Маленькая Вселенная

      Они знакомы не первый год. Их история зародилась ещё во время школы, когда Рики только пришёл в небольшую приватную школу на отшибе Сеула. Он только переехал с семьёй в новую страну, тут нужно знать новый язык, знакомиться с людьми, обосновываться. Именно этим и занимался маленький японец. Сону — мальчик, что старше его на два года, подвижный и у всех на слуху. Его любят за открытость, а другие омеги завидуют тому, что он не боится лезть к незнакомцам ради того самого знакомства с ними. И в этот раз его пылкость столкнула лбом ко лбу с младшеклассником, что затерялся в коридорах своей новой школы.        Сону учится в третьем классе средней школы, в то время как Рики отправили по возрасту в первый класс также средней, хотя настоятельно рекомендовали поместить к более младшим. Просто мальчишка хорошо продемонстрировал свои навыки корейского, что руководству пришлось идти его родителям на уступки. И вот в его сторону уже летит сияющий словно солнце юноша постарше и машет рукой. Языковой барьер? Ему всё равно, главное, что новый знакомый, да такой необычный.       — Тебе помочь? — Сону видит, что он новенький, видит, что должен приложить усилия, чтобы тот не испытывал страх, а Нишимура чувствует, что это именно то, что ему нужно, поэтому в ответ улыбается и кланяется по-японски — ещё не переучился от привычек родного дома.        — Было бы славно, — лишь говорит мальчишка с заметным акцентом, едва выговаривая шипящие звуки, коими кишит новый для него язык, а в ответ получает легкий безобидный смешок — Сону на другое не способен.        Так и началась их дружба, которая с каждым годом становилась только крепче и ярче. Рики обосновался в своей школе, обзавёлся друзьями в классе, стал более уверенным. Его плечи раскрылись, теперь очевидно, что он настоящий альфа, который готов делать шаг навстречу будущему. Готов рисковать и давать многое другим. Сону тоже повзрослел, но его омежья мягкость никуда не пропала. Он всё так же обходителен и заботлив о младшем, помогает в разных сложностях, даже готов свои дела отложить, лишь бы показать парню, что он всегда открыт к любой просьбе. И всё не просто так. Чувствуется между ними какая-то связь. Неземная, совершенно новая для Кима. Но это точно не назвать любовью, на которую он бы хотел списать. Рики для него что-то большее, что-то непривычное и родное одновременно. Рики для него как глоток свежего воздуха, на которого смотришь и на душе хорошо. Кто-то, кто вдохновляет творить и мотивирует двигаться к своим целям.        Альфа не скрывает своих увлечений — развивается в танцах, которые с ним ещё с самого детства, а Ким смотрит на всё это и поражается тому, откуда столько стремления. После и сам что-то делать начинает. Сейчас его цель — закончить школу, наконец, выпуститься и успешно сдать экзамены. Пока Нишимура проводит часами в танцевальном зале, оттачивая свои навыки до блеска, омега сидит за тонной учебников, поглощая мозгами биологию и химию, будто они ему пригодятся в жизни. И не факт, что он вовсе пойдет на врача в будущем. Просто такие желания, странные и совершенно незнакомые ему.        Свободное время эти двое проводят наедине. Едят чипсы и слушают музыку, смотрят фильмы, укутавшись в пледах, а Сону ластится на чужом плече и смеётся с какой-то невероятной чуши, которую несет Рики. А Рики нравится эта реакция, поэтому он шутит и говорит разные глупости. Почему бы и нет? Главное, что им хорошо вместе.       Иногда бывает так, что японец находит свой покой на чужих округлых бёдрах, пока пальцы омеги бережно распределяют каждую прядку волос, то накручивая их, то разбрасывая в разные стороны. Рики нравится это. И Сону тоже. Альфа в восторге от заботы, а омега просто рад тому, что его гештальт о заботе об этом человечке почти закрыт. Но ни слова о любви между этими двумя.        Нишимура не ухаживает за другими красивыми омегами, а Ким не отвечает взаимностью даже самым популярным альфам в своем окружении. Им обоим это неинтересно. Всяко лучше провести вечер вдвоем, пока родители Рики где-то в городе по работе, а их скромный домик пустует. Или побыть вместе, пока родители Сону поехали в гости к ближним родственникам, которых их ребенок на дух не переваривает.        Время идёт, они втягиваются в компанию. Ребята постарше или возрастом, как Сону. Ники чувствует себя слегка неуютно, потому что там есть более взрослые и более зрелые альфы, которые будто и о жизни знают больше. Ким успокаивает его легким прикосновением к крепкой подкаченной пояснице или широкому плечу. Но не будет же это вечно работать?       — Сону, — двое омег остаются на кухне, чтобы убрать последствия их небольшой вечеринки. Остальные ребята находятся в зале, продолжая веселье, — Что между вами с Рики?       — Неожиданно, — голос становится намеренно тише, Сону не готов к этому разговору, потому что не задумывался об этом ни разу. Ему хорошо быть в той позиции, в которой он сейчас находится, — Честно? Не знаю. Мне с ним очень хорошо, мне нравится ему помогать, разговаривать. Для меня он и опора, и поддержка, а ещё тот, за кем хочется ухаживать.        Сону искренний всегда, сейчас даже не врет. Это видно по тому как он крепко сжал тарелку пальцами, что те сначала побелели, а после покраснели, потому что струя воды стала в разы горячее. Он обжёгся.        — Может стоит поговорить? Между вами химия такая, я не поверю, что вы не захотите встречаться друг с другом.       И это так плотно засело в голове омеги, что он решил, что в один момент действительно подведет к этому разговору, если появится подходящая возможность. Друг посеял желание встречаться с Рики, а это желание уже дало корни глубоко под почву, что каждый вечер должен сопровождаться вопросом «а нужно ли ему это вообще?»       Нишимура тоже попал в такое положение. Одним днём его лучший друг хвастался перед ним, что наконец-то добился любви со стороны предмета своего воздыхания. Омега, младше на год, красивый, обходительный, ухаживать за ним одно удовольствие. И каково же счастье парня, что наконец-то придётся не только обхаживать его. Теперь можно всем говорить, что это любовь всей его жизни, и без стеснения на людях брать за руку, целовать щеки и губы. Рики так не может. Его осудят, если он сделает что-то такое с Сону. И, несмотря на то, что сам Сону себе может позволить какое-то такое прикосновение, в его случае всё списывается на возраст и отношения к альфе, как к младшему брату. С обратной стороны, для Рики, будет только осуждение за то, что отступился от корейских стандартов. И только Ким ничего не скажет. Для него это будут бабочки в животе, ласковый смех и ещё один шаг к сближению. Он сможет позволить себе сделать что-то новое, совсем особенное, может быть больше, чем просто поцелуй в мягкие пухлые губы младшего.        — А тебе нравится Хён? — Рики поднимает голову, только оторвавшись от телефона, перед глазами возникла родная фигура старшего. Да, нравится, но настолько ли сильно, чтобы идти против принципов, которые годами были нерушимыми?       — Не знаю. Мне кажется, ему нужен кто-то более зрелый, чем я, — остаётся только пожимать плечами и снова опускать свой взгляд уже в пол, не нравится, когда задают такие сложные вопросы.        — Попробуй сделать первый шаг, ты сразу поймешь, стоит оно того или нет. Тем более Сону-хён так светится каждый раз, когда про тебя что-то говорят или ты появляешься в его поле зрения. Не умеет он скрываться.       Рики подумает об этом позже, пожалуй, а сейчас стоит обратить больше внимания на учебу. Даже если не ему, так Сону точно. Он же уже выпускник, скоро в университет учиться пойдёт, а там уже и взрослая жизнь. Ему точно не сдался несовершеннолетний мальчишка из Японии, что ещё до конца не созрел, он точно не выдержит всех запросов своего принца.        Выпускной вечер. Сону в красивом ярком костюме. Нишимура пришёл поддержать его не просто зрителем, но и артистом в выпускном танце. Омеге удалось уговорить хореографа-постановщика задействовать парней из младших классов, он точно не стеснялся того, что его партнер младше него. Ростом альфа уже перегнал хрупкого Кима почти на голову. Плечи его расправились, а голос практически полностью сломался. Почти не отличить от созревшего мужчины, которого так навязывают Сону.        Их танец играет особыми красками, между ними химия, которой нет у большинства пар. Рики знает, что привнести в танец, как человек, посвятивший этому занятию всю свою жизнь. Сону просто тянется подстать партнёру. Крепко держит его руки в своих, сжимает их, а ногами делает уверенные шаги, проходя ровные квадраты. Уже через какое-то время танец становится более оживленным. Омега парит в руках младшего, а тот держит очень крепко, потому что боится свою драгоценность уронить. И всё внимание на них, очевидно. Ведь кроме них никто так в танце раствориться не смог.        Веселье идет своим чередом, аттестаты уже получили, похвальные листы тоже. Успели пофотографироваться и потанцевать на балу. Кто-то уже собрался домой, потому что выпускной им не так важен, сколько сам процесс получения аттестата. Сону решил задержаться, из-за того, что попал под влияние своих плохих товарищей. Соджу, залитое в бутылку с соком, незаконно пронесенный алкоголь в школу. Громкая музыка, веселье. Омега пьёт со всеми, прекрасно понимая, что там не просто яблочный сок с привкусом чего-то сливового и приторно сладкого одновременно. И даже в такой ситуации Нишимура его не бросает.        Рики не пьёт в принципе, не любит ни привкус, ни аромат любого алкоголя. Сону же позволяет делать, что угодно. Он уже взрослый, но альфа инстинктивно понимает, что стоит последить за ним. Слишком много таких же парней глаз положили, может всякое произойти. И именно благодаря находчивости Рики, Ким в полной безопасности добирается до дома, хоть уже едва перебирает ногами, и начинает исполнять глупости под действием градуса.        — Сону, осторожнее, — Нишимура придерживает старшего под бок, сжимая крепче, когда тот чуть не спотыкается о каменную лестницу. Его, наверное, родители ругать будут, но это последнее, что в этот момент волнует обоих.        — Прости, пожалуйста, — Сону цепляется за крепкое плечо друга, следуя его шагам. Так действительно проще, но еще очень весело. Он смеётся, пока альфа не совсем понимает причин его глупых и безумно милых смешков.        Порог дома. Сону всё еще едва держится на ногах. Домой вовсе не торопится, знает, что его отругают за такой непотребный внешний вид. И с Рики очень приятно находится. На улице темно, только фонари спасают и свет из окон. Сону видит только черные глаза младшего, но для этого приходится ещё и голову немного приподнять. Он улыбается без остановки, что заставляет улыбнуться и Рики. Решает сделать первый шаг сам. И что в том, что инициативу всегда ждут от альф?       — Рики, — кокетливо тянет омега, пока рукой ищет чужую ладонь, которую уверенно укладывает себе на талию. В нём опыта немного больше и уверенности тоже. А ещё больше из всего этого в нём бесконечной любви к романтике, которую удаётся вершить даже в подобном состоянии, — Поцелуй меня.       — Что? — Нишимура теряется. У них ещё такого никогда не было. И он точно соврет, если скажет, что это предложение не понравилось. Очень сильно понравилось, сердце застучало так, будто оно ждало этого всю жизнь и теперь, наконец, дождалось, — Я не могу.        — Можешь, — голос Сону становится грубым, требовательным, его тонкие длинные пальцы сжимают чужую шею, по телу проходит ток, ведущий за собой, кажется, возбуждение.        Они такие глупые и неуверенные друг к другу. Кто-то точно должен стереть черту неловкости между ними. Это будет Сону, который уже приподнялся на носочки в кедах, которые совсем неудобны для таких действий. Взгляд намеренно держит сначала на чужом, немного испуганном и неуверенном. Не зря говорят, что глаза боятся, а руки делают. Это буквально Рики, сжимающий чужую талию крепче, а ресницами хлопая так, будто сознание живет своей жизнью.        Сону сейчас хищник, улыбается, словно маньяк, хотя это скорее всего от предвкушения. И уже через несколько секунд его губы касаются чужих, таких мягких и вкусных одновременно. Нишимура отдаёт свой первый поцелуй омеге, а тот учит его, отдавая всю копившуюся внутри нежность. Они целуются по-детски, кажется. Сону дальше не лезет, только немного посасывает губы, прикрыв глаза. Наслаждается тем, как температура в теле повышается, как руки альфы скользят по пояснице, а пальцы не могут найти себе успокоение, будто не решаясь скользнуть к ягодицам.       — Можешь, — чуть с усмешкой в голосе говорит Ким, уже спрятав своё лицо в широкой шее. Рики пахнет иначе, наконец раскрыв свой аромат настоящего альфы. Чувствуется шлейф чего-то кислого и пряного одновременно. Это запомнится надолго.        Они простояли так, кажется, около получаса. Сону цеплялся за удобные плечи, Нишимура старался не выронить из своих рук это тело, которое уже пошатывалось, хотя казалось бы, омега начал трезветь. Зрители этого инцидента, конечно, немного поругают Кима за подобное общение с младшими и за распитый алкоголь без предупреждения. Но с другой стороны, ничего плохого в поцелуе и нет, ровно как и в том, что Рики всё же пощупал чужие упругие ягодицы с чужого позволения. Исполнил свою мечту, вкусив немного больше запретного плода.        