Вечер под Сакурой

День не задался с самого утра, встав с кровати Кáна споткнулась об свою же ногу и ударилась носом об пол, порвалась последняя пара колготок, сгорел омлет и вытекла кипящая из под мяса вода. Она думала что всё миновало, вот только ей не повезло ещё сильнее вечером... - Произошли технические проблемы с поездом, до завтрашнего утра они не решаться. Станция "Синдзюку" и "Харадзюку", будут перекрыты. Просим прощения за доставленные неудобства! - объявил голос диспетчера из динамиков когда Кана уже полчаса ждала свой поезд. - Чёрт бы побрал их всех! - не выдержав крикнула в пустоту станции она. И вдруг что-то коснулось её плеча. - Арима, а ты чего так поздно..? Станции объявили закрытыми ещё полчаса назад..- раздался знакомый голос у Каны за спиной. - Аканэ? Аканэээ!!! - Арима неожиданно бросилась на Курокаву с объятиями. - Я не понимаю что сегодня за день такой говнистыыый! С самого утра всё коту под хвост, - продолжала она крепче обнимая девушку повыше. - Ты не голодна случайно? Просто я тоже на поезд опоздала... Может купим сладостей? И я знаю одно красивое место, где их можно съесть.- предложила Курокава и Арима не стала отказыватся, просто взяв подругу за руку и пошла за ней. Выйдя из метро они зашли в первый попавшийся магазин и накупив тонну очень калорийных сладостей пошли вдоль набережной, и тут Курокава остановилась и спросила: - Не боишься запачкатся? - Пх я итак порвала это платье, что мне ещё терять? - ответила Арима. И тогда и Курокава на глазах Аримы села за ограждение на землю оттолкнулась руками и полетела вниз по небольшому склону. - Кана! Я тут внизу, просто сядь и съедь вниз как я! - услышала вскоре Арима снизу. Она последовала инструкции и через пять секунд отряхнула пыльные ладони и встала с земли. - Идём тут немного пройти. - сказала Курокава и повела вслед за собой Ариму, поя незамысловатую мелодию без слов. - Эта мелодия ведь из фильма "Нож упавший в воду"? Люблю пересматривать его в свой день рождения. - Даа! Я тоже люблю этот фильм, а эта мелодия просто идеальна! - глаза Аканэ заискрились невидимыми для Каны звёздами. - Как ты это делаешь? - вдруг спросила Арима. - Делаю что? - не поняла Аканэ. - Это лицо, мимика и, глаза. Ты будто воскресшая Аи, которая на деле и не умирала... - пояснила Арима. - Ааа вот ты о чём. Я просто проанализировала её биографию и выписала себе самое главное. Запомнила, совместима и смешала со своим разумом. Это сделать легко если мозгов достаточно. Но иногда мне всё-таки кажется что я что-то упустила, но не могу понять что... Ой а мы уже и пришли! - девушки остановились около большой раскидистой Сакурой. Аканэ первая подошла и села прямо под ней, вытягивая руку в пригласительном жесте. Кана последовала её примеру и села совсем рядом. - После обнаружения тела того доктора, Руби стала сама не своя, а Аква...Аква будто вернулся во времени. Он стал таким же как год назад, нелюдимый, мрачный, неразговорчивый и его глаза снова стали такими... - Какими такими?- не понимающе спросила Кана. - Они перестали излучать свет, глаза это зеркало души, по ним всё можно расспознать. - пояснила Аканэ. Кана вдруг покраснела и поскорее открыла газировку и почти опустошила всю банку. - Прямо таки..Всё? - тря точку между бровей спросила Кана. - Конечно, вот например в твоих, когда ты на сцене или играешь на камеру в твоих глазах читается "Обратите на меня внимание!", а сейчас.. я вижу что ты в кого-то влюблена, но очень боишься рассказать этому человеку о своих чувствах, дерзай и всё получится! Просто признайся сразу и в лицо. - дала совет ей Курокава. - Хорошо...- Арима вдохнула, а потом на одном дыхании она выпалила: - Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ КУРОКАВА АКАНЭ! Аканэ секунду пыталась въехать о чём говорит Кана, но поняв, не стала медлить. Она наклонилась над сщюренной Каной, все ближе и ближе, теперь они могли чувствовать дыхание друг друга. И тут влажных и пахнущих виноградом губ Аримы, коснулись тёплые и такие мягкие губы Курокавы. Поцелуй был таким невинным, по девчачьи милым и нежным, что Кана даже не заметила как обняла Курокаву. Они сидели так до самого утра, обнимаясь и целуясь. И теперь обе могли поклястся что счасливы.