В плену у пленника

Единственное, что Вики не разделяла со своим парнем, это его страсть к фильмам ужасов. Все зашло слишком далеко, когда он начал не только интересоваться, но и искать замки с приведениями, дома ужасов. Она наотрез отказывалась от его предложений наведаться туда и отговаривала, мало ли, может, там какие-то психи среди работников. — Максим, если хочешь идти, иди сам! Но будь осторожен. — Ее уже начинали раздражать эти разговоры, но все равно хотела предупредить его. Его радужки глаз на миг стали красными, но сражу же вернулись к своему обычному карому цвету. Это напугало девушку, но она подумала, что нафантазировала себе, и, улыбнувшись ему, решила не начинать новую ссору. Вики принялась дальше конспектировать учебный материал. Кажется, парень наконец-то смирился, и они больше не поднимали эту тему. По крайней мере, в тот день. Обычно готовила Вики, потому что очень любила кухню. Иногда они готовили вместе. Но в этот раз Максим взял инициативу в свои руки, мотивируя это тем, что скоро у нее экзамены, и ей нужно хорошо подготовиться. Девушка вздрогнула, когда он обнял ее за плечи. Стул был расположен спиной к двери. — Ужин уже готов. Заходя в кухню, она почувствовала настоящий голод: — Какой приятный запах! Выглядит очень аппетитно! Мясные тефтели с картофельным пюре таяли во рту. Сладкий вкус компота приятно прохлаждал горло. Вики с вызовом посмотрела на него. — Как бы вкусно ты не готовил, но я, пожалуй, не откажусь от десерта. — Она забралась к нему на колени, жадно целуя в губы. Он отвечал, намеренно растягивая момент, ожидая, когда она уснет. Усадив ее на пассажирское сидение и пристегнув ремнем безопасности, он завел двигатель и выехал из дома на встречу новым ощущениям. Времени у него было более, чем достаточно. Согласно рассказам, тот, кто зайдет в этот замок, никогда не выйдет из него живым, а все их души будут заточены в Ад. Всех священников, которые пытались изгнать это существо, больше никогда не видели в живых. Село располагалось далеко от замка, а он, на возвышении, будто наблюдал за судьбами людей, живущих рядом. Максим открыл дверцу, нежно вынимая ее из машины девушку, и заходя в страшный дом, которого она так боялась. На удивление, диван не был грязным, он уложил ее на мягкую поверхность и вышел на балкон покурить. Луна была очень яркой, безжалостно атакуя животных, птиц и людей своим отражением, но тщательно пряча все зло от проницательных глаз. Не успел он выпустить изо рта облачко дыма, как балкон начал рушиться под его ногами, бросая его вниз, в ночной каньйон. Последнее, о чем он подумал, это то, что она осталась там одна, беззащитная, благодаря ему. Парень сел на кровати, отходя от кошмара. Надо же, и такое приснится! Вики проснулась от чьего-то присутствия рядом. За большим окном светила яркая луна, но комната будто поглощала весь ее свет, и непроглядная тьма обостряла все ощущения. К ней прижимался ее парень. Он дышал ей в затылок, и, кажется, спал. Почему-то он показался ей слишком громадным и горячим. Хоть он в жизни и был высоким, широкоплечим, но все равно ощущался не так. Она ощутила резкую головную боль и тихо зашипела, боясь разбудить парня. Скорее, это от переутомления учебой, подумала она. Он отвел ее волосы в сторону и нежно коснулся виска. Боль моментально прошла. — Максим, ты не спишь? Как ты это сделал? — Она хотела обернуться, чтобы с благодарностью поцеловать его, но он не позволил, прижимая ее к своему торсу. Он никогда ее не игнорировал, и ей это не понравилось. — Максим? — Она снова позвала его, но все тщетно. — Отпусти меня, пожалуйста. Он продолжал ее удерживать, и она хотела оттолкнуть его руку, но, когда ее пальцы сомкнулись на его ладони, она была другая, больше, чем у настоящего Максима. Когда осознания происходящего накрыло ее, она завопила от страха и ужаса. Незнакомец продолжал молчать и не позволял двигаться. Ее попытка освободиться хоть с помощью ног, не сработала: он закинул свою ногу на ее. Он был очень сильным и тяжелым. — Где Максим? Что ты с ним сделал? Почему ты молчишь? Отпусти меня, псих! Вопросов было много, но ответов никаких. В ответ лишь тишина. Его горячий язык повел у нее за ухом, коснулся мочки, играясь с ней. Телом тут же прошелся разряд, отдаваясь горячей волной