licky

***

      Минхо пьяный. Пьяный, уставший от перелета и работы, но нуждающийся до безумия. Поэтому он льнет все ближе и ближе к горячему и родному телу под собой.       Он хнычет в поцелуй, жмурит глаза, сжимает ладони на крепких оголенных плечах. Притирается ближе, задницей скользит по обтянутому тканью паху, дышит сбито.       Голова немного идет кругом, но Минхо успешно игнорирует это, чувствуя, как Джисон вылизывает его рот, доводя до мелкой дрожи во всем теле. Минхо хотел весь день — Минхо получает, только нет никакой гарантии, что он не превратится в лужу через короткое время.       Потому что он уже ощущает себя достаточно расплавленно, чтобы нормально соображать и не скулить в рот Джисону, когда тот сжимает его талию в руках так, что нежная и мягкая кожа там наверняка краснеет под давлением узловатых пальцев.       Они переплетаются языками, но Джисон все равно выбивает Минхо из его попыток вернуться в борьбу за главенство. Поцелуй мокрый и жадный, отключает голову. Внутри только желание брать или давать.       Отдать всего себя, пока принимают.       Брать все, пока дают.       Иного нет. Все остальное сливается вместе с хриплыми выдохами и тонким мычанием Минхо в ответ на то, что губы Джисона уходят ниже и оставляют грубые влажные следы на четкой линии челюсти.       Минхо хочет вернуть его к своим губам. Он горит и ему нужно это. Только вот Джисон резким движением убирает чужие ладони, которые пытались поднять его выше, со своей головы. Ли на это сдавленно скулит, откидывая голову чуть назад, потому что Джисон давит на нее, желая получить больше свободного пространства.       Открытая взору шея привлекает, поэтому младший тут же приникает губами к ней. Он чередует нежные укусы с частыми засосами, от которых Минхо сжимает майку на нем еще сильнее. Джисон чувствует кожей внутренние метания парня и давит самодовольную улыбку в момент, когда оставляет еще одну метку прямо над выступающей ключицей.       Им нельзя, но обоим плевать в данный момент. Как-нибудь разберутся, но не сейчас.       Сейчас только мутная пелена в голове и перед глазами. Джисон не пил в отличие от Минхо. Только попробовал вино из его стакана, а весь остальной вечер съемок сидел в компании бутылки воды. Действительно пьяным здесь был Минхо, выпивший больше трех бокалов, но почему-то рассудительность отключилась у обоих в момент, когда дверь в номер отеля закрылась, а Минхо накинулся на Джисона с поцелуями прямо с порога.       Как Джисон мог отказать своему малышу, когда тот цеплялся за него в таком нетерпении и лепетал что-то про то, как он ждал, когда они останутся вдвоем?       Как Джисон мог не поддаться чужому настрою и не потеряться в нем?       Вот и он сам не знает ответа, поэтому удобнее устраивает Минхо на своих бедрах, расцеловывая его открытую и бешено вздымающуюся грудь. Красивая и безумно чувствительная, она привлекает его внимание: парень оставляет сначала мягие поцелуи на сосках, а после втягивает один из них в рот, медленно и коротко оттягивая другой свободной ладонью.       Ли потрясывает от ощущения чужого юркого языка на груди. Он гнется корпусом вперед, пытаясь отстранить младшего от себя, но тот крепко берет его за руки и аккуратно прикусывает чувствительную горошину зубами. Минхо тихо стонет, проезжаясь бедрами вперед, отчего Джисон шипит сквозь зубы и тянется чуть ниже, чтобы оставить алеющую метку на груди. — М-Мх-а! — Ли подрагивает в его руках, сжимает бедра младшего под собой еще сильнее своими ногами. — Прекрати издеваться, пожалуйста.       Джисон отстраняется на секунду, внимательно смотря в слегка расфокусированные и слезящиеся глаза напротив. Сначала он приподнимает бровь в немом вопросе, но потом сыто улыбается — Минхо робко убирает его ладони со своей талии и бедра, чтобы провести ими по выпуклости на своих шортах. Он почти не смотрит Джисону в глаза, лишь запястья его сжимает крепче, когда тот самым кончиком пальца проводит там, где на ткани выступает маленькое мокрое пятно от предэякулята. — Малыш, чего ты хочешь? — тон спокойный, но голос хриплый. У Минхо член подергивается от такого, что не остается незамеченным. — Тебя, — говорит очевидное, в попытке связать мысли во что-то целое. — Тебя всего, пожалуйста. Твои руки, губы, язык, пожалуйста. Только коснись меня или сделай уже что-нибудь, я не могу столько терпеть, п-пожалуйста.       Этот загнанный шепот будто отражается от заставленных картинами стен комнаты. Минхо дрожит уже сильнее, потому что Джисон продолжает оглаживать член своими пальцами через тонкий слой одежды. — Малыш терпел? — Хан склоняет голову набок, тут же обхватывая ноющий стояк у себя под рукой настолько, насколько позволяет ткань.       