Уже несколько месяцев они встречаются, но знают об этом немногие. Сону уже официально совершеннолетний, в то время как Рики — все ещё нет. Поэтому скрываются. Будут ждать соврешеннолетия, вероятно. Так ещё и расстояние потревожило отношения этих двоих. Теперь Сону появляется в родном месте раз в неделю, остальное отнимает учеба, ведь он студент одного из самых известных университетов Сеула. Рики ищет больше причин выбраться в город, стал с родителями выезжать под предлогом, что по омеге соскучился. И те идут на уступки. Дают ему покупать красивые букеты, привозить сладости в общежитие и нежиться в объятиях старшего. Родители Рики не видели проблем в этих отношениях, а родители Сону ещё не знали, что они существуют, хоть и догадывались. В их доме они просто друзья, даже за ручку не держатся.        И только за пределами друг для друга они искренние и влюбленные. Сону заботится о Нишимуре, как о том, кого больше всех потерять боится. Кормит, ухаживает, укладывает спать, целует нежно-нежно и дальше этого пока не заходит, очевидно, они ещё оба не готовы для нового этапа отношения, а Кима пока тормозят принципы.        Их личное спокойствие кончается уже через год после начала отношений. Тело Сону меняется, он проходит этап взросления, переживает первую течку в одиночестве, запивая боль таблетками и корчась от неё. А из головы Рики вытащить не может. Очень хочется к нему, хочется его заботы и любви, но нельзя. Сорвёт крышу, они точно не смогут оторваться друг от друга.        В это время и Нишимура в беспокойстве. Ему уже семнадцать лет, а его возлюбленному девятнадцать, а они всё ещё как дети. Может пора попробовать что-то большее? Парня сражает комплекс неполноценности в том, что его друзья постоянно хвастаются о своих интимных отношениях. И даже несмотря на то, что знают партнёра не так долго, как длятся отношения с Сону, у них уже всё было. А в их отношениях пока только страх и неуверенность. Почему-то Рики уверен, что его возлюбленный знает об этом так много, он будет смеяться, если вдруг что-то пойдёт не так. А Сону мыслит совершенно иначе, он хочет попробовать, но боится предлагать, потому что чувствует неловкость. В целом, его не сильно расстраивает такое положение дел. Обычных поцелуев и объятий вполне достаточно.        — Рики, милый, — сегодня воскресенье, Ким остался с ночевкой в доме семейства Нишимура, более того в просторной комнате геймера, заставленной разным красивым коллекционным «хламом», как бы сказали его родители.        Мягкая постель серого оттенка, приятная прохлада от незакрытого ночью окна, свежий воздух. Они вдвоём нежатся, потому что никуда не торопятся. Вечером Сону снова уедет в город и снова оставит альфу одного, нужно успеть насладиться всеми прелестями любви и самым любимым парнем.        — Просыпайся уже, я устал ждать, — Рики очень сложно разбудить и даже сладкий сонный голос Сону не даёт никакой реакции в ответ. Омега хмурится, но не отстраняется, не толкается, а терпеливо ждёт. Рано или поздно он услышит, заулыбается, а потом полезет расцеловывать подбородок любимого, полагая, что где-то рядом находятся желанные губы.        Так и выходит, на третью просьбу Сону проснуться, Рики что-то бубнит грубым голосом. Даже глаза не открыв тянется к лицу наобум. Они привыкли спать в объятиях лицом к лицу, было очевидно, что где-то рядом оно. Японец не ошибается, хоть и попадает в нос губами, а Сону смеётся и пытается отвертеться. Не любит он когда Рики так делает, даже несмотря на то, что безумно тает от такой ласки. Вместе с тем сильные руки альфы поглаживают чужую поясницу, напоминая вчерашний вечер, где их поцелуи начали заходить глубже, когда поцелуй становится прелюдией и… к сожалению, им обоим пришлось остановиться. Рики боится, Сону останавливает возраст. Хорошо, что до совершеннолетия осталось совсем немного, тогда Ким избавиться от любых оков.        Совместный завтрак, день и частичка вечера. Рики провожает Сону на автобус, прежде сходив с ним до его дома за вещами. Целует, словно в последний раз и снова расстается. Снова ждать пять дней, пять дней скучать и возмущаться тем, что они так близко, но всё ещё далеко.        — Тебе самому ещё не стыдно перед ним? — спортивная площадка, Нишимура играет в баскетбол со своим старшим другом, которому может доверять любой секрет, — Я уже чувствую, что он пытается тебе намекнуть, а ты просто отворачиваешься носом в стеночку и спишь, грубо говоря.        Эти слова задевают альфу очень сильно. Большой его страх — оказаться неугодным Сону, стать для него обузой. Такие страхи были и раньше, его всегда смущала разница в возрасте, особенно когда некоторые любители пошутить частенько напоминали про неё, чем ранили ещё не до конца созревшее сердце. Самому Сону никогда про это не говорили. Он находил в себе силы сказать, что это глупости полнейшие, что не в возрасте дело. И вообще частенько лез в небольшие конфликты, когда было очевидно — его лучше не трогать.        Нишимура реагирует иначе, над этим забавно наблюдать, что и делают близкие. И никто не знает, сколько слёз было пролито ночами из-за этой глупости. Он жаловался Киму, тот объяснял, что говорить, но этих дураков сложно переубедить, а мнение большинства будто важнее одного родного слова.        — Я понимаю, но ты ведь тоже понимаешь, что я боюсь ему навредить и испортить что-то. А вдруг ему не понравится и он меня бросит после этого? Мне страшно, я без Сону не переживу, — Рики честен как никогда. Мяч летит ровно в кольцо, но в итоге отскакивает и падает мимо, заставляя от злости зашипеть.        — Я в первый раз тоже очень переживал, но оказалось, что всё намного проще. Главное слушать и следовать желанию партнера, — а что ещё ему могут сказать? Случай, когда омега старше непривычный и редкий. Никто из друзей никогда не бывал в таком положении и вряд ли знают, каково это чувствовать притеснением как минимум из-за сложившегося менталитета.        — Я тебя понял, — и, к сожалению, это единственный друг, который может сказать что-то дельное. Пусть шутки не прекратились и стали переходить в более злые вещи.        Всё пришло к тому, что Рики решил вернуться в Японию. Поступить туда в университет после школы, оставить прошлую жизни и начать новую. И в этом резком плане его жизни было всё, кроме компании друзей и... Сону. Ему будет больно расставаться с человеком, который создавал комфорт всё это время, но иначе никак. Он хочет забыть, что было, хочет лучшей жизни для любимого. Раз все его желания исполнить он не в состоянии, пускай это сделает кто-то другой.        