внизу живота. Вики хотела убрать его с помощью рук, которые тут же были пойманы его ладонью и надежно прижаты к дивану. Чем больше она двигалась, тем больше открывала шею для поцелуев. От шеи по позвоночнику, по хребту шел разряд, спускаясь в самый центр возбуждения. Между бедер ставало влажно. Она сомкнула их до невозможности. Она не могла думать ни о чем другом, только о том, что с ней происходило. Мысли об измене ушли на второй план. Его губы двигались навстречу к ее, а вторая рука ползла вверх, по мягкому животу, к груди. Его рот накрыл ее. Это было изумительно, но она не отвечала, сдерживая себя из последний сил. Его язык боролся за новую территорию, но ее зубы блокировали доступ. Пальцы, подло сжимающие грудь, начали безжалостно растирать уже твердый сосок. Невинный стон позволил безжалостному языку терзать ее рот. Ныряя и выныривая с опьяняющего дурмана, она укусила его язык, и, почувствовав металлический вкус, продолжала его удерживать. Незнакомец сильнее тер ее сосок, что заставляло ее выгибаться, тереться о его горячую напряженную плоть, но она из последних сил старалась не сдаваться. Точкой невозврата стали его пальцы, ныряющие в домашние штаны, а вскоре и в самые трусики, проникая в пылающую глубину. — Аааах. — Оргазм безжалостно проник в ее разум, пропитывая влагой и так мокрые трусики. От самих лишь пальцев. Мужчина простонал, впервые издав хоть какой-то звук. Он безжалостно двигался, продлевая грешные ощущения, и казалось, что по его стонам оргазм был именно у него, а не у нее. Никогда у нее такого не было во время секса с Максимом. Но когда думать о нем, когда этот незнакомец начал рвать ее удобную спортивную майку, безжалостно терзая сосок губами. Вики не заметила, как он отпустил ее руки и ноги, раскрывая ее для себя. Он не держал ее, она сама насаживалась на его пальцы, еще раз встречаясь со звездами. Пользуясь ее податливостью, мужчина начал снимать ее штаны. Очнулась она, когда остались лишь в одних трусики. Поздно было смыкать ноги. Он безжалостно стянул их, нависая над ее телом, и медленно провоцирующее расстегал пуговицы на рубашке. Она смотрела на него, на его полыхающие то алым, то янтарным цветом глаза. Они переливались, блестели похотью, жаждой, нуждой. Он пожирал ее взглядом. Пытаясь укрыть свою грудь, она встретилась с его сопротивлением, когда, отбрасывая рубашку куда-то в темноту, он заставил ее пальцы смокнуться на ее, до невозможности чувствительных, горошинках. Она не сопротивлялась. Она смотрела на его интересные, закрученные рога. — Ты демон! — Она с вызовом посмотрела на него, предупреждая, что будет бороться. Демон посмотрел в ее растерянные глаза, а потом на ее изнывающую от желания, блестящую от влаги плоть. Его гласа предвкушающее блеснули, показывая планы их владельца. Ее взгляд спускался по изысканному телу к мощным рукам, расстегивающим брюки и высвобождая его орудие сладостных пыток. Он был слишком большим для нее, намного больше, чем она могла себе представить у людей. Он не сводил глаза с ее лица, медленно проникая внутрь, растягивая, наполняя. Он забрал всю возможную боль, оставляя лишь наслаждение. Он двигался яростно, выбивая из нее с каждым толчком стоны. Наклонившись, он нырнул языком в ее рот, языком повторяя движения их тел. Ее плоть сжималась все сильнее, а вскоре увлажнилась еще больше, пульсируя, сжимая его внутри себя, беря в плен, и заставляя с его губ сорваться громкому мужскому стону. Он же становился больше, растягивая ее до предела. Но демон явно не устал. Для него это было лишь начало. Он выбивал из девушки новые стоны, уже совсем не сдерживая себя. — Я... больше... не могу. — Каждое слово между точками ей приходилось выкрикивать. Доведя их обоих еще раз до пика, он лег на бок, притягивая девушку себе, но не выходя из ее тела. — Я повлиял на волю твоего парня, заставив его принудительно привести тебя ко мне. Он в безопасности, только я стер его воспоминания о тебе. — После этих ужасных слов Вики хотела оттолкнуть его или хотя бы ударить. Он намеренно качнулся бедрами, заставляя ее тело снова желать его. — Замок ужасов не такой уж ужасный, правда? — Взяв ее талию, он заставил ее оседлать его. — Бог не смог убить меня, но заточил среди этих каменных стен. Теперь мне не одиноко. Теперь ты моя.