Минхо пищит, зажмуривая свои кошачьи глаза. Яркий румянец заливает его всего от ушей до груди, а сам он мелко толкается в напряженную ладонь, подрагивая. — Так тебе понравилось смотреть на меня и глотать слюну, да? Нравилось так открыто нуждаться во мне, забывая про камеры? — Джисон воркует ему это куда-то в шею в перерывах между поцелуями-бабочками, которыми покрывает подставленную шею. — Смотрел на меня как самый преданный котенок, когда мы ели мороженое. О чем же ты думал в тот момент, маленький? Скажи. — О тебе, — заикается Ли. — Это понятно, — младший снова улыбается. — Ты никогда не можешь перестать думать обо мне. Я тебе нужен всегда, тебе нужно всегда быть рядом и ощущать меня даже через самое маленькое касание. Поэтому я знаю, что ты думал обо мне, но что конкретно ты думал, зайка?       Пока руки Джисона стягивают с Ли шорты, губами он тянется к его щеке и оставляет маленький поцелуй там. — Твой язык, — Минхо громко сглатывает прежде чем продолжить, — я думал об этом.       Джисон отрывается от расцелованной кожи и его губы образуют маленькую букву «о». — Ты хотел его внутри? — и как назло прикусывает свой язык, кончик которого блестит в уголке рта. — Очень, — старший буквально выдыхает это, прикрывая глаза, — очень хотел.       Джисон довольно прикусывает свою нижнюю губу и быстро сталкивает Ли со своих колен на кровать. Он кладет себе подушку под голову, устраиваясь удобнее и выжидающе смотрит на Минхо. — Тогда садись, — младший показательно приоткрывает рот, медленно шевеля кончиком языка в нем.       Он видит это смущенное сомнение во взгляде, но то обрывается в ватной голове, когда Джисон хватает его за запястья, притягивая ближе.       Минхо сам приподнимается, перекидывает ноги через Джисона и на секунду смотрит ему в глаза, будто спрашивая разрешения. Картинка перед глазами плывет, в голове каша, но даже так он пытается выловить крошечный намек на нежелание, чтобы вовремя остановиться.       Джисон все понимает, но уже устал ждать, поэтому он тянется руками к пухлым бедрам и сжимает их крепкой хваткой, подбивая наконец-то закончить начатое. — Садись, котенок, — тихо, но Минхо этого достаточно, поэтому в следующий момент он уже аккуратно нависает над чужим лицом.       Джисон не выпускает любимые бедра из своих рук и грубо тянет на себя, перед этим оставляя ощутимый укус на внутренней стороне бедра. Минхо опускает себя ниже, тут же чувствуя как язык бегло обводит его сжатое колечко мышц.       Это странно и неловко каждый раз, но уже спустя короткое время дразнящих движений языка, которых в очередной раз оказывается недостаточно, Минхо полностью отдает себя в руки Джисона, переставая держать себя.       И тогда Джисон удовлетворенно мычит, наконец-то используя свой язык так, как нужно им обоим. Он широко лижет сжимающуюся дырочку, после тут же толкаясь самым кончиком языка в нее. Минхо не раскрывается, а лишь сжимается еще сильнее, отчего получает пару укусов в нежную кожу и продолжающиеся сильные вылизывающие движения, от которых хочется большего.       Минхо крепко жмурится, сквозь пелену удовольствия чувствуя, как много там слюны, которая скатывается все ниже и ниже. Джисон же не помогает держать себя в руках: сжимает его задницу так, что между пальцами можно увидеть складки из мягкой плоти, пока снова толкается языком внутрь, раздвигая ягодицы шире, но в этот раз уже более настойчиво.       Минхо звонко стонет, когда чувствует влажную плоть внутри себя и не находит себе места — хочется сбежать также сильно, как и насадиться сильнее. Джисон не оставляет выбора, проникая настолько, насколько можно, чтобы дальше вылизывать того изнутри.       Старший пытается унять себя, поэтому заваливается корпусом вперед, чтобы схватиться за изголовье кровати. Руки бесконечно дрожат, а сдавленное пищание вырывается из него, когда скользкие от смазки пальцы начинают водить по его колечку мышц.       Возникающий вопрос о том, когда Джисон успел взять смазку, тут же отступает, потому что вместо языка внутрь медленно входит один палец, которым младший тут же двигает, мягко растягивая податливые мышцы.       Минхо громко скулит — Джисон быстро нашел простату и не прекращает стимулировать ее торопливыми движениями. В момент, когда Ли отнимает одну руку от изголовья, чтобы пережать свой член у основания, Хан оставляет резкий шлепок на его ягодице и входит еще одним пальцем внутрь. — Д-Дж-исон! — вскрик Минхо был достаточно громким, чтобы начать переживать о том, что их могут услышать в соседних номерах, но у младшего это вызвало лишь короткую улыбку.       Джисон медленно разводит пальцы на манер ножниц, входя между ними языком и усиливая движения на чувствительную железу. Минхо подкидывает от этого, он пытается уйти от слишком сильной стимуляции и не издавать слишком громких стонов, но не получается ничего из этого.       