Последняя их совместная ночь в пустом доме. Родители в городе, выпускной вечер, где Сону снова танцует, но в этот раз не в роли выпускника, а в роли поддержки своего молодого человека. Они снова в центре внимания, только Рики в этот раз танцует ещё красивее. Но его взгляд слишком грустный и это чувствует не только Сону.        Омега немного переживает, ему кажется, что это он сделал что-то не так. Наедине решает расспросить, чтобы хоть как-то угомонить разбушевавшееся сердце родного. У них есть вся ночь, чтобы решить все недомолвки между ними. Но есть ли в этом смысл, когда Нишимура решил, что пора всё закончить?        Легкие объятия по пути домой. Сону в буквальном смысле порхает, словно самая красивая бабочка, а Рики его цветочек, на который она будет садиться, чтобы радовать других своей красотой. Рики улыбается и чувствует, как на глазах слёзы выступают, как они обжигают кожу щёк. Ему придётся отпустить бабочку в свободный полёт. Пора прощаться с собственной музой во имя своих страхов. Ужасное решение, но он уверен, что для Сону так будет лучше.        — Ты был сегодня таким красивым, — Сону стоит спиной к парню, чувствует его взгляд на себе и вовсе не стесняется. Ищет в его гардеробе свою любимую футболку. В паре местах уже появились пятна, которые не отстираешь — их оставил Ким своей неосторожностью. Но Рики даже так нравится, — Если бы это был конкурс красоты, то ты бы занял первое место, а я бы ходил и хвастался, что мой мужчина самый классный и самый красивый. Мне бы все завидовали!       Сону всегда называет Нишимуру «мой мужчина», не стесняясь столь громкого названия. Рики всегда смущается, но ему в какой-то степени нравится тот факт, что для него он больше, чем просто мальчик. И приятно, что он не стесняется говорить о том, с кем в отношениях.        Теперь альфа рассматривал полураздетое тело Кима. Какое оно красивое. Смотрит только на его спину, оставляя соблазн полюбоваться на его грудь через зеркало когда-нибудь в другой раз. Если он будет, конечно. И всё же он очень красивый. Почти идеальный позвоночник, едва виднеются лопатки. Не сказать, что Сону очень худой человек, но это не мешает его телу выглядеть грациозно и подчеркивать достаточно узкую талию. Красивые бёдра, округлые ягодицы — всё это под прицелом его внимательного взгляда пропадает уже через секунду. Сону опускает край футболки почти до самого колена. Она очень длинная.        — Мне кажется, ты был в тысячу раз красивее, — Рики уже по привычке призывает к себе парня, чтобы завлечь его в объятия.       — Не правда, но спасибо, — Сону смеётся и вовсе не отказывается от того, чтобы оказаться прижатым крепким телом возлюбленного к мягкой кровати.        Всё как всегда. Поцелуи на грани, крепкие объятия. Сону уже не стесняется перед Рики, особенно сейчас, когда дома они вдвоем. Он даже ногу по-хозяйски на него закидывает, давая ощутить своё желание заняться сексом, но это только желание и остаётся им. К сожалению, Нишимура снова был непоколебим, хотя пытался несколько раз сломаться. Тяжело ему от собственной неопытности. Сону ни капли не расстроен. Да, ему хочется, но он готов ждать столько, сколько необходимо для их общего комфорта. Даже если они никогда не дойдут до этого. Главное — чувства, как никак.        Утро. Завтрак в постель. Нежное прощание. Сону помогает прибраться дома у парня до приезда его родителей, а потом уходит к себе домой. К сожалению, пришло время расставаться и теперь уже не на неделю.        Сону узнал о расставании странным способом. Где-то среди недели ему передаёт конверт тот самый старший друг Рики, говорит, что это очень важно и что без этого невозможно жить. Но, кажется, без этого письма жить было бы гораздо проще. «Прости, мы не можем быть вместе…» делают безумно больно. Сердце сжимается, вместе с ним появляется неприятное желание разрыдаться. Омега поддается ему настолько сильно, что падает на колени в своей комнате в общежитии, разбивая их в кровь о деревянную поверхность.        «Я люблю тебя и всегда буду любить, но будет лучше, если мы разойдемся. Прости меня за всё,

Рики Нишимура»

      Сону отпускать не готов. Ему не написали ничего, кроме того, что парень решил от чистого сердца разойтись во имя лучшей жизни возлюбленного. Написали, что теперь любимый человек будет жить в Японии с бабушкой и дедушкой, а родители останутся в Корее и если их помощь будет нужна, то они точно не откажут. А ведь Нишимура до этого ни разу не говорил о своих намерениях уехать жить на родину, поступить там в какой-нибудь университет и закончить его. Они строили планы о совместной жизни глубоко вперёд, чтобы в итоге узнать, что Рики самовольно решил изменить жизнь и в свои планы омегу не вписал.        Безумно больно осознавать, что Ким был почти игрушкой всё это время. Он считал, что их отношения серьёзные, настоящие и искренние, а теперь выходит, что им просто поиграли, а когда стало не выгодно, выкинули. В этот день он даже на учёбу не пошёл. Остался лежать клубочком на полу, пока его сосед не пришёл и не помог успокоиться, притащив любимое мороженое, которое Рики на дух не переносил, но ради любимого заставлял себя есть.        Рики не легче жилось с этого письма. Он плакал, пока писал признание. Ему больно прощаться с тем, кто сделал его жизнь действительно лучше, кто помог ему обосноваться в новом месте и научил любить. И всё же мысль о том, что им лучше разойтись села так глубоко в душе, что переделать иначе сил уже не было. Он в тот же вечер собрал свои вещи и уехал в пригород Осаки, где жили его родственники. Теперь ему предстоит поступление и учёба. Теперь ему предстоит новая жизнь и новые люди. Но получится ли ему отпустить прошлое? Вряд ли.        Они не вместе уже больше месяца. Сону уговорил себя отпустить Нишимуру и начать новую жизнь. Стал общаться с альфами, когда некоторые из них прознали об одиночестве парня, поскольку тот перестал что-либо говорить про японца, стали звать его на свидания. В попытках заглушить боль, наверное, Ким стал чаще ходить в рестораны, чаще выбираться в люди. И всё равно, какими бы заботливыми эти парни не были, любовь «его мужчины» в тысячу раз лучше, он не такой как все. Он особенный. Сону постоянно вспоминал о Рики, в первое время предпринимал попытки найти его. Разговор с родителями не удался — те сказали, что альфа просил не говорить такой информации. Его близкие друзья отвечали аналогично, хотя многие даже и не имели представления куда он исчез. Подмел следы хорошо, намеренно, чтобы Сону не смог отыскать его. Омеге ничего не оставалось, как начать строить новую жизнь.        