания о бесплатных угощениях в столовой и опускается на ближайший свободный стул, чтобы отдышаться. А потом к нему спускается ангел. Сан даже думает, что отдал душу небесам от стресса, но быстро понимает, что это всего лишь Ёсан. Стоп. Кан Ёсан? Чхве Сан смотрит на него и не может поверить своим глазам. Уголки губ Ёсана мелко дрожат, будто он пытается сдержать широкую улыбку. Левой рукой он сжимает бутылку с водой, а правая занята планшетом со сценарием, исправленным простым карандашом. Из-под трепещущих ресниц на Сана устремлён его сияющий взгляд, а когда Кан поправляет свои волосы, Чхве осознаёт, что всё это время на его виске пряталось прелестнейшее родимое пятно, которое он ошибочно принимал за падающую тень всё это время. — Возьми, попей, — мягко произносит Кан, протягивая ему бутылку. — Спасибо, — Сан берёт её и откручивает крышку, поправляет на носу очки... Очки! Сан от испуга чуть не разливает воду. Он хватает дужку очков и стаскивает их с переносицы, осознав, что совершенно забыл снять их перед выходом из общежития и предстал перед своим возлюбленным в таком виде. Картинка перед глазами сразу становится нечёткой, и с непривычки он часто моргает, неловко уводя взгляд. — Тебе они идут, — негромко произносит Ёсан, привлекая внимание Сана. — Что? — удивлённо переспрашивает младший. — Тебе подходят эти очки, — повторяет Кан, наконец, позволяя себе улыбнуться. Сан несмело надевает их обратно и жалеет о том, что не сделал этого раньше, потому что Ёсан выглядит потрясающе. Его небрежно растрёпаные волосы, аккуратный нос и розовые губы, его пальцы, нервно сжимающие бумагу – Сану хочется долго рассматривать. Природа обделила его хорошим зрением и мозгами. Ёсан всегда смотрел на него, как на первый мартовский подснежник, а Сан и не замечал, потому что не видел ничего дальше своего носа. Он даже не представлял, что Ёсан может быть ещё красивее. Что он умеет улыбаться так, как не улыбается со своими друзьями, что умеет краснеть, смущённо мять рукава кардигана, и всему виной – Чхве Сан. Наконец-то он всё делает правильно. — Ты свободен завтра, хённим? — спрашивает Сан, схватив старшего за руку, когда он собирается позорно сбежать из гримёрки. Ему всегда удавалось незаметно смыться, но теперь Сан уверен, что он делает это вовсе не из-за того, что Сан ему неприятен. Ёсан всегда сбегает раньше, чем его лицо покраснеет целиком. — Пожалуй, я освобожу время в своём расписании, — скромно отвечает Кан, не отдёргивая руку.

ᯓ

Президент студсовета не славится своими социальными навыками. В этом он похож на своего парня. Он становится похож на него ещё больше, когда утром в спешке хватает его очки вместо своих, пока Сан складывает контейнер с тёплым брауни в его сумку. — Не забудь позавтракать, Ёсан-и, — просит он, провожая его в коридоре. — Не забуду, — отвечает Кан и целует на прощание. Не все герои носят плащи. Иногда они носят фартук.