Джисон буквально ест его изнутри, явно наслаждаясь этим, пока Минхо разваливается на кусочки от того, насколько близко к разрядке он сейчас. Он пытается предупредить Хана об этом, но оргазм настигает его слишком быстро и стремительно, что даже никакого звука не выходит из него — его тело крупно потрясывает, а рот раскрыт в немом стоне, пока глаза крепко зажмурены.       Только в этот момент Джисон отпускает Минхо из мертвой хватки, меняя их положение на прежнее — старший на его бедрах. Конечно, приходится придерживать Минхо за талию, потому что тот напоминает сейчас маленькую желейную конфету, расплавившуюся на солнце от жары. Поэтому ему нужно время, чтобы немного прийти в себя и обратить внимание на довольное лицо Джисона.       На том сперма. Его сперма.       Черт возьми.       Минхо чувствует кожей, насколько сильно он краснеет, но Джисон делает только хуже — пальцами собирает попавшие капли и тянет все это себе в рот. Ли замирает, а младший коротко подмигивает ему, вытаскивая пальцы, поблескивающие в слюне. — Ты везде вкусный.       Минхо жмурится и слабо бьет того в грудь, пытаясь отвлечь парня от того, что его член снова наливается кровью от увиденного. — Где смазка? — пытается проигнорировать этот момент Ли. — А для чего она тебе, котенок? — еще одна слащавая улыбка, от которой Минхо все сильнее хочет прибить его подушкой. — Ты не кончил. — И? — Я хочу покататься на тебе, — бубнит он себе под нос, взглядом пытаясь найти нужный бутылек, который тут же оказывается в руках у Джисона. — Неужели ты так скучал по мне и моему члену, что сможешь кончить во второй раз? — преувеличенно удивляется Хан, когда передает смазку. — Заткнись, пожалуйста, — шипит, опуская голову, на что Джисон лишь тихо смеется.       Минхо все еще слабыми после недавнего оргазма руками выдавливает смазку себе на ладонь и аккуратно смазывает чужое возбуждение. Джисон шипит от долгожданной стимуляции, слегка откидывая голову назад.       Он тоже слишком долго ждал, из-за чего все ощущается гораздо острее. Хан понимает, что не продержится долго. Понимает, что Минхо тоже.       Ли приподнимается и медленно насаживается на член. Твердая плоть раздвигает разнеженные мышцы, но Минхо все еще ощущается невероятно узким внутри, сводя Джисона с ума.       Это ощущение вокруг члена и вид откровенно затраханного Минхо перед глазами, заставляет зажмуриться и поджать пальцы на ногах, чтобы не кончить раньше времени.       Картинка их контрастности отпечаталась в голове и не хотела выходить: мускулистый, но в то же время невероятно мягкий Минхо сидит с дрожью на худых и маленьких бедрах Джисона, принимая его член в себя полностью. То как его бедра расплываются на нем, то насколько большими те выглядят — все это может стать причиной очередной ранки на нижней губе Хана, которую тот кусает с двойной силой.       Внутри мокро, узко и тепло. Хочется толкнуться бедрами вперед, но Минхо хотел вести, поэтому Джисон заземляет себя — держится за аккуратную талию, пока Ли привыкает к заполненности в себе.       Он медленно выводит пару восьмерок своим тазом, так и не поднимаясь с члена, который принял в себя полностью. Мычит себе под нос и плавно поднимается, оставляя в себе половину длины, прежде чем резко опуститься обратно с длинным скулящим стоном. Минхо упирается руками в грудь, скрытую майкой, из-под которой выглядывает маленький кусочек тату, и набирает уверенный темп, чередуя звонкие шлепки кожи о кожу с приятным трением члена внутри, пока он двигается на Джисоне, почти не выпуская его из себя.       Только хватает этого темпа не до конца, от чего Ли разочарованно мычит — его бедра трясет от перенапряжения и он не может заставить себя двигаться дальше.       Джисон тут же берет дело в свои руки, упираясь пятками в матрас, чтобы задать свой темп. Оба уже близко, поэтому никого уже не волнует то, как желанная разрядка будет получена — пока Минхо обкатывает его бедра или пока Джисон вытрахивает из него душу.       Хан прижимает Минхо грудью к своей груди, обнимая того поперек спины. Старший мычит без остановки, но в один момент кусает Джисона за шею, после чего тот чувствует крупную дрожь тела на себе, теплую сперму между ними и то, как сильно сжалось жаркое отверстие вокруг его члена.       Это и доводит его — он в сбитом темпе толкается пару раз, кончая внутрь с низким стоном. Джисон чувствует, как Минхо обмякает на нем, полностью расслабляясь, когда пытается отойти от своего оргазма.       Младший тянется рукой к черной макушке, нежно перебирая влажные у корней волосы. Оба ни издают ни звука, кроме загнанного дыхания, и оба не хотят никуда вставать, но об этом нужно было думать раньше. — Сам будешь меня мыть, — недовольно бурчит Минхо, когда чувствует вытекающую из него сперму. — Буду, котенок, — Джисон приподнимается и слепо тыкается губами парню в лицо, — буду.