Рики отпустить Сону так и не смог. Первое время бездумно лежал в своей кровати и смотрел в потолок. В голове прокручивал события между ними, первый поцелуй с привкусом алкоголя, первую ночевку, которая закончилась игрой в приставку, когда Ким уснул на бёдрах ещё тогда хорошего друга, потому что ему не нравятся такие игры, они его усыпляют. Вспоминал первое свидание, как Нишимура принес букет пионов, купленный на свои последние карманные деньги, а после они пошли гулять в парк, где омега угостился самым вкусным мороженым в городе. Как Сону лечил простудившегося Рики, который по глупости подхватил болячку от самого омеги. Как они помогали друг другу, как Сону начинал учить японский язык, чтобы быть ближе к любимому.        Эти воспоминания придавили настолько сильно, что сил не было встать с кровати. Не было сил есть, альфа начал худеть на глазах. Жизнь потеряла всякий смысл и даже поступление в университет на специальность мечты не дали ему никаких приятных эмоций. Его отталкивали другие омеги, а мысль о том, что он мог бы начать с ними общаться, вызывала отвращение. Казалось, что он изменяет таким образом Сону, хотя их уже ничего друг с другом не связывает.        Омега закончил третий курс, планировались летние каникулы. В его обществе появились новые люди, он начал заниматься танцами. Удивительно, что именно танцы смогли вернуть его к жизни. Так Сону понял, почему Рики всю жизнь к ним горел. Современный стиль, танцы на последнем издыхании, больные мышцы, приятные ощущения по телу после новой тренировки. Знал бы он раньше об этом удовольствии, то непременно бы попросил младшего дать пару уроков. А теперь он собирает вещи в Японию на мастеркласс. Его семья едет туда отдыхать, он с ними, но чтобы так скучно не было, решает всё же посетить что-то интересное.        И кто же думал, что именно там он сможет найти след Рики. Косвенно, но всё же. Мастеркласс по контемпу, ведет его молодой красивый японец, который умеет говорить не только на родном языке. Он частенько говорит на английском, а Сону хорошо его понимает. Именно он стал горячим следом, вдохновением на новый шаг, стремление найти то, что он потерял.        — Извините, — после занятия Ким решает подойти ближе, чтобы уточнить о возможности индивидуальной тренировке, — Помогите мне поставить танец на одну песню. Я скоро уеду, было бы здорово встреться на этой неделе ещё пару раз.        Добродушный парень не решает отказать такому красивому юноше от танцев. Они договариваются ещё об одной встрече через два дня, Ким ждёт этот день с замиранием в сердце.        — Встретимся здесь, — японец говорит на английском с легким акцентом и смеётся, а омега кланяется ему в ответ — перенял эту привычку от Рики ещё давно. Это поражает хореографа, не каждый иностранец знает как себя вести в японском обществе. И, честно сказать, ему очень приятны манеры Кима.        Два дня проходят так скоро, Сону собирается на тренировку с неким предвкушением. Покидает отель с большущей сумкой, в которой лежит всё самое необходимое. Такси помогает ему добраться до нужного места. И там в проходе он замечает знакомую фигуру. Широкие расправленные плечи, высокий рост, родной аромат. Всё это пробивает ему прямо в сердце. Становится очевидно, что это Рики. Только подойти он не рискнул. Теперь альфа выглядит ещё взрослее, осветлил свои волосы, хотя кончики остались темными. Его голос полностью сломался, а сам он стал выглядеть намного увереннее, чем в момент их расставания. Нишимура вырос, а Сону созрел для того, чтобы наконец найти его.        — Извините, а вы знаете одного танцора? Я знаю, что он сейчас живёт в Японии и, возможно, даже в этом городе, — пока они разминались, омега решил допросить своего хореографа, — Нишимура Рики зовут.        — Его? Конечно, знаю, — парень ярко улыбается, для него знакомство с этим человеком было таким важным в жизни, — Я курировал его группу в университете, когда мы готовили выпускную работу. Хороший парень. А ты откуда его знаешь?        — Мой давний друг, — сказать то, что они вообще-то были вместе больше года он не рискнул, — Он уехал в Японию, а наша связь прервалась. Хочу встретиться с ним, но я не знаю даже где он живет.        Сону на глазах погрустнел, а может специально так сделал, чтобы уговорить хореографа помочь ему. В любом случае, устоять парень не смог и уже после занятия прислал ему сообщение с адресом, по которому Рики живет. Уже не с родственниками, в отдельной квартире. Родители помогли, поскольку им хотелось дать сыну как можно больше благ для жизни вдали от них. В этот же вечер Ким решил отправиться по адресу.        Вечер Нишимура планировал провести в гордом одиночестве. Собственно, как и любой другой. К себе в гости он никого не водил, потому что дома у него, мягко говоря, не очень чисто. Стыдно в такое место кого-либо приглашать. И сил на уборку так и не появилось. Он слишком сильно зациклен на своей боли, по-прежнему не сумев отпустить возлюбленного. И для него было большой неожиданностью услышать звонок, громкий, но даже в нем ощущалась нотка неуверенности.        Сону промок до резинки нижнего белья, пока пытался найти нужный ему дом. Слишком много незнакомых улиц, так ещё и такси отказалось провезти его к месту назначения из-за неудобства расположения многоэтажного комплекса. Его длинные джинсы намокли почти по колено, зонт от проливного дождя не спас. Даже макушка оказалась немного мокрой, но не так критично. Чего не скажешь о кедах, в которых он пару раз прошелся по глубоким лужам, просто не заметив их под ногами.        Дверь открывается. Нишимура смотрит на знакомое лицо, не до конца веря в то, что это именно он. Сону улыбается. Его мечта сбылась, он наконец-то может почувствовать любимого, сможет его обнять и уснуть с ним в одной кровати. Верит, что его не прогонят. Так и получается.        — Что ты здесь делаешь? — Рики ошарашен, но это не мешает ему сделать шаг назад, пропустить парня через порог. И всё равно, что там грязно. Тяжело смотреть на то, как тело того дрожит от холода, а в обуви громко хлюпает вода, не успевшая стечь обратно, — Ты совсем что-ли? Под дождем-то зачем шел?       — Я приехал за тобой, — главное показать уверенность, что Сону и делает, скидывая с себя мокрые кеды и на носочках проходя всё ближе и ближе к Нишимуре. Он хочет его крепко обнять, позволяет себе это сделать, носом уткнувшись в чужую шею и наконец вкусив этот родной и любимый аромат, — Не правильно это, когда два любящих человека остаются на расстоянии.        И почему-то он уверен, что у второго чувства не угасли до сих пор. Он чертовски прав. Действительно, Рики ещё ни разу за всё это время не допустил себе мысли об отношениях с кем-то другим. Он вообще всё это время тихонько наблюдал за социальными сетями старшего, смотрел на его фотографии и восхищался его успехами, мечтая разделить все приятные и даже неприятные события вместе с ним.        — Но… — Рики что-то хотел сказать, но не успел. Сону перехватил инициативу поцелуем, обходя лицо парня мягкими губами немного жадно, просто потому что слишком сильно соскучился по такой нежности.        Им предстоит ещё тяжело и долго разговаривать, но сейчас Нишимура в буквальном смысле заставляет старшего принять душ, погреться в теплой воде. Сону не сопротивляется. Лезет в глубокую ванную, ополаскивает своё тело, а особенно долго заостряет внимание на ступнях. Не хочется заболеть из-за такого глупого, но важного решения в его жизни. Теплая вода согревает, а осознание, что он дома у своего любимого парня заставляет сердце быстрее биться, буквально сводя с ума.        Он даже не смущается, когда дверь приоткрывается, а альфа просовывает свой нос в дверной проем, чтобы положить на стиральную машинку ту самую футболку. Забрал её с собой, чтобы глубже погружаться в воспоминания. На ней осели духи Сону и запах его тела, которые и создавали самые приятные, самые необычные воспоминания об их совместном времени. Ким продолжает принимать ванную даже после того, как дверь закрывается, и выходит через несколько минут разгоряченный и прогревшийся как надо. Рики ждал его в комнате, рассевшись на кровати и просто потупливая взглядом в стену. Маленькая квартирка, но не менее уютная. Сону даже нравится это, а то, что немного грязно продолжает игнорировать. Как бы Нишимура не пытался собрать разбросанные вещи, всё равно беспорядок, копившийся неделями так сразу не спрячешь.        — Знал бы ты, как я скучал по тебе, — омега садится максимально близко. Ему не хватает прикосновений, не хватает внимания Рики. И, на самом деле, он изголодался за то время, что те двое были на расстоянии. Зато сейчас есть возможность прикоснуться к теплой медовой коже, что парень и делает по-привычке утыкаясь носом в открытое плечо в паре сантиметров до ткани майки.        Рики тоже скучал. Безумно. Просто признать этого факта он не получится по некоторым причинам: инициатор расставания он, нужно оставаться сильным и независимым, чтобы быть настоящим альфой в глазах Сону. А Сону всё равно, даже если бы Нишимура расплакался из-за переизбытка чувств, как это было пару раз за всё время их знакомства, он бы просто ласково пригрел и приласкал его, поглаживал по голове, нелепо поднимая длинные волосы, что те распадаются в разные в стороны, продолжая говорить о том как бесконечно сильно любит его.        Любил и любит до сих пор, ровно как и японец, просто они два затерявшихся дурачка, которые не смогли разобраться в своих отношениях в какой-то момент. Имеет ли что-то плохое на уме Сону из-за этой ситуации? Конечно же нет. Никогда не обижался на него и даже не думал. Не видел в этом смысла и верил в то, что скоро они снова будут вместе. Рики не думал, он просто страдал, продолжая возвращаться к истокам, когда пересматривал их совместные фотографии или фотографии омеги ради того, чтобы вспомнить каково это. Как пару раз доставал футболку, в которой сейчас сидит омега, чтобы окунуться в родной запах, честно признаться, в те моменты он чувствовал себя наркоманом. Со стороны может показаться, что он одержим. Возможно так и есть, но он делал это всё только для того, чтобы вернуться туда, где его не пожирала тоска по родному человеку.        — Любишь ли ты меня до сих пор? — Сону разрывает небольшую тишину разговором. Рики набрался смелости, рукой прикоснувшись к чужой пояснице, что с трепетом поглаживал.       — Люблю, — отвечает тот, в подтверждение прижав к себе хрупкое омежье тело, — Прости меня, пожалуйста, я поступил так по-идиотски с тобой.        — Я не обижаюсь, — в Сону смелости больше, поэтому он уже ластится к Рики так, будто между ними не было нескольких месяцев разлуки, закидывает свои ноги на его бедра, заставляя к ним прикасаться, а Нишимура не в силах держаться на расстоянии, он слишком сильно скучал.        И вот они уже жмутся друг к другу, продолжая выглядеть как два глупых подростка. Ощущение как в день их первого поцелуя: Сону тянется к мягким губам, встаёт на носочки и не отдаёт отчет своим действиям, а Рики уверенно прижимает его к себе, осознавая, что и сам не прочь ощутить эти мягкие губы на своих. Только теперь они как-то более интимно прикасаются друг к другу. Омега треплет волосы пальцами, пока альфа подставляется к этим прикосновениям и даже улыбается, не осознавая этого. Нежность между ними процветает, в животе порхают бабочки. Ощущение чего-то не сбывшегося параллельно с теплом на душе. Трепет. Любовь, что ещё этим двоим нужно?       — Рики, — Сону снова нарушает тишину первым, заставляя поглядеть на себя, — Такой глупый!       Тихий смех проносится по всей комнате. Нишимура уже понял, насколько глуп был, когда поддавался чему-то максимально глупому. Он ведь даже не попытался оказаться на месте любимого, подумать, что тот почувствует, насколько сильно его заденет подобное. А сейчас думать об этом совершенно бесполезно. Теперь эти двое во власти друг друга, Ким очевидно лидирует, подминая под себя мягкого альфу. Рики даже не против того, чтобы Сону мог делать то, что приходит ему на ум. Сам позволяет себе больше, ощупывая родные бедра омеги пальцами, пока те покорно лежат на нем. Огибает пальцами колени, щекочет, заставляя старшего смеяться. Снова эти детские игры, забрасывающие их в настоящее чувство эйфории, неподдельную любовь, искренность. И Сону снова думает, как он безмерно любит своего «малыша», также «своего мужчину», что не зря тащился под проливным дождем через узкие улицы и заставил себя найти его несмотря ни на что.       — Знаешь, я долго думал после того как уехал. Мне сложно без тебя жить. Без тебя жизнь потеряла все краски и было ощущение, что я лишил себя самого важного. И всё из-за каких-то глупых страхов, — Рики такой искренний, ещё никогда не говорил такую правду, не говорил, что Сону значит для него слишком много, — Правда, нужно было просто с тобой поговорить и довериться. Но мне все говорили, что ты взрослый, тебе такая любовь не подойдёт, тебе нужно больше, а больше я боялся.        Искренность альфы заставляет Кима чувствовать приятное покалывание в животе. Завязывающееся возбуждение на доверии, осуществление мечты, которая так долго сидела где-то в глубине души. Теперь и его прикосновения не ощущаются как что-то ребяческое, как попытка поиграть в игру где-то между детским и взрослым. Теперь это что-то максимально взрослое, то, чего Сону, собственно, не хватало. Рики тоже понимает, что связь между ними уже далеко не детская. И если раньше он пытался от этого убежать, то сейчас хочет попытаться принять данность. Ему боязно, всё ещё испытывает легкий страх перед тем, что Киму будет больно, а омега, чувствуя, что ещё немного и его возлюбленный снова попятится назад уже готовится взять борозды правления на себя. Нет ничего плохого в том, чтобы омега вёл, ведь все заключено в его комфорте.       — Я и говорю, глупый, — голос Сону становится тихим, — Знал бы ты, что мне действительно нужно и не слушал наших друзей, всё было бы иначе. Они считают, что взрослее и умнее, но их опыт никак с нашим не связан. Мне нужен был ты, твоя забота и твой комфорт…       Есть у парня привычка говорить много, так сказать размышлять в слух. Рики любил даже это, хоть временами и казалось чем-то навязчивым и надоедливым. Сейчас тоже. Ему и без слов ясно, что Ким будет заливать про то, что итак каждый божий день ему говорил до их «расставания». И как назло выглядел Сону так привлекательно, так красиво говорил, а губы отдавали самыми яркими бликами. Альфе много не надо, только прикоснуться к ним и заткнуть бесконечный поток мыслей своего парня.        Сону не ожидал такого, даже удивился, но отталкивать не стал. Этот задор Нишимуры вызывает уже возбуждение, а вместе с ним что-то такое новое. Вот сейчас он понимает — его любимый наконец повзрослел и наконец готов на всё. Ему так кажется, есть смысл сделать ещё один шаг вперед. Пальцы сжимаются на плечах, Ким постепенно переползает на колени парня, так и не удосужившись разорвать поцелуй для банальной отдышки. Рики сегодня немного груб и настойчив. Это не сладкие поцелуйчики в губы, когда их языки не заходили дальше. Они не горели желанием руками исследовать тела друг друга, искать уязвимые места, наконец получить друг друга и собственное удовольствие. Наконец это произошло. Тяжелые вздохи, мурашки по телу, приятные причмокивающие звуки. Это всё то, о чем мечтал омега перед сном, представляя рядом с собой только одного парня.        Неопытный воробушек вырвался наружу. Рики до сих пор немного сомневается прежде чем коснуться горячей кожи Кима. Поцелуй уже изжил себя. Они смотрят друг другу в глаза, отчаянно пытаясь набрать воздуха в легкие. Даже говорить ничего не нужно. В глазах Сону читается желание, а Нишимура уже не может удержаться от этого, слишком сильно хочется исполнить такое заветное желание возлюбленного. И хоть глаза его бегают, а вид иногда кажется испуганным, это не останавливает его от попытки залезть пальцами под футболку, прикоснуться к пояснице, чтобы после сжать руками талию. Даже Сону теряется, хоть и казалось, что он уже готов на всё.        — У тебя прекрасно получается, прошу, не останавливайся, — омега снова шепчет и всё для того, чтобы подбодрить юношу, который сейчас делал своего рода шаг в неизвестность.        И это подкупает альфу. Слова Сону действительно делают ему приятно, позволяют ему больше — вести руки выше, огибать едва выпирающие лопатки, тихо восхищаясь красотой этого тела. А Сону, которого накрыло новой волной желания, только приближается лицом к лицу и ерзает на месте, Рики удалось найти точку уязвимости в нём. Ему хочется быть частью этого процесса и не только получать удовольствия от мелких и едва ощутимых прикосновений. Ким мажет влажными губами по щеке, опускается ниже, пока горячее дыхание не обжигает чувствительную шею альфы, что отзывается достаточно звонким мычанием.        Инициатива в руках Сону, он целует, кусает и уже знает, что оставлять следы за собой смысла нет. Любовь должна быть между ними. Он наслаждается моментом. Насколько приятно целовать, кажется, немного сладковатую кожу, которая даже пахнет также необычно, приятно чувствовать отклик в чужом теле уже нарастающим возбуждением.        — Я люблю тебя, Сону, — как-то глупо и внезапного слышится от Рики. Он просто пораженный тем, насколько умелый его парень, насколько нежный и при этом уверенный. И ему это нравится. А ещё нравится представлять, как они будут заходить дальше и дальше.        Нишимура делает этот шаг первым, сжав шикарные ягодицы своими руками, заставляя Сону даже ненадолго оттянуться назад, заканчивая с игрой над уже раскрасневшейся коже. Ему хочется подметить, насколько забавно всё сейчас происходит и так не хочется портить момент. Вместо лишних слов Ким тянет край чужой футболки, заставляя её снять. Больше пространства, больше прикосновений и шикарный вид на подкаченное тело.        — Красивый, — восхищенный взгляд, улыбка, не сползающая с чуть пухлых губ. Омега ведет пальцами по очертаниям мышц, считывая реакцию Нишимуры. Его мурашки, как брови подгибаются в удивлении, а рот приоткрывается от желания что-то сказать и снова закрывается. Невероятный вид, заставляющий Сону хотеть ещё больше. Гораздо больше, чем они имеют сейчас.        Рики постеснялся повторить тот трюк за парнем, поэтому Ким разделся сам. Любимая футболка спешно оказывается на полу, уже неважно сколько на ней пятен и дырочек от неосторожной носки. Взгляд альфы устремлен только на одного Сону, на его достаточно хрупкое на вид тело, которое оголенным ещё ни разу не доводилось рассмотреть настолько детально. Свет из окна едва падает на его плечи, освещая едва смуглую кожу красивым синеватым оттенком. Его соски напряжены и немного опухли от возбуждения, к ним действительно хочется прикоснуться, того требует не только разум. Парень посвящает этим мелочам слишком много внимания, словно никогда не видел Кима полуголым, не обращал внимания на такие очаровательные мелочи.       Сону никогда не был обладателем идеальной фигуры, которую принято демонстрировать в модных журналах, никогда не любил носить вызывающую одежду и это было прекрасно. Каждый раз Нишимура с открытым ртом наблюдал за тем, как тот переодевается, показывая свой очаровательный животик и каждый раз ему хотелось целовать нежную кожу дорожками, боготворить каждую частичку тела омеги как что-то особенное. Ему хотелось вечно любоваться его красотой, но сейчас остаётся только осознавать, что к ней можно прикоснуться не только руками. Это звучит необычно и горячо.       Нос младшего скользит по чужой шее, обдавая жарким дыханием, таким, что второму тяжело дышать. Осознание, что ему можно всё, расправляет плечи, даёт смелость и разрешение на особенно интимные прикосновения. Он не резкий, скорее наоборот ищет все прелести, изучая сполна омежье тело. Сону прикрывает глаза, ему приятны эти неопытные поцелуи на шее, как они медленно спускаются ниже, заставляя альфу сгибаться в весьма неудобную позу. Он позволяет себе слишком много, прикасается к соскам, играется с ними, вызывая мурашки, возбуждая ещё сильнее. Кажется, Киму уже тяжело держаться, хочет кульминации.       — Милый, я хочу больше, — пока Нишимура пытается приспособиться к новым условиям, его продолжают отвлекать и он слушается. Действует по наитию, как видел в фильмах для взрослых.        Сону и сам не прочь раздеться до конца, от того и отстраняется первым, разрывая тесный контакт между ними. Он смущается, потому что Рики смотрит прямо в душу, но это греет в нем нездоровый интерес. Без нижнего белья этот интерес в глазах ощутимо растет. Альфа уже не выглядит как ребенок, который всё время бежал от близости, он выглядит как взрослый парень, которому важна эта близость.        — Помоги мне, — Ким находит это забавным, что некоторым вещам приходится учить, а Рики не думает ни о чем, он буквально ослеплен великолепием и любовью. Сону для него больше, чем просто любимый человек, это целая Вселенная, для которой нужно постараться на все сто.        Омега руководит, охватив крепкое запястье своей ладонью, ему приходится практически стоять над парнем, так удобнее и даже возбуждающе глядеть в его глаза сверху вниз, словно он выше него. Он заставляет чужую руку касаться себя, чувствуя лишь одно, Нишимура не сопротивляется, ему нравится этот процесс, такой сближающий и необычный. Сону влажный, он чувствует это, а Рики убеждается в том же, когда вводит пальцы. Напряженные мышцы приятно обволакивают кожу, а реакция старшего на такую мелочь вызывает улыбку. Тот уже не пытается подавить в себе стон и даже привыкает быстро к новым ощущениям, ему уже хочется двигаться, что он и делает, неспешно набирая темп. Рики его подлавливает и ловит удовольствие от того, что им расплескивается Ким, который цеплялся пальцами в плечи, в надежде обрести равновесие.       Они и не заметили, как их развлечение начало набирать обороты. Жадные поцелуи, Рики уже сам, без помощи омеги, добавляет второй палец, давая разнообразие. Сону тает от такого альфы, уверенного и не боящегося всего нового. Ему нравится, что он так осмелел и наконец готов брать всё в свои руки. Чувствуется его взрослость, чувствуется его любовь, а это, пожалуй, самое главное. Теперь он уверен, что японец не разлюбил его, хоть и прошло достаточно времени, что они были на расстоянии. Их отношения будто обрели новый виток и это радовало.       Им обоим сорвало крышу где-то на моменте, когда Сону сказал, что ему нужно отлучиться на пару секунд до рюкзака. Рики утянул его обратно на кровать, а сам навис сверху, как он видел в многих фильмах в более юном возрасте. Их тела соприкасаются, передавая приятный жар, а омега только успевает подначивать своей ухмылкой Нишимуру, заставляя снова и снова целовать себя. Альфа не оставлял ни миллиметра на теле любимого, без внимания не оставил и самые чувствительные зоны, опустившись дорожкой поцелуев до самого паха.        Сону развел бедра в сторону, призывая Рики к себе, тот будто прочитал его мысли, выпрямился и стал ждать новых команд. Им обоим нравится такое безоговорочное доверие друг к другу, Рики думает, что у старшего опыта больше, а тот пытается не упасть в чужих глазах, используя свои знания по максимуму. Омега некоторое время мнётся — потерял пачку презервативов, за которой совсем недавно бегал.       — Это ищешь? — Нишимура любезно протягивает, выжидая, что сейчас сделает парень, а тот смеётся. Неловкая ситуация не испортила настроение между ними, скорее разрядила обстановку перед новым рывком.        Омега раскатывает презерватив по члену младшего, прежде чем снова лечь на спину. Между ними только тяжелое дыхание, желание и готовность. Рики делает первый медленный и неуверенный толчок, а Сону принимает его так легко, будто готовился к этому моменту всю жизнь. В его руках чужие запястья, они держатся друг за друга, будто в этом есть хоть какое-то спасение. Стонут в унисон, Нишимура никогда не думал, что ощущать чужое тепло может быть настолько приятно, не предполагал, что это ощущается в тысячу раз интереснее, чем рука, которой он стремился заглушить все свои «нездоровые» желания. Сону хорошо от того, что ему наконец удалось доказать парню, что Это не так страшно. Хорошо от того, что они вместе и наконец слились воедино.        Темп растет, по комнате растекается любовь. Она, вместе с громкими стонами и шлепками, кажется, доходит до соседних квартир этого дома, но обоих не волнует это. Пусть все знают, насколько сильно Рики любит своего нежного Сону, а Сону в свою очередь безумно предан своему выбору и ни капли в нем не сомневается. Даже попытки заткнуть друг друга поцелуем не увенчались успехом. Им было не до поцелуев, легким итак не хватает воздуха. Они задыхаются от собственных чувств, от того, что переполняет их изнутри.        Альфа заканчивает в старшего, пока второй помогает себе рукой и почти параллельно с ним доходит до оргазма, заставившего его вытянуться струной и немного прогнуться в спине. В комнате стоял приятный жар, Рики обессилено улегся на омегу, который обнял его всеми конечностями.       — Это было прекрасно, — Сону всё ещё говорит тихо, но даже так слышно, что он улыбается. Нишимура улыбается в ответ, как дурак и замирает так, только прикрыв глаза. Он слышит сердцебиение омеги, слышит, как тот пытается восстановить своё дыхание и его это вдохновляет.        — Прости, что не мог раньше, — он всё ещё чувствует вину перед старшим, но уже из-за того, что не верил словам Сону, который всегда его убеждал, что всё хорошо. Жалеет, что не заводил этот разговор раньше, не задумывался о чувствах любимого человека и не интересовался ими вовсе. Он сожалеет, Сону знает и не держит зла. Понимает, что все люди ошибаются и в этом нет ничего страшного.       — Всё хорошо, правда, — омега снова смеётся — защитная реакция в своем роде, он говорил это уже несколько раз за один вечер, а Нишимура всё никак угомониться не может, видимо, настолько сильно тревожится из-за этого, — Считай, это было небольшое испытание расстоянием для нас.        И Рики действительно отпускает эта проблема и беспокойства от неё. Теперь он верит Сону безоговорочно. Верит, что действительно ни в чём не виноват, от чего и дышится легче. Теперь в нем только любовь к Сону, самая искренняя и даже в некоторой степени детская. Сону для него, как и до разлуки — маленькая Вселенная, способная спрятать его от